Твой звонок

      — Дорогая, для тебя я узнаю всё, что угодно, — кокетливо промурлыкала улитка грубоватым баритоном, передавая до омерзения противную ухмылку собеседника.       — Что-то о Джокере ты так ничего дельного не узнал, — в лёгкой язвительной форме ответила я, постукивая карандашом о новую полную окурков пепельницу на моём рабочем столе.       — Ну ты сравнила! — обиженно воскликнула улитка. — Где Джокер и где обычный пират!       — И где Джокер? — я вопросительно изогнула бровь, мои пальцы перестали стучать карандашом по стеклянной поверхности, замирая в чуть приподнятом положении. Вдруг, у него появилась какая-то новая информация?       — В Новом Мире, я уже говорил! — громко напомнил хорёк. Слегка скривив в разочаровании губы, я продолжила звонко стучать карандашом по пепельнице. — Это всё, что я могу узнать отсюда, — более мягким снисходительным тоном продолжила улитка. — Ты знаешь, я в Новый Мир не полезу. Мне и в Раю хорошо, где у меня и без того полно клиентов!       — Угу, а ещё здесь я, которая может прикрыть твою задницу, — добавила я за него.       — Не без этого, конечно, — согласился со мной хорёк.       Дорисовав последним штрихом клоунский нос на розыскной листовке некоего Юстасса Кида в комплект к большим губам и удивлённым бровям, я положила карандаш на стол и откинулась на спинку стула. Рука сама залезла в карман шорт, выуживая оттуда купленную на прошлом острове пачку сигарет, сразу вскрывая её.       — Ладно, — тихо сказала я, губами вытягивая сигарету из пачки. — Просто найди для меня этого пирата.       — Не вопрос, — с растянувшейся хитрой улыбкой ответила улитка. — И, заметь, в этот раз я даже не спрошу зачем. Хотя, конечно, мне очень интересно, чем выделился именно этот новичок среди кучи других пиратов.       — Заметила, оценила, но ничего не скажу, это секретная информация, — довольно безразлично произнесла я, вертя пальцами одной руки старую, потёртую, потасканную временем зажигалку.       — Вредная ты, — улитка по-детски надула губы.       — Какая есть. До связи.       — До связи.       Я положила трубку. Раздался щелчок механизма улитки, возвестивший о завершении разговора.       Странные нынче пошли преступники. Но иначе в дозоре было бы невыносимо скучно. Да и хорёк всё же иногда оказывается полезным для меня.       Я несколько раз чиркнула зажигалкой, но вместо желанного пламени вновь и вновь высекались голубые искры, заставляя меня повторять это действие снова, надавливать пальцами, будто грубая сила поможет появиться внутри топливу. От невероятных стараний я даже сжала челюсти и нахмурила брови, но не сдавалась целую минуту.       За спиной раздался приближающийся лёгкой поступью цокот каблуков знакомой беспардонной личности, каждый раз появляющейся в моей каюте без стука, без стыда и совести, но всегда как-нельзя вовремя. Я выдохнула и оставила бесполезные попытки высечь огонёк из пустой зажигалки, бережно пряча её в карман шорт.       Перед моим лицом возникла чужая зажигалка с горящим над ней ярким пламенем, позволяя мне подкурить и затянуться приятным едким дымом.       — Давно ты тут? — спросила я, подняв на Акки задумчивый взгляд.       — Не очень, — неопределённо ответил он, присев на край моего рабочего стола. Он прищурился, заметив лежащую передо мной разрисованную розыскную листовку, и взял в руки бумагу, придирчиво рассматривая моё творчество. С привычной сигаретой во рту Акки выдохнул в сторону листовки струйку дыма. — Никак не могу привыкнуть к твоей тугоухости в последние дни.       — Ты же знаешь, у меня сейчас голова забита.       И это была чистая правда. В последние дни, с того момента, как я увидела розыскную листовку с именем Трафальгар Ло, я никак не могу перестать думать о прошлом, о моём друге детства, о том, что дед скрывал от меня правду одиннадцать лет, и о предстоящем с ним разговоре, на который теперь я почему-то никак не могу решиться.       Стремясь отвлечься и не горя желанием возвращаться на базу, я решила просто продолжить патрулировать воды Гранд Лайн в зоне ответственности G-2 в поисках пиратов, преступников или других приключений на свою пятую точку.       