По тонкому льду

Лиза сидела прямо на полу своей комнаты, скрестив ноги перед распахнутым чемоданом. Все было разложено с той самой педантичностью, которой позавидовал бы любой тренер. Слева – аккуратно свернутые мягкие спортивные костюмы. Рядом – форма для льда. Две пары леггинсов. Несколько футболок. Толстовка. Джинсы. Белые кроссовки. Документы лежали в прозрачной папке поверх паспорта, рядом – страховка, распечатки бронирований и билетов. В боковом кармане уже ждали зарядные устройства, пауэрбанк, переходник для европейских розеток и аккуратно свернутые кабели, стянутые силиконовыми держателями. Косметичка выглядела настолько компактной, что, скорее, напоминала пенал. Тушь. Однушка с темными тенями для любимого смоки. Бальзам для губ. Расческа. Резинки для волос. На этом практически все. Лиза еще раз медленно пробежалась взглядом по списку в телефоне. Наконец, застегнула боковой карман и довольно улыбнулась. - Ну… вроде ничего не забыла. Именно в этот момент дверь комнаты без стука распахнулась. Эмбер вошла так уверенно, словно эта комната принадлежала им обеим. В одной руке она держала большой стакан с айс-латте, в другой – телефон. Гленн остановилась возле чемодана, сделала один долгий глоток кофе и молча опустила взгляд вниз. Несколько секунд в комнате стояла тишина. - Что? – осторожно спросила Лиза. Эмбер медленно перевела на нее взгляд. Несколько секунд просто смотрела, будто надеялась, что подруга сейчас сама все поймет. - Это все? Лиза нахмурилась. - В смысле? - Вот это… – Эмбер коротко кивнула на раскрытый чемодан. – Все? Лиза еще раз оглядела аккуратно сложенные вещи, затем непонимающе посмотрела на подругу. - А чего не хватает? Эмбер тяжело вздохнула и опустилась рядом на край кровати. Не торопясь, она потянулась к чемодану и вытащила первую попавшуюся футболку. - Тренировка. Следом в ее руках оказались леггинсы. - Еще тренировка. Потом толстовка. - После тренировки. Она отложила ее в сторону и подняла свитер. - Чтобы наверняка не замерзнуть после тренировки. Лиза уже начала улыбаться, но Эмбер явно не закончила. Она снова заглянула в чемодан, словно все еще надеялась обнаружить там хоть что-то, не связанное со льдом, залом или восстановлением. Потом медленно подняла глаза на Лизу и тихо усмехнулась. - Элли… ты летишь не с Ильей. Не с командой. И не с родителями. Она сделала небольшую паузу, позволяя словам улечься. - Ты летишь с Мишей. Вдвоем. Слова Эмбер будто повисли в комнате. Улыбка Лизы стала чуть менее уверенной. Гленн несколько секунд молча наблюдала за подругой, а затем, чуть прищурившись, негромко произнесла: - Его реакцию на тебя на том мероприятии было видно за милю. Лиза подняла на нее вопросительный взгляд. - Он же глаз с тебя не сводил, – Эмбер усмехнулась, покачав головой. – И знаешь... пожалуй, я все-таки не стану интересоваться, чем именно закончился ваш вечер. Она сделала небольшой глоток кофе, будто речь шла о чем-то совершенно обыденном. - Потому что уверена, что он сложился... во всех смыслах. И кружево и все остальное он оценил. Лиза почувствовала, как щеки моментально начинают гореть. Перед глазами снова возник их побег. Тихая парковка у смотровой площадки, совершенно пустая в тот поздний час. Лишь отдаленный свет фонарей от дороги, едва скользящий по стеклам внедорожника. И они вдвоем на заднем сиденье, слишком близко друг к другу, чтобы и дальше делать вид, будто способны сохранять самообладание. Его взгляд – тот самый, восхищенный, но вместе с тем темный и голодный. Поцелуи, его откровенные ласки и ее безмолвное согласие отдаться ему. Они не сдержались прямо там... А потом было продолжение всего уже дома, в котором они наконец-то были совершенно одни, границ не осталось вообще… и еще больше почти уже безумной и бесстыжей любви и огня без каких-либо сомнений или стеснения... - Ну вот видишь… – Эмбер вырвала Лизу из воспоминаний. Девушка даже слегка вздрогнула от неожиданности. - А теперь ответь мне на другой вопрос. Лиза настороженно подняла глаза. - Что чувствовала ты сама... когда твой парень смотрел на тебя так, будто не мог поверить своему счастью? Когда он любовался тобой с восхищением. Когда любил тебя так, словно весь остальной мир просто перестал существовать. Лиза замерла. Она вспомнила, с каким волнением тогда впервые надела тот самый комплект кружевного белья. Как несколько минут стояла перед зеркалом, убеждая себя, что это «не слишком». Вспомнила, как в определенный момент вдруг перестала стесняться собственного отражения. А потом... когда он увидел ее… впервые почувствовала себя не просто красивой, а по-настоящему желанной, любимой и невероятно женственной. Именно поэтому в тот вечер ей неожиданно хватило смелости быть такой открытой рядом с ним и позволить ему столько. Лиза невольно улыбнулась своим воспоминаниям. Эмбер заметила эту улыбку сразу. - Ну вот видишь, baby, – тихо сказала она, не дожидаясь ответа. Гленн кивнула в сторону Лизиных вещей. - И после всего этого... – протянула она с искренним