Звездные войны. Путь силы.

      Сообщение пришло на рассвете.       Рей стояла у окна в своей комнате, когда комлинк завибрировал. Голос По звучал устало — не после бессонной ночи, а после того, как он слишком долго уговаривал людей, которые не хотели слушать. — Республика наносит удар. Через шесть часов. Координаты скинули. Рей… они не хотят ждать. — Кто командует? — Адмирал Ксавьер. Он собрал флот. — Что нашли?       По помолчал. — Три дня назад культ захватил республиканский конвой. Не просто груз — там были лекарства для колонии на Кесселе. Колония без них не протянет. А через два дня конвой нашёл один из патрулей. — И что? — Все мертвы. Не в бою. Казнены. Символ Культа вырезан на каждом.       Рей закрыла глаза. — Это не была самооборона? — Это была казнь. Республика требует ответа. Адмирал Ксавьер получил приказ: уничтожить базу, с которой координировалось нападение. — Откуда они знают что это именно та база? — Перехватили координаты. И нашли выжившего. — Выжившего? — Один из солдат. Он успел послать сигнал до того, как они его нашли. Его убили, но запись осталась. Рей… там слышно, как они смеются.       Тишина повисла между ними.       Рей зашла на командную станцию через час.       Адмирал Ксавьер стоял у голографической карты — высокий, седой, с лицом, которое видело слишком много войн. На столе рядом с ним лежал планшет с фотографиями. Рей не спросила, что на них. Она уже знала. — Вы хотите, чтобы я летела, — сказала она. — Я хочу, чтобы вы знали, почему мы это делаем, — ответил адмирал. — Не из жестокости. Не из мести. Потому что, если мы не ответим сейчас, завтра они уничтожат другой конвой. А послезавтра — целую колонию.       Он коснулся панели, и карта засветилась красными точками. — Эта база — узел связи. Отсюда координируются нападения. Не только на конвои. Разведка подтвердила: они готовят удар по системе Кор-Фа. Хотят перекрыть торговые пути.       Рей смотрела на карту. — У них есть пленные? — Да. В том числе чувствительные к Силе. Те, кого они «спасают» от Республики.       Ксавьер повернулся к ней. — Я не хочу войны, джедай. Но я не могу смотреть, как они убивают моих людей. И если для этого нужно уничтожить одну базу… я это сделаю. — Всех? — Всех, кто будет сопротивляться, — жёстко ответил адмирал. — Те, кто сдадутся, отправятся в лагеря для интернированных. До выяснения обстоятельств. — А если среди них дети?       Ксавьер помедлил. — Детей мы не трогаем. Но если они возьмут в руки оружие… — Они дети, адмирал. — Они солдаты Культа, — ответил он. — Солдатами не рождаются. Ими становятся. А мы не можем позволить себе смотреть на это сквозь пальцы.       Он отвернулся к карте. — Летите, джедай. Посмотрите сами. А потом скажите мне, что я не прав.       Рей села в кабину разведчика рядом с По. Корабль уже готовился к старту, когда она задала вопрос, который мучил её с момента звонка. — Ты знаешь, как они действуют? Не Бен. Те, кто пришёл к нему. Как они вербуют?       По покачал головой. — Не как армия. Не как секта. Они приходят туда, где Республика не появлялась годами. С едой. С лекарствами. С обещанием, что их не бросят. — И люди верят? — Люди хотят верить, — ответил По. — Я разговаривал с одним из них. До того, как Ксавьер начал операцию. Обычный парень с планеты, которую мы забыли.       Он помолчал. — Там не было ни законов, ни защиты. Банды грабили фермеров, а мы появлялись раз в год, чтобы собрать налоги. Потом пришёл культ. Не с бластерами — с едой. С медициной. С людьми, которые слушали. — И что он сказал про Бена? — Что Бен — не лидер. Но его имя даёт надежду. Он пережил невозможное. Он был по ту сторону и вернулся. Для них это знак.       По повернулся к ней. — Парень сказал: «Я не хочу воевать. Но если Республика нападёт, я буду защищать свой дом. Не потому, что верю в культ. Потому что верю в тех, кто рядом». Мы воюем не с монстрами, Рей. Мы воюем с людьми, которые устали бояться. И это страшнее всего.       Система Трал встретила их облачным поясом и холодным светом умирающей звезды. Флот Республики вышел из гиперпространства ровными рядами — корветы, фрегаты, тяжёлые крейсеры. Корабли Культа не ждали атаки. Они стояли на орбите старыми, списанными грузовиками — не армия, а транспорт. — Они не готовы к бою, — сказал По. — Тем хуже для них, — ответил Ксавьер по общей связи. — Начинайте.       Первый удар пришёлся по защитным генераторам. Взрывы раскололи тишину вакуума, и на поверхности базы вспыхнули оранжевые цветы пламени.       Рей спустилась на поверхность вместе с десантом.       Здесь, на земле, война выглядела иначе. Не стратегические схемы. Не точки на карте. Люди.       