Слепая преданность

Держась за руки, Рон и Гермиона продвигались от точки аппарации к Норе, как делали это почти каждую среду. Из дома уже доносились смех и оживлённые разговоры, а тепло этого места было столь же гостеприимным, как солнечные лучи в первый день весны. В воздухе уже витали ароматы жареного цыплёнка и картофельного пюре. Всё пространство вокруг Гермионы казалось было пропитано магией и любовью. Всё было просто идеально. Рон постучал в дверь, а затем поцеловал Гермиону в щёку. Она густо покраснела и тут же чмокнула его в ответ. Не успели они как следует поддаться своим чувствам, как дверь открылась. — Гермиона! — Молли обняла девушку. — Мы уже начали переживать, что ты не придёшь. — Прошу прощения, задержка возникла совсем уж внезапно, — она отпустила руку Рона и обняла женщину в ответ. — Буквально в конце рабочего дня поступил срочный вызов, так что пришлось задержаться чуть дольше запланированного. — О, не беспокойся, — объятия Молли стали крепче. — Теперь ты здесь. Остальное не имеет значения. — Я рада, что мы пришли. — пропищала Герми, пытаясь поймать ртом столь драгоценный сейчас воздух. — А тебе, сынок, — женщина наконец разжала тиски и тут же повернулась к сыну. — Не помешало бы постричься. Гермиона отшатнулась, едва не споткнувшись о садового гнома. — Я знаю, но в последнее время в магазине розыгрышей стало слишком уж тяжко, — он жаловался, пока матушка приглаживала пальцами торчащие в разные стороны волосы. — Не выдохнуть и не продохнуть, в конце дня я слишком уставал, чтобы думать о стрижке, а не о том, чтобы поспать. — Джордж слишком давит на тебя всеми этими обязанностями. — Да, именно так. — Что же, попрошу его дать тебе небольшой отгул, чтобы у тебя появилось время подстричься, — Молли жестом пригласила Рона войти. — Возможно, если звёзды сложатся благополучно, то у меня будет время научить Гермиону, как все это делается. В этом случае и деньги сэкономите, и лишнего времени тратить не придётся. — Не думаю, что у меня получится хорошо… — начала свой протест Гермиона. — Не переживай, у нас ещё будет время хорошенько подучить её, — продолжила Молли, не обращая внимания ни на кого, кроме своего сына. — Сейчас же решаем проблемы по мере поступления. Надо уговорить твоего брата дать тебе больше выходных. Дай мне несколько минут, я поговорю и всё-всё улажу. — Спасибо, мам, — улыбнулся парень в ответ. — Мне и вправду не помешает чуть больше свободного времени. Гермиона последовала за ними, не решаясь озвучить вслух то, что у Рона двухчасовые перерывы на обед, а каждую ночь она выслушивает длинные тирады и том, насколько же легко работается под крылом у старшего братца. У парня было время привести в порядок свой беспорядок на голове, это уж точно. Хотя, если подумать, ведь именно на плечи Гермионы постоянно ложилась обязанность по записи на стрижку… И раз уж для него поход к парикмахеру — дело второго плана, то именно она, а не он сам, должны вносить это в список обязанностей. — Джинни здесь? — тихонько с надеждой уточнила Гермиона. Молли нахмурилась. В её глазах точно опустили шторы, из-за чего исчезли все радостные искорки. — Нет. Она отказалась приходить без мужа, поэтому мы попросили не утруждать себя появлением на семейной встрече. — Понимаю… — Я возмущена, что она до сих пор сохраняет эту свою бунтарскую позицию. Просто возмутительно, зачем она везде привлекает своего муженька и требует, чтобы он всюду ходил с ней. Даже туда, где этому ублюдку совсем не рады. — Почему же это удивительно? — Гермиона склонила голову набок. — Неужели замужняя женщина не должна желать, чтобы самый близкий ей человек, муж, был рядом и в горе, и в радости? — Слушай, я бы не возмущалась, будь её муж порядочным человеком, а не этим малолетним паршивцем, Драко Малфоем. — Да, но ведь именно он её муж. — А я её мать. И должна стоять