you can't fool your feelings

--- Глава 1. Дороги, которые не выбирают Лес встречал их запахом прелой листвы и сырой коры. Где-то в вышине лениво перекликались птицы, а где-то совсем рядом — за густой порослью орешника — подозрительно шумел мотор. Не то чтобы в этом лесу кто-то запрещал ездить на скричерах, но Ксандер привык доверять своей интуиции. А она сейчас выла сиреной. — Тихо, — он поднял руку, останавливая брата. Ринго замер за его спиной, положив пальцы на руль своего скричера. Багровые лучи заходящего солнца прорезали листву, рисуя на их шлемах полосы, похожие на боевую раскраску. — Ты тоже это слышишь? — шёпотом спросил Ринго. — Я слышу идиотов, которые не умеют глушить двигатели в чужом лесу, — Ксандер сплюнул на землю и направил свой скричер в обход кустов. — «Дикие скричеры» не привечают непрошенных гостей. Ты это знаешь, я это знаю. А они, похоже, забыли. С каждым метром звук становился отчётливее. Это был не один двигатель — два, а может, даже три. Низкий, урчащий баритон тяжёлых колёс и звонкий, почти шипящий тенор лёгких моделей. Ксандер скривился. Профессионалы так себя не ведут. Если ты пришёл на чужую территорию, ты глушишь мотор задолго до того, как тебя могли засечь. Значит, либо наглые новички, либо кто-то настолько уверен в своих силах, что ему плевать. Ксандер был бы не против и того, и другого. Особенно если бы это означало хорошую драку. Они вынырнули из зарослей на край пологого склона, и Ксандер резко нажал на тормоз. Ринго чуть не врезался ему в бампер, выругался сквозь зубы, но тоже замер. Внизу, в небольшой лощине, прямо посреди развалин старого лесоперерабатывающего завода, располагалась база. Даже не просто база — целый лагерь. Три больших тента были натянуты между ржавыми балками, под ними — несколько скричеров различных модификаций, аккуратно расставленных в ряд. Горели газовые горелки, пахло жареным мясом и бензином. И никого. То есть никого снаружи. Ксандер насчитал четыре, нет, пять скричеров. Все — с незнакомыми опознавательными знаками. Не «Молнии», не «Северный Ветер», не «Когти». Какая-то новая команда или просто отряд наёмников, забредших сюда на огонёк. Хуже всего, что они устроили стоянку прямо на месте старой стоянки «Диких скричеров». Два года назад этот завод был их тренировочной базой, пока крыша не рухнула в главном ангаре. Но место до сих пор считалось «своим» — по неписаному закону скричеров, остывший след ещё три сезона помнит запах хозяина. — Они заняли нашу землю, — глухо произнёс Ринго. В его голосе не было злобы, скорее удивление. — Совсем страх потеряли? — Или головы, — Ксандер уже оценивал дистанцию. Прямой атакой с холма можно было вырубить два крайних скричера, прежде чем кто-то успеет выскочить из-под тента. Хороший план. Грязный, быстрый и эффективный. Именно такой, какой он любил. — Подожди, — Ринго положил руку ему на плечо. — Там могут быть люди. Я не вижу, но внутри тента кто-то есть. — Тем хуже для них. Ксандер уже потянулся к рычагу ускорения, когда из-под дальнего тента, того, что стоял в тени бетонной плиты, вышли двое. Первой была девушка. Высокая, с короткими пепельными волосами, которые выбивались из-под лёгкого респиратора. Обычная рабочая одежда — тёмные штаны, куртка с множеством карманов. Но походка... Ксандер знал эту походку. Так ходят те, кто никогда не сомневается в своей силе. Она несла две банки с консервами и на ходу что-то говорила второй — невысокой, с длинными тёмными волосами, заплетёнными в косу. Та слушала и улыбалась. Ксандер почувствовал, как его пальцы сами сжимаются в кулак. Они не просто заняли базу. Они ведут себя так, будто