Часть 9 Максим
2 июня 2026 г., 23:56
Иногда Макс казалось, что её жизнь состоит из трёх вещей:
больницы,
кофе,
и чужих проблем.
Причём последнее встречалось чаще всего.
Этот день начался в шесть утра и закончился только после девяти вечера.
Три операции.
Два экстренных пациента.
Один мужчина, который пытался доказать ей, что сломанная рука «сама заживёт».
И женщина, которая пришла на приём с температурой сорок и искренне удивилась, почему врач считает это серьёзным.
К концу смены Макс мечтала только об одном.
О тишине.
Но её планы были безжалостно уничтожены ещё в раздевалке.
Телефон завибрировал.
София.
Лучший друг и главная катастрофа её жизни.
— Нет, — сказала Макс сразу после ответа.
— Я ещё ничего не сказала.
— Именно поэтому нет.
— Через сорок минут бар.
— Нет.
— Ты работаешь шесть дней подряд.
— Да.
— Ты разговариваешь с пациентами больше, чем с живыми людьми.
— Они живые люди.
— Не придирайся.
Макс устало прислонилась к шкафчику.
— София...
— Бар.
— Нет.
— Бар.
— Нет.
— Я уже заказала столик.
Макс закрыла глаза.
— Ненавижу тебя.
— Все так говорят перед хорошим вечером.
---
Через час она сидела в небольшом баре в центре города.
Тёплый свет.
Тихая музыка.
Запах еды и кофе.
За столом уже ждали София и Лора.
София работала адвокатом и обладала удивительной способностью превращать любой разговор в допрос.
Лора преподавала литературу и выглядела так, словно только что вышла со страниц классического романа.
— Посмотрите, кто решил вспомнить о существовании общества, — торжественно объявила София.
— Я всё ещё могу уйти.
— Нет, не можешь.
Лора протянула Макс бокал:
— Мы соскучились.
И вот это было хуже всего.
Потому что звучало искренне.
Макс невольно улыбнулась.
— Ладно. Двадцать минут.
— Она говорит это каждый раз, — сообщила София.
— И каждый раз сидит до закрытия, — добавила Лора.
---
Спустя полчаса разговор каким-то образом свернул на мужчин.
Как всегда.
— Нет, серьёзно, — заявила София. — Ты не можешь жить одной работой.
— Почему?
— Потому что ты человек.
— Спорное заявление.
Лора тихо засмеялась.
— Когда у тебя вообще были последние отношения?
Макс задумалась.
Потом честно ответила:
— Не помню.
София схватилась за сердце.
— Господи.
— Что?
— Она сказала это таким тоном, будто вспоминает гражданскую войну.
— Я была занята.
— Ты всегда занята.
— Работа важна.
— И одиночество тоже важно?
Макс подняла бровь.
— Это что сейчас было?
— Попытка спасти твою личную жизнь.
— Она умерла ещё в прошлом году, — сказала Макс.
— Мы можем её реанимировать.
— Я врач. Поверь мне. Там уже всё.
Лора рассмеялась так громко, что обернулась соседняя компания.
---
Спустя ещё двадцать минут София уже показывала фотографии каких-то мужчин.
— Нет.
— Почему?
— Потому что он выглядит так, будто называет себя альфой.
— Хорошо. Этот?
— У него взгляд серийного убийцы.
— А этот?
— Этот точно продаёт криптовалюту.
Лора уже плакала от смеха.
— Макс, ты невозможна.
— Я реалистка.
— Ты придираешься.
— Я врач. Это профессиональное.
София обречённо отбросила телефон.
— Ладно. Тогда сама скажи, какой тебе нужен мужчина.
Макс хотела ответить что-нибудь язвительное.
Но неожиданно замолчала.
Перед глазами вдруг возник другой образ.
Высокий мужчина.
Тёмные волосы.
Уставший взгляд.
Саркастические ответы.
Голос, в котором почему-то всегда слышалась усталость.
Алекс.
Чёрт.
Снова Алекс.
— О-о-о, — протянула София.
— Что?
— Вот это лицо.
— Какое лицо?
— Ты о ком-то подумала.
— Нет.
— Да.
— Нет.
— Да.
Лора улыбнулась поверх бокала:
— Кто он?
Макс тяжело вздохнула.
— Никто.
— Самые опасные всегда начинаются с «никто».
---
Домой она вернулась уже поздно.
Квартира встретила её привычной тишиной.
Она сняла пальто.
Разулась.
Поставила чайник.
И только тогда поняла, насколько устала.
Иногда ей нравилось жить одной.
Очень нравилось.
Но были вечера вроде этого.
Когда тишины становилось слишком много.
Макс подошла к окну.
Внизу светился ночной город.
Машины проезжали по мокрым улицам.
Люди куда-то спешили.
Жизнь продолжалась.
А она почему-то снова думала о нём.
О человеке, которого знала всего несколько дней.
Это было нелепо.
Глупо.
По-детски.
Он не позвонил.
Не написал.
Никак не появился.
Неделя.
Целая неделя.
И если смотреть правде в глаза, всё было предельно просто.
Она ему не понравилась.
Мужчины ведь тоже имеют право не заинтересоваться.
Не обязаны.
И Алекс ничего ей не обещал.
Кроме того короткого:
— Напишу.
Макс невесело усмехнулась.
Да.
Напишет.
Когда-нибудь.
Наверное.
Она взяла телефон.
Пусто.
Никаких сообщений.
Ничего.
Тогда Макс выключила экран и положила телефон на стол.
Хватит.
Пора перестать думать о человеке, который, скорее всего, уже давно о ней забыл.
Так будет разумнее.
Спокойнее.
Правильнее.
Только почему-то, ложась спать, она всё равно вспомнила его улыбку.
Ту редкую.
Настоящую.
Которую он показал всего на несколько секунд.
И именно это почему-то оказалось труднее всего забыть.
