Resistance

      Выручай-Комната. Недели тренировок, наполненные потом, усталостью и растущим чувством взаимопонимания, постепенно привели их к этому моменту. Задание Драко — убить Дамблдора, впустить Пожирателей Смерти — висело над ним дамокловым мечом. Но теперь он был не один.       — Шкаф, — задумчиво проговорил Гарри, оглядывая массивную конструкцию, стоящую в центре комнаты. — Ты уверен, что это сработает?       Драко кивнул, его лицо было серьёзным:       — Мне нужно довести его до ума. Это часть сложной сети. Он должен быть готов к определённому времени.       Гарри знал, что это рискованно. Очень рискованно. Впустить Пожирателей Смерти в Хогвартс — это безумие. Но он также понимал, что у Драко нет выбора. И у него тоже. Если они не сделают этого, Драко и его семья погибнут. А если они сделают это, но подготовятся, возможно, у них появится шанс.       — Хорошо, — сказал Гарри, его взгляд был твёрдым. — Тогда вот что мы сделаем. Сначала мы починим этот шкаф. Потом… мы научим тебя сворачивать твою магию. И разворачивать её за долю секунды. Если что-то пойдёт не так, мы должны быть готовы обезвредить их всех.       Драко посмотрел на него, и в его глазах читалось и облегчение, и глубокая тревога.       — Обезвредить их? Ты думаешь, это возможно?       — Возможно всё, Драко, если мы действуем вместе, — ответил Гарри. — Ты научился управлять моей магией. Ты научился перенаправлять её. Теперь ты должен научиться контролировать свою собственную стихийную силу. Ту, что прячется в тебе.       Их работа над Исчезательным шкафом началась. Гарри, хоть и не был экспертом в таком роде чар, помогал, чем мог, используя свою интуицию и, порой, поддавая магией, чтобы ускорить процесс, пока Драко тщательно подбирал заклинания и компоненты. Они работали в тишине, нарушаемой лишь шёпотом заклинаний и скрипом старого дерева. Часы превращались в дни, дни — в недели.       Между тем, Гарри обучал Драко самому сложному: мгновенному контролю над его стихийной магией.       — Представь, что она — река, — объяснял Гарри. — Она течёт, бурлит. Ты не можешь остановить её, но ты можешь направить её русло. Ты можешь сделать так, чтобы она ушла под землю, стала невидимой. А потом, когда понадобится, выпустить её одним движением.       Они тренировались часами. Драко пытался, но его магия была менее податливой, чем у Гарри. Она вырывалась наружу, слишком сильно или слишком слабо. Разочарование иногда охватывало его, но Гарри был рядом, терпеливо направляя.       — Не пытайся запереть её, Драко, — говорил Гарри, когда Драко пытался слишком сильно сжать свою силу. — Ты должен позволить ей быть. Позволь ей течь внутри тебя. А потом… просто дай ей команду быть невидимой. Как будто она просто спит.       Медленно, постепенно Драко начал понимать. Он чувствовал, как его собственная магия, которую он всегда считал лишь инструментом для заклинаний, была чем-то гораздо большим. Чем-то живым, могущественным. Он учился дышать с ней, жить с ней, сворачивать её, как шёлковую нить, и разворачивать, как огромный парус.       Наконец они решили устроить контрольную тренировку. Гарри стоял перед Драко, его лицо было сосредоточено.       — Пожиратели Смерти не будут ждать. Если всё пойдёт не так, у тебя будет лишь секунда. Секунда, чтобы высвободить всё, что у тебя есть.       Он резко взмахнул рукой, имитируя атаку. Драко вздрогнул, но не дрогнул. Его глаза сфокусировались, его тело напряглось. И в этот момент, когда Гарри должен был «ударить» его, из Драко вырвалась волна чистой, невидимой магии. Она не была разрушительной, она была останавливающей. Она создала вокруг Гарри плотное, невидимое поле, словно заключив его в кокон.       Гарри почувствовал, как его тело замирает, как он не может двинуться. Не было боли, не было удара. Было лишь абсолютное обездвиживание. Он был поражён.       — Да! — воскликнул Гарри, его глаза горели. — Именно это! Ты сделал это, Драко! Ты их обезвредишь!       Драко, бледный, но торжествующий, быстро высвободил Гарри. Он тяжело дышал, но на его лице играла лёгкая улыбка.       — Я смог! Я их остановлю. Если что.       — Не «если что», а «когда что-то пойдёт не так», — поправил Гарри, его голос был серьёзен. — «Мы не можем рисковать. Твоя жизнь, жизни твоих родителей, жизни… всех в Хогвартсе зависят от этого. Твоя способность — наше единственное преимущество.       Они стояли рядом, глядя на почти готовый Исчезательный шкаф. Страх смешивался с решимостью. Впереди их ждала ночь, которая могла изменить всё. Но теперь они были готовы. Они были вместе. И это, возможно, было их самым мощным оружием против надвигающейся тьмы.