В море весело. Что делать на G-2? Сидеть на нудных совещаниях Комила? Заниматься тренировкой рекрутов? Писать тупые отчёты? Делать все эти неимоверно скучные вещи без шанса отвлечься от тяжёлых мыслей? Нет уж, увольте. Если я могу, как можно дальше оттянуть муторные рутинные дела, то обязательно воспользуюсь случаем и останусь в море, не собираясь тухнуть на базе. Акки со мной солидарен. Благо, Комил позволяет нам иногда по два месяца не появляться на G-2, раз в неделю принимая от нас отчёт в устной форме. Главное, не забывать ему звонить, чтобы потом не выслушивать получасовые утомительные нотации.       В море вполне возможно отвлечься от вцепившейся в моё сознание гложущей мысли: я так и не поговорила с дедом о том, что произошло одиннадцать лет назад, так и не спросила у него, зачем он мне соврал.       Чем больше проходит времени, тем привлекательнее желание отложить как можно дальше, в самый дальний ящик, тяжёлый разговор с дедом. Да и есть ли о чём нам говорить? Я зла на него, обижена — не уверена, что его оправдания смогут что-то исправить. И будет ли он вообще оправдываться, преодолевая свою невероятно огромных размеров гордость?       Естественно, непрестанно копошащийся в моей голове рой тяжёлых сложных мыслей не позволяет трезво размышлять о чём-то другом и полагаться на обычно острые, а сейчас сильно притупленные из-за всего этого органы чувств. Именно поэтому в последние дни, постоянно думая о своём, я в большинстве случаев не слышу появления рядом с собой Акки, совершенно не обращая внимания на окружающую меня обстановку.       — В тебе пропадает талант художника, — одобрительно цокнув языком, сказал парень, однозначно преувеличивая мои способности. Он положил розыскную листовку обратно, на стол.       — Не исключено, — протянула я, вновь мельком глянув на своё творчество.       Я вспомнила множество фото преступников с пририсованными мной к их рожам гусарскими усиками, свисающими соплями, дурацкими шляпами и сигарами. Жаль, никто не может оценить по достоинству моё хобби, кроме Акки. Жаль, никто не предоставил мне возможность выбора профессии, всё решив за меня.       Со стороны парня донёсся тяжёлый вздох, заставивший меня с подозрением покоситься в его сторону. Спрятав руки в карманы идеально чистых и, судя по всему, дотошно выглаженных чёрных брюк, он уставился на меня нахмурившимся серьёзным взглядом. Я закатила глаза, прекрасно зная, что значит это выражение лица.       — Ты не оставила попытки копать под Джокера? — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнёс Акки недовольным тоном. — Мы же много раз говорили об этом!       — И сколько ещё ты услышал из моего вообще-то личного разговора? — ответила я вопросом на вопрос. Встав со стула, я направилась в противоположную часть каюты, в сторону выхода.       — Достаточно. Не переводи тему! — цокот каблуков Акки последовал за мной, быстро нагоняя. Парень поравнялся со мной, встал перед моим лицом и, положив ладонь на стену, перегородил рукой путь к отступлению, заставляя остановиться. — Забыла, насколько он опасен?       — Да помню я, помню, — небрежно ответила я, сложив руки на груди. Я подняла взгляд на искажённое негодованием лицо парня, в тысячный раз рассматривая его идеальные черты. В карих глазах плескалась озабоченность. — Не копаю я под него. Просто к слову пришлось.       — Уверена? — почти с рыком тихо произнёс Акки, склонившись надо мной. Меня окутал насквозь пропитавший одежду и кожу парня запах сигаретного дыма вперемешку с лёгким, еле ощутимым ароматом корицы. Напряжение почти ощущалось в воздухе.       Когда дело касается Джокера, беспочвенное беспокойство Акки обо мне пересекает всякие границы, перерастая в одержимость. Благо, обычно это быстро проходит.       — Более чем, — медленно, почти по слогам, бесстрастно ответила я, не отводя цепкий взгляд от хмурого прищура тёплых карих глаз.       Между нами повисла тяжёлая, напряжённая, пропитанная недосказанностью тишина. Парень с подозрением рассматривал моё лицо, наверняка, ища намёки на откровенный неприкрытый обман. Я держалась твёрдо — на моей физиономии не дрогнула ни единая мышца под скептическим внимательным взглядом.       