Телохранитель

Сэм сделал несколько неловких шагов вглубь холла, и остановился рядом с Джоном. — Ну... Привет, Дин, — тише обычного произнёс Сэм, сложив руки за спину, и скрепив их в крепкий замок, — Давно не виделись... Дин повернул голову в сторону своего отца и близкого друга, чуть кивнув в знак приветствия. — Да, нормально, — тихо пробормотал он, сглотнув слюну. Дин сделал глубокий вдох, пытаясь унять подступающуюся дрожь в теле. Джон перевёл свой взгляд с одного парня, на другого, и внезапно раскрыл руки в стороны, широко улыбнувшись. — Ну что вы, парни? Давайте, проходите к столу, — приглашающе махнув рукой в сторону кухни, произнёс Джон, — Эмма должна была вернуться, и приготовить ужин. Джон сделал несколько уверенных шагов к кухне, кинув взгляд через плечо на застывших парней: — Побыстрее, парни. Еда остынет. Стоило Дину услышать, как шаги Джона утихли в направлении кухни, он перевёл свой взгляд на Сэма. Несколько минут они молчали, лишь изредка кидая взгляды друг на друга. Дин чувствовал на себе взгляд Кастиэля, но и повернуть голову назад не решался. — Дин... Пойдем, — тихо отозвался Сэм, кивнув на свои же слова. Сэм двинулся вперёд, оставляя Дина одного в холле с Кастиэлем, делая быстрые, широкие шаги. Как только его шаги затихли в коридоре, Дин наконец расслабил плечи и шумно выдохнул, повернувшись к Кастиэлю, который все это время стоял как безжизненный предмет для интерьера. — Что мне делать? — Дин понизил свой голос до шёпота, чтобы ни одно его слово не долетело до чужих ушей. Кастиэль осторожно переносил вес с ноги на ногу, боясь, что лестница предательски скрипнет. — Я не знаю, Дин, — на выдохе произнёс Кас, подходя ближе к Дину, — Что бы ни случилось, я буду рядом. Иди. Дин протянул руку, едва касаясь ею руки Кастиэля своими мозолистыми пальцами. Между ними висела напряженная, но точно такая же умиротворяющая тишина. — Кас... Спасибо, — вполголоса пробормотал он. Дин в следующее мгновение уже уносился прочь, на кухню, оставив Кастиэля в полном одиночестве и недоумении. Кастиэль так и остался стоять на своем месте, все еще чувствуя это мимолетное прикосновение Дина к своей руке. «Спасибо? За что?» — подумал он, разглаживая край своего пиджака, чтобы испарить свой растерянный вид. Через пару секунд Новак взял себя в руки. Лицо снова превратилось в отстраненную гримасу, а шаги стали ровными и бесшумными. Он двинулся следом за Дином, возвращаясь к своей изначальной роли тени. ​Кухня особняка встретила Дина неярким, но каким-то слишком чистым светом. Стол был накрыт скромно, но со вкусом — Эмма явно постаралась, хотя самой её нигде не было видно. Несколько глубоких тарелок, исходящее паром жаркое в центре и тяжёлые серебряные приборы, тускло поблёскивавшие под лампой. ​Джон уже сидел во главе стола, изредка поглядывая на Сэма. Он успел закатать рукава белоснежной рубашки до локтей, обнажая крепкие предплечья, и теперь неторопливо разливал воду по бокалам. Сэм сидел по правую руку от него, непривычно прямой и зажатый, расправив свои плечи и спину ровно. ​— Садись, чего застыл, — негромко, но веско произнёс Джон, даже не подняв на вошедшего сына взгляда. Дин опустился на свободный стул напротив Сэма, кинув отцу едва слышное «хорошо». Воздух в кухне был удушающим, как-то неестественно давящим на его плечи. Серебряная вилка в пальцах Дина казалась тяжёлым металлом, а еда — ядом. Кастиэль занял свою позицию у самого дверного проёма, он встал на стыке света кухни и полумрака коридора. Спина была прямая, руки сцеплены перед собой, а взгляд направлен строго в противоположную стену. Но Дин кожей чувствовал, что Кас здесь. Его обещание «я буду рядом» осязаемо вибрировало в воздухе, заставляя на секунду расслабить плечи. ​Несколько минут тянулась тишина, нарушаемая лишь негромким стуком приборов. Джон ел неторопливо, отрезая каждый кусочек своей еды. Дин едва ковырялся в тарелке, перетаскивая ее с одной стороны, во вторую — кусок не лез в горло. ​Наконец, старший Винчестер отложил нож, вытер губы салфеткой и перевёл свой тяжёлый, сканирующий взгляд на Сэма. ​— Ну, рассказывай, Сэмюэль. Как учёба? Дин у нас парень не самый разговорчивый, из него слова про университет не вытянешь. Надеюсь, он там не бездельничает? Сэм тихо кашлянул, поправляя воротник своей рубашки и бросил быстрый взгляд на Джона, выдерживая его внимательный взгляд. — Все отлично, мистер Винчестер, — вежливо отозвался Сэм, чуть подавшись вперёд, — Дин один из лучших в нашей группе, когда не витает в облаках. Хотя... Мне показалось, что он в последнее время переутомился. Сэм повернул голову к Дину, заглядывая едва ли не в душу парня. — Так ведь, Дин? — выдавив из себя вежливую улыбку, спросил он. Дин застыл, на секунду оцепенев. Его рука с зажатой в ней вилкой зависла над тарелкой. Этот вопрос Сэма, который он задал с такой вежливой, но напористой интонацией прозвучал в тишине кухни как выстрел из дупла. Дин чувствовал как под прицелом нескольких пар глаз его желудок стягивался в тугой, болезненный узел. Он сжал пальцы сильнее вокруг холодного металла вилки, чувствуя, как та слегка впивалась в ладонь, возвращая его в реальность. — Я в порядке, — твердо отрезал Дин, — Просто много задавали на этой неделе. Джон неторопливо сделал глубокий глоток, отчетливо и громко сглотнув. Стекло тихо звякнуло, когда он опустил бокал обратно на полированную поверхность стола. На его губах появилась мягкая улыбка, направленная прямо на сына. — Зачем же скромничать, Дин? — вкрадчиво произнес старший Винчестер, переводя взгляд на Сэма, — Твой друг ведь прав. Ты выглядишь так, будто всю неделю провел в склепе, а не в собственной постели. ​Джон сделал небольшую паузу, позволяя своим словам давящим грузом осесть на плечи сына. Сэм сидел неподвижно, но Дин заметил, как его друг едва заметно повёл плечом, словно сбрасывая с себя морок этого тона. ​— Сэмюэль, я ценю твою заботу о моём сыне, — продолжил Джон, и его мягкая улыбка стала ещё шире, отчего Касу у дверей захотелось проверить, легко ли выходит нож из ножен, — Надеюсь, ты пришёл в мой дом не просто для того, чтобы констатировать его состояние? ​Сэм аккуратно отложил вилку в сторону, упираясь локтями в стол. ​— Вообще-то, да, сэр, — ровно ответил Сэм, хотя в его голосе проскользнули те самые упрямые нотки, которые Дин так часто слышал на парах, — Погода отличная, мы с ребятами с курса решили завтра съездить за город. К озеру, на весь день. Так сказать, небольшой пикник, чтобы просто перевести дух перед началом сессии. Я подумал... Дину это нужно больше всего. Сменить обстановку. ​В кухне снова повисла тишина, но теперь она была другой — выжидающей. Дин замер, затаив свое дыхание. Поехать за город. Сбежать отсюда хотя бы на несколько часов. Это казалось несбыточной мечтой, но Дин слишком хорошо знал отца, чтобы верить в чудеса. ​Джон неторопливо перевёл взгляд на Дина, всматриваясь в его застывшее лицо, а затем обернулся к дверному проёму, где безмолвным изваянием застыл Кастиэль. ​— За город, значит... — протянул Джон, постукивая подушечками пальцев по столу, — Что ж. Это отличная идея, Сэмюэль. Я только «за». Дин действительно засиделся. Можете завтра с утра поехать. Дин от неожиданности чуть шире раскрыл глаза, но тут же опустил взгляд в тарелку, чтобы отец не заметил его облегченного вздоха. Свобода. Пусть временная, пусть всего на один день, но без этих давящих стен. ​— Спасибо, папа, — тихо произнёс Дин. Голос прозвучал немного хрипло, и он поспешил сделать глоток воды, чтобы скрыть заминку. ​Сэм довольно улыбнулся, и это была уже искренняя улыбка. Он явно был горд собой, что смог выбить для друга это разрешение. ​— Вот и отлично, — кивнул Джон, снова принимаясь за еду. Его тон оставался ровным, — Развлекайтесь. Только без глупостей, Дин. Вечером чтобы был дома как штык. ​Кастиэль у двери даже не шелохнулся. Его лицо оставалось застывшей маской, но внутри в эту секунду что-то с треском оборвалось. Отпустить Дина? Одного? С этим парнем? Кас продолжал