[Не]одинокие люди

Включает подсветку. Студия без дверей. Окна — в пол. Тяжёлые занавески. Много пустого пространства, но звук какой-то плотный. Геймерский стол. — Играешь? — М… в симуляторы фермы. Диодная лента за экраном. Вместо эскейпа — кошачья жопа. Сразу видно — «любимая» кнопка. — Для чего микрофон? Несколько секунд тишины — и её голос перестаёт дышать: — Ты смеешь трогать мою собственность? — от тона — холод по венам. Я резко оборачиваюсь. — Так легко попался в мои сети, — никаких эмоций, точно спокойствие снайпера, что держит прицел. Тело сковывает. Два чёрных глаза в голубом неоне. Пиздец. За секунду — прощаюсь с жизнью. А Кали смеётся, возвращая мягкость: — В общем, моя работа — не иметь голоса… или иметь сразу множество. С какой стороны посмотреть. — Ты… актриса озвучки? — Ага, — довела — и радуется. — И ты можешь говорить громче — тут звукоизоляция хорошая. Я усмехаюсь. Глупая зайчишка — о таком не говорят кому попало. Ясно теперь, отчего голос кажется знакомым.

***

Телефон разрядился. Сколько времени? Такого со мной ещё не случалось. Плевать. Возможно, сбила по пути машина? Тогда всё это — другая реальность. Я мою руки. Смотрю в зеркало. Нет, всё та же ненавистная рожа — в шрамах. И по горлу — ниже. Не дышать.

***

Барная стойка на кухне. Зайчишка развязала уши-хвосты: выглядит по-домашнему и уязвимо. Много говорит. Так просто пригласила незнакомца в дом… опасно — мягко сказано. Спросить? Но… что? Она допивает пиво. Предлагает посмотреть какой-нибудь фильм.

***

Мы сидим на разных сторонах дивана. «Я сказал, что люблю тебя, а ты услышала только — истеричка», — раздаётся с экрана. Романтическая комедия усыпляет бдительность. — Тебе нравится такое? — спрашиваю без задней мысли, однако Кали отчего-то хмурится. — Ну, я же девушка… Что за глупый ответ? Ей не подходит. — То есть, если мне понравился фильм — я тоже, получается, девушка? — А тебе понравилось? — улыбнувшись, складывает руки на коленях и упирается в них подбородком. Впервые за последние два часа смотрит на меня — глубоко и пристально. Понравилось ли мне? Наверное. Я больше думал о том, как в забавные моменты её губы изгибаются заколкой. Герои целуются на экране.

***

Третья банка пива немного туманит рассудок. Зайчишка приносит закуски. — Вот, попробуй это, — тянет вилку с мокрым бисквитом. Сладость заполняет рот, обволакивая нёбо. — Глупая, ты слишком близко. Совсем не боишься? Мы не знакомы. — Ты не слишком пугаешь. — Обычно люди реагируют не так. У неё искренний вопрос в глазах. Я отворачиваюсь. — Из-за шрамов? — пальцы осторожно касаются щеки. Холодные — до искр. Перехватываю тонкое запястье — даже не дрогнула. Томная бездна — разрешение на всё. Код на двери — 911. Стены в звукоизоляции. Сморгнув наваждение, я убираю руку. Она не отстраняется. Терпеливо ждёт. — О, а что если он сам устроил поджог? Лучше держаться подальше. И выглядит, как бандюган, точно тебе говорю! Карма всегда настигает уродов, — передразнивая голоса в своей голове, я цепляю бесстрастность на лицо — только жалости мне не хватало. — Ты должен быть мне благодарен, что вообще хожу рядом с таким. Не думай даже о том, чтобы на людях взять меня за руку! Что за мерзость, такое лучше скрывать… Взгляд — горячий шоколад. Ни капли сочувствия. — И ты поверил? — она вдруг садится на меня сверху. Давит на плечи. Проникает в голову. Чувство, что меня сбила машина, крепнет у горла. Я в порыве целую её. Пальцы на плечах сжимаются сильнее. За последние два года я уже смирился, что в глазах напротив — флёр отвращения и страха. И перестал скучать по чужим прикосновениям. — А если это правда, то что? — голос — будто не мой — умоляюще-хриплый. Сажа — на лёгких. Не выбрался из пожара. До сих пор. — Ты устроил поджог? …Не слишком ли поздно задавать такой вопрос? Если да — то сбежишь? — Глупая случайность. Я лишь хотел тебя подразнить. Наверное, мне просто нужно было с кем-то поделиться. Мы не знакомы. Но такое чувство… Её ладони мягко скользят от ремня к груди — и это гасит свет. Руки над головой, запутанные в батнике. Непроизвольно хватаю край рукава в надежде себя спасти. — Вина — моя. Жаль, что не могу вернуться в прошлое. — И никогда не встретиться со мной? — её настоящий голос — бархатный и нежный. Не оставляет выбора — раздевает до конца.

***

Дышит прямо в ухо — влажный стон. Поцелуй проникает в хрящ, растекается по шее возбуждением. Она жмётся бёдрами сильнее, двигается в такт остановкам сердца. Это всё очень неправильно. Страсть, возникающая между незнакомцами, не должна быть такой. Не с желанием раствориться. С нежным трепетом. И страхом, что из-за неловких движений… рассыпется. Мне мало. Комната плывёт огнями города. Пожар зеркалится в тёмных глазах.

***

Рассказал бы мне кто про эту ночь — не поверил бы. Зайчишка сладко сопит на моей груди. Я встречаю рассвет. Не смог закрыть глаза. Стены не пропускают звуки улицы. Нехотя выбираюсь из объятий. Глажу её по голове. Она недовольно дёргает носом, прижимая одеяло крепче. Опаздываю. Нахожу ручку. Пустой блокнот на тумбочке. Одалживаю листок и спешно царапаю записку с номером.