Sonic: В темпе «Вместе»

      Вечер в «Тёмном круге» давно закончился, но в гримёрке всё ещё горел свет. Скордж сидел на продавленном диване, закинув ноги на низкий столик, и лениво перебирал струны расстроенной гитары. Медиатор свисал из уголка губ, глаза были полуприкрыты.       Фиона стояла у зеркала и расчёсывала волосы — медленно, размеренно, словно каждый взмах расчёски был частью какого-то ритуала. В зеркале отражалась половина её лица и янтарный кулон на шее.       — Ты сегодня тихая, — заметил Скордж, не открывая глаз. — Обычно после концерта у тебя настроение получше.       — Я думаю.       — О чём?       Она отложила расчёску и повернулась. Несколько секунд смотрела на него — на расслабленную позу, на самодовольную ухмылку, на пальцы, всё ещё лениво скользящие по струнам. Он был красивым, опасным и совершенно не замечал её. Вернее, замечал — но как часть своего окружения. Как лампу. Как зеркало. Как вещь, которая всегда рядом.       — О нас, — сказала она наконец.       Скордж приоткрыл один глаз.       — И что конкретно?       — О том, как мы стоим на месте. Ты видишь, что происходит? «Темп» — или как их там теперь — набирает обороты. У них уже название есть. Скоро образ будет. А мы... мы всё там же. «Тёмный круг», «Подвал», одна и та же публика.       — Меня устраивает.       — А меня нет.       Она шагнула ближе и села на подлокотник дивана — не рядом с ним, но достаточно близко, чтобы он почувствовал её присутствие. Скордж не шевельнулся. Но струны под его пальцами замерли.       — Чего ты хочешь, Фи? — спросил он, и в его голосе мелькнуло что-то, похожее на интерес.       — Чтобы ты наконец заметил, кто рядом с тобой. По-настоящему.       Он повернул голову. Их лица оказались ближе, чем обычно. Фиона не отвела взгляд. В комнате повисла тишина — густая, напряжённая.       — Я замечаю, — сказал он медленно.       — Нет. Ты смотришь на меня, но видишь только ту, кто всегда подыгрывает. А я хочу, чтобы ты увидел ту, кто может быть не менее интересной, чем твоя... фанатка с букетом.       — Рози тут ни при чём.       — Конечно, — она улыбнулась, но улыбка вышла холодной. — Как и тот мальчишка-технарь из «Темпа». Ни при чём.       Скордж нахмурился.       — Технарь? При чём тут он?       — Ни при чём. Просто он смотрит на меня так, как ты никогда не смотрел.       Она произнесла это легко, почти небрежно, но каждое слово было точно рассчитано. Скордж ничего не ответил. Но медиатор в его пальцах перестал вращаться.       Фиона поднялась с подлокотника и направилась к выходу. У двери она на секунду задержалась.       — Завтра у нас нет репетиции. Я, пожалуй, прогуляюсь.       И вышла, оставив дверь приоткрытой.       Скордж остался один. Медиатор снова завращался в пальцах — быстрее, чем обычно.       Утро встретило группу «Темп» солнцем и тишиной. После вчерашней встречи с Хани все были на подъёме. Тейлз сидел в углу гаража и перебирал свои новые эскизы — он всё ещё смотрел на них с недоверием. Эми листала скетчбук, дорисовывая детали к будущей афише. Наклз, как всегда, стоял у стены. Соник сидел на перевёрнутом ящике и настраивал гитару.       Салли вошла стремительно, и по её лицу было видно: что-то случилось. В руке она сжимала телефон так, словно он только что укусил её.       — У нас проблема, — сказала она, не здороваясь.       Соник поднял голову.       — Какая?       — «Изумруд». Они прислали сообщение. Наш следующий концерт «придётся перенести». Без объяснения причин. Просто — извините, обстоятельства.       — Перенести? — переспросил Наклз. — На сколько?       — На неопределённый срок. А я только вчера договорилась о том, чтобы провести там наш следующий концерт.       В гараже повисла тишина. Тейлз отложил эскизы.       — Это из-за того случая? Стерлинг говорил, что Эггман...       — Я не знаю, — перебила Салли. — Но совпадение слишком подозрительное. Мы только заявили о себе, только получили название, и вдруг — «обстоятельства».       — Может, это просто случайность? — тихо спросила Эми.       — Может. А может, кто-то решил показать нам, кто здесь главный.       Соник отложил гитару и встал.       — И что теперь? Будем ждать, пока они передумают?       — Будем искать другую площадку, — твёрдо сказала Салли. — «Неоновый зал» нам писал. «Петля» тоже. Я обзвоню всех сегодня же.       — А если они тоже откажут?       — Тогда будем играть на улице.       Салли сказала это без улыбки, но Соник вдруг усмехнулся.       — Улица — это моё. Справлюсь.       Эми подняла глаза. В них не было страха — только тихая решимость.       — Мы — «Темп». Забыл?       После разговора в гараже Тейлз засобирался. Он хотел ещё раз проверить пульт — вчерашняя доработка требовала теста, а на базе как раз было тихо. Он попрощался, подхватил сумку с инструментами и вышел. До базы было недалеко, и он проделал этот путь уже сотни раз.       Работа заняла пару часов. Пульт гудел ровно, сигнал шёл чистый. Тейлз отключил питание, собрал отвёртки и вышел на улицу.       Вот тут он её и заметил.       Рыжие волосы, чёрная куртка, янтарный кулон.       Она стояла на углу улицы, у поворота к базе, и смотрела куда-то в сторону — но когда Тейлз показался в дверях, она чуть повернула голову. Словно ждала.       Тейлз замер.       — З-здрасте, — вырвалось у него.       Фиона улыбнулась — той самой улыбкой, в которой невозможно было понять, чего больше: тепла или насмешки.       — Привет, технарь. Гуляешь?       — Я... да. То есть нет. То есть... я домой.       — Проводишь меня? Нам, кажется, по пути.       Тейлз хотел сказать, что они идут в разные стороны, но слова застряли. Он просто кивнул.       Они пошли рядом. Тейлз не знал, куда девать руки, и в итоге засунул их в карманы толстовки. Фиона молчала, но это молчание было не неловким — скорее выжидающим. Как будто она давала ему время привыкнуть к её присутствию.       — Красивый кулон, — выдавил он наконец.       — Спасибо. Мне подарил один... старый знакомый.       Она не сказала «Скордж». Просто «старый знакомый». И это было первым камнем, брошенным в воду.       Тейлз не знал, что ответить. Но внутри у него что-то дрогнуло. Она шла рядом. С ним. Не со Скорджем.       Они дошли до перекрёстка, и Фиона остановилась.       — Мне сюда, — она кивнула в сторону. — Спасибо за компанию. Ты приятный собеседник. Даже когда молчишь.       И ушла. Тейлз остался стоять на углу, глядя ей вслед. Янтарный огонёк, который он подарил, наверняка лежал где-то у неё. Может быть, в кармане куртки. Может быть, на тумбочке.       Он улыбнулся и зашагал домой. Он не заметил, как из тени за углом за ним наблюдали.       Двое. Помощник Эггмана — тот самый, что был на концерте. И ещё один — пониже, в неприметной одежде, с камерой.       — Докладывай, — произнёс помощник.       — Технарь из «Темпа» и вокалистка из дуэта Скорджа. Встреча записана.       — Отправляй. Хозяину будет интересно.