здесь всегда были. Будто «Дикие скричеры» — пустое место. Он дёрнул вниз защитную маску и бросил брату коротко: — Прикрываешь. Я иду первым. — Ксандер! — но Ринго не успел схватить его за руку. Скричер Ксандера взревел и рванул вниз по склону. Всё произошло за несколько секунд: мелькнули стволы деревьев, ветка хлестнула по плечу, и вот он уже на ровной площадке, выжигая резиной бетонные плиты. Он направил машину прямо на ряд чужих скричеров, намереваясь снести хотя бы два из них, но в последний момент что-то заставило его вывернуть. Тот самый холодный взгляд. Пепельноволосая девушка даже не шелохнулась. Она просто стояла на пути его скричера, с банками в руках, и смотрела прямо в глаза Ксандеру. В её взгляде не было страха. Никакой паники, никакого желания отскочить. Только ледяное, почти скучающее спокойствие, которое говорило лучше любых слов: «Ты не посмеешь меня сбить. И ты это знаешь». И он, чёрт возьми, действительно не посмел. Ксандер ударил по тормозам так резко, что скричер занесло юзом, и он остановился всего в двух шагах от девушки. Пыль и песок взметнулись в воздух, оседая на её одежде, но она даже не моргнула. — Ты совсем с ума сошла? — рявкнул Ксандер, откидывая защитное стекло шлема. — Я мог тебя раздавить! Девушка спокойно поставила банки на ближайший ящик и только потом повернулась к нему лицом. — Но не раздавил. Значит, тормоза у тебя работают. Хорошо. А совесть, судя по всему, нет. Ты на чужой территории, парень. — На чужой? — Ксандер спрыгнул с сиденья, оказавшись с ней почти нос к носу. Она была чуть ниже, но смотрела сверху вниз — как королева, которую пытается оскорбить придворный шут. — Это земля «Диких скричеров» три года как. Мы здесь каждые выходные гоняем. А вы кто такие, чтобы ставить свои ржавые вёдра посреди моего двора? Из-за спины девушки выступила вторая — темноволосая, с косичкой. Она была спокойнее, мягче, но в её глазах тоже не было испуга. Только лёгкое беспокойство, как у того, кто не любит конфликты, но готов заступиться за своего. — Мы здесь всего на пару дней, — сказала она примирительно. — Переночевать и двинуть дальше. Не хотели никому мешать. — Уже помешали, — Ксандер кивнул на их скричеры. — Кто вы? Говорите быстро, пока я не вызвал своих. В этот момент сверху, шурша гравием, спустился Ринго. Он встал чуть позади брата, не пряча рук, но и не нападая. Взгляд скользнул по девушкам, по скричерам, по лагерю — оценивающий, спокойный. Ринго всегда был лучше Ксандера в таких вещах: он умел ждать и смотреть. — Я Зора, — пепельноволосая наконец назвала себя. Голос у неё оказался низким, с хрипотцой, словно она переболела и сорвала связки, но так и не вылечилась до конца. — Моя команда не имеет к вам претензий. Мы не знали, что эта земля занята. Теперь знаем. Извините. Ксандер не ожидал извинений. Он вообще не ожидал, что эта девушка с ледяными глазами способна на такое слово. Это сбило его с намеченного боевого настроя. Когда враг бьёт в ответ — всё понятно, ты бьёшь сильнее. Но когда враг вдруг делает шаг назад... ты начинаешь сомневаться, враг ли он вообще. — Зора, — повторил он, пробуя имя на вкус. — Хорошее имя. Только вот я не привык верить чужакам на слово. Вы не просто остановились. Вы разбили полноценный лагерь. Развели костры. У вас даже скричеры выстроены в линию — как в постоянном отряде. Кто вы, я сказал? — Сказал? Ты потребовал. Это разные вещи, — Зора скрестила руки на груди. — Я не обязана отчитываться перед каждым мальчишкой с завышенным чувством собственной важности. Ринго тихо кашлянул. Ксандер почувствовал, как у него загорелись уши. Мальчишкой его никто не называл