MISS TAKE (Mime)

- Хьюстон, я повторю, у нас серьёзные проблемы, - продолжая смотреть ему за спину, но не делая попыток отстраниться, вздохнула Мизуки. - Держи лицо, сказал, - усмехнулся Шляпник. - Я пока не вижу пара из ушей или, судорожно мигающей лампочки «ахтунг». Мизуки снова очень глубоко вздохнула, прогоняя мысль, как хорошо в его устах звучит немецкое слово. Она отпила виски и всё же немного отстранилась, снова пряча под козырёк такой неудобный мужской взгляд напротив. - Я серьёзно, - повторила протеже. - У меня в голове сейчас вопросов ещё больше, чем перед моим провальным монологом осмелевшей роковухи. - Излагай, роковуха, - кивнул он, снова ложась обратно на спинку дивана и забирая бокал, к которому она постоянно прикладывалась. - Так вот, - попытавшись опустить, наконец ноги, чтоб тоже сесть ровно начала Мизуки. И тут же с сарказмом уставилась на ухмылку под козырьком, когда он прижал её колени к своей груди, не оставляя вариантов, кроме как оставаться сидеть боком на диване. Мизуки снова упёрлась локтем в диван и уронила голову на неё. - Закопать, ты меня закопал новым фокусом... - Кто бы говорил о фокусах. Ты ведь тоже играешь в «ближе дальше». То шарахаешься от руки в метре от своей спины, то закидываешь на меня ноги, тихо шепча мне на ухо. Ещё и касаясь его. От кого ты набралась этой пошлости? - рассмеялся Шляпник. Она сначала возмущённо запыхтела, глядя, широко распахнутыми глазами туда, а точнее на того, от кого и набралась. Но потом решила не переводить тему. - Я хотела, чтоб тебе тоже было хоть немного неловко, - надулась она. - Чтоб ты понял, как я себя чувствую, когда ты что-то такое выкидываешь. - А почему мне должно быть неловко? - искренне удивился он. - Я перед тобой на столе в капроновых чулках лежал на глазах у тысячи людей в зале и перед экранами. Ты думаешь мне ещё может быть неловко? - уже откровенно хохотал мужчина. - А, если бы на том столе в капроновых чулках лежала я? - хитро сощурилась она. - Тоже не было бы? Он немного отстранил её колени, прогулявшись взглядом от кедов до бедра, потом обратно и снова прижал их к себе. - Нет, - спокойно ответил он, покачав головой. - Боюсь неловко было бы, опять же тебе. - Это ещё почему? - оторвав голову от руки, возмутилась она и усмехнулась. - Думаешь на меня никто никогда в чулках не смотрел? - Может и смотрел, - кивнул он согласно. - Но ты же помнишь, что мы были на сцене и должны были делать вид, что всё происходящее — часть постановки? Насколько позволяло положение, Мизуки взяла свой бокал, сделав глоток. - И что? - не поняла она и тут же поперхнулась. Отпустив её колени, он одним движением протиснулся пальцами между ними и ладонь скользнула к внутренней части бедра. Она автоматически сжала бёдра, останавливая его руку, что вообще не делало ситуацию лучше. Нервно оглядываясь по сторонам, Мизуки метнула на Шляпника злой взгляд и прошипела: - Хочешь, чтоб я тебе пальцы переломала? - А ты можешь сделать это бёдрами? - расхохотался он. - А так и не скажешь. - Что-то ты совсем разбуянился, семпай. - стряхивая его ладонь, возмутилась она. - Какое отношение твои похотливые ручонки имеют к нашему номеру? - Ну, ты же куртизанку собралась играть. Роковуху, - уточнил он со смехом. - А значит мой неудачник мог, как бы очень нелепо и неловко, но всё же пытаться тебя лапать, сначала прямо на столе, потом и за ширмой. Публика бы вообще обомлела, - откровенно хохотал мужчина. - Прекрати, глупости какие, - тоже рассмеялась Мизуки, почти цитируя строку из песни. - Как Вам пришла в голову идея поменяться ролями? - вдруг каким-то чужим голосом спросил Шялпник. - Вам не понравилась мысль, что придётся почти полностью раздеться перед наставником? - Это было бы, как минимум банально, - пожала она плечами, включаясь в импровизированное интервью. - В истории мужчины и женщины, зритель меньше всего ожидает увидеть смену ролей. И вот такое перевоплощение, как раз было куда интереснее, чем пару минут смотреть на меня в чулках, - она немного помолчала и потом добавила со смехом. - тем более, что ему они идут больше. - Шутка в конце — это хорошо, - одобрительно кивнул Атсуши. - Покажешь им, что провокация не сработала. - Это та самая прямолинейность, - продолжила смеяться она, снова делая глоток вина. - Ещё пару глотков вина после виски, - кивнул он на бокал. - И мы можем идти проверять кому из нас больше идут чулки. Обороты сбавь. - А что, опасаешься моей пьяной истерики? Или похмелья перед интервью? - хохотнула она, поставив всё же бокал. - На вопрос ты так и не ответила, - откинув голову на спинку дивана, чтоб кепка больше не скрывала взгляд, напомнил он. Мизуки сощурилась. - А ты от интервью не отвлекайся, - усмехнулась она. - Кандидатки на поцеловать закончились? - А ты стрелки не переводи, - тоже улыбнулся