Не богиня, а стихийное бедствие

Каменные плиты раскололись до самого основания. Половина трибун отсутствовала. Воздух был пропитан гарью, льдом, электричеством и чем-то ещё — чем-то тяжёлым, что осталось после Хаджуна. И посреди этого разрушенного мира друг напротив друга стояли они. Будда. И Хаджун. Оба ранены. Оба измучены. Но только один из них всё ещё выглядел человеком. Хаджун медленно поднял голову. Его тело снова начало меняться. Чёрная масса задвигалась по коже, будто внутри неё жили тысячи голодных теней. Руки вытянулись, позвоночник выгнулся, рога стали больше. Всё его существо начало терять очертания чего-то живого. Он больше не выглядел как демон. Он выглядел как сама идея разрушения. На трибунах стало тихо. По-настоящему тихо. Даже Локи молчал. Даже Арес перестал дышать слишком громко. Потому что Хаджун… рос. Его тело вытягивалось в гигантский клинок хаоса — уродливый, чёрный, пульсирующий. Пространство вокруг него дрожало, словно сама реальность пыталась инстинктивно отодвинуться подальше. — Это уже нечестно, — очень тихо пробормотал Арес. — Он вообще обязан соблюдать хоть какие-то правила анатомии?.. — Он демон разрушения, — устало ответил Гермес. — Думаю, правила были первой вещью, которую он убил. Внизу Хаджун двинулся вперёд. Медленно. Но от одного этого движения арена задрожала. Он шёл прямо на Будду. Как лавина. Как конец чего-то. Как существо, которое никогда не знало ничего, кроме уничтожения. И Будда… не двинулся. Он стоял спокойно, сжимая меч Селин в руке. Золотые молнии медленно скользили по клинку. Лёд покрывал землю у его ног. Огонь тлел внутри лезвия, будто ждал разрешения вырваться наружу. А в голове Будды раздался голос Селин. Уже не шутливый. Тихий. Сосредоточенный. — Он идёт в лоб. — Ага. — Ты видишь точку? Будда медленно выдохнул. Перед его глазами хаос Хаджуна снова ломал пространство. Душу демона всё ещё невозможно было прочитать полностью. Но теперь… он видел другое. Нестабильность. Трещину. Единственное место, где разрушение переставало быть абсолютным. Маленькую. Почти незаметную. Но существующую. И Будда улыбнулся. Очень спокойно. — Вижу. Хаджун был уже совсем близко. Арена трещала под его давлением. — Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ! — прогремел его голос. Будда чуть склонил голову набок. — Нет, — тихо ответил он. — Ты просто боль без направления. На секунду Хаджун замер. Не телом. Чем-то глубже. И именно этого мгновения хватило. — Селин. — Уже. Меч вспыхнул. Огонь вырвался наружу мгновенно — золотой, ослепительный, смешанный с молниями и ледяной бурей. Воздух взорвался стихиями сразу. Будда исчез. Не рывок. Не ускорение. Он просто оказался впереди. И ударил. Быстро. Точно. Без лишнего движения. Клинок прошёл через единственную слабую точку Хаджуна. Тишина накрыла арену мгновенно. Полная. Абсолютная. Даже ветер исчез. Хаджун остановился. Его гигантское тело замерло посреди движения. На трибунах никто не дышал. А потом… по чёрному телу медленно пошла трещина. Одна. Потом вторая. Потом десятки. Хаджун опустил взгляд вниз. Словно впервые не понимал, что происходит. Чёрная масса начала рассыпаться с него кусками. Его голос прозвучал странно тихо. Почти потерянно. — Я… Трещины стали глубже. — …разрушение… И в следующую секунду его тело начало распадаться. Медленно. Тихо. Без взрыва. Словно сама тьма наконец перестала удерживать форму. А потом Хаджун исчез. Полностью. И Вальгалла замерла. На долгую секунду никто не двигался. Никто не говорил. Все просто пытались осознать