MISS TAKE (Mime)

- Гадство! - не удержалась Тори. Плюхнувшись на диван. - Успокойся, Ясуда, - опустился рядом с ней Чиба. - Все и так поняли, что победа за нами. - Но официально нам приписали поражение! - продолжала негодовать она. - И что теперь? - открывая банку пива, спросил Имаи. - Второй тур? - Они сказали, что нужно обдумать дальнейший ход событий, - вздохнул менеджер. - По результатам голосования, победила Мизуки. Она оторвала, не только лучшее исполнение, но и приз зрительских симпатий. - А потом этот гад, поднял кипиш, что это подстава и зрительские симпатии оторвал Сакураи-сан, а не Мизуки, - расстроенно вздохнула Ая. - Ещё и потребовал штрафные баллы. - Поуважительнее, Каменаши-сан, - обратился к ней Хисаши. - Мы воспитанные люди. И даже в такой ситуации должны помнить про манеры. Не гад, а гад-сан. Именно так к нему обратишься, прежде чем придушить эту скотину в тёмной переулке. - Простите, - рассмеялась она. - Зараза, - возмутился Юта. Впервые не подхватив весёлый настрой разговора. - Она же всего на голос-два отстала. Неужели, в общей сумме это не сделано её бесспорным победителем? Пока все бурно обсуждали и ругались на проигрыш, Атсуши покосился на «бесспорного победителя», которой, кажется, вообще было наплевать, что её объявили проигравшей. И, вдруг задумался. Весь проект он держал себя стальной хваткой за горло, опасаясь проигрыша. Сделав ставку на конкурсантку и знатно облажавшись, как он сам был уверен. Весь оставшийся проект, он бежал белым кроликом, который постоянно куда-то опаздывает. Успеть, сделать лучше, потом ещё немного лучше. Подготовиться, не дать спуску протеже. Его «синдром отличника» никак не давал расслабиться и часами Атсуши правил график, обдумывал выступления, старался всё и всюду закрыть. «У нас нет времени» - стало не столько строчкой песни, сколько его девизом на время этого проекта. А протеже никак не хотела втягиваться в эту гонку. Ей совсем было наплевать? Нет, она старалась сделать. Но хотя бы «хорошо», а не «идеально». Что и оказалось, как раз идеальной стратегией. Имаи тогда — при обсуждении предстоящего проекта в кафе с Чибой, кажется сказал, что это будет интересно и ново. Или что-то такое. А Сакураи было, вот вообще не интересно. Ему было важно Сделать. Всё. Правильно. Правильно и качественно. Победить и только так! Потому что это он. Ему иначе нельзя. Или можно? - Да, и хрен с ним, - спокойно заключил Атсуши. - Я давно так не веселился, а победу пусть Араки себе на стену повесит и молится на неё до конца дней своих. Все обернулись к дивану, где сидели они с Мизуки. Похоже тут никого не смущали его чулки из-под концертного костюма. Кроме менеджера Ая, может. Она очень картинно отвернулась, когда Куртизанка закинул ногу на ногу, покачивая носком ботинка. Мизуки притворно огорчилась и, со вздохом указала обеими руками на семпая: - Куртизанки. Что с них взять? - Весело вам? - сварливо спросила Ая. - Мы продули в прямом эфире! - И что? - спокойно спросил Атсуши. - Зато теперь тебя годами будут спрашивать, что это ты делала там за ширмой с Сакураи? Она ошарашенно на него уставилась, пытаясь возразить, но теперь только, кажется, дошло, что для всех именно она участвовала в шоу. Как минимум для тех, кто не знал их с Мизуки лично. И может даже для будущих работодателей. Все потом, конечно же, сведут левое с правым и личность участницы установят, но когда ж это будет-то? - Я... Я! Я ничего! - заливаясь краской выпалила она. - Это не я! Это всё она! - Нечего на меня валить, - расхохоталась Мизуки. - Я писала романтическую песню. А потом наша мама борделя превратила всё в порнографическое шапито. Имаи с Сакураи переглянулись. - Нет, это не идея для второго тура! - предупредительно указав по очереди на каждого из них, строго сказала Мизуки. - Ладно, - пожал плечами Хисаши. Но в телефоне всё же что-то записал. - Так что? - спросил Хошино. - Всё же решила