Не богиня, а стихийное бедствие

Арена пошла трещинами. Часть конструкции провалилась внутрь, как будто земля больше не хотела держать этот уровень разрушения. И впервые по трибунам прошёл не крик. А осознание. Арес резко поднялся. — Он остановил его?! Гермес тихо покачал головой. — Нет. Пауза. — Он научился его не принимать. Селин сжала пальцы на подлокотнике. — Это хуже. Потому что теперь это не защита. Это понимание. Внизу Хаджун отступил на полшага. И это было почти незаметно. Но для всех, кто смотрел, это было как удар грома. Он посмотрел на Будду. Долго. Слишком долго. И впервые в этом взгляде появилось не просто раздражение. А интерес, который начал становиться опасным. — Интересно… — произнёс он тихо. И снова рванул вперёд. На этот раз столкновение произошло почти сразу. Без дистанции. Без паузы. Оружие встретилось с оружием. Лицо оказалось в сантиметрах. И мир сузился до одного узкого пространства между ними. Где не было ни богов. Ни зрителей. Ни Рагнарёка. Только два существа, которые больше не могли игнорировать друг друга. Хаджун наклонился чуть ближе. Голос был тихим. Но в нём не было ничего человеческого: — Я сломаю тебя. Будда не отвёл взгляд. И ответил спокойно. Даже слишком спокойно: — Ты уже слишком долго пытаешься. И на мгновение стало ясно: они оба перестали играть в победу. Теперь они проверяли, кто из них первый перестанет быть тем, кем был до этого боя. Будда стоял среди разрушений, тяжело дыша. Кровь медленно стекала по его подбородку, капала на расколотый камень и исчезала в пыли. Его одежда была разорвана, плечо всё ещё подрагивало после последнего столкновения, а посох Шести Миров выглядел так, будто держался исключительно на упрямстве своего владельца. Но он всё ещё стоял. Напротив него Хаджун медленно выпрямился из облака чёрной энергии. И впервые за всё время его улыбка выглядела иначе. Не насмешливо. Не расслабленно. В ней появилась злость. Слабая. Едва заметная. — Почему ты все ещё стоишь?.. — тихо произнёс он. Голос был спокойным, но в нём уже не было той абсолютной уверенности, с которой он появился на арене. Будда усмехнулся уголком губ и вытер кровь с лица тыльной стороной ладони. — Я же говорил, что обещал вернуться. Если я не выполню обещание, моя жена достанет меня с того света и убьет ещё раз, потому что я не пришел к ужину, — ответил он так спокойно, будто они разговаривали не среди руин Рагнарёка, а где-нибудь за чашкой чая. На трибунах никто не засмеялся. Никто вообще не издал ни звука. Даже боги сейчас молчали. Потому что все чувствовали одно и то же: финал приближался. Это ощущалось почти физически. Словно сама Вальгалла затаила дыхание. Хаджун медленно опустил голову. И тьма вокруг него вдруг начала меняться. Сначала едва заметно. Потом быстрее. Чёрная аура стала плотнее, тяжелее, словно пространство вокруг него постепенно переставало выдерживать собственное существование. Его тело начало расти. Мышцы искажались под кожей, рога становились длиннее, а багровые линии на теле разгорались теперь уже почти как раскалённые трещины. Арена задрожала. Снова. Но теперь иначе. Не как от удара. А как от присутствия чего-то, что слишком велико для этого мира. Гермес медленно выдохнул. — Он больше не сдерживается… — тихо произнёс он. Арес нервно сглотнул. — Что значит “не сдерживается”? Он до этого ЕЩЁ сдерживался?! Гермес не отрывал взгляда от арены. — Это и есть его настоящая форма разрушения. Селин почувствовала, как по позвоночнику прошёл холод. Не страх. Хуже. Предчувствие. Внизу Хаджун поднял взгляд на Будду. И в следующую секунду они сорвались одновременно. БУМ. Камень под ногами разлетелся в пыль. Воздух взорвался. Они не бежали. Они буквально прорезали пространство навстречу друг другу. Хаджун ударил первым. И в этот раз в атаке не было ничего хаотичного. Только абсолютная сила. Клинок, в который превратилась его рука, обрушился вниз с чудовищной скоростью. Будда поднял посох. Столкновение прогремело так, что часть трибун окончательно рухнула. А потом… раздался треск. Короткий. Страшный. Посох Шести Миров сломался. Прямо в руках Будды. Тишина накрыла арену мгновенно. Даже Хаджун замер. Обломки оружия медленно упали вниз. Будда остался стоять неподвижно. Без оружия. Селин почувствовала, как внутри всё резко провалилось вниз. Арес побледнел. — Нет… — выдохнул он. — Нет, нет, нет… Гермес медленно прикрыл глаза. — Без посоха… — тихо сказал он. — Он мало что сможет сделать. И именно в этот момент Селин сорвалась с места. — Ну уж нет! Её голос ударил по трибунам так резко, что часть богов вздрогнула. Аид резко схватил ее за запястье. — Пусти!