он. - Я вопрос задал тебе и о тебе, а не о каких-то там кандидатках. - Вопрос ты задал о себе, - напомнила она. - Почти дословно: что, если Я хочу тебя поцеловать? Чего хочется мне ты не спросил ни сейчас, ни тогда. - Справедливо, - кивнул он. - А чего хочется тебе? - Выйти из проекта с наименьшими потерями, включая мою гордость, - серьёзно сказала Мизуки. - А ты уже раз «приложился» без спросу, так что потери моя армия обороны уже понесла. - А то, если бы я спросил, ты бы сказала, что тоже хочешь? - криво ухмыльнулся он, снова глотнув виски. - Но ты же не спросил, - вскинула она брови. Потом посмотрела на часы и присвистнула, постучав по циферблату. - У меня нет времени, - снова процитировала она песню и кивнула на свои колени, где всё ещё покоилась чужая рука. - Надеюсь я не провалилась, как ты ожидал и завтра тоже справлюсь. - Снова уходишь от ответа, - похлопав её по колену и отпуская, ответил он. Достал купюры из бумажника, вложил их в, предварительно оставленный счёт на столике, поднимаясь. - А ты ничего не спрашивал, - повторила Мизуки, снимая с него, наконец свою кепку. - Ты снова сам всё лучше всех знаешь, уважаемый наставник. - Справедливо, - повторил он и встав перед ней, остановил её попытку свинтить гордо. - Тогда спрошу прямо. Если бы я спросил: хочешь ли ты, чтоб я тебя поцеловал, что бы ты ответила тогда? - А у нас завтра последнее интервью? - вдруг спросила она. - Смотря, как управимся, - пожал Атсуши плечами, поняв, что она снова перевела тему. - Идём. Надо поймать такси. Выйдя на улицу, она указала на припаркованную машину и быстро забила себе такси, раз уж первая заметила. Он усмехнулся и кивнул «иди». - Вы неправильно задаёте вопросы, семпай, - глядя теперь на него из под козырька кепки, вдруг сказала она перед уходом. - Значит провалился я, как репетитор, - развёл руками Атсуши. - Тогда, - она кивнула головой куда-то в прошлое. - Точно бы не хотела. Я же ещё была на волне прогулки с тем, в кого думала, что была влюблена. - Разлюбила? - ухмыльнулся он. - Это он болван или ты такая непостоянная? - Я слишком постоянная, - парировала девушка. - А потому очень долго прислушиваюсь ко внутренним ощущениям. И когда расслышала их окончательно, поняла, что обожаю Хиде, но как старшего брата и не более. - Значит и правда болван, - рассмеялся он. - Болван, - кивнула она согласно. Шагнула к нему и легко поцеловала наставника в щеку. - Но не он. Последующие её размышления звучали в голове голосом заправской кокетки, читающей дамский роман. Это был её маленький триумф. Как в кино: хлестнуть игриво обидным словом, чмокнуть и легко упорхнуть. Неуловимой бабочкой увернуться от ловца с сачком на лёгких крыльях маленькой, пусть и дурацкой победы. Элегантно сесть в такси, слушая, как ухнуло его сердце. Конечно же, в последний раз за вечер, бросить взгляд из-под ресниц на, сбитого с толку, теперь уже её фокусом, Шляпника. Махнуть с лёгкой улыбкой, пока безликое авто уносит её вдаль. - Ошибаетесь, госпожа роковуха, - услышала она его насмешливый голос, когда сделала первый взмах тех самых крыльев. Точнее попыталась сделать, но чужая рука ухватила худи на спине и потянула назад. Голос кокетки превратился в неуклюжее короткое кряхтение. Мизуки попятилась с грацией кота, ухваченного за шкирку и возмущённо обернулась, стряхивая его руку. Метафора бабочки была прихлопнута суровым сапогом реальности. - Болван тут только ты, - снова сомкнув пальцы теперь уже на вороте очень удобной для этого манёвра одежды и, отвернув козырёк её кепки в сторону, иронично и небрежно обронил Атсуши. А потом рванул к себе за кофту и разогнал остаток оборонительной армии. Снова ничего не спрашивая, конечно же. - Да чтоб тебя, - прошипела Мизуки, когда он чуть отстранился. - Это по-твоему спросить? Я тебя предупреждаю... - Нет, это я тебя предупреждаю, - тихо, но твёрдо перебил он, глядя прямо в глаза и больше не улыбаясь. - Если ты и после этого будешь цепенеть и шарахаться от меня, интервью с допросами продолжатся. Проект всё ещё в действии, пусть и не эфирами. А у меня, поверь, ещё много фокусов в шляпе. И тебе вряд ли хочется узнать их все, а потому, уж будь добра, постарайся завтра. Хочешь беситься — бесись, если так проще. Но не цепеней от одного моего вида. Она хотела отпустить какую-то колкость, отшутиться, если не двинуть его, но решила не нарываться и просто твёрдо кивнула. - Ты первая начала, если что, - послышался новый смешок за спиной, когда Мизуки чеканила шаг к авто, плотно сжимая губы. Это была даже не тень бабочки, это был локомотив. Чеканный шаг поршней которого эхом отдавались по пути к машине. - Иди к Чёрту! - бросила она, не оборачиваясь и услышала хохот Шляпника за своей спиной. Кажется магия головных уборов перестала работать и теперь тот буянил, даже без какой-либо шляпы.