не продолжать музыкальную карьеру? У тебя есть шанс, которого нет у многих. - Нет у меня шанса, - дружелюбно ответила Мизуки. - Всё это очень круто работает только, когда проходит через призму вашего, ребята, света. Без вас будет не то. Так что я лучше всё же останусь преданным фанатом. И уйду на пике славы. Чтоб потом не было всяких «Мизуки-сама уже не тот, Мизуки-сама уже не торт». - Можешь иногда с нами пить, - рассмеялся Толл. - Ты хотел сказать «петь»? - уточнил Юта. - Я хотел сказать, то что сказал, - объяснил ударник. - Последнее, что я буду делать - это пить с вами, - тоже рассмеялась Мизу. Но смеялись они о разном и об этом знали только двое в этой комнате. *** Мизуки щёлкнула выключателем в прихожей и глубоко вздохнула. Она любила их с подругой квартиру, но за, таким полюбившимся деревом, определённо будет скучать. - Всё хорошо? - тихо спросила Ая, поставив свой чемодан рядом с сумкой подруги. Та чуть горько улыбнулась и закивала. - Я, наверно и правда буду за всем этим скучать, - с тоской сказала она, но потом глубоко вздохнула и добавила бодрее. - Правда недолго. Ну, что? Закажем чего-то вкусненького и будем разбирать вещи? У Ая завибрировал телефон и она лукаво улыбнулась, читая сообщение и поглядывая на подругу. - Ох, не нравится мне этот взгляд, - ухватив сумку, рассмеялась Мизуки. - Это Тори, - помахала телефоном Ая. - Приглашает нас вечером отметить окончание проекта. - Так вроде ещё в особняке отметили, - вопросительно нахмурилась Мизу. Подруга пожала плечами. - Что ответить? Мизуки изобразила озадаченность, глядя в окно, а сама прикидывала, как бы деликатно уточнить состав празднующих. И задумалась какой именно вариант её бы огорчил больше: Тори вместе с ними всеми или вместо? - А, - прочитав ещё одно сообщение, вдруг сказала подруга и усмехнулась, - цитирую: Давай соглашайся! После интервью будете голодные, как волчары. Ещё и угощают. - После какого интервью? - резко обернулась к ней Мизуки. - Видимо проект закончился и теперь будут расспрашивать, как жилось, работалось и... - Почему продули? - рассмеялась Мизу, а потом перестала смеяться, потому что взглянула на экран своего телефона. - Надо бы перечитать ещё раз договор, - задумалась Ая. - А то может он закончится только после всех эфиров и интервью? А ещё лучше, спрошу у своего наставника. Она, видимо, тоже не совсем была готова проститься с ролью серьёзного менеджера. Телефон продолжал отдаваться вибрацией, пока Мизуки стояла спиной к подруге и не решалась ответить. И очень злилась на себя за такую реакцию. Снова бодро вздохнув, она весело ответила на звонок. Очень надеясь, что веселье получается натурально. - Да, мамочка, я добралась. Не свернула шею по дороге, не нажила себе неприятностей и почти не устала. - Так ничему тебя спецы по актёрству и не научили, - прозвучал ироничный мужской голос в трубке. - Ясуда вас уже обрадовала? - Ага, - кивнула девушка, придерживая плечом телефон и пытаясь разбирать сумку. - Только я ещё не смотрела почту, потому вопросы не видела. - Не ко всем интервью, увы, предварительно дают вопросы, - сказал он, вздохнув. - А я подозреваю, что желание ещё посмаковать наш провал, именно таким и будет завтра. - И что делать? - расстёгивая кофту, досадно спросила она. - Готовиться. - А нужно прям готовиться? - Ты уже разделась? - вдруг спросил наставник. - Думаете они с этого вопроса и начнут? - расхохоталась Мизуки, прогоняя смущение. - Это вряд ли, но вопросы будут кусючими, я уверен. Я скину адрес, приезжай, будем тебя натаскивать не попадаться на коварные уловки журналюг. - Не надо меня натаскивать, - хохотнула девушка. - Давайте может завтра? Я устала с дороги. - Мне предлагаешь приехать? - строго спросил он, - Какое «завтра», если уже завтра само интервью? Подумай сама. Если мы спокойно проскользнём между струями, им станет скучно и от нас отстанут. А, если дадим хоть какую-то затравку, чтоб