На самом деле Акки прав: если в один прекрасный момент появится хоть какая-то зацепка, какая-то вероятность получить компромат на Джокера — я не побоюсь воспользоваться шансом и сделаю всё возможное, чтобы достать ценные сведения.       Как я могу признаться своему другу в том, что не оставила подавленное много лет назад желание отомстить? Как объяснить ему, что я никогда не смогу отказаться от призрачного, но, вполне вероятно, осуществимого, маячащего далеко на горизонте шанса? Как рассказать о странной мечте — вступить когда-нибудь на земли Дресс Роуз и снова посмотреть в глаза дьявола?       В данный момент я могу ответить на все эти вопросы ёмким, содержательным и, самое главное, решающим основную дилемму словом — никак.       Внезапно напряжённую тишину разорвал резко раздавшийся в каюте жалобный плач, отвлекая нас от суровой игры в гляделки. Не сразу сориентировавшись, я развернулась, ища глазами источник слёзного крика. На моём рабочем столе истерично рыдала Ден-Ден Муши.       — Это что, сигнал SOS? — произнёс удивлённо Акки.       Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать происходящее и подойти к источнику шума. Улитка надрывалась в истошном крике, продолжая громко плакать.       — Как думаешь, ловушка? — спросила я, потушив окурок в стоящей на столе пепельнице.       — Если и так, разве тебя это остановит? — верно подметил Акки, вставая рядом со мной.       — Не-а.       Осторожно, будто своими действиями могу причинить улитке вред, я протянула руку к Ден-Ден Муши и медленно сняла трубку. Рыдания резко прекратились.       — Коммодор морского дозора, Уоллес Ви, — представилась я. — Слушаю.       — Морской дозор! — с чётким облегчением в мужском голосе визгливо заверещала улитка. — Наконец-то! Спасите нас!       — От чего спасти? Где вы? — спросила я, не теряя и капли самообладания.       — Мы запросили подмогу, но она прибудет только завтра! — проигнорировав мои вопросы, нервно кричал неизвестный собеседник. Улитка передавала испуг на лице звонящего. — Мы столько не продержимся! Нас за это время сожрут твари или убьют эти чёртовы пираты!       — Что за пираты? Кто вас сожрёт? — спросила я ровным тоном.       — Быстрее! Мы на острове Мрак! — губы улитки задрожали. На фоне раздался чей-то недружелюбный рык. — А-а-а! Они здесь!       Связь прервалась, раздался щелчок, возвестивший о том, что неизвестного собеседника, должно быть, сожрали некие твари. Или убили пираты. Я положила трубку и глянула на Акки. Он выглядел погружённым в собственные размышления.       — Остров Мрак? Ты слышал о нём?       — Не особо. Но радиус сигнала сильно ограничен, значит он должен быть совсем рядом, — ответил Акки, задумчиво рассматривая потолок каюты. — Проверим?       — Ты ещё спрашиваешь? Хоть что-то интересное произошло! — ответила я с энтузиазмом, стремительно направившись в сторону выхода. За спиной послышался звук шагов, последовавший за мной.       — Я тебе уже говорил, что ты ненормальная? — донёсся сзади голос Акки.       — Сегодня ещё нет, — бросила я за спину, хватая висевший рядом с выходом офицерский плащ и одновременно с этим открывая дверь.       Полумрак длинного давно изученного коридора встретил радушно, окутывая лёгкой мрачной атмосферой и еле ощутимым сквозняком. Накидывая на плечи форменный плащ морского дозора, я быстро пересекла пространство и вышла на палубу. Судя по раздающимся за спиной чётким уверенным шагам, Акки не отставал от меня. Яркий дневной свет на контрасте с полумраком коридора на секунду ослепил, заставил зажмуриться, проморгаться и остановиться на месте, позволяя глазам быстро привыкнуть. Свежий морской ветерок приятно окутывал открытые участки кожи, проникая под полы плаща.       Я осмотрелась. Молодые ребята в стандартной форме морского дозора монотонно таскались по палубе, занимаясь мелкими рутинными для моря делами.       — Коммодор! — заорал сверху мужской голос. Я подняла голову, прикрыв рукой глаза от яркого солнечного света. Наполовину свесившись с вороньего гнезда, один из рядовых тыкал указательным пальцем в сторону моря. — Остров прямо по курсу!       Проследив взглядом за направлением, указанным рядовым, вдалеке виднелся зелёный, судя по всему, поросший высокими деревьями клочок земли.       — Должно быть, звонили вон с того острова, — сказала я подошедшему со спины Акки, показав в сторону суши.       — Наверняка. Других островов по-близости не видно, — согласился он, кивнув.       Погода казалась тёплой, приятной и, самое главное, довольно стабильной для капризных вод Гранд Лайн. Весенний остров. Похоже, мы вошли в его климатическую зону. Выбранные мной сегодня майка и шорты в сочетании с тяжёлыми сапогами показались идеальным решением.       — Курс на этот остров! — недолго думая, громко приказала я, привлекая внимание оторвавшихся от своих дел рядовых.       — Есть, коммодор! — хором заорали в ответ все, кто был на палубе, начиная суматошно бегать и готовить корабль к швартовке.       — Эй ты! Подойди! — окликнула я первого попавшегося на глаза пробегающего мимо меня рядового.       — Есть, коммодор! — молодой паренёк в стандартной форме морского дозора быстро подскочил ко мне, отдав честь.       Я не запоминаю их имён. Один из главных минусов службы на базе: рядовые меняются на моём корабле каждый раз, от плавания к плаванию.       — Заправь её, — сказала я рядовому, кидая ему в руки мою старую, изношенную, местами поцарапанную, но дорогую сердцу зажигалку. Он не сразу поймал её, несколько раз судорожно подкинул в воздух, почти уронив, но всё же схватил почти у самого пола. Парень смахнул выступившую на лбу каплю пота и выдохнул. — Смотри не потеряй, головой за неё отвечаешь! — рявкнула я на него для пущего эффекта. Он звучно сглотнул.       — Будет сделано, коммодор! — вновь отдал честь рядовой дрожащими руками и быстро убежал.       Я проводила взглядом его стремительно отдаляющуюся фигуру. Акки рядом выразительно хмыкнул.       — Ты так последних рядовых распугаешь, которые пока ещё соглашаются с нами плавать.       — Надо ведь как-то поддерживать репутацию, — произнесла я будто очевидный факт, пожав плечами.       Встав рядом с носовой фигурой в виде волка, я наблюдала быстро увеличивающийся в размерах по мере нашего приближения клочок земли. Полностью усыпанный деревьями, остров выглядел, как огромный, непроходимый, абсолютно необитаемый лес. Но кто-то подал же сигнал бедствия?       Отдав приказ обогнуть остров, я подошла к левому борту. Под управлением команды «Северный Ветер» медленно повернулся, заскрипев, будто ему не меньше ста лет, и начал двигаться по периметру суши на довольно приличном от неё расстоянии. Облокотившись на фальшборт, я всматривалась в деревья. И чем больше я смотрела, тем больше лес казался каким-то странным, необычным, даже загадочным. Будто он не выглядел живым.       — Лес, как лес, — выдал Акки в ответ на мои подозрения, подкуривая очередную сигарету.       Вновь глянув в сторону суши, я не увидела ничего, кроме обычных деревьев. Возможно, Акки прав.       Обогнув остров, на противоположном берегу нашим взорам открылись причал и небольшой, скрывающийся за лесом городок. Могли местные жители отправить сигнал бедствия?       Буквально за пару минут до швартовки перед моими глазами возник рядовой и, отдав честь, он вытянул руку, подавая мне на открытой слегка дрожащей ладони важную для меня, дорогую, как память, зажигалку. Спрятав ценную вещицу в карман шорт, я с тёплой улыбкой молча похлопала парня по плечу в знак благодарности и прошла мимо, оставляя его с удивлённо-смущённым выражением на лице осмыслять моё поведение.       Стоило моему судну встать на якорь, как я, в своей обычной манере, не слушая приказы Акки, относящиеся к рядовым, спрыгнула на доски пирса и, быстро осмотревшись вокруг и не заметив других кораблей, направилась в сторону местного поселения.       Город выглядел вполне живым: по узким улочкам между каменных невысоких домов бегала местная шпана, на каждом шагу за маленькими деревянными прилавками стояли местные торговцы, громко, с выражением зазывающие купить именно их наисвежайшие, по их же словам, продукты, по дорожкам медленно, не торопясь, прогуливались местные жители и отовсюду пахло выпечкой и вкусной едой. Большинство людей приветливо улыбались, завидев меня, и тихо шушукались между собой. Лишь некоторые опасливо посматривали в мою сторону, выражая на лицах неприкрытую неприязнь.       