превыше всех остальных. Гермиона напряглась, она уже была готова к следующим нападкам со стороны женщины. — Я не хочу в глаза видеть этого чёртового Драко Малфоя, — Молли фыркнула. — И если уж я не хочу никак взаимодействовать с этим чёртовым Драко Малфоем, то Джинни должна уважать моё мнение и не тыкать мне этой мерзостью в глаза при любом удобном случае. Джинни никто не запрещает посещать Нору, всё-таки это её дом тоже, но взять с собой разрешено лишь Скорпиуса и Кэсси. Опять же, никто не умрёт, если моя девочка с детьми проведёт один вечер без этого её мужа. Гермиона прикусила губу, чтобы не дай бог не ляпнуть лишнего. — О, может моя малышка и смогла отпустить ему все грехи, но я-то — нет. Есть тысяча и одна причина, почему после всех событий он специализируется именно на лечении последствий применения тёмных искусств. Ещё бы, ведь он знает каждое из них, в теории и на практике. Да я даже не удивлюсь, если он, пока идёт на перерыв, проклянёт пару-тройку человек, чтобы они искали его, искали избавления. Ничуть не удивительно для Малфоев — сотворить гадость, чтобы иметь возможность финансово нажиться на несчастьях других! Гермиона всё ещё держалась, но в этот раз от возмущения не смогла не закатить глаза. И это не осталось незамеченным. — О, даже не вздумай смотреть на меня так! Я уже в курсе, что из-за подобных высказываний ты считаешь меня сумасшедшей, но Малфой — выродок и злобный ползучий гад. Джинни должна была выйти замуж за уважаемого человека, и в этом случае двери наши были бы открыты для всех и в любое время дня и ночи. Ох, если бы только она вышла замуж за… — Гермиона! — Гарри появился рядом, точно чёртик из табакерки, и тут же заключил подругу в объятия. — Мы так давно с тобой не виделись. — Гарри! — Гермиона рассмеялась. — Прошёл всего один день. — Да, но ты не станешь отрицать, что он был необычайно долгим, — он посмотрел ей в глаза, в них читалось полное понимание и желание вытащить из неловкой ситуации, что повторялась из раза в раз. — Почему бы нам не сесть на диванчик и не поболтать? Гермиона бросила взгляд на Молли, что была не в состоянии возразить — лицо женщины стало цвета огненно-красных волос. — Знаешь, я и сама хотела предложить, — Гермиона последовала за Гарри; лишь оказавшись вне пределов слышимости женщины она наконец выдохнула, наклонилась и зашептала. — Спасибо, что спас меня. Я уж думала, что мне конец. — Обращайся в любое время, — Гарри замедлил шаг. — Она, порой, перегибает палку, когда слышит о чём-то, что касается Драко. — Перегибает — это ещё мягко сказано. — Не поспоришь. — На её месте любой другой уже давно принял бы его. Они с Джинни женаты уже восемь лет. Очевидно же, что расставаться не намерены, так почему бы не сделать первый шаг к примирению и не принять наконец в семью? Гарри фыркнул в ответ на это. — Ты действительно считаешь, что Молли вот так возьмёт, откажется от своих принципов и сможет поменять мнение о нём? — Это было бы мудро, знаешь, если учесть, что даже ты принял её выбор. А если смог ты, то сможет и любой. — Я смог простить и смириться лишь потому, что у меня есть Луна. Гарри повернулся в сторону блондинки, что сидела сейчас в другом конце комнаты и смеялась над одной из типичных шуток Рона, рассказанных вприхлёбку с пивом. Уизли-младший не стеснялся, расположился на диване и отдыхал в полной мере — с алкоголем и в приятной компании, мало заботясь о благополучии окружающих. Миссис Поттер положила руку на свой выпирающий живот после того, как смех наконец-то улёгся в лёгких. — Как её дела? — вдруг спросила Гермиона. — У неё всё отлично, — голос Гарри вдруг наполнился нежностью. — Беременность протекает гладко. — И это хорошо, — губы Гермионы подёрнулись улыбкой. — Ей к лицу беременность. Она прямо-таки сияет. — Да, так и есть, — глаза Гарри заблестели. — Теперь, когда её магия