недоумением. – Ты взяла с собой полный чемодан спортивки. Лиза не сдержала улыбки. - В связи со всем вышесказанным, – совершенно спокойно продолжила Эмбер. – Я еще вчера вечером оформила онлайн-доставку. Лиза несколько раз моргнула. - Что... сделала? - Заказала все, чего, как я и предполагала, здесь не окажется. Она невозмутимо достала телефон, быстро открыла приложение и мельком взглянула на статус заказа. Потом перевела взгляд на часы на стене. - М-м-м... – протянула она, прикинув время. – Если курьер не застрянет в пробке, то будет здесь примерно через полчаса. Лиза смотрела на подругу с некоторой долей шока. - Эмбер, ты же не... - Именно. Лиза открыла рот, собираясь возразить хоть что-то, но Гленн лишь тепло улыбнулась. - Посмотрим все вместе. Что понравится – оставим. Что окажется лишним – сразу отправим обратно. И даже не думай спорить. Лиза лишь покачала головой, пряча улыбку. Иногда ей казалось, что переубедить Эмбер было сложнее, чем собственного брата. И, если честно, именно за эту обезоруживающую уверенность, заботу без лишних сантиментов и способность всегда думать на несколько шагов вперед она любила ее, как родную старшую сестру. Илья проводил взглядом Лизу и Эмбер, которые прошли мимо через гостиную. У каждой в руках было по несколько внушительных фирменных пакетов. Эмбер что-то оживленно рассказывала, активно жестикулируя, а Лиза только смущенно качала головой, время от времени тихо смеясь. Не обратив на парней никакого внимания, девушки скрылись на лестнице. Илья посмотрел на Мишу. Несколько секунд задумчиво молчал. - Слушай, Шайдоров... Миша, который в этот момент застегивал спортивную сумку, поднял голову. - Слушаю... Илья еще раз посмотрел туда, где только что исчезли девушки. В уголках его губ появилась обреченная усмешка. - Готов поспорить... если ты совершенно случайно заглянешь в чемодан моей сестры после того, как к нему приложила руку Гленн... Он сделал выразительную паузу. - ...то обнаружишь там один сплошной разврат. Миша замер всего на секунду. Потом очень медленно выпрямился. - Знаешь... теперь я всерьез задумался, что именно должен ответить на этот комментарий. Илья вопросительно вскинул бровь. Миша сохранял абсолютно невозмутимое лицо. - Потому что... – наконец, продолжил он. – Я, в общем-то, совершенно не против. Он невинно пожал плечами. - Но, с другой стороны... стоило ли мне вообще говорить об этом вслух? На несколько секунд в гостиной воцарилась тишина. Миша не выдержал первым. Он тихо рассмеялся, опустив голову. Илья еще пару секунд пытался сохранить суровое выражение лица, но безуспешно. Уголки губ тоже предательски поползли вверх. - Надеюсь, Шайдоров, ты хотя бы понимаешь, что я не хочу знать вообще ничего из того, что происходит между вами. - Поверь, Малинин, – усмехнулся Миша. – Это желание у нас полностью взаимное. После этих слов оба уже одновременно расхохотались в голос. Именно за такие разговоры они и ценили друг друга: каждый прекрасно понимал, где заканчиваются шутки и начинается настоящее уважение. Илья мог сколько угодно подкалывать Мишу, как старший брат Лизы, а Миша – отвечать не менее остро. Но оба знали, что за этим неизменно стоит одно и то же: доверие, которое строилось годами. - Ну что... приступим? Лиза и Эмбер опустились на ковер, и Гленн начала выкладывать покупки одну за другой. Лиза с любопытством наблюдала за происходящим. Первым на кровати появилось платье. Нежного, бежево-кремового оттенка, с мягко струящейся тканью и лаконичным кроем, который выглядел дорого без единого намека на вычурность. Лиза осторожно провела ладонью по ткани. - Эмбер... - Даже не начинай, Элли. Она уже доставала следующую коробку. - Просто представь. Гленн подняла на подругу взгляд. - У тебя день рождения через несколько дней. Лиза кивнула. - И ты правда считаешь, что Миша ничего не придумал для этого дня? Девушка задумалась. Перед глазами почти сразу возникла его улыбка. Та самая — едва заметная, немного хитрая, которая появлялась всякий раз, когда он собирался устроить ей очередной сюрприз и изо всех сил делал вид, будто ничего особенного не происходит. Уголки ее губ сами собой дрогнули. - Вот-вот, – довольно заметила Эмбер. Она легко встряхнула платье, позволяя мягкой ткани свободно расправиться. - И в чем, позволь спросить, ты собиралась идти на этот ужин или что там? В своей байкерской косухе? Лиза тихо рассмеялась. - Эмбер... - Или в тех единственных джинсах, которые ты уже раз пять пыталась запихнуть обратно в чемодан? Лиза невольно отвела взгляд. - Они удобные. - Не спорю. Гленн понимающе кивнула. - Они замечательные. Но, боюсь, не совсем подходят для романтического ужина в честь твоего совершеннолетия где-нибудь во Франции. Она аккуратно положила платье поверх кровати. - Его определенно оставляем. Без обсуждений. Лиза только беспомощно улыбнулась. Спорить с ней сейчас было совершенно бессмысленно. Следующей на кровати оказалась обувная коробка. Лиза приподняла крышку и удивленно замерла. Внутри была пара светлых сапожек – изящных, аккуратных, элегантных и невероятно удобных. - Каблук совсем небольшой, – пояснила Эмбер. – Поэтому ты спокойно обойдешь в них половину Парижа и даже не возненавидишь меня после первого же часа. - Такие красивые... - Знаю. Следом из пакета появилось мягкое светлое пальто. Едва Лиза взяла его в руки, как сразу прижала к себе. Ткань оказалась настолько нежной и приятной, что девушка невольно прикрыла глаза. - Какое мягкое... – почти шепотом произнесла она. Эмбер победно улыбнулась и продолжила доставать вещи. Темно-синие джинсы, идеально сидящие по фигуре. Несколько мягких кашемировых свитеров. Уютные кофты спокойных теплых оттенков. Небольшой шелковый платок. Все вещи неожиданно легко сочетались между собой. Никакой кричащей моды. Никаких случайных покупок. Лиза постепенно перестала удивляться. Она лишь переводила взгляд с одной вещи на другую. - Эмбер... - Перестань, пожалуйста. Подруга довольно улыбнулась. Она взяла темно-синие джинсы и приложила их к Лизе. - Вот это будет удобно. Потом подняла один из свитеров. - Это – тепло. Следом кивнула на платье. - Это – красиво. И, разведя руками, заключила: - А все вместе – стильно, дорого и совсем не похоже на будущую чемпионку, которая живет исключительно между катком и тренажерным залом. Лиза только тихо рассмеялась. Взгляд Эмбер неожиданно упал на маленькую косметичку, сиротливо лежавшую возле чемодана. Она молча взяла ее двумя пальцами. Покрутила. Открыла. Снова закрыла. Потом посмотрела на Лизу. - Вот это... Эмбер выразительно потрясла миниатюрным несессером. - ... не косметичка. Она открыла ее еще раз. - Элли… тушь, бальзам для губ, однушка с тенями… Эмбер медленно подняла глаза. - И все. Лиза виновато улыбнулась. - Зато я собираюсь за пять минут. Эмбер достала еще один футляр. - А иногда можно позволить себе и десять. На кровати один за другим появились тональный флюид, палетка нейтральных теней, румяна, хайлайтер, карандаш для глаз, красивая нюдовая помада, кисти и компактное зеркальце. - И это не для того, чтобы каждый день проводить у зеркала по часу, – спокойно продолжала Эмбер, раскладывая все по отделениям новой косметички. – А чтобы у тебя был выбор. Она застегнула молнию и протянула косметичку Лизе. Та взяла ее обеими руками. Новая была чуть больше прежней, но все равно оставалась аккуратной и удобной. Лиза медленно оглядела кровать. Платье. Пальто. Сапожки. Джинсы. Мягкие свитера. Косметика. Все это каким-то удивительным образом не делало ее кем-то другим. Наоборот. Будто просто помогало увидеть себя немного иначе. Эмбер еще раз внимательно оглядела кровать, проверяя, не забыла ли чего-нибудь. Потом вдруг словно вспомнила что-то важное. - Ах, да... Она наклонилась к одному из больших пакетов, достала из него небольшой матовый без логотипов и, загадочно улыбнувшись, протянула его Лизе. Та вопросительно посмотрела сначала на него, потом на подругу. - Это что? - Не открывай сейчас. - Эмбер... Улыбка подруги стала еще хитрее. - Откроешь во Франции. Лиза подозрительно прищурилась. А Эмбер лишь невинно пожала плечами. Лиза осторожно заглянула в пакет. Внутри лежало еще несколько аккуратно упакованных кружевных комплектов и пара других женских мелочей, которые Эмбер предусмотрительно подобрала сама. Девушка мгновенно закрыла пакет обратно. И беспомощно посмотрела на подругу. - Ты – невозможная. Эмбер только рассмеялась. - Не спорю. Она забрала пакет из рук Лизы, аккуратно уложила его в чемодан между мягким свитером и платьем, словно это была самая обычная вещь на свете. Затем застегнула молнию внутреннего отделения и удовлетворенно кивнула. - Вот теперь все. Лиза все еще смотрела на нее с выражением искреннего смущения. - И... когда, по-твоему, я должна это примерить? Эмбер сделала вид, что всерьез задумалась. Потом совершенно спокойно ответила: - Я же говорю. Во Франции. Она выдержала небольшую паузу. - Можешь даже устроить показ своему чемпиону. Лиза тихо ахнула. Эмбер звонко рассмеялась. - Что? Я всего лишь сказала «показ». Остальное вы уж как-нибудь сами решите. Лиза закрыла лицо ладонями, уже не пытаясь скрыть улыбку. - Иногда мне кажется, что ты специально ставишь меня в неловкое положение. Эмбер подошла к ней, легко обняла за плечи и улыбнулась уже совсем тепло. - Нет, Элли. Она мягко поправила выбившуюся светлую прядь за ухо подруги. - Я просто хочу, чтобы ты перестала бояться быть счастливой. Потому что рядом с Мишей ты именно такая. И это видно абсолютно всем. Она подняла взгляд на Эмбер и тепло улыбнулась. - Спасибо. Эмбер только махнула рукой, словно ничего особенного не произошло. - Поблагодаришь меня после Франции. Она хитро прищурилась. - Когда поймешь, что я снова оказалась права. Утро перед отъездом вышло слишком быстрым. Дом, обычно просыпавшийся постепенно, сегодня жил в непривычно собранном ритме. Внизу хлопали дверцы шкафов, на кухне негромко работала кофемашина, у входа уже стоял Лизин чемодан – аккуратный, застегнутый, с привязанной к ручке яркой лентой, которую Эмбер