мусолить месяцами, ты очень скоро вспомнишь, каково это прятаться от журналистов на каждом углу. Ей пришлось признать, что он прав. - Ладно, убедили, - отправив в стирку часть вещей из сумки согласилась Мизуки, - Присылайте адрес. - Ты не ответила, - вдруг спросил он. - Как не ответила? Ответила. Присылайте адрес. - Ты уже разделась? - снова повторил голос в трубке. - Да ну Вас, - сварливо пробурчала Мизу. - Вот хоть раз так ответишь, нас сожрут без аперитива, - рассмеялся он. - Сейчас пришлю. *** Мизуки вошла в помещение, где громко гремела музыка, а видимость была не дальше вытянутой руки. Громкие синтетические биты, пульсировали где-то даже у неё внутри, так гремела музыка. А от цветомузыки рябило в глазах, но это было единственным освещением зала клуба, где видимо и планировалась обстановка полной безликости. Она проталкивалась через толпу, чертыхалась, вспоминая, как уже перед выходом спросила у Ая, не предлагал ли менеджер группы ей тоже подготовиться на завтра. - Тори сказала, что заедет и закидает меня коварными вопросами, - улыбнулась подруга, прокручивая меню на сайте службы доставки. - Сказала бы раньше, пока я не согласилась на допрос, - бурчала Мизу, ища глазами знакомую высокую фигуру. - Я бы никуда не тащилась. Приподняв козырёк кепки, она снова осмотрелась и прикинула, что искать надо у бара или в закрытых зонах. Им надо было говорить и много, а потому это точно был не танцпол, где итак было негде яблоку упасть. Да и представить наставника, пляшущим она решительно не могла. Найдя, наконец, нужный столик в дальнем и самом неприметном углу, она снова натянула козырёк пониже, накинула капюшон худи и двинулась к нему. - Сталкера косплеишь? - усмехнулся Атсуши, когда она упала на диван рядом с ним, глядя на толпу. - Конспирация, - подняв указательный палец вверх, важно сказала девушка. - Не знаю, как Вы, а я личность публичная, мне надо быть осторожной. - Вечер в компании публичной женщины, - делано важно кивнул он. - Отличный вечер пятницы. - Очень смешно, - скривилась Мизуки и махнула той же рукой. - Давайте уже закопаем меня коварными вопросами и я поеду домой. Меня теперь минивэн не возит, а мы чёрт знает где. - Надо выбрать, что пить, - подзывая официанта, сказал он. - Вот только давайте без «пить», - резко обернулась к нему девушка. - Давайте без давайте, - спокойно ответил он, не глядя на протеже. - Интервью будет в баре. Там тупо для кадра или рекламы какой-то даже лёгкий алкоголь могут поставить. И если банка пива развяжет тебе язык — ничем хорошим это не закончится. Я же не говорил, что планирую выглушить бутылку виски в одно лицо, как тогда. - А с чего Вы взяли, что я опьянею и всё испорчу? - с вызовом взглянула она на наставника. - Забьёмся? - склонившись к ней, ухмыльнулся Сакураи. Она отпрянула от и поёжилась. То ли от ухмылки, то ли от триггерного слова. Официант вернулся с заказанным виски для Атсуши и бокалом красного для Мизуки. Они решили, что в райдере можно указать что-то лёгкое, но изящно смотрящееся в руках девушки во время интервью. - Итак.., - задумался он, глядя куда-то перед собой. Мизуки вцепилась в ножку бокала и стала напряжённо ждать первой лопаты с землёй, под которой её собирались закапывать. Он отпил из бокала, вернув его на стул. Откинулся на диванчике и перекинул руку, устроив ту на спинке позади протеже. Мизуки, как по команде, подалась вперёд, подальше от его руки. - Первый провал, - всё так же глядя перед собой кивнул он. - Они смело расценят это, как что-то личное. - Они смело расценят, что я девушка приличная и не терплю, когда так делает кто-либо, - парировала она. Так что просто не надо так делать перед ними. - Как делать? Показывать, что ты приличная девушка? - Провоцировать журналистов. Сами же меня в провокации и обвиняли. - Я тебе удивляюсь, - вдруг улыбнулся Сакураи. - То ты с меня футболку снимаешь, раз за разом заваливаясь