нормализовалась, она наконец-то чувствует себя намного лучше. — Нормализовалась? — бровь Гермионы изогнулась в удивлении. — Да, — Гарри даже хихикнул, явно вспоминая что-то безумно забавное, связанное с этим периодом. — Знаешь, её магия иногда не срабатывала так, как должна была. Порой для произнесения некоторых заклинаний приходилось делать несколько попыток, а иногда использование магии просто слишком уж сильно выматывало. Нас успокоили, что это довольно типичное явление для первого триместра. И мы рады, что всё это наконец-то закончилось. — Ох… Гермиона вздрогнула, прежде чем опустить глаза и внимательно осмотреть свой живот. В другом конце комнаты Рон, которому неведомы были эти внутренние страдания, рассмеялся, а затем сделал ещё один большой глоток пива. — Но вернёмся к тебе, — Гарри положил руку на плечо своей подруги. — Насколько продвинулось решение, кто и к кому переедет? — Оно зависло в той же стадии, что и месяц назад, — она не хотела обсуждать эту тему и посмотрела на Гарри. — Я прекрасно понимаю, что ему нравится его квартира, но она в разы меньше, чем мой дом. Я люблю комфорт, у меня много места для моих вещей, ему тоже будет достаточно для размещения. На моей территории наша жизнь станет полной, не нужно будет думать о нагромождениях коробок. А в его квартире? Я не хочу жить на тюках, задумываясь, куда положила что-то важное. — Рационально, но его квартира — это первое, что действительно принадлежит ему, а не досталось от братьев. Она — первое, за что он смог заплатить из своих средств. И это что-то, но всё-таки значит. Она нахмурилась. — Говоришь, совсем как он. — Да и, как я слышал, его соседи не такие угрюмые, — Гарри подмигнул. — Что ты хочешь этим сказать? — Гермиона нахмурилась, не ожидая такого резкого выпада. — Ну, его соседи не так озлоблены на весь окружающий мир, как твои. — Гарри, — она была возмущена. — Я думала, что Северус тебе нравится. — Скажем так, мы просто достигли взаимопонимания, — Гарри пожал плечами. — Но не более того. — Но даже если и так, почему ты так строг к нему? — То, что он терпит моё присутствие, а я спокойно переношу его, не значит, что с другими точно так же. — То, что он терпеть не может идиотов, не делает его невыносимым и угрюмым. — Это и тебя касается? — А причём тут я? Взгляд Гарри вдруг стал мягче, точно он объяснял что-то ребёнку. — Иногда Рон высказывает беспокойство по поводу того, как он относится к тебе. — С чего бы ему беспокоиться на этот счёт? — спросила Гермиона. — Тут совершенно не за что волноваться. Снейп тихий, замкнутый человек, который умеет быть вежливым, пусть и не так часто, как многие. — Именно частые моменты Рона и беспокоят. — Почему? — Рон переживает, что Снейп плохо обращается с тобой, пока его нет рядом, — вдруг сказал Гарри. — Так же он беспокоится, что твой сосед может повлиять на твоё отношение к самому Рону. Ну, знаешь, скажет что-то, а ты начнёшь сомневаться и… — Во-первых, я и сама могу постоять за себя. У меня есть голова на плечах! Если вдруг Северус перегнёт палку, то я смогу рассказать об этом самому близкому мне человеку, — ловко парировала она. — Во-вторых, мы с Северусом почти и не упоминаем Рона в наших разговорах. — Ты почти не говоришь с ним о Роне? — Знаешь, я имела в виду, что иногда наши разговоры так или иначе касаются и его тоже, но есть множество других вещей, которые интересуют в равной мере и меня, и Северуса. К примеру, последние прочитанные книги или эксперименты над зельями. — И вы всё это обсуждаете? — Руки Гарри мгновенно оказались в карманах. — Да, — она расслабленно выдохнула. — Мы много болтаем о прочитанном, а также рассуждаем о теориях по зельеварению. — Насколько вы близки? — Я бы не сказала, что мы лучшие друзья, но дружбой эти взаимоотношения назвать вполне могу. — Ты понимаешь, что Рон может ревновать к нему? Гермиона