Resistance

      За несколько месяцев до того, как защитные купола Хогвартса содрогнулись под первыми ударами армии Волдеморта, Гарри Поттер завершил свою самую тайную и опасную миссию.       Он давно понял, что старик Дамблдор, несмотря на всё своё величие, двигался слишком медленно, скованный собственными планами и моральными дилеммами. Гарри не собирался ждать, когда его жизнь или жизнь Драко принесут в жертву ради «высшего блага». Приняв наследие родов Поттер и Блэк ещё на четвёртом курсе, он получил доступ к ресурсам, о которых министерские чинуши даже не догадывались.       Гарри призвал домовиков обоих семейств. Существа, чья древняя магия легко обходила любые защитные барьеры волшебников, получили чёткий приказ: найти и изъять все скрытые якоря души Тома Реддла. Добби, Кикимер и ещё три старых эльфа рода Поттеров обыскивали заброшенные лачуги, пещеры и даже сейфы Гринготтса. Кольцо Мракса, медальон Слизерина, чаша Хаффлпафф, диадема Когтеврана — всё это было собрано и доставлено в Тайную Комнату.       Самым страшным испытанием для Гарри стал крестраж внутри него самого. За два дня до битвы, скрывшись от всех — даже от Драко, чтобы не пугать его, — Гарри спустился к статуе Слизерина. Используя яд поверженного василиска, защитные чары крови Блэков и свою пробудившуюся стихийную магию, он провёл жестокий, изнуряющий ритуал. Чёрная жижа текла из его шрама, а крик застревал в горле, когда осколок чужой души выжигался из его разума раз и навсегда. Он выжил лишь благодаря собственной колоссальной силе.       Гарри уничтожил все крестражи. Волдеморт стал смертным. Но никто об этом ещё не знал.