-крикнула Селин. — Ты можешь погибнуть!-спокойно сказал Аид, но в его взгляде виднелась тревога. — Какое тебе дело?-Селин все пыталась вырваться из его хватки.- Все равно вся семья пыталась меня убить, так я хотя бы погибну с достоинством и заберу с собой это чудовище. — Селин... Она вывернула руку, освободилась и одним движением вскочила прямо на перила, игнорируя ошарашенные взгляды вокруг. Ветер сразу подхватил её волосы. — Будда! — крикнула она так громко, что эхо ударилось о разрушенные стены арены. — Разорви его к чертям и отправь в Тартар! На секунду всё замерло. Будда поднял голову. И посмотрел на неё. Всего один взгляд. Но этого хватило. Он слишком хорошо её знал. Селин не шутила. Вообще. И хуже всего было то, что она уже всё решила. Будда прикрыл глаза на короткое мгновение и вдруг тихо рассмеялся. Не нервно. Не устало. Почти нежно. — Селин… — произнёс он, качнув головой. Он даже не попытался её остановить. Потому что понял. Поздно. Селин резко хлопнула ладонями перед собой. Звук прогремел по всей арене. — ВЁЛУНД!!! И мир взорвался золотым светом. Её тело мгновенно охватило сияние — сначала мягкое, потом ослепительно яркое. Вокруг неё закрутился золотой вихрь, внутри которого вспыхивали молнии и ледяные искры. Трибуны ахнули. Энергия стала настолько плотной, что воздух вокруг буквально начал трещать. А потом… Селин исчезла. Золотое торнадо сорвалось вниз к арене и в следующую секунду вспыхнуло прямо в руках Будды. Свет ударил по разрушенному пространству. И когда сияние начало ослабевать, в его ладони уже был меч. Не обычный. Лезвие сияло золотом, по нему постоянно пробегали молнии, а вокруг клинка кружилась ледяная аура, от которой воздух покрывался инеем. Будда смотрел на оружие несколько секунд. А потом медленно улыбнулся. По-настоящему. Тепло. И опасно одновременно. — Вот что ты задумала… — тихо произнёс он. Он поднял взгляд вверх, туда, где ещё секунду назад стояла Селин. — Ты знала, что я готов доверить тебе свою душу… и всё равно пошла на это. В его голосе не было страха. Только понимание. И что-то очень близкое к нежности. Он крепче сжал рукоять меча. Молнии сорвались с лезвия вниз по руке. Лёд покрыл расколотый камень под ногами. И давление на арене изменилось. Снова. Теперь уже окончательно. Будда поднял меч и посмотрел прямо на Хаджуна. — Ну вот теперь… — произнёс он спокойно. — Теперь мы точно сможем победить. Арена Вальгаллы выглядела так, будто её попытались уничтожить сразу несколькими способами — физически, эмоционально и архитектурно. Пол трижды менял уровень высоты, половина колонн отсутствовала, а оставшаяся половина явно жалела, что не отсутствует тоже. В центре всего этого стоял Будда. Раненый. В крови. Без посоха. И с таким довольным лицом, будто ему только что подарили отпуск, массаж и возможность бесить окружающих официально. В его руках мерцал новый меч. Не просто меч. Селин. Лезвие искрилось золотыми молниями, по воздуху расходились ледяные волны, а сама энергия оружия ощущалась слишком… живой. Слишком эмоциональной. В отличие от любого другого вёлунда, этот явно мог в любой момент начать спорить с владельцем. Потому что технически так и было. Будда медленно провернул меч в руке. По клинку пробежали молнии. Где-то в его сознании раздался голос Селин: — Так, сразу предупреждаю: если ты сейчас попытаешься сделать что-нибудь особенно суицидальное, я ударю тебя током. Будда едва заметно улыбнулся. — Милая, ты сейчас буквально оружие в моей руке. Это уже звучит как очень токсичные отношения. — Будда. — Что? — Я