давно. И особенно никто не называл его так в присутствии его же команды — пусть сейчас здесь был только Ринго, но этого хватало, чтобы оскорбление приобрело публичный характер. — Если не скажешь кто вы, я вызову своих, — повторил он, стараясь говорить ровно. — И тогда вы будете не просто уходить, а уползать. — Ксандер, — Ринго шагнул вперёд и положил руку на плечо брата. — Может, сначала разберёмся, не торопясь? — Не лезь, — отмахнулся Ксандер, хотя плеча не сбросил. Ринго был единственным, чьё вмешательство он мог терпеть. — Я хочу знать, что это за птицы. Вторая девушка, та, что с косичкой, внезапно шагнула вперёд и сказала: — Меня зовут Яши. Мы путешественники. Ищем старые диски и новые трассы. У нас нет врагов, и мы не хотим их заводить. Честно, мы уйдём на рассвете. Не надо никого вызывать, давайте просто разойдёмся мирно. В её голосе было что-то настолько искреннее, что даже Ксандер на секунду задумался. Он взглянул на Ринго, ища поддержки. Брат чуть заметно пожал плечами — мол, я бы поверил, но решать тебе. Ксандер терпеть не мог, когда всё было слишком просто. Мирно разойтись — это скучно. Это не даёт ему ощущения победы. Но сейчас он чувствовал странную усталость, навалившуюся после вечерней гонки. И потом, эта Зора... её взгляд всё ещё не отпускал его. Холодный, спокойный, насмешливый. Будто она знала, что он не сможет её прогнать, потому что если он её прогонит, это будет выглядеть так, будто он испугался. — Ладно, — выдохнул он, отступая на шаг. — Ноутром чтобы вашего духа здесь не было. Я пришлю ребят проверить. — Как скажете, босс, — Зора криво улыбнулась, и в этой улыбке было столько сарказма, что Ксандеру захотелось схватить её за воротник. Но он сдержался. — Пошли, Ринго, — бросил он и направился к своему скричеру. Они уже почти выехали за пределы лагеря, когда Зора бросила им вслед: — Эй, командир. Тормоза-то проверь на обратной дороге. А то вдруг откажут — придётся тебе опять на меня смотреть. Ксандер вдавил педаль газа в пол и вылетел на склон, не оглядываясь. — Она тебя зацепила, — тихо сказал Ринго, когда они поднялись наверх и скрылись в лесу. — Ничего она меня не зацепила, — огрызнулся Ксандер. — Просто наглая выскочка. Таких надо ставить на место с первого слова, а я размяк. — Ты не размяк. Ты остановился перед ней. Я видел. С расстояния десяти метров видел, как ты выкрутил руль. — Потому что я не хотел сбивать человека, Ринго! — Ксандер затормозил так резко, что брату пришлось объезжать его. — Я не псих. Я могу быть жёстким, но не убийцей. — Знаю, — голос Ринго был спокойным, как всегда. — Но обычно ты не врезаешься в толпу, чтобы потом объезжать одного человека. Ты вообще не врезаешься. Ты сначала смотришь, потом думаешь. А тут ты понёсся с горы, как... не знаю... как будто тебя кто-то подстегнул. Ксандер молчал. Потому что брат был прав. Что-то было не так. С того момента, как он увидел этот лагерь, его руки сами тянулись к рычагам. Будто какая-то сила толкала его в спину — атаковать, крушить, показывать, кто здесь главный. И только холодный взгляд этой девушки, её полное, абсурдное спокойствие заставили его остановиться. — У неё странные глаза, — наконец сказал он, глядя в тёмную чащу леса. — Словно ей всё равно, умрёт она или нет. — У кого? У Зоры? — Ринго задумался. — Да, я заметил. Но это не безразличие. Это... уверенность. Как будто она знает что-то, чего не знаем мы. — Вот поэтому я и не хочу, чтобы такие люди ночевали рядом с нашей базой. Мало ли что у них на уме. — Может, всё гораздо проще, — Ринго включил фару и двинулся вперёд, показывая дорогу. — Может, они просто устали и хотят спать. Не