Последняя пара

После трех часов дня цокольный этаж погрузился в привычную прохладную тишину. Шум шагов сотен студентов, покидающих здание после окончания пар, доносился отголосками откуда-то сверху, из холла первого этажа. Здесь же, среди бетонных стен и старых труб, пахло сыростью и пылью. Минхо сидел на нижней ступеньке бетонной лестницы, положив локти на колени. Рядом с ним стоял новый пластиковый контейнер, купленный взамен старой треснувшей миски. Он ждал уже около десяти минут, и внутри снова начало подниматься привычное, глухое раздражение на самого себя. Зачем он согласился? Зачем впустил кого-то в это свое маленькое, скрытое от всех убежище? Тяжелая дверь наверху со скрипом поддалась, и по лестнице эхом покатился торопливый шаг кроссовок. Джисон практически скатился по ступеням, тяжело дыша и прижимая к груди большой пакет с сухим кормом премиум-класса и пару баночек влажного паштета. Его куртка была расстегнута, а на щеке красовался небольшой след от чернил — видимо, заснул на последней лекции. – Извини, – выдохнул Джисон, усаживаясь на ступеньку чуть выше Минхо. – Чанбин никак не хотел отпускать, расспрашивал про выходные. Пришлось на ходу придумывать историю про внезапный приезд тети. Держи, я взял с тунцом, продавщица сказала, коты от него без ума. Минхо молча взял пакет, изучая этикетку. Напарник явно не поскупился, выбрав самый дорогой корм из ассортимента. – Она дикая, Хан, – негромко сказал Минхо, поднимаясь и направляясь в глубину коридора, к темному углу под лестницей. – Ей плевать на бренд. Главное, чтобы было съедобно. – Ну, теперь у нее королевский рацион, – Джисон тихо последовал за ним, стараясь ступать как можно тише. Они подошли к груде заброшенных парт. Минхо опустился на корточки и издал тихий, едва слышный горловой звук — короткий свист, на который кошка отзывалась в последние недели. Через полминуты из темноты подсобки действительно показались два горящих зеленых глаза. Трехцветная кошка замерла, настороженно водя ушами. Минхо аккуратно открыл баночку паштета и переложил половину в новый контейнер, пододвинув его ближе к проходу. – Смотри, – шепнул Минхо, не оборачиваясь. – Не делай резких движений. Она боится громких звуков и чужих запахов. Джисон опустился на пол рядом, поджав под себя ноги. Он завороженно наблюдал, как животное, все еще подрагивая от страха, сделало первый робкий шаг к еде, а затем принялось жадно есть. В полумраке подвала этот хруст и тихое довольное урчание казались чем-то невероятно мирным. – Как ты ее нашел? – так же тихо спросил Джисон, глядя не на кошку, а на профиль Минхо. Острые скулы, прямая линия носа, абсолютно спокойный, сосредоточенный взгляд. В этом месте Ли казался настоящим, будто здесь ему не нужно было тратить силы на поддержание своей ледяной брони. – В марте, – ответил Минхо, не убирая руки от пола. – Был сильный ливень, она забилась в вентиляционное окно подвала и орала всю ночь. Комендант хотел вызвать службу отлова, пришлось соврать, что это мой кот и я заберу его домой. Но в общежитие с животными нельзя. Вот и подкармливаю тут. – Ты спас её, – Джисон улыбнулся, и эта улыбка была мягкой, лишенной всякого пафоса. – Хмурый Ли Минхо, гроза преподавателей, на самом деле просто тайно спасает бездомных животных. – Не болтай лишнего, Хан, – Минхо чуть повернул голову, и в его глазах блеснуло предупреждение, но в нем больше не было прежней злости. – Узнает кто-то еще — её выкинут на улицу, а меня отчислят за нарушение санитарных норм. – Могила, – Джисон приложил пальцы к губам, имитируя закрывающийся замок. Кошка тем временем закончила с паштетом и, сыто облизываясь, внезапно сделала два шага вперед. Она обнюхала кроссовок Минхо, а затем перевела взгляд на Джисона. Хан замер, боясь даже вздохнуть. Животное осторожно потянулось носом к его протянутой ладони, коснулось влажным пятачком кожи и... негромко мяукнуло, потеревшись щекой о его запястье. Джисон затаил дыхание, его глаза восторженно округлились. Он посмотрел на Минхо так, словно только что выиграл главный приз в лотерее. – Она тебя приняла, – Минхо удивленно приподнял брови. – Обычно она недели две привыкает к новым людям. Видимо, от тебя действительно пахнет хорошей едой. – Или она просто понимает, что я свой, – тихо отозвался Джисон, аккуратно, одним пальцем погладив кошку по полосатой голове. – Такой же напуганный и вечно ищущий, где спрятаться от этого мира. Минхо промолчал. Эти слова отозвались внутри него странным, глухим эхом. Он поднялся на ноги, отряхивая колени от подвальной пыли. Кошка, испугавшись смены позы, тут же юркнула обратно в свое укрытие, оставив парней вдвоем у пустой миски. – Пора идти, – сказал Минхо, глядя на часы на телефоне. – Скоро комендант пойдет проверять замки на технических этажах. Они вместе поднялись по лестнице и вышли на задний двор колледжа. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая кирпичные стены в теплый янтарный цвет. Воздух был чистым и теплым, совсем не похожим на ту душную атмосферу, что царила здесь во время сессии. У ворот они остановились. Джисону нужно было идти на автобусную остановку, Минхо — в сторону студенческого общежития. – До завтра, Минхо? – Джисон закинул рюкзак на плечо, заглядывая ему в лицо. Минхо засунул руки в карманы своего неизменного худи. Он посмотрел на Хана — растрепанного, с чернильным пятном на щеке, но с живым, теплым взглядом. – До завтра, Джисон. И... сотри чернила с лица. Выглядишь нелепо для лучшего студента потока. Джисон весело фыркнул, тут же начав тереть щеку рукавом куртки, и, махнув на прощание рукой, быстрым шагом направился к остановке. Минхо постоял еще пару секунд, провожая его взглядом, а затем развернулся в противоположную сторону. Впервые за весь учебный год дорога до общежития не казалась ему бесконечно серой и унылой.