добавила вчера вечером, чтобы багаж было легче заметить на ленте. Лиза спустилась со второго этажа уже одетая для дороги: в джинсах, мягком свитере и короткой куртке. Свои длинные светлые волосы она собрала в низкий хвост, но несколько тонких прядей все равно выбились у лица. Она почти не спала и старательно делала вид, что дело исключительно в раннем подъеме. На самом деле внутри нее с самого пробуждения жило странное, почти болезненное волнение. Франция. Первая поездка с Мишей. Вдвоем. И пусть сначала это будут соревнования, тренировки, расписание, чужие взгляды и необходимость постоянно помнить, что об их отношениях пока не должен знать весь мир. Но все равно – впервые они окажутся так далеко от дома рядом друг с другом. И соревнования тоже пройдут. Лиза уже потянулась к ручке чемодана, когда заметила Илью. Он стоял в дверном проеме гостиной, прислонившись плечом к стене, и молча смотрел на нее. Не хмурился, не улыбался, не пытался отпустить какую-нибудь привычную колкость по поводу того, что она везет с собой половину гардероба. Именно отсутствие шутки заставило девушку остановиться. - Что? – спросила Лиза, чуть прищурившись. Илья выпрямился. - Иди сюда на минуту. В его голосе не было ничего тревожного, но он звучал серьезнее обычного. Лиза последовала за братом в гостиную. Илья не стал закрывать дверь. Просто отошел подальше от холла, туда, где их разговор не могли случайно услышать. Некоторое время он молчал. Лиза терпеливо ждала, хотя внутри уже начала подниматься знакомая настороженность. Раньше подобные разговоры обычно начинались одинаково: Илья собирался напомнить ей, кто такой Миша, насколько все сложно и почему ей стоит держать голову холодной. Но сейчас брат смотрел на нее иначе. Не как человек, пытающийся остановить. Скорее – как тот, кто, наконец, понял, что останавливать уже нечего. - Нет, я не собираюсь читать тебе лекцию, – произнес он, заметив выражение ее лица. Уголок его рта едва заметно дрогнул, но улыбка так и не появилась. Илья опустил взгляд, провел ладонью по затылку, словно подбирая правильные слова. Это было непривычно. Обычно он говорил прямо, иногда слишком резко, не особенно заботясь о том, насколько мягко прозвучит его мысль. Сейчас же он явно старался. - Ты раньше не была рядом с Шайдоровым на соревнованиях, – сказал он наконец. Лиза ничего не ответила. Илья был прав. В так называемом профессиональном мире она видела Мишу лишь в коридорах арен, на тренировках и перед выходом на лед во время шоу. Илья сделал небольшую паузу. - Перед крупными стартами он становится другим, – продолжил он. – Тише. Закрывается. Иногда вообще перестает нормально разговаривать. И нет, я не пугаю тебя. Я предупреждаю. Он произнес это очень спокойно. Не как старший брат, который заранее искал повод вмешаться, а как спортсмен с огромным опытом за спиной, слишком хорошо знавший, что могло происходить с человеком перед важным выходом на лед. И именно это заставило Лизу слушать внимательнее. Илья перевел взгляд на окно. За стеклом утро было серым и прохладным. На подъездной дорожке блестели мелкие капли недавнего дождя. - Миша может отвечать коротко или не отвечать вообще, – сказал он. – Может замолчать посреди разговора. Может уйти куда-нибудь один и сидеть там час. Иногда может казаться, что он вообще никого вокруг не замечает. Лиза опустила глаза. Она уже представила это слишком отчетливо. Миша, который не отвечает ей привычной улыбкой. Миша, который смотрит сквозь нее, думая о прокате. Миша, который вместо ласкового сообщения присылает одно слово. Даже от одной мысли внутри неприятно кольнуло. Илья заметил. - Вот поэтому я и говорю об этом сейчас. Лиза снова подняла на него взгляд. - Но… это не про тебя, – продолжил он тверже. – И не про ваши отношения. Он не отдаляется. Лиза ничего не ответила. Илья смотрел прямо на нее, не позволяя спрятаться за шуткой или отмахнуться. - Он так собирается, – произнес он. – Вот и все. В комнате стало тихо. Эта простая фраза почему-то прозвучала убедительнее длинных объяснений. Не отдаляется. Собирается. Не становится холоднее. Просто постепенно закрывает все лишнее, чтобы оставить внутри только музыку, счет, дыхание и лед. Лиза медленно выдохнула. - Это Миша попросил тебя поговорить со мной? - Нет. Ответ прозвучал сразу. Она внимательно всмотрелась в лицо брата. - Тогда почему ты это делаешь? Илья отвел взгляд. На несколько секунд в его выражении появилась та редкая неловкость, которую он обычно скрывал за смехом или резкостью. - Потому что ты можешь подумать, что сделала что-то не так. Лиза молчала. А Илья продолжил. - Я не хочу, чтобы вы поссорились из-за того, что для него нормально перед стартом, – сказал он. – Особенно там. Он будет и так на пределе. В этих словах не было ни прежней ревности брата, ни желания поставить Мишу на место. Только спокойное понимание человека, который знал его много лет. И, возможно, забота сразу о них обоих. Лиза чуть склонила голову. Она уже заметила главное. Несколько месяцев назад