в мою тёмную комнату, а то шарахаешься от руки на диване. Не на плече даже. А если надо будет по-отечески тебя приобнять и встряхнуть за плечи? - Не надо меня встряхивать, - наконец тоже улыбнулась она. - Мы уже обсуждали, что тогда я скорее была в роли старшей сестры и сиделки для больного. Тем более, это было до... Она прикусила язык и тоже уставилась перед собой. - До чего? - прозвучало у самого её уха и Мизуки подскочила, но твёрдая рука наставника вернула её на диван. - Прекращайте эти фокусы, а то я точно провалюсь завтра. Если не прямо сейчас под землю. - Да что ты как маленькая? Я уже извинился. Мне ещё раз извиниться? Она посмотрела на бокал в своей руке. - Я не злюсь на Вас. Или не только на Вас... Не важно в общем. Он вдруг стянул с неё капюшон, забрал кепку и вернул капюшон на место, пока Мизуки не успела замахать руками или начать громко возмущаться. Натянув кепку, скрывая глаза, он наклонился вперёд, чтоб не кричать и сказал: - Нас тут никто не знает и не слышит, можешь «не выкать». Выкладывай. Она покосилась на профиль в кепке рядом с собой и мысленно поблагодарила, что Шляпник вернулся. Пусть даже в такой импровизированной форме. - Я не на Ва... Не на тебя сержусь, а на себя, - вздохнула Мизуки, отпив из бокала. - На то, что так по идиотски себя веду после того случая. - «Того случая», - усмехнулся Шляпник. - А знаешь, что больше всего сбивает журналистов, да и просто людей с толку? Она снова посмотрела на толпу в клубе и отрицательно покачала головой. - Прямолинейность, - тихо сказал он ей на ухо. - Я тебе больше не наставник, можешь не стесняться. Усилием воли, она не подскочила, не отстранилась даже, хоть и крепче сжала бокал в руке. Прикинув, что он сейчас пытается выбить почву у неё из-под ног, Мизуки попыталась придать лицу спокойное выражение лица и, как можно незаметнее сделать глубокий вдох. Осмотрелась по сторонам и прикинула, что помимо их импровизированной маскировки, тут было настолько темно и людно, что их никто бы не узнал при всём желании. Откровенно задолбавшись постоянно робеть и, как он сказал «шарахаться», она поставила бокал на стол и откинулась на спинку дивана. Шляпник посмотрел на неё и тоже скрылся в темноте, подаваясь назад. Мизуки взяла его бокал, отпила оттуда, стараясь не скривиться и передала ему. Пока не очень понимая что она делает, он спокойно принял бокал, специально накрыв женские пальцы своими. И всё же ощутил секундное напряжение чужой руки. Кепка скрыла вопросительно приподнятые брови, когда девушка повернулась боком, перекинув через его ноги обе своих. Так и оставив колени полусогнутыми, она удобнее устроилась, кедами на кожаной обивке. Упёрлась правым локтем об спинку дивана, склонилась к его уху, пока он всё ещё смотрел на женские колени прямо перед своими глазами. - Ну, тогда слушай, - тихо сказала она, что позволяло кратчайшее расстояние женских губ от его уха. - Всецело, - ухмыльнулся мужчина, поставив бокал на её колено и услышав тихий смешок. - Когда я попала в наш особняк впервые, - тихо продолжила она. - Ты вёл себя не просто строго, а даже как-то с перебором. Хошино потом объяснил мне, что новичком в своей роли была не только я. И я попыталась не смотреть на тебя, как на упыря и деспота. Даже после того, как смотрела в твою спину на первом и таком волнительном для себя выступлении. А ты помог мне не беситься, утренними уроками велосипеда. И когда не злился на то, как Араки каждый раз делает из меня полную дуру. Она уловила его едва заметную улыбку краешком губ и продолжила. - Но ты постоянно играешь в игру «ближе-дальше», - продолжила Мизуки. - При всех ругаешь, наедине играешься в Шляпника. Дома отчитываешь за плохое питание, потом везёшь завтракать. Я выбираю одну песню, ты отбрасываешь мой выбор, настояв на своём. Хорошо зная, что я не могу перечить. То помогаешь, то ругаешь, то задаёшь дурацкие вопросы «кого ты видишь во