Они выбегали из горящих зданий — кто с оружием, кто с пустыми руками. Старики. Женщины. Те, кто не успел спрятаться.       Рей отбивала атаки, но не убивала. Только обезоруживала. Только останавливала. — Сдавайтесь! — крикнула она одному из последователей.       Парень — не старше Корра — смотрел на неё с ненавистью и страхом. — Вы убили мою сестру! — закричал он. — Вчера. Ваши корабли. Ей было четырнадцать.       Рей замерла. — Я не приказывала… — А вы не остановили! — он выстрелил.       Желтый клинок отразил заряд. Парень упал, обезоруженный, и зарыдал.       Рей стояла над ним, не зная, что делать.       По подбежал сзади. — Рей! Нам нужно двигаться! — Они не враги, По. Они… они просто… — Я знаю, — перебил он. — Но если мы не будем двигаться, мы все здесь погибнем.       Она подняла взгляд.       Вокруг горело всё.       Республиканские солдаты выводили пленных — молодых, старых, испуганных. Двое военных тащили девочку лет двенадцати. Она вырывалась, кричала, звала кого-то, кто не придёт. — Куда вы её? — спросила Рей, подходя к солдатам. — В лагерь для интернированных. Приказ адмирала. — Она ребёнок. — Она чувствительна к Силе, — ответил солдат. — Приказ есть приказ.       Рей хотела возразить, но По дёрнул её за руку. — Не сейчас. Если мы начнём спорить с командованием, нас просто отстранят. И мы не сможем помочь никому.       Она посмотрела на девочку.       Та смотрела в ответ — пустыми, мёртвыми глазами, в которых уже не было надежды.       Бой закончился к вечеру.       Рей помогала в полевом госпитале. Не потому, что её просили. Потому что не могла смотреть, как умирают люди, которых она не успела спасти.       Тарен появился неожиданно.       Он стоял в тени палатки, грязный, уставший, с перевязанной рукой. — Ты здесь? — Рей поднялась. — Я был на другой стороне, — тихо сказал он. — Не в лагере. В посёлке в двадцати километрах. Республика сбросила бомбы. Говорят, ошиблись координатами.       Рей закрыла глаза. — Сколько? — Много. Не считал.       Он сел на ящик рядом. — Я думал, культ — зло. А теперь вижу, что зло везде. Просто в разных масках. — Что ты здесь делаешь? — Ищу координаты следующей базы, — ответил Тарен. — Республика не будет их искать. Они празднуют победу. — Какую победу? — Рей открыла глаза. — Мы убили людей, которые просто хотели защитить себя. — Не просто, — жёстко ответил Тарен. — Они вооружались. Готовили атаки. Но ты права. Не все.       Тарен достал из кармана старый навигационный кристалл. Рей узнала такие — они использовались ещё во времена Империи, в них не было точных координат, только направления, только намёки. — Что это? — спросила она. — Ниточка, — ответил Тарен. — Которая ведёт туда, куда Республика не полезет. — Куда?       Он посмотрел на неё долгим взглядом. — Если я скажу — ты не поверишь. Если покажу — ты пойдёшь одна. Без армии. Без Финна. Без вопросов. — Почему? — Потому что там то, что вы ищете. Настоящее. Не слухи. Не догадки. А ты — единственная, кто может это выдержать.       Рей смотрела на кристалл. — Ты просишь меня довериться тебе. — А ты просила довериться тебе, когда тащила меня на Ак-То, — ответил Тарен. — Я не забыл. Я просто хочу, чтобы мы были квиты.       Она молчала долго. — Когда вылетаем? — Через час. Я подготовлю корабль.       Он ушёл, оставив кристалл на столе.       Рей смотрела на него, и внутри поднималось тяжёлое, липкое чувство.       Она не знала, куда он её зовёт.       Но знала, что отказываться нельзя.       Финн нашёл её у шаттла за полчаса до вылета. — Тарен сказал мне. Ты улетаешь с ним. — Да. — Куда? — Не знаю.       Финн шагнул ближе. — Ты не знаешь? Рей, это безумие. — Может быть, — ответила она. — Но он знает то, что не знаем мы. И если там можно кого-то спасти… — А если это ловушка? — Тогда я встречу её одна.       Финн схватил её за руку. — Я не отпущу тебя одну. — Ты не полетишь со мной, Финн. Ты нужен здесь. Эне. Мире. Корру. Республике — даже если она этого не заслуживает. — А ты? — Я справлюсь.       Она мягко освободилась. — Я вернусь. Обещаю.       Финн смотрел, как она поднимается на борт. — Ты всегда так говоришь, — тихо сказал он.       Но она уже не слышала.       Корабль Рей и Тарена ушёл в гиперпространство за полночь.       На Чандарине, в храме, Мира стояла у окна и смотрела на звёзды. — Она вернётся, — сказала она, не оборачиваясь.       Корр сидел на полу, собирая бластер. — Ты уверена? — Нет, — ответила Мира. — Но я хочу в это верить.       В маленькой комнате с высоким окном Эна сидела на кровати, прижавшись спиной к стене, и слушала.       Голоса не замолкали.       Но теперь она не боялась их.