смотреть в стену перед собой, но его пальцы, сцепленные в замок, напряглись еще сильнее, оставляя следы ногтей на коже. Он был телохранителем, но сейчас его просто отодвинули в сторону, лишая возможности защитить. ​Ужин продолжался еще около получаса, но для Дина это время пролетело как в тумане. Он почти не слушал, о чем Сэм разговаривал с его отцом — они обсуждали какие-то нейтральные темы, политику, университетские программы. Все мысли Дина были сосредоточены на одном: завтра он будет далеко отсюда. ​Когда с едой было покончено, Сэм вежливо поблагодарил за ужин и поднялся из-за стола. ​— Ну, я пойду, Дин. Мне еще нужно заскочить к ребятам, обговорить детали по поводу завтрашнего дня, — Сэм поправил лямку своей сумки, которую только что накинул и посмотрел на Дина, — Проводишь меня до дверей? ​— Да, конечно, — Дин поднялся следом, чувствуя, как тело после долгого напряжения слушается с трудом. ​Они вышли из кухни в коридор. Кастиэль послушно сделал шаг назад, освобождая им проход, и двинулся следом на безопасном расстоянии — ровно на таком, какое требовал устав охраны, но слишком далеко, чтобы Дин мог снова невзначай коснуться его руки. ​У массивной входной двери Сэм остановился, обуваясь, а затем повернулся к Дину, понизив голос: ​— Рад, что твой старик оказался сговорчивее, чем я думал. Завтра в девять утра я заеду за тобой, будь готов. И... Дин? ​Сэм сделал шаг ближе, так что Дин невольно напрягся. ​— Нам нужно будет серьезно поговорить. Без свидетелей. Ты ведь понимаешь, о чем я? Дин сглотнул вставший в горле ком. Он не оборачивался назад, но затылком чувствовал тяжёлый, неподвижный силуэт Кастиэля в конце коридора. Кас стоял достаточно далеко, чтобы не слышать шёпота, но так же и достаточно близко, чтобы видеть каждое движение Сэма. ​— Понимаю, — глухо ответил Дин, едва заметно кивнув, — Завтра поговорим, Сэм. Езжай уже. ​Сэм внимательно вгляделся в его лицо, словно пытался выловить в полумраке прихожей хоть каплю искренности, но Дин умел держать лицо, когда это было жизненно необходимо. Однокурсник коротко вздохнул, накинул капюшон куртки и открыл массивную входную дверь. В холл ворвался прохладный ночной воздух, пахнущий сырой землёй и свободой. ​— В девять я у ворот, — бросил Сэм напоследок и вышел. ​Дверь закрылась со знакомым тяжеловесным щелчком замка. Этот звук всегда означал для Дина одно — клетка снова захлопнулась. Он остался стоять у порога, глядя на матовую поверхность дерева, и медленно выдохнул через нос. Разговор с Сэмом завтра будет тяжёлым, но сейчас его волновало другое. ​Дин медленно развернулся. ​Кастиэль не сдвинулся ни на сантиметр. Он так и стоял на стыке коридора, опустив руки вдоль тела. В тусклом свете его лицо казалось серой маской. Между ними было метров пять пустого пространства холла, но это расстояние сейчас казалось непреодолимым. ​Дин сделал несколько шагов вперёд, останавливаясь у лестницы на второй этаж. Он поднял взгляд на Каса. Сказать что-то вслух — значило рискнуть. Джон мог в любой момент выйти из кабинета или просто слушать их через камеры, которые опутывали весь дом. ​— Я наверх, — негромко произнёс Дин. Голос после ужина вернулся в норму, став привычно сухим, — Завтра меня не нужно будить. Сэм приедет сам. ​Кас медленно перевёл на него свои синие глаза. В них не было злости или обиды — только глухая тревога человека, у которого из-под носа забирали единственное, что имело значение. Новак едва заметно склонил голову. ​— Доброй ночи, Дин, — тихо ответил он. ​Дин ничего не добавил. Он развернулся и начал подниматься по ступеням, намеренно ступая тяжело, чтобы Кас слышал каждый его шаг до самого верха. Ему отчаянно хотелось обернуться, но он заставил себя дойти до своей комнаты, запереть дверь на замок и только тогда бессильно прислониться к стене. ​Внизу, в пустом холле, Кастиэль ещё долго стоял в темноте, глядя на пустую лестницу, пока тишину особняка не нарушил резкий голос Джона из глубины кабинета: — Кастиэль. Зайди ко мне.