посмотрела на своего парня, что сейчас с грохотом ставил пустую банку пива на кофейный столик. Смеясь, он тут же поднялся, и подошёл к холодильнику за следующей порцией пойла. — Если у Рона возникают мысли подобного толка, то он всегда может обсудить это со мной, — девушка скрестила руки на груди. — Северус не имеет на меня никаких видов. Да и я никогда не рассматривала его с этой позиции. — А ты уверена? — прозвучал вдруг глупый вопрос. — Абсолютно уверена. — Ну, хорошо, — Гарри наклонился к ней и продолжил, но уже намного тише. — Я видел, как Рон читает о ключевых аспектах магической связи. — Ох, — Гермиона слушала вполуха, её взгляд был сосредоточен на тазовой области, но после этого она вдруг подняла глаза. — Да, и это славно. — Я рад, что он наконец-то начал двигаться в этом направлении и задумался о будущем, — он продолжал. — Встречаться семь лет и не съехаться — немного нелепо. Я уже начал думать, что вы двое попросту никогда не перейдёте на следующую ступень отношений. — Что для тебя является следующим шагом? — её голос стал мягче. — Мы ведь с Роном даже не помолвлены, так, состоим в длительных отношениях. — И как ты думаешь, сколько ещё продлится твоя неокольцованная жизнь? — в глазах друга заплясали огоньки. — К чему ты клонишь? — Гермиона посмотрела на свою руку. — Он даже о размере кольца у меня ещё не спросил. — Я не должен тебе этого говорить, но… — Гарри шептал ей это на ухо. — Он советовался со мной по поводу дизайна обручальных колец. — Да? Девушка не смогла скрыть улыбку, которая мгновенно расцвела на её лице. Гарри в ответ лишь кивнул. Глаза девушки заблестели, в своём воображении она уже прокручивала этот счастливый момент: Рон в смокинге смотрит на неё, пока её, в белом шикарном платье, ведут к алтарю. Это было бы идеальной кульминацией любви, которую она тихо лелеяла к этому парню с подросткового возраста. Отец будет держать её за руку, а все Уизли, без исключения, будут смотреть на неё, радуясь, что именно эта девушка станет частью их большой семьи. О, её маленькая ячейка общества будет просто идеальной, именно такой, о которой она всегда и мечтала. — Гарри, — позвала Луна, но тут же повернулась к Гермионе. — Ты выглядишь счастливой. Гораздо лучше, чем обычно. Есть какая-то причина этому? — Ну, знаешь, — Гермиона сложила руки на груди, сдерживая себя от порыва поделиться чем-то столь важным. — У меня был отличный день на работе. А в конце дня я с теми, кого люблю. Луна смотрела на девушку внимательно, а затем нежно промурлыкала: — Светящиеся пикси тебя прямо-таки окружают. — Светящиеся пикси? — вдруг уточнила Гермиона. — Именно, — Луна нахмурилась. — Они возникают в тот момент, когда чья-то жизнь в скором времени кардинально поменяется. — Что же, — Гермиона посмотрела на Рона, что допивал уже вторую банку пива, и вдруг покраснела. — Как знать, может моя жизнь в скором времени действительно изменится. — И каким образом? — Рон окончательно допил своё пиво, прежде чем, спотыкаясь, подойти к своей девушке. — Ну, я не знаю наверняка, — она подошла к нему ближе. — Просто я чувствую, что с годами наша любовь будет лишь крепнуть. — Конечно, в этом нет никаких сомнений, — он обнял её за плечи. — Мы просто были созданы друг для друга. И будем вместе, что бы ни случилось. — Я знаю, — она легонько чмокнула его в щеку. — Я люблю тебя. — Я тебя тоже люблю, — он прижался к её губам, но тут же резко отстранился. — Мама почти закончила с едой. Она быстрым и привычным движением стёрла слюни с губ. — Тогда нам лучше поторопиться и скорее найти место за столом. — Именно, потому что я хочу первым получить свою порцию курочки. — Конечно же ты хочешь. Она нахмурилась, когда он бросился к обеденному столу, как ошпаренный. Покачав головой, она последовала за ним. Кое-что в Роне никогда не изменится. Но иной Рон ей и не нужен.