Илья говорил бы совсем иначе. Напомнил бы, что Миша сложный. Что отношения во время сезона мешают. Что она должна быть осторожнее. Что он лично будет следить, чтобы никто не перешел границу. Теперь же он просто помогал ей понять Мишу. И это значило гораздо больше любого официального одобрения. Лиза подошла ближе и осторожно коснулась пальцами его предплечья. - Я поняла. Илья кивнул, но не отпустил ее сразу. - И еще одно. Лиза вопросительно подняла брови. Он снова на секунду замолчал. - Не пытайся вытаскивать его из этого состояния. Она нахмурилась. Илья продолжил уже мягче: - Ему будет достаточно, что ты просто рядом. Без вопросов. Без попыток развеселить. Без «Что случилось?». Дай ему пространство, но не исчезай совсем. Лиза медленно кивнула. Это было намного тоньше, чем просто не обижаться. Не требовать от Миши привычного тепла в тот момент, когда все его внутренние силы уходили на другое. Не воспринимать его молчание как отказ. Не давить, но и не заставлять его чувствовать, что за сосредоточенность он должен расплачиваться одиночеством. - Хорошо, – тихо сказала она. Илья внимательно посмотрел на сестру, словно проверяя, действительно ли она услышала. Потом его лицо, наконец, немного смягчилось. - Тогда все. - Все? - Все. Лиза не двинулась с места. - Ты даже не скажешь, чтобы я вела себя прилично? Илья прикрыл глаза. - Я почти смог закончить разговор нормально. Она улыбнулась. Илья вздохнул, но прежней жесткости в нем уже не осталось. - Я Шайдорову доверяю, – произнес он после короткой паузы. Лиза замерла. Эти слова дались ему сложнее, чем все, сказанное до этого. Это было видно по тому, как напряглась его челюсть, как он отвел глаза сразу после признания. Но он все-таки сказал. Лиза почувствовала, как в груди стало неожиданно тесно. - И тебе тоже, – добавил Илья чуть тише. – Поэтому просто… не усложняйте то, что и так сложное. Она смотрела на него еще несколько долгих секунд. А потом неожиданно для него шагнула вперед и крепко обняла. Илья явно не ожидал. На мгновение он даже растерялся – его руки так и остались опущенными вдоль тела. Но… он тихо выдохнул, обнял сестру в ответ и бережно положил ладонь ей на затылок, легко прижимая к себе. Совсем как в детстве. - Но это не значит, что мне все нравится, – негромко пробормотал он. Лиза лишь улыбнулась, уткнувшись щекой ему в грудь. - Конечно. Илья едва заметно покачал головой. - И не значит, что я перестал быть твоим старшим братом. Лиза тихо фыркнула, не сдержав смешка. - В этом я ни секунды не сомневалась. Несколько мгновений они просто молча стояли посреди комнаты. Илья уже собирался отпустить ее, но вдруг словно вспомнил еще кое-что. - И если он тебя обидит... Лиза только устало улыбнулась. - Илья... В одном этом слове прозвучало все: и нежность, и легкий укор, и уверенность, что продолжение она знает наизусть. Малинин тихо усмехнулся самому себе. Опустил взгляд, покачал головой и выдохнул ей в волосы: - Да знаю я. Лиза отстранилась первой. Илья поправил воротник ее куртки – коротким, почти неосознанным движением, как делал еще тогда, когда она была маленькой и постоянно выбегала из дома без теплой одежды. - Иди. А то опоздаете. Она сделала несколько шагов к выходу, но у двери обернулась. Илья все еще стоял на прежнем месте. Серьезный, немного напряженный, непривычно спокойный. Больше не преграда между ней и Мишей. Просто старший брат, который, наконец, окончательно перестал бороться с ее выбором и решил сделать единственное, что еще мог: подготовить ее к тому, чего она пока не знала. - Спасибо, – сказала Лиза. Илья кивнул. Со стороны лестницы послышались шаги. В холле появился Миша – тоже уже одетый для дороги, со спортивной сумкой через плечо и небольшим чемоданом в руке. На нем была темная куртка поверх светлой футболки, волосы еще слегка влажные после душа. Он выглядел собранным и спокойным. Миша перевел взгляд с нее на Илью. На короткое мгновение в комнате повисла тишина. Еще недавно подобная встреча обязательно отозвалась бы напряжением, настороженными взглядами, невысказанными предупреждениями, слишком крепким рукопожатием. Сейчас ничего этого не было. Илья первым шагнул навстречу. - Береги ее, – негромко сказал Илья. Фраза была знакомой. Почти ожидаемой. Но прозвучала иначе. Не как угроза. Как доверие, которое Мише, наконец, решили отдать без условий и оговорок. Он не отвел взгляда. - Всегда. Илья едва заметно кивнул. С улицы донесся короткий сигнал автомобиля. Лиза бросила взгляд на окно: у подъездной дорожки уже остановилось такси, водитель вышел и открыл багажник. - Нам пора, – сказала она. Миша забрал у нее чемодан прежде, чем она успела взяться за ручку. Лиза привычно хотела возразить, но только улыбнулась и подтянула ремень небольшой сумки на плече. Илья остался чуть в стороне от входной двери. На его лице по-прежнему оставалась привычная братская настороженность, но теперь за ней не было желания остановить. Только убедиться, что с его сестренкой все будет хорошо. - Напиши, когда приземлитесь, – сказал