***

      Ночь битвы разорвала тишину взрывом. Защитный барьер над Хогвартсом, сотканный из древних чар, треснул под натиском сотен заклинаний. Пожиратели Смерти, великаны, дементоры и оборотни хлынули на территорию школы. Паника охватила коридоры. Крики раненых, грохот обрушивающихся стен, зелёные вспышки убийственных проклятий, разрезающие ночной воздух — хаос воцарился мгновенно.       Альбус Дамблдор, живой и невредимый благодаря тому, что заговор на Астрономической башне был сорван, вместе с Орденом Феникса удерживал главный вход. Но силы были неравны.       Вдруг воздух в полуразрушенном внутреннем дворе задрожал. Пожиратели Смерти, теснившие защитников, начали спотыкаться.       Из темноты, со стороны озера, показались две фигуры. Они шли плечом к плечу, медленно, с убийственной, пугающей грацией. Их лица скрывали одинаковые маски из матового обсидиана. На маске того, кто шёл слева, пульсировали золотые вены жидкого пламени и трещины расколотой земли. На маске того, кто справа — переливались ртутные, серебряные нити сжатого воздуха и струящейся ледяной воды. Их мантии из тяжелого безлунного шёлка бесшумно развевались на ветру.       Они не произнесли ни слова, но их присутствие заставило замолчать даже великанов.       — Кто это, черт возьми?! — крикнул один из нападавших Пожирателей, направляя палочку на фигуру с золотой маской. — Авада Ке…       Договорить он не успел. Фигура слева — Гарри — просто сделал ленивое движение рукой, даже не доставая палочки. Оглушительный свист разорвал воздух. Из земли мгновенно выросла стена из чистейшего гранита, приняв на себя зелёный луч, а в следующую секунду эта стена распалась на сотни острейших каменных лезвий, которые веером полетели в ряды Пожирателей Смерти.       В бой вступил Драко — фигура в серебряной маске. Он двигался с холодной, хирургической твёрдостью. Взмах его ладони — и вода из бьющего неподалёку разрушенного фонтана взметнулась вверх, превращаясь в гигантский ледяной ураган. Ветер, послушный его воле, закрутил этот лёд, создавая смертоносную мясорубку для нападающих. Пожиратели в ужасе отступали, скользкие от страха, не понимая, с каким типом магии они столкнулись. Это были не школьные дуэли, это была ярость самой планеты.       В стороне от них, воодушевлённые этим безумным зрелищем, в бой ринулись Рон и Гермиона. Они тоже изменились. Гермиона взмахнула руками, и земля под ногами нападающих Пожирателей превратилась в зыбучий песок, затягивая их вглубь коридоров. Рон, стиснув зубы, выбросил вперёд ладонь, и стена ревущего, контролируемого пламени отрезала подкрепление врага, не позволяя им прорваться к раненым. Их движения больше не были робкими — они действовали как единый механизм, обученный лучшим из лучших.       Но эпицентром битвы оставался тандем в масках.       Гарри демонстрировал абсолютное, пугающее спокойствие. На него летели десятки проклятий, но он просто шёл вперёд. Воздух вокруг него уплотнялся, плавя заклинания ещё на подлёте. Он чувствовал себя богом этой войны — свободным от крестража, сильным как никогда.       Когда на Драко попытались напасть со спины трое Пожирателей, Гарри даже не повернулся. Он топнул ногой, и земля под ногами нападающих разверзлась, поглощая их с криками ужаса, а затем мгновенно сомкнулась обратно.       Драко действовал в идеальной гармонии с Гарри. Там, где Гарри выжигал пространство чистым пламенем, Драко мгновенно создавал вакуумные зоны сжатым воздухом, туша искры, чтобы не пострадали защитники Хогвартса, но направляя весь удушающий жар на врагов. Их магия переплеталась, трещала электрическими разрядами, создавая неодолимый барьер. Они дышали в одном ритме, их движения были продолжением друг друга — танец смерти и абсолютной защиты.       — Это невозможно… — шептал Кингсли Бруствер, прижимая руку к раненому плечу и глядя на то, как двое неизвестных в масках в одиночку сминают авангард армии Лорда. — Кто они такие? Какая магия способна на это без палочек?       Дамблдор стоял чуть поодаль, его опустившаяся палочка мелко дрожала в руке. Его мудрые глаза за линзами очков-половинок расширились от шока. Он видел сотни битв, но эта… эта стихийная мощь, чистая, свободная от оков Министерства и палочковых ограничений, заставила его почувствовать себя бесконечно старым и бессильным. Он догадывался, кто скрывается под золотой маской. И то, как этот «кто-то» прикрывал спину серебряной маске, не оставляло сомнений.       Пожиратели Смерти начали паниковать. Их хвалёная жестокость разбивалась о ледяную твёрдость Драко и выжигающее спокойствие Гарри. Проклятия Пожирателей казались детскими игрушками по сравнению с тем, как под ногами плавился камень, а воздух превращался в режущее стекло.       В разгар боя один из сильнейших приспешников Волдеморта попытался прорвать их оборону, сотворив адское пламя. Но Гарри лишь поднял руку вверх. Его пальцы сжались в кулак, и ревущий огненный зверь врага послушно замер, уменьшился в размерах и втянулся в ладонь Гарри, не причинив ему никакого вреда. Гарри просто поглотил чужую стихию, сделав её своей.       Ужас нападающих достиг своего пика. Они бросали оружие, отступали, спасая свои жизни от двух безмолвных, несокрушимых фигур.       Они так и не сбросили маски. Даже когда битва на этом участке двора стихла, и вокруг остались лишь стонущие раненые враги и шокированные, затаившие дыхание студенты и учителя.       Гарри медленно повернул голову к Драко. Под обсидиановыми масками их взгляды встретились. Драко тяжело дышал, его плечи подрагивали от колоссального расхода сил, но он стоял твёрдо. Гарри незаметно для других протянул руку, и лёгкий, едва заметный шлейф его теплой, успокаивающей магии окутал Драко, безмолвно шепча: «Ты справился. Я горжусь тобой. Мы побеждаем».       Драко едва заметно кивнул в ответ. Их ещё ждёт финал. Но сейчас они показали этому миру, что такое настоящая, свободная магия. И какова сила тех, кто сражается за свою любовь.