серьёзно. — А я нет. Это одна из причин, почему меня так сложно убить. На трибунах Арес резко повернулся к Гермесу. — Почему он улыбается?! ЕГО ТОЛЬКО ЧТО ЧУТЬ НЕ УБИЛИ! Гермес задумчиво поправил перчатку. — Полагаю… присутствие Селин влияет на его моральное состояние. — Она превратилась в меч! — И, судя по всему, продолжает быть его психологической проблемой даже в этой форме. Будда тем временем чуть наклонил голову, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. И его улыбка стала ещё шире. — О-о-о… — протянул он. — Теперь я слышу все твои мысли? Мгновенная пауза. А потом: — НЕТ. — Да-а-а. — Нет, ты ничего не слышишь. — Ты буквально сейчас подумала: “если он начнёт флиртовать во время конца света, я его сама убью”. — Потому что ТЫ НАЧАЛ ФЛИРТОВАТЬ ВО ВРЕМЯ КОНЦА СВЕТА! — Слушай, технически конец света здесь уже давно. Я чуть не умер, не лишай меня удовольствия наслаждаться твоей любовью. На трибунах Локи начал ржать так громко, что рядом сидящий Один медленно прикрыл глаз рукой. — Я не могу понять, что меня пугает больше, — выдохнул Локи сквозь смех. — То, что они синхронизировали души… или то, что даже после этого продолжают вести себя как катастрофа на двоих. Селин раздражённо вспыхнула внутри клинка, и меч в руках Будды моментально шарахнул молнией в землю. БУМ. Камень под ногами раскололся. — О, — лениво заметил Будда. — Нервничаешь? — Я сейчас тебе руку отморожу. — О, угрозы. Обожаю, когда ты романтичная. — КЛЯНУСЬ БОГАМИ— — И это тоже мило. Хаджун всё это время молча наблюдал за ними. Очень внимательно. И чем дольше он смотрел, тем менее человеческим становилось выражение его лица. Потому что он не понимал. Вообще. Перед ним стояли два существа посреди Рагнарёка. Один буквально был превращён в оружие. Второй только что чуть не умер. И они… флиртовали. Будто забыли, что находятся в бою насмерть. Хаджун медленно наклонил голову. — Вы… странные. Будда наконец перевёл взгляд на него. — Спасибо, мы стараемся. — Я пытаюсь вас убить. — А мы пытаемся сохранить отношения живыми. Как видишь, у всех свои трудности. Селин застонала прямо у него в голове. — Почему я вообще в тебя влюбилась?.. — Потому что у тебя отвратительный вкус. — Это правда. — Видишь? Мы честны друг с другом. Основа здорового союза. Хаджун вдруг резко двинулся вперёд. Без предупреждения. Арена взорвалась от давления. Его рука снова превратилась в гигантский клинок, разрезая пространство перед собой. — БУДДА! — Вижу, милая. Будда исчез. Нет — сорвался в сторону так быстро, что молнии оставили золотой след в воздухе. Клинок Хаджуна прошёл мимо, разрубив остатки арены позади. И в ту же секунду Селин почувствовала его мысль раньше, чем он договорил. Лёд. — Уже делаю. Меч вспыхнул ледяной аурой. Будда резко провернул клинок. Вся поверхность разрушенной арены под ногами Хаджуна мгновенно покрылась толстым слоем льда. Хаджун впервые потерял равновесие буквально на долю секунды. И этого хватило. — Ой, — невинно протянул Будда. — Кто-то поскользнулся. БУМ. Удар пришёл сверху. Хаджун успел заблокировать, но ледяной взрыв всё равно отбросил его назад на несколько метров. Трибуны ахнули одновременно. Арес вскочил на ноги. — ОН ЕГО ОТТОЛКНУЛ! — Да, — сухо ответил Гермес. — Обычно так и работает удар мечом. — НЕ ПОРТИ МОМЕНТ! Хаджун медленно поднял голову. На его щеке теперь тянулась тонкая кровавая линия. И он коснулся её пальцами. Очень медленно. Будто не сразу понял, что произошло. Будда лениво присвистнул. — О, поздравляю. Теперь ты официально участвуешь в драке, а не просто портишь ландшафт. Селин хмыкнула. — А ему идёт кровь. — Ты сейчас оцениваешь демона разрушения? — Я многозадачная. Хаджун смотрел на кровь ещё несколько секунд. А потом… улыбнулся. Но теперь уже иначе. Шире. Опаснее. И арена снова задрожала. — Интересно… — тихо произнёс он. — Значит, вас придётся ломать обоих. Будда медленно поднял меч на плечо. Молнии снова побежали по клинку. — Да-а-а, — протянул он с усмешкой. — Вот только проблема в том, что нас двоих даже психологически никто не выдерживает. Удачи тебе, брат.