мне?». Раз за разом устраивая мне сеанс мозгового штурма, расслабления ненадолго, потом снова напряжения. Ты согласился с моей идеей написать песню, а потом полностью перекроил её на свой лад. Именно ты отобрал у меня последнее убежище спокойствия в лице Хиде, заставив задуматься над тем, как я действительно к нему отношусь. Своим тем «А почему ты пришла поделиться радостной новостью ко мне, а не к нему?». А потом, то сам становился таким убежищем, то напоминал, что «романтика в этом доме не живёт». Обманул меня с теми проклятыми журавлями, точно зная, что я же сама потом скажу спасибо за то, что показал, как отвлекаться на механическую работу руками. И когда я, наконец, почувствовала, что могу спокойно выдохнуть и мило болтать с тобой, даже пьяным, вдруг достал из своей шляпы ещё один фокус с поцелуем. Просто по пьяни, чтоб поиздеваться или зачем-то ещё — я так и не поняла. Но выкинул ты этот номер прямо перед финалом. Я безумно благодарна тебе за то, что ты поменялся со мной ролями, точно зная, кто из нас двоих неудачник. Но это и есть ответ на твой вопрос «чего ты шарахаешься?». Потому что я никогда не знаю как себя с тобой вести. За что ты меня отругаешь? Когда вдруг похвалишь? И зачем тебе был этот проклятый поцелуй? Я очень пытаюсь списать это на минутное помутнение в пьяном мозгу и как ты тогда и сказал: сделал бы так с любым, кто оказался рядом. Но оказалась я, а потому именно я и шарахаюсь теперь от каждого твоего движения. Потому что, если Вам, - он немного обернулся к ней при смене местоимения и тут же вопросительно нахмурился, когда расстояние между женскими губами и его ухом пропало совсем, - госпожа главная шлюха, не так и важно кого целовать, то для меня это очень важно. И, если Вы продолжите дальше свои игры, то не удивляйтесь, что девушка от Вас шарахается. Она щёлкнула по козырьку и рассмеялась, отстраняясь. Но перестала смеяться, когда он удержал её колени перед собой, передав бокал обратно протеже. Мизуки решила всё же сделать глоток, покосившись на руку, которая снова проскользнула мимо неё по спинке дивана и теперь расстояние сократил он, оказавшись у капюшона. - А как ты сама думаешь, - отвернув козырёк назад, чтоб тот не мешал, спросил теперь её на ухо Шляпник. - Зачем именно был тот поцелуй? Неужели правда, чтоб испортить твоё выступление? Или, Боже упаси, напроситься на сцену с тобой? Она чуть обернулась к нему, тут же решив, что это плохая идея, потому что чуть не скользнула по мужской щеке своей же. Задумавшись снова, она искренне пожала плечами «не знаю». - Тогда я придумал вопрос, который покажет умеешь ли ты сохранять хладнокровие. Хотела же лопату. Она попыталась натянуть капюшон на нос, но его рука мягко отвела женское запястье в сторону, так и не отпустив и не давая отодвинуться. Попытаться стоило, вдруг бы импровизированное убежище сработало бы? Она глубоко вдохнула и махнула второй рукой, мол, «давай». Когда его губы плотно прижались к уху, Мизуки сцепила зубы, стараясь не потерять облик хладнокровного безразличия. Она уже жалела о дурацкой попытке показать смелость, с которой она, разве что не оседлала мужчину минуту назад. - А что, если я хотел тебя поцеловать? - зазвучало не где-то, а почти в её собственной голове. - Не любого, кто окажется там, а именно тебя. И уже не в первый раз. А может и не просто поцеловать. - Семпай, - обернувшись к нему, глядя то на своё запястье в длинных мужских пальцах, то на немигающий взгляд напротив, сглотнула она. - Несите лопату. Мы пропали. Только я предлагала меня закопать, а не шарахнуть по башке наотмашь. - Ты неплохо держишься, - недобро вскинул он брови. - Второй вопрос. Держи лицо. - Может и правда просто лопатой стукнешь? - попыталась отшутиться она. Его рука потянула запястье дальше, сокращая расстояние между ними. - Второй вопрос, - тихо повторил он на ухо. - Что, если я и сейчас хочу? Заметь, абсолютно трезвым.