Телохранитель

Уже на следующий день они приехали обратно в особняк чуть ближе к рассвету. Кастиэль загнал машину в гараж, отправив Дина в свою комнату, чтобы тот смог отоспаться и отдохнуть перед встречей с Джоном. Прошлая ночь оставила в Кастиэле тихий, но душу терзающий вопрос: «А вдруг все это теперь закончится?". Кастиэль стоял в полумраке гаража, наблюдая как первые лучи солнца начинали выводить яркие полосы на траве. Его ладони легли на капот уже остывающей Импалы, чувствуя как металл под пальцами медленно отдавал последнее тепло после их поездки. Новаку казалось, что точно так же сейчас начинает остывать и его жизнь, возвращая его в привычное, давно заученное русло. Новак отправил Дина спать, но сам даже не думал о том, чтобы отдохнуть. Взлом серверов, зачистка логов, проверка камер дома и двора — его пальцы безошибочно выполняли давно выученную последовательность движений. Но сознание вновь и вновь возвращалась к одной мысли:

«А вдруг все это теперь закончится?»

Кастиэль устремил взгляд на свою размытую фигуру в лобовом стекле. В лобовом стекле едва можно было развидеть очертания его лица. На него смотрел уже не суровый мужчина, кем он был до познания Винчестера, там, в его отражении был мужчина, который начинал познавать новые для себя чувства, и тут же придется их на время оборвать. Солнце безжалостно начинало всходить на небо, стирая яркие полосы на траве и заполняя гараж дневным светом. Кастиэль в последний раз проводил взглядом машину, и оттолкнулся, направляясь в дом. Пора было возвращаться в былой строй. В момент, когда он вошел в дом, ему захотелось подняться к Дину, крепко прижать его к своей груди и пообещать, что все будет хорошо. Кастиэль будет рядом с ним, несмотря на всю сложность их положения, хоть и не был в этом уверен. Он сделал шаг к лестнице, но остановился, прислушиваясь к тишине дома. Дин сейчас возможно крепко спал после нескольких часов в пути, уже видя седьмой сон. Новак тяжело вздохнул, ощущая сжимание сердца, но развернулся в сторону кухни. Не стоит тревожить Дина.

***

Дин спустился ближе к полудню, выглядя нездоровым. Он стал бледным, под зелеными глазами залегли заметные тени — сон к нему так и не пришел. Он сел в глубокое кресло, уставившись в окно. На его лице застыла маска безразличия, которую он так старательно годами ковал под присмотром отца. Он и Кас не разговаривали, даже не смотрели друг на друга. Но воздух в комнате становился все более душным и тяжёлым, будто собирался осесть им на плечи и запечатать на пол дома. Каждый из них помнил, что они оставили три дня назад. Теперь это держит замок, который они оба наложили, не собираясь открывать его в ближайшее время. Тишина особняка сгущалась, превращаясь в тяжёлое, фиолетовое марево весеннего вечера. Стрелки настенных часов медленно приближались к назначенному часу, и с каждой минутой замок, о котором они безмолвно договорились, начинала покрываться слоем тонкого льда. Кастиэль уже стоял у двери, снова выглядя спокойным и уверенным. Его лицо превратилось в спокойную, даже отстраненную маску, за которой было невозможно увидеть остальные чувства. Мужчина, который ещё на рассвете в полумраке гаража разглядывал свое новое отражение в стекле машины, был надежно спрятан. Винчестер несколько раз спускался и поднимался по этажам, пытаясь найти себе место, где было реально спокойно, но его ноги вели его только в одну комнату. Там, где был Кастиэль. Но глухую тишину особняка разорвал вибрирующий рокот моторов со двора. По стенам нижнего этажа поднялись яркие полосы света от фар бронированных внедорожников. Дин слегка сжал пальцы, спускаясь на первый этаж. Нужно было его встретить. Как только он спустился с последней ступеньки, послышались уверенные, давящие на сердце шаги у крыльца — шаги человека, который владел всем в этом доме. И каждым из них. Дверь особняка медленно открылась, раздражительно скрипя. В холл вошел Джон Винчестер. За спиной Дин услышал тихие шаги Кастиэля. Дин вздрогнул, услышав его спокойный голос. — Добрый вечер, сэр. Объект под контролем, за время вашего отсутствия происшествий внутри периметра не зафиксировано. Джон скинул с себя тяжёлое пальто на руки прислуге и повернулся к наемнику. Его взгляд задержался на лице Каса на долю секунды, после чего он кивнул ему. — Хорошая работа, Кастиэль. Рад, что у меня есть такой помощник. Дин сделал шаг вперед, через силу кивая отцу в знак приветствия. Джон наклонил голову, и в полумраке холла его глаза блеснули едва различимым блеском. Он не спеша прошел вглубь холла, своими движениями подминая пространство под себя. — Ну привет, Дин, - тихо произнес старший Винчестер, остановившись в паре шагов от сына. Дин выдавил из себя натянутую улыбку, заложив руки за своей спиной, и сжал их в кулаки. Джон подошел ещё ближе, сокращая дистанцию до минимума, и почти по-отцовски потрепал Дина по голове. — Ты побледнел. Совсем извел себя в четырёх стенах, пока меня не было, - отец звучал до удушения заботливо. - Охрана — это конечно хорошо, но тебе нужно человеческое общение, Дин. Я решил сделать тебе подарок, за твое послушание. Вы ведь когда то были очень близки. Джон в пол-оборота обернулся к открытой двери и сделал короткий жест рукой: — Заходи. В проёме показался высокий силуэт. Шаги вошедшего были нерешительными, слишком тихими, не похожими на тяжелые шаги Джона. Дин бросил взгляд на гостя, и в тот же миг весь его мир, который он так пытался собрать по кускам последние три дня, с грохотом рухнул. Воздух комом застрял в горле. На пороге стоял Сэм.