он. - Напишу. Лиза кивнула. - И это, Шайдоров… победы! – добавил Илья уже легче и, наконец, улыбнулся. Простое пожелание одного спортсмена другому. И уверенность в том, что Миша способен его выполнить. - Приложу все усилия, Малинин, – отозвался Шайдоров с такой же улыбкой. – А ты тут без меня на подготовку не забивай. Ты – следующий, если что. - Да уж постараюсь. Вместо обычного рукопожатия они привычно хлопнули ладонями, сцепили пальцы, тут же сменили хват и закончили все коротким ударом кулаков – какой-то нелепой, отработанной годами комбинацией, понятной, кажется, только им двоим. Лиза, наблюдавшая за ними со стороны, невольно улыбнулась. Те самые привычные Миша и Илья. Не соперники. Не брат девушки и парень сестры. Просто два лучших друга, которые по очереди выходили на лед и каждый раз знали, что второй всегда поддержит. Лиза лишь улыбнулась и вышла на крыльцо следом за Мишей. Холодный утренний воздух сразу коснулся лица. Чемоданы один за другим скрылись в багажнике, водитель закрыл крышку. Миша открыл перед Лизой дверь автомобиля, дождался, пока она разместится на заднем сиденье, и сел рядом. Такси плавно тронулось с места. Несколько секунд они оба молчали, провожая взглядом дом, который медленно исчезал за окном. Потом Миша, не говоря ни слова, нашел ее ладонь. Их пальцы привычно переплелись, словно так и должно было быть. Лиза лишь чуть крепче сжала его руку, после чего тихо придвинулась ближе, коснулась губами его щеки и устроила голову у него на плече. Миша легко поцеловал ее в макушку. Никаких слов не понадобилось. За окном оставался дом, в котором их провожали самые близкие люди. А впереди были аэропорт, долгий перелет, Франция и Мишин первый старт сезона. Их первое путешествие, которое начиналось с простого, почти незаметного переплетения пальцев. До аэропорта они почти не разговаривали. Такси плавно катило по еще сонным улицам, за окнами один за другим исчезали знакомые кварталы, пока уютная Вена постепенно уступала место широким магистралям. Лиза по-прежнему сидела, положив голову Мише на плечо. Их пальцы были переплетены, скрытые между ними самими, и со стороны этот жест почти невозможно было заметить. Но… иногда и не нужно было ничего говорить. Достаточно было просто чувствовать рядом тепло другого человека. Международный аэропорт Вашингтона как и всегда жил своей привычной жизнью. По просторным залам непрерывным потоком двигались люди. Кто-то торопился к выходу на посадку, кто-то прощался с родными, кто-то устало катил за собой тяжелые чемоданы после долгого перелета. Над головами одно за другим звучали объявления о регистрации и вылетах, смешиваясь с приглушенным гулом голосов и мерным рокотом самолетов за огромными панорамными окнами. Регистрация. Чемоданы скрылись за лентой транспортера, посадочные талоны легли в карманы курток, впереди оставалось только ожидание. Миша и Лиза устроились у большого окна с видом на летное поле. Между их креслами оставалось совсем небольшое расстояние – достаточное для того, чтобы случайный прохожий решил, будто они просто фигуристы, летящие на один турнир. Никаких переплетенных пальцев. Никаких случайных прикосновений. Никаких взглядов, которые задерживаются слишком долго. Лиза проводила глазами очередной взлетающий самолет и тихо улыбнулась сама себе. Еще несколько месяцев назад она даже представить не могла, что однажды будет сидеть вот так. С билетом до Франции в руках. Рядом с человеком, без которого… уже не представляла своей жизни. Через несколько минут Миша поднялся. - Я сейчас. Лиза даже не успела спросить, куда он собирается. Миша коротко кивнул в сторону небольшого кафе неподалеку и растворился среди пассажиров. Вернулся он довольно быстро, аккуратно удерживая в руках два бумажных стакана. Один молча протянул Лизе. Она сделала первый осторожный глоток. И тут же удивленно посмотрела на него. - Что? - Ты... Миша спокойно отпил из своего стакана. - Две неполных ложки сахара и немного молока. Правильно же? Лиза улыбнулась. Именно так. Не больше. Не меньше. Даже вкус получился именно тем, который она всегда выбирала сама. - Ты запомнил… Миша посмотрел на нее и тоже улыбнулся. - Я многое запоминаю. Лиза опустила взгляд в стаканчик, пряча невольно появившуюся улыбку. Наверное, именно в таких мелочах любовь ощущалась сильнее всего. Не в громких признаниях. Не в красивых жестах. А в двух ложках сахара. Они еще разговаривали о пустяках. О расписании тренировок, о разнице во времени, о том, что во Франции наверняка окажется прохладнее, чем обещал прогноз. Со стороны их разговор выглядел совершенно обычным. Двое спортсменов летят на очередной международный старт. Ничего такого. Наконец, над залом раздался знакомый звуковой сигнал: - Уважаемые пассажиры рейса Вашингтон – Париж, приглашаем вас на посадку... Лиза подняла голову. Они почти одновременно посмотрели друг на друга. - Пора, – тихо сказала она. Миша поднялся первым, привычным движением взял их ручную кладь и протянул ей ладонь лишь на долю