Осматриваясь и читая вывески на зданиях, я не обращала внимания на реакцию местных, за много лет абсолютно привыкнув к любому, как к самому хорошему, так и к отвратительному отношению. На одном острове часть людей может обожать морской дозор, а другая часть — всем своим нутром ненавидеть.       Выйдя на широкую, надо полагать, центральную площадь города, я остановилась, обводя взглядом открывшееся пространство. Деревянные скамейки, ухоженные клумбы с цветами, очередные прилавки с торговцами, большое, красивое, венчающее собой площадь здание — всё выглядело аккуратно, чисто и в некоторой степени уютно — подстать маленькому, уединённому, укромно спрятанному за лесом городку.       Слишком идеально.       На первый взгляд абсолютно ничего не указывало на то, что кто-то в этом месте мог отправить сигнал SOS и нуждается в спасении. Но это только на первый взгляд. Как правило, стоит в таких местах копнуть чуть глубже и вскрывается масса любопытных, увлекательных, а иногда до омерзения отвратных секретов.       Кто тут главный? Мэр? Нужно поговорить с местным управленцем и откопать скрытые за оболочкой идеального города тайны.       Внезапно, где-то впереди, за площадью, в глубине среди домов раздался испуганный визг. К нему присоединился второй, потом сразу третий, продолжая нарастать и превращаясь в охваченный страхом ансамбль криков. Не сразу удалось среди испуганных воплей вычленить какие-то странные, совсем не подходящие для ситуации фразы: «горячий рамен», «женские трусики», «хочу к маме»…       Что за хрень?       На площадь, из-за центрального здания, выскочила какая-то огромная, похожая на льва, тварь, массивными лапами мгновенно вытаптывая цветы на клумбах. Люди начали с криками испуганно разбегаться с открытого пространства, как муравьи, прячась в ближайших улочках. Не шелохнувшись, я одна осталась стоять в центре площади. Лишь наклонила голову на бок, с интересом рассматривая зверя.       Судя по всему, глубоко копать в этом городе не придётся.       — Съедобное нижнее белье! — выдала животина человеческим голосом.       — А такое бывает? — вслух произнесла я, больше удивившись сказанной тварью фразой, чем сложившейся передо мной картиной.       Заметив меня, животное прыгнуло в мою сторону с очевидным намерением сожрать. Я уклонилась в последний момент, вдохнув мерзкий запах мокрой грязной шерсти. Зверь с грохотом проломил своим телом деревянный прилавок с фруктами за моей спиной. Огромное количество апельсинов и яблок покатилось в разные стороны по брусчатке.       — Трёхслойная туалетная бумага! — снова выкрикнула тварь, перебираясь через доски разрушенного прилавка.       — Я бы от такой не отказалась! — ответила я громко, привлекая внимание зверя. Я прекрасно знала, что он меня абсолютно не понимает. — Подскажешь, где достать?       «Кис-кис-кис, скотина, иди ко мне» — проговаривала я в своей голове, наблюдая, как тварь вновь останавливает на мне взгляд. Вывалив из зубастой пасти огромный язык, животное вновь прыгнуло в мою сторону. Аккуратно, почти изящно сделав сальто, я уклонилась от размашистых львиных когтей, успела схватить самый конец длинного хвоста двумя руками и с силой дёрнула назад, размахнувшись тяжеленной тушей. Тварь взвизгнула, оказавшись в воздухе. Покружившись пару секунд, я отпустила хвост, кинув зверя мордой в ближайшее здание. Подняв столб пыли, туша обмякла, распластавшись среди раскиданных на брусчатке фруктов. Повисла звенящая после шума схватки тишина.       Не повезло этой твари напороться на меня.       Брезгливо отряхнув друг о друга ладони, я услышала со всех сторон тихий гомон перешёптывающихся голосов и осторожные шаги выбирающихся из своих укрытий местных жителей. Доставая из кармана шорт пачку сигарет, я медленно подошла к твари и получше её рассмотрела. У неё было тело льва с похожим на человеческое лицом.       До моего слуха донеслась знакомая поступь приближающихся ко мне со спины шагов. Продолжая рассматривать валяющегося на брусчатке бессознательного зверя, я даже не развернулась, подкуривая сигарету.       — Опять я всё веселье пропустил, — прозвучал за спиной разочарованный голос Акки.       — Есть у меня предчувствие, что это ещё не конец, — произнесла я задумчиво, глянув на расстроенное выражение лица подошедшего парня. Он встал рядом со мной, по правую руку. — Где рядовые?       — Опрашивают местных, — коротко ответил он, махнув рукой, будто это совсем не стоит внимания. — Что за тварь? Я раньше таких не встречал.       — Похоже на мантикору. Видела таких в Импел Дауне.       — Когда ты успела побывать в Импел Дауне? — прозвучал рядом удивлённый голос Акки.       — С Гарп-саном несколько лет назад, — бросила я в ответ безразлично, пожав плечами.       — Мы столько лет знакомы, а я продолжаю узнавать о тебе что-то новое, — пробормотал он под нос.       — Вопрос в другом, — задумчиво произнесла я, не обращая внимания на комментарий парня. — Что здесь делает эта тварь?       — Может они нам расскажут?       Я посмотрела в направлении взгляда Акки. Практически бегом, пересекая площадь, к нам быстрым шагом приближались двое: высокий худой мужчина с густыми усами в форме, похожей на военную, и среднего роста лысеющий мужичок полноватого телосложения в классическом костюме, который малопривлекательно облегал его выпирающий живот. Они встали в нескольких шагах от нас, осторожно разглядывая бессознательного зверя.       — Нам повезло, что в наш город заглянули офицеры морского дозора, — довольно грубым тоном холодно произнёс высокий мужчина с усами. С явной военной выправкой он сложил руки на груди, смерив нас оценивающим взглядом.       — Повезло — не то слово! — эмоционально воскликнул полноватый мужчина. В его покрытой испариной лысине отражались блики солнца. — Мы только узнали, что причалил корабль морского дозора, собирались встретить гостей, а тут это животное! И откуда только появилось?       — Это мы у вас хотели спросить, — произнесла я в ответ. — Я коммодор Уоллес, это капитан Аккорт. С кем имеем честь общаться?       — Ох-ох, какие высокие звания, — запричитал полноватый мужичок, будто бы растерявшись. Суетливыми движениями он достал из нагрудного кармана белоснежный платок и промокнул им лысину от выступившего пота. — Я мэр славного города Дарквуд. Зовите меня Бен.       — Меня зовут Димер. Я — шериф Дарквуда, — сухо произнёс усатый мужчина.       Вот и главные люди города.       Интерес местного населения преодолевал страх и зеваки медленно собирались вокруг нас, тихо перешёптываясь.       — То есть вы не знаете, откуда могла взяться эта тварь? — задала я уточняющий вопрос мужчинам, кивнув в сторону мантикоры.       — Нет! — воскликнул в ответ мэр, состроив взволнованное выражение на лице. Он вновь суетливо промокнул лысину салфеткой.       — В лесу очень много диких зверей — даже пришлось запретить людям ходить туда, — добавил шериф, кинув взгляд на тушу животного. — Но подобную тварь я вижу впервые.       — Мы получили сигнал SOS с вашего острова, — произнёс Акки бесстрастным тоном. — Вы знаете что-то об этом?       Шериф и мэр как-то странно переглянулись в ответ.       — Мы ничего не знаем об этом… — медленно ответил шериф, сделав многозначительную паузу. Он кинул настороженный взгляд на тварь, потом на нас. Мэр в этот момент вновь промокнул салфеткой возникшую на лысине испарину. — Но вы не первые сегодня спрашиваете про сигнал SOS.       — Кто-то до нас спрашивал про это? — я озадаченно выгнула бровь и глянула на Акки — он выглядел удивлённым не меньше меня.       — Где-то пару часов назад тут были молодые ребята — примерно вашего возраста — они сказали, что получили сигнал бедствия с нашего острова, — тревожно излагал мэр, перебирая пальцами салфетку. — Ох-ох, надеюсь, их не сожрал этот зверь. Такие хорошие ребята!       — Хорошие? — эхом повторил за ним шериф, вскинув в удивлении брови. — Они же пираты!       — И что?! — впервые резким тоном ответил мэр, сверля взглядом усатого. — Они вылечили лихорадку моей дочурки!       — Как выглядели эти пираты и куда они делись? — я прервала препирательство этих двоих. Других кораблей на пристани не было видно. Могли они уплыть? Или как раз об этих пиратах говорил подавший сигнал бедствия?       — Как выглядели? — растерянно переспросил мэр. — Вроде обычные парни.       — Обычные парни с обычным говорящим белым медведем, — язвительно добавил шериф.       Всё интереснее и интереснее.