одно: Хаджун проиграл. А потом арена взорвалась шумом. Люди закричали. Боги вскочили со своих мест. Кто-то смеялся от облегчения. Кто-то просто сидел, не в силах поверить. Арес смотрел вниз с абсолютно потерянным выражением лица. — Он… — выдохнул он. — Он реально победил это чудовище?.. Гермес тихо улыбнулся. — Да. Пауза. — И, что удивительно, при этом умудрился флиртовать почти весь бой. — ЭТО БЫЛА САМАЯ СТРАШНАЯ ЧАСТЬ! Голос Хеймдалля прогремел над ареной: — ШЕСТОЙ РАУНД РАГНАРЁКА ЗАВЕРШЁН! Он поднял руку вверх. — ПОБЕДИТЕЛЬ — БУДДА!!! Табло вспыхнуло. 3 : 3 Равный счёт. Будда всё ещё стоял посреди разрушенной арены. Один. В крови. Тяжело дыша. Меч в его руке медленно начал рассыпаться золотым светом. И в следующую секунду рядом с ним появилась Селин. Она буквально вышла из света клинка, слегка пошатнувшись после возвращения в собственное тело. Первое, что она увидела, — насколько Будда вымотан. Он всё ещё улыбался. Конечно. Но теперь эта улыбка была другой. Не ленивой. Не насмешливой. Под ней слишком хорошо читалась усталость. Селин молча подошла ближе. Закинула его руку себе на плечо. Будда тихо выдохнул, позволяя ей удержать часть веса. Будда тихо усмехнулся. — Ну всё, — хрипло пробормотал он. — Теперь официально могу говорить всем, что меня носит на руках красивая женщина. Селин даже не посмотрела на него. — Ещё слово — и красивая женщина уронит тебя лицом в камни. — Жестокая. — Живая. В отличие от тебя через пару минут, если ты продолжишь болтать вместо того, чтобы дышать. Он уже хотел ответить что-то ещё, привычно ехидное, но вдруг замолчал. Потому что почувствовал. Что-то изменилось. Селин тоже резко остановилась. Воздух дрогнул. Очень слабо. Почти незаметно. И они одновременно повернули головы к центру арены. Туда, где окончательно исчез Хаджун. Чёрная масса ещё медленно растворялась в воздухе, но внутри неё теперь мерцал слабый свет. Очень слабый. Почти угасающий. Селин замерла. — Это же… — выдохнула она едва слышно. Свет стал ярче. А потом из остатков тьмы медленно появилась фигура. Маленькая. Хрупкая. Почти прозрачная. Зерофуку. Он выглядел так, будто держится в этом мире из последних сил. Его тело словно рассыпалось светом прямо на глазах. Полупрозрачные золотые частицы срывались с кожи и исчезали в воздухе. Но он был здесь. Живой. По-настоящему живой. Шум трибун начал стихать. Сначала люди просто не понимали, что происходит. Потом начали замечать. И вскоре вся Вальгалла снова погрузилась в тишину. Зерофуку медленно поднял взгляд. Его глаза были совершенно другими. Без ненависти. Без боли, которая раньше буквально рвала его изнутри. Только усталость. Огромная. Нечеловеческая усталость. Селин медленно отпустила руку Будды. Тот посмотрел сначала на неё, потом на Зерофуку. И впервые за очень долгое время его улыбка стала по-настоящему мягкой. Не насмешливой. Не ленивой. Не провокационной. Тёплой. Зерофуку заметил это. И его губы дрогнули. — Я… — голос прозвучал тихо. Слишком тихо для огромной арены. — Я снова проиграл… Слова дались ему тяжело. Словно он ожидал, что сейчас его снова обвинят. Назовут слабым. Глупым. Жалким. Будда тяжело выдохнул через нос и медленно подошёл ближе. — Идиот, — спокойно сказал он. Зерофуку растерянно моргнул. Будда остановился прямо перед ним. — Ты слишком старался быть несчастным. Тишина стала ещё глубже. Зерофуку смотрел на него так, будто не понимал, как реагировать на эти слова. — Я… хотел помочь людям… — голос начал дрожать. — Правда хотел… — Знаю. — Но всё стало только