секунды – так, чтобы этого не заметил никто вокруг. Она незаметно коснулась его пальцев. Всего мгновение. Потом между ними снова осталось положенное расстояние. Оба одновременно поняли одну и ту же вещь. Пока еще нельзя. Не здесь. Не сейчас. Не среди десятков людей, которые вполне могли узнать их обоих. Два спортсмена. Два пассажира одного рейса. Они спокойно направились к выходу на посадку, растворяясь в потоке таких же путешественников. Когда они поднялись на борт самолета, Лиза сделала всего несколько шагов по салону и неожиданно замедлила ход. Она вполне очевидно ожидала увидеть привычные длинные ряды кресел эконом-класса, заполненные пассажирами и ручной кладью. Вместо этого по обе стороны широкого прохода располагалось всего по два просторных кресла, отделенных друг от друга высокими перегородками. В салоне царила совсем другая атмосфера – спокойная, почти камерная. Приглушенный свет, мягкие оттенки отделки, негромкие голоса пассажиров и ощущение какого-то непривычного простора. Лиза растерянно перевела взгляд на посадочный талон, затем снова посмотрела на номер ряда перед собой. Нахмурилась. - Миш... Он уже привычным движением убирал их ручную кладь на верхнюю полку. Лиза еще раз сверилась с билетом. - Кажется... мы ошиблись. Миша тихо усмехнулся, даже не оборачиваясь. - Нет. Лиза медленно подняла на него глаза. - Бизнес-класс? Только теперь он посмотрел на нее через плечо. В уголках его губ появилась едва заметная улыбка – именно такая, какая всегда появлялась, когда ему удавалось сделать для нее маленький сюрприз. - Я поменял билеты. Лиза удивленно моргнула. - Когда? - Вчера вечером. Он пожал плечами так непринужденно, словно речь шла о какой-нибудь мелочи вроде выбора мест именно у окна. - Подумал, так будет удобнее. Лететь все-таки далеко... – он на мгновение запнулся, будто раздумывая, стоит ли договаривать, и все же с легкой улыбкой закончил. – Да и просто… захотелось, чтобы наше первое путешествие началось красиво. Лиза смотрела на него. Она уже начинала замечать за Мишей одну особенность. Он никогда не устраивал чего-то громкого или кричащего и не пытался впечатлить красивыми жестами напоказ. Он просто тихо придумывал что-то, что, как ему казалось, сделает ее счастливее. И каждый раз ему каким-то невероятным образом это удавалось. - И ничего мне не сказал... – тихо произнесла она, качнув головой. - Хотел сделать сюрприз. Лиза только улыбнулась. - У тебя получилось. И почему-то именно в этот момент она поймала себя на мысли, что это путешествие уже начиналось совсем не так, как все предыдущие. Наконец, самолет плавно вырулил на взлетную полосу. На несколько секунд все вокруг стихло, словно огромная машина собиралась с силами. Затем двигатели низко загудели, постепенно набирая мощность. За стеклом иллюминатора все быстрее побежали огни взлетной полосы. Еще мгновение, и земля незаметно осталась где-то внизу. Самолет легко оторвался от нее, уверенно устремившись навстречу светлеющему утреннему небу. Лиза молча наблюдала, как под ними быстро растворяются огни аэропорта, затем широкие городские магистрали, а спустя всего несколько минут весь мир превратился в бескрайнее белое море облаков, подсвеченное первыми лучами восходящего солнца. Франция стала чуточку ближе. Первые часы полета прошли удивительно спокойно. Миша и Лиза разговаривали негромко, почти вполголоса, словно не желая нарушать ту особенную тишину, которая всегда возникает в самолете после взлета. Обсуждали лед во Франции. Новые программы Миши и то, как менялось его катание от старта к старту. Лиза с искренним интересом расспрашивала об Анже – городе, который до сих пор видела только на фотографиях. Миша рассказывал о старых улочках, небольшом катке и удивительно спокойной атмосфере, которой так не хватало на крупных чемпионатах. Иногда разговор сам собой затихал. Тогда они просто сидели рядом, глядя в иллюминатор или просто листая что-то в телефонах. И наконец-то не нужно было никуда торопиться. Не нужно было спешить на тренировку, оглядываться по сторонам или следить за временем. Можно было просто быть рядом. Когда обслуживание подошло к концу, бортпроводники постепенно приглушили освещение. Один за другим пассажиры опускали кресла, укрывались пледами и устраивались поудобнее. За стеклом иллюминатора по-прежнему неспешно проплывали облака, похожие на бесконечные снежные равнины, а размеренный гул двигателей наполнял салон ровным, почти убаюкивающим спокойствием. Лиза медленно повернулась к Мише. Теперь рядом не было никого из тех, кто знал их. Только совершенно незнакомые люди, которым не было никакого дела до парня и девушки в последнем ряду. Миша поймал ее взгляд. На его губах появилась едва заметная улыбка. - Иди сюда. Она не ответила. Только подвинулась ближе и уютно устроилась рядом. Его рука почти сразу легла ей на талию, легко притягивая к себе. Лиза положила ладонь ему на грудь. Под ее ладонью спокойно и размеренно билось его сердце. Несколько минут простой тишины. Без разговоров. Без