***

Поскрёбывание за дверью не было чем-то неожиданным или неприятным. Отнюдь, Северус тут же зашагал к двери, стараясь не споткнуться обо что-нибудь на пути. По какой-то непонятной причине Живоглот решил, что Северус — его второй хозяин. И пусть мужчина и ненавидел рыжие волосы на своей мантии, о чём неоднократно сообщал зверю, но Глотик продолжал упорно и настойчиво приходить. Будет грубым сказать, что присутствие кота всегда раздражало. Сегодня, к примеру, Северус был очень даже не против тепла этого комка шерсти, хотя бы для того, чтобы отвлечься от неудачно протекающей работы над разгадкой кода. Так что полукнизл оказался у его порога, как нельзя кстати. Нужно было сделать передышку, ведь дело было серьёзное. Разгадай он код — смог бы сохранить ту же степень независимости, в которой находился и сейчас. Он открыл входную дверь, прохладный ночной воздух обжёг руки. Зверь по ту сторону мяукнул, словно джентльмен, уточняющий, можно ли ему войти. Северус знал, что кот войдёт вне зависимости от того, каков будет ответ. Когда дело касалось получения кусочков салями, то Живоглот совершенно терял всяческое уважение ко всем окружающим. — А я всё ломал голову, покажешься ли ты снова. Полукнизл замурлыкал и потёрся о ногу Северуса. Судя по звукам, кот уже продвигался к гостиной. — Я дам тебе угощение, но чуть позже, — мужчина закрыл за ним дверь. — А сейчас мне нужно кое-что проверить… Полукошка-полукнизл в ответ на то мяукнул. — Знаешь, учиться чему-то уже не так просто, как было раньше, — Северус прочистил горло. — Если бы лет десять назад кто-нибудь сказал мне, что я заново буду учиться читать, то я счёл бы это речью слабоумного. Однако сейчас… Живоглот замяукал громче. — Да-да, я тебя слышу, — Северус покорно шагнул на звук мяуканья. Как только Северус пошёл следом, Живоглот начал громко мурлыкать. Оглянувшись назад, полукнизл вдруг продолжил путь до кресла. Северус шёл за звуком, боясь признаться себе, насколько же он благодарен за помощь своему пушистому спутнику. Добравшись до точки назначения, Глотик вдруг затих. Северус прищурился, и лишь тогда смог сесть в своё кресло, затем устраиваясь поудобнее. Полукнизл лишь удостоверившись, что всё прошло хорошо, устроился на своём законном месте — прямо на коленях у Северуса. — Возможно, что ты и вовсе не надоедливый, — вдруг сделал замечание Северус. Живоглот замурлыкал и лёг так, как ему было комфортно. Северус же провёл пальцем по странице. Некоторые слова он с лёгкостью понимал, но иные символы по-прежнему оставались для него загадкой, не складываясь в целостную картину. Однако время на изучение у него было. У Северуса была целая куча времени, чтобы всё это расшифровать. В конце-то концов, единственное, что ему было нужно — только время.