хуже… — Ага. — Я всё разрушил… Будда пожал плечами. — Ну, технически ты действительно устроил катастрофу божественного уровня. Тут спорить сложно. У Селин вырвался нервный смешок сквозь слёзы. — Ты вообще умеешь поддерживать людей нормально?.. — Нет, — честно ответил Будда. — Но зато эффективно. И именно после этого Зерофуку наконец сломался окончательно. Только теперь не от боли. Он начал плакать. Тихо. Без истерики. Без ярости. Просто как человек, который слишком долго держал внутри что-то неподъёмное и наконец больше не может. Слёзы медленно текли по его лицу. — Я так устал… — прошептал он. Будда смотрел на него спокойно. Без жалости. Но с пониманием, от которого почему-то становилось легче. — Конечно устал, — тихо сказал он. — Ты тащил на себе то, что вообще никто не должен тащить один. Селин больше не выдержала. Она медленно подошла ближе. Зерофуку поднял на неё взгляд — и замер. Потому что она улыбалась ему. Не натянуто. Не из жалости. По-настоящему тепло. И в этот момент в её глазах не было ни страха, ни отвращения, ни сожаления. Только нежность. Она осторожно протянула к нему руки. Для объятий. Зерофуку смотрел на неё так, будто видел что-то невозможное. Слишком светлое. Слишком доброе. Слишком не похожее на то, чего он ожидал для себя. Он перевёл взгляд на Будду. Тот заметил это и слегка кивнул. Мол, давай уже. И тогда Зерофуку сорвался. Он буквально рухнул в объятия Селин, цепляясь за неё так крепко, будто боялся исчезнуть, если отпустит. Селин сразу прижала его к себе в ответ. И неожиданно сама тихо заплакала. Она не понимала почему. Но ей тоже отчаянно не хотелось его отпускать. Будто в её руках сейчас был кто-то, кто слишком долго не слышал простого человеческого тепла. Зерофуку дрожал. Но впервые за всё время — не от боли. Он медленно закрыл глаза. И вдруг улыбнулся. Спокойно. Так спокойно, как не улыбался никогда раньше. — Спасибо… — прошептал он. И его тело начало исчезать. Медленно. Золотым светом. Словно сама реальность наконец отпустила его страдание. Селин судорожно вдохнула, чувствуя, как его руки постепенно растворяются в воздухе. Но не отпустила до самого конца. Только когда от него остались последние искры света, она медленно опустила руки. На арене никто не говорил. Даже боги молчали. Потому что после всего разрушения, после крови, ярости и битвы… эта тишина оказалась тяжелее всего. Будда смотрел туда, где исчез Зерофуку. Без привычной наглой ухмылки. Очень спокойно. Очень устало. А потом тихо произнёс: — Живи нормально в следующий раз. Селин быстро вытерла слёзы ладонью, будто злилась на сам факт, что вообще расплакалась. В этот момент голос Хеймдалля снова прогремел над ареной: — ШЕСТОЙ РАУНД РАГНАРЁКА ЗАВЕРШЁН! Он поднял руку вверх. — ПОБЕДИТЕЛЬ — БУДДА!!! Табло вспыхнуло над Вальгаллой. 3 : 3 Люди взорвались криками. Кто-то плакал от облегчения. Кто-то смеялся. Человечество снова сравняло счёт. Но Будда только тяжело прикрыл глаза на секунду. Селин подошла обратно, молча закинула его руку себе на плечо и осторожно повела к выходу с арены. На этот раз без шуток. Без сарказма. Просто рядом. Будда посмотрел на неё боковым взглядом. — Ты плакала из-за другого парня прямо при мне. Это вообще-то нарушение отношений. Селин устало закатила глаза. — Будда. — М? — Если ты сейчас не заткнёшься, я сама тебя добью. И тогда людям придётся искать нового победителя. Он тихо рассмеялся. Хрипло. Уставше. Но по-настоящему тепло. — Вот теперь всё нормально, — пробормотал он. И позволил ей увести себя в коридоры Вальгаллы.