необходимости чем-то заполнять эту тишину. Их взгляды встретились. - Наконец-то ты рядом, – тихо сказал он. Лиза тепло улыбнулась. - Я и дома была рядом. Он едва заметно покачал головой. - Не так. Она сразу поняла, что он имел в виду. Дома всегда был кто-то еще. Илья. Родители. Команда. Тренировки, бесконечные дела и необходимость постоянно помнить, что о них пока не должен знать весь мир. А сейчас они впервые действительно принадлежали только друг другу. Хотя бы на несколько часов этого полета. Лиза сама сократила последние сантиметры между ними. Их губы встретились мягко и нежно. Будто оба до конца не верили, что могут, наконец, позволить себе эту простую близость без опасения, что кто-то случайно увидит, окликнет или заставит вновь сделать шаг назад. Миша медленно провел ладонью по ее плечу, словно заново запоминал каждую линию. Его пальцы скользнули выше, к шее, а затем осторожно зарылись в ее длинные светлые волосы на затылке. Лиза тихо выдохнула ему в губы. Ее ладонь, до этого лежавшая у него на груди, медленно поднялась выше. Кончики ее пальцев прошлись по его шее, по затылку и также осторожно утонули в его мягких волнистых волосах. Поцелуй становился все глубже. И нет, он не был слишком горячим или жадным. Они… узнавали друг друга заново. Без свидетелей, без необходимости считать секунды и постоянно помнить, что вокруг может оказаться кто-то знакомый. Миша гладил Лизу по спине, притягивая к себе сильнее. Лиза едва заметно улыбнулась прямо сквозь поцелуй. И сама придвинулась еще ближе, пока между ними почти не осталось расстояния. Она чувствовала его размеренное дыхание. Тепло его рук. Спокойное биение сердца под своей ладонью. И весь окружающий мир словно перестал существовать. Остались только негромкий гул двигателей. Белые облака за иллюминатором. И ее Миша, которого больше не хотелось отпускать ни на секунду. Когда они, наконец, медленно отстранились, их лбы почти соприкасались. Миша, улыбаясь, большим пальцем бережно провел по ее щеке. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Без слов. - Выступлю... Голос Миши прозвучал почти шепотом. - ... а потом ты полностью моя. Лиза едва заметно улыбнулась. Она ласково скользнула пальчиком по линии его скулы. - Когда ты победишь. Миша почти сразу покачал головой. Улыбка не исчезла с его лица, но взгляд стал чуть серьезнее. - Не загадывай. Лиза вопросительно приподняла брови. Он на секунду перевел взгляд к иллюминатору, где бесконечное белое море облаков уже сливалось с таким же светлым горизонтом. - На этом этапе очень сильный состав, – спокойно произнес он. – И Адам, и Саша... да и остальные тоже. Сейчас вообще нельзя кого-то недооценивать. Лиза молчала. Всего несколько минут назад он улыбался, шутил, говорил о том, что после проката она будет принадлежать только ему. Но стоило разговору коснуться соревнований... Она увидела ту самую перемену, о которой утром говорил Илья. Не холодность. Не отстраненность. Совсем нет. Просто мысли Миши постепенно перестраивались. Словно внутри него одна за другой закрывались лишние двери, оставляя только ту, что вела к льду. "Не принимай это на свой счет. Он не отдаляется. Он собирается…" Теперь Лиза понимала эти слова гораздо лучше. Она посмотрела на него долгим, спокойным взглядом. В нем не было сомнения. Не было желания спорить. - Но победишь ты. Миша повернулся к ней. Просто молча посмотрел ей в глаза. Наверное, любой другой человек принял бы эти слова за попытку успокоить. Но он слишком хорошо ее знал. Лиза не пыталась убедить его. Она просто говорила то, во что сама безоговорочно верила. В уголках его губ появилась едва заметная улыбка. - Хорошо, – тихо сказал он. – Постараюсь. Лиза улыбнулась в ответ. Большего ей и не было нужно. Спустя некоторое время разговор окончательно стих. Размеренный гул двигателей, приглушенный свет салона и бесконечные облака за иллюминатором постепенно делали свое дело. Лиза поудобнее устроилась рядом с Мишей, укрылась мягким пледом и, сама того не замечая, снова положила голову ему на плечо. Он почувствовал, как она тихо выдохнула. А еще через несколько минут ее дыхание стало медленным и ровным. Она уснула. Миша осторожно поправил сползший край пледа, заботливо укрывая ее плечо. Кончиками пальцев едва заметно убрал за ухо прядь волос, как делал всегда, и на несколько секунд задержал взгляд на ее лице. Во сне она всегда казалась удивительно спокойной. Без тревоги. Без бесконечного желания переживать обо всех сразу. Без вопросов, которые она так любила задавать. Просто счастливой. Он бережно притянул ее чуть ближе, позволяя устроиться удобнее, и осторожно поцеловал в макушку. Совсем легко. Так, чтобы не разбудить. После этого Миша тоже прикрыл глаза, не убирая руки с ее плеч. Снаружи продолжали все также медленно плыть залитые солнцем облака. Самолет уверенно нес их вперед. Во Францию. Навстречу первому старту сезона. Навстречу победам, испытаниям и моментам, которые навсегда изменят их обоих. И к новой главе их общей истории.