у всех есть дом, как у нас. Ксандер не ответил. Он знал, что брат имеет в виду не буквальный дом. Ринго всегда был добрее и доверчивее. Это и пугало Ксандера — мир не заслуживал такого доверия. Мир был жестоким, особенно в мире скричеров. Они вернулись на базу уже в сумерках. «Дикие скричеры» — полтора десятка человек, отчаянных голов, которые променяли нормальную жизнь на адреналиновые гонки — сидели у костра, перекидывались шутками и чинили снаряжение. При виде Ксандера и Ринго их настрой изменился — настороженность и уважение смешались в воздухе, как запах гари. — Командир, — поднялся долговязый Борк, механик команды. — Ты быстро. Нашёл что-то в лесу? — Нашёл, — Ксандер бросил перчатки на землю и сел на бревно. — На старом заводе — чужая стоянка. Пять скричеров, две девушки. Назвались Зорой и Яши. Сказали, что путешественники. Утром уходят. — И ты их отпустил? — подал голос Кирк, один из самых буйных гонщиков. — Ксандер, мы же здесь порядок наводим! Нельзя позволять всяким... — Я сказал — утром уходят, — голос Ксандера не терпел возражений. — Если нет — тогда будем разбираться. А пока пусть спят. Не хватало ещё воевать с бабами. Вокруг засмеялись, напряжение спало. Ксандер переглянулся с Ринго и коротко кивнул — мол, всё в порядке. Но сам он не мог уснуть долго. Ворочался в спальнике, смотрел на звёзды через дырявый тент и снова и снова возвращался к ледяному взгляду серых глаз. Она не испугалась. Она ни капли не испугалась, когда его скричер летел прямо на неё. Кто так делает? Кто так стоит? Только самоубийца или тот, кто точно знает, что ты не причинишь вреда. Но откуда она могла его знать? Они встретились впервые. — Дурацкий день, — прошептал Ксандер в темноту и натянул одеяло на голову. Ринго, который лежал рядом, притворился спящим. Он тоже думал о девушках — но не о пепельноволосой. Он вспоминал мягкий голос Яши, её улыбку, готовность уладить конфликт без драк. В ней не было той стальной пружины, что сидела в её подруге, но была какая-то... правильная грусть. Словно она видела в мире больше боли, чем хотела бы показывать. "Путешественницы", — подумал Ринго. — "Ищут старые диски. Значит, могут знать места, о которых мы не слышали. Может, стоит утром подойти к ним до того, как уйдут? Спросить карты? Ксандер будет против, но..." Он вздохнул и закрыл глаза. Решит утром. А на старом заводе у газовой горелки сидели Зора и Яши. Обе молчали. Кофе давно остыл, но ни одна не решалась подняться и пойти спать. — Он не ударил, — наконец сказала Яши. — Ты рисковала, Зора. Серьёзно рисковала. — Он и не ударил бы, — отозвалась Зора, помешивая ложкой остывшую жидкость. — Такие, как он, сначала кричат, потом бьют. Но только если чувствуют превосходство. А я не дала ему почувствовать, что он сильнее. Ни на секунду. — Это называется играть с огнём. — Это называется знать человека по первому взгляду, — Зора подняла глаза на подругу. — Яши, я таких видела сотню. Мальчишки, которые командуют, потому что папа бросил, или мать умерла, или просто потому, что им ничего не осталось, кроме как быть жёсткими. Он лидер. Но он не злой. Злые бы не стали тормозить. — А ты откуда знаешь? — тихо спросила Яши. — Потому что он смотрел на меня, и у него в глазах был страх, — Зора усмехнулась. — Самую малость. Страх, что он может переступить черту и потом не сможет себе этого простить. Я таких боюсь больше всего. Не тех, кто бьёт с разбега, а тех, кто останавливается в миллиметре и ненавидит себя за это. Яши долго молчала, затем поднялась и потянулась. — Спорим, завтра он вернётся? — спросила она. — Не завтра. Он сказал «утром проверит». Но он пошлёт кого-то другого. А сам будет ждать в засаде и наблюдать, — Зора наконец отставила кружку. — Потому что его самолюбие уязвлено. Ему нужно убедиться, что мы ушли. Или что мы не ушли — тогда он сможет выместить злость. — Ты его как книгу читаешь. И всего минуту видела. — Я тебя тоже с первого взгляда прочитала, — Зора встала и погасила горелку. — Иди спать, Яши. Завтра рано вставать. Хотя я бы тоже хотела посмотреть, что этот парень выкинет. Они забрались в палатки, и тишина леса сомкнулась над ними, как вода. Никто из них не знал, что эта случайная встреча изменит всё. Что «Дикие скричеры» и эти две девушки ещё не раз пересекутся. Что между Ксандером и Зорой вспыхнет не просто вражда, а что-то гораздо более опасное — желание доказать друг другу, кто сильнее, кто умнее, кто достоин. И что Ринго, молчаливый тень старшего брата, наконец найдёт человека, которому сможет рассказать всё, что копилось годами. Но это случится позже. А пока первая глава закончилась там, где две дороги — на первый взгляд случайные — пересеклись в лесу, чтобы больше никогда не разойтись. --- Утро встретило Ксандера головной болью и сожалением. Он не пил накануне, но всё равно чувствовал себя разбитым — сказалась бессонница. Ринго уже возился у костра, разогревая консервы и что-то насвистывая. — Как спалось? — спросил брат, не оборачиваясь. — Как убитому, — буркнул Ксандер, натягивая куртку. — Что с заводом? Проверял? — Ещё нет. Ждал тебя. — Не жди. Бери двоих и сходи. Если они не ушли — гони их. Без разговоров. Ринго наконец повернулся. В его глазах мелькнуло что-то — не то укор, не то сомнение. — Ты уверен? Если они ушли ещё до рассвета — мы просто зря потратим время. А если нет — зачем портить отношения? Может, они действительно хорошие ребята. — Хорошие ребята не разбивают лагерь на чужой земле без спросу, — Ксандер отхлебнул из кружки горячий, горький напиток и поморщился. — Иди. Я догоню. Ринго молча кивнул, жестом подозвал двух парней — Вэла и Мирру — и они втроём двинулись в сторону леса. Ксандер смотрел им вслед и чувствовал, как внутри нарастает глухое раздражение. На себя. Потому что он не пошёл сам. Потому что ему не хотелось снова смотреть в эти серые глаза. Потому что в глубине души он боялся, что если увидит её снова — не сможет заставить себя прогнать. "Слабость, — сказал он себе. — Чистая слабость. И надо от неё избавляться." Он допил кофе, проверил скричер — все системы в порядке — и всё же выехал следом. На полпути он услышал голоса. Не крики, не ссору — просто разговор. Он спрятал скричер за большим валуном и пошёл пешком, крадучись между деревьями. Картина, открывшаяся ему, заставила остановиться. Ринго стоял у тента и разговаривал с Яши. Не как враг с врагом — спокойно, даже с лёгкой улыбкой. Девушка показывала ему какую-то карту, водила пальцем по линиям, и он кивал, задавал вопросы. Вэл и Мирра сидели в сторонке, грызли сухари и явно не чувствовали никакой угрозы. А Зора сидела на капоте своего скричера, скрестив ноги, и чистила ножом какой-то корень. Она не участвовала в разговоре, но краем глаза следила за происходящим. И Ксандер вдруг понял, что она знает — он здесь. Что она чувствует его взгляд спиной. Он не вышел. Остался в тени, наблюдая за братом. Ринго никогда не был так оживлён. Обычно тихий, сдержанный, он вдруг стал жестикулировать, смеяться над словами Яши, кивать с таким энтузиазмом, будто они старые друзья. — ...а вот здесь, — донеслось до Ксандера, — мы нашли старый склад. Диски четвёртого поколения. Если хочешь, могу показать метку. — Было бы здорово, — ответил Ринго. — Мы как раз ищем детали для апгрейда. — Ты же механик? — спросила Яши. — Не совсем. Я — водитель, но разбираюсь в двигателях. Ксандер — тот, кто командует. А механик у нас отдельный. — Ксандер — это вчерашний? Который чуть Зору не сбил? — Он самый, — Ринго виновато улыбнулся. — Не обижайтесь на него. Он хороший, просто... характер. — О, мы заметили, — Яши стрельнула глазами в сторону Зоры. Та не подала виду, что слышит. Ксандер сжал кулаки. "Хороший" — это ещё мягко сказано. Он знал, что брат пытается смягчить ситуацию, но ему не нравилось, что Ринго так легко разболтал информацию о команде. И вообще — кто дал право вступать в переговоры без его приказа? Он вышел из-за дерева, стараясь ступать тяжело, чтобы услышали. — Ринго. Все замерли. Яши опустила карту, Вэл и Мирра вскочили, как по команде. Зора медленно подняла голову и в упор посмотрела на Ксандера. — А вот и командир, — сказала она с той же насмешливой интонацией, что и накануне. — Доброе утро. Хочешь кофе? У нас ещё остался. — Спасибо, не хочу, — Ксандер подошёл к брату, буквально плечом отодвигая его от Яши. — Мы, кажется, договаривались, что вас здесь не будет. — Так утро ещё не кончилось, — Зора спрыгнула с капота и потянулась. Под курткой обозначился ремень с инструментами. — Мы собираемся. Яши как раз показывала твоему брату карту — хотели обменяться информацией. Ничего криминального. — Обмен информацией без моего ведома — это уже криминал, — Ксандер повернулся к Ринго. — Ты что здесь устроил? — Ничего, — Ринго ответил спокойно, хотя в голосе прорезалась сталь. — Я просто разговаривал с человеком. Ты приказал проверить, они ли здесь. Я проверил. Они уходят. Но Яши предложила показать нам метку старого склада дисков — в обмен на безопасный проход через нашу территорию. — Ты не имел права вести переговоры. — А ты — не имел права запретить мне разговаривать, — парировал Ринго. Впервые за долгое время. Между братьями повисла тишина. Вэл и Мирра переглянулись и сделали шаг назад. Яши смотрела на Ринго с тревогой и... восхищением? Зора же, напротив, смотрела на Ксандера — с интересом. — Ладно, — Ксандер сдался первым, но нехотя. — Метка. Где она? — В восточной части каньона, — быстро сказала Яши, пока обстановка не накалилась. — За старым мостом. Там пещера, заваленная камнями, но если знать подход — можно пробраться. Мы не брали, потому что у нас нет инструментов для вскрытия. А у вас, возможно, есть. — И вы просто так отдаёте эту информацию? — Ксандер не верил. — Не совсем, — Зора подошла ближе. Ксандер инстинктивно напрягся, но не отступил. — Мы просим за это три вещи. Первое — свободный проезд через ваши земли сегодня. Второе — если вы решите вскрыть ту пещеру, мы хотим знать, что там было. Не сами диски — просто знать. Третье... Она замолчала, глядя прямо в глаза Ксандеру. — Третье — мы хотим переночевать здесь сегодня. Потому что после каньона следующая стоянка — за два дня пути, и у нас кончается топливо. — Нет, — отрезал Ксандер. — Ночевать на нашей базе — нет. — Тогда хотя бы у подножия холма. Вне вашей прямой видимости, но в пределах слышимости. Мы не будем мешать. Ринго тронул Ксандера за локоть. — Брат, пусть останутся. Они не опасны. — Откуда ты знаешь? — прошипел Ксандер. — Я знаю, — тихо ответил Ринго. — Поверь мне. Хотя бы раз в жизни поверь моему чутью. Ксандер посмотрел на брата. На его серьёзное лицо, на твёрдую линию губ. Ринго никогда не просил о подобном. Никогда не вставал поперёк его решений. И если он просит сейчас — значит, для него это действительно важно. — Один день, — сдался Ксандер. — Сегодня ночуете у подножия. Завтра на рассвете — уходите. И никаких контактов с моими людьми без моего разрешения. Ясно? — Ясно, командир, — Зора едва заметно улыбнулась. И в этой улыбке было что-то... странное. Благодарность? Или, наоборот, злорадство, что он сдался? Она протянула руку. Ксандер с секундным колебанием пожал её. Ладонь у неё оказалась тёплой и шершавой — от работы с металлом и масла. — Договорились, — сказала она. Когда Ксандер отвёл руку, ему показалось, что её пальцы задержались на его ладони на долю секунды дольше, чем нужно. Но он отогнал это наваждение. — Ринго, за мной, — бросил он и направился к своему скричеру. Брат задержался на минуту, обменялся с Яши коротким взглядом — и всё же пошёл следом. По пути к базе Ксандер молчал. Ринго тоже. Только когда они отъехали достаточно далеко, чтобы их никто не слышал, Ксандер глухо спросил: — Она тебе нравится? Эта, с косичкой? Ринго не ответил сразу. Потом сказал: — Она другая. — Все они другие, пока не узнаешь поближе, — отрезал Ксандер. — Смотри, Ринго. Я не хочу, чтобы ты страдал. Но если эта девушка — часть какой-то игры, я лично вышвырну их обеих вместе со скричерами. — Не вышвырнешь, — тихо сказал Ринго. — Это почему? — Потому что ты тоже на неё смотрел. На Зору. Не так, как на врага. Так, как смотрят на загадку, которую хотят разгадать. Ксандер резко затормозил и обернулся к брату. — Ты несёшь чушь, — процедил он. — Несу, — согласился Ринго с лёгкой усмешкой. — Тогда поехали быстрее. Надо подготовить место для ночлега гостей. И он поехал вперёд, оставив Ксандера одного на пыльной лесной дороге. Командир «Диких скричеров» некоторое время смотрел ему вслед, потом выругался сквозь зубы, развернулся и догнал брата. Весь день Ксандер был мрачнее тучи. Он отдавал приказы отрывисто, не глядя на людей, и даже обычная тренировка не приносила ему удовольствия. Несколько раз он ловил себя на том, что смотрит в сторону леса — туда, где за деревьями стояли чужие скричеры. И каждый раз злился на себя за это. А Ринго — тот, наоборот, повеселел. Он помогал устанавливать дополнительные тенты на случай дождя (небо хмурилось с полудня), проверял запасы топлива и даже улыбался. Ксандер видел это и чувствовал укол ревности. Не к девушке — к братскому вниманию, которое вдруг переключилось на кого-то другого. К вечеру он решил — хватит. Он лично проверит, что чужаки расположились так далеко, как было обещано, и предупредит их в последний раз. Скричер он оставил на базе — незачем шуметь. Прошёл пешком, знакомой тропой, ловко уворачиваясь от корней и низких веток. Дошёл до края холма — и замер. Они действительно встали у подножия. В десяти метрах от границы, которую он мысленно обозначил. Аккуратно, даже чересчур аккуратно. Тент натянут, скричеры прикрыты брезентом, горит маленькая походная горелка. У огня сидят Зора и Яши. Говорят тихо — слов оружия, заговоров, опасности не слышно. Обычные девушки, обычный вечер. Ксандер уже хотел уходить, когда Зора вдруг подняла голову и посмотрела прямо на него. В темноте он был почти невидим — но она его заметила. Махнула рукой — мол, подходи. Он колебался несколько секунд. Сказать себе: «Нет, я командир, я не должен» — или наоборот: «Если я сейчас уйду, она подумает, что я боюсь». Последнее перевесило. Он спустился к костру. — Я не за этим, — сказал он, останавливаясь на расстоянии. — Просто проверить, что вы на месте. — Мы на месте, — Зора указала на свободное место у огня. — Садись. У нас есть суп и хлеб. Не отравлено. — Я сыт. — А я не верю. Ты весь день на нервах, а когда человек на нервах, он забывает есть. Садись, говорю. Не заставляй меня тащить тебя силой. Яши прыснула со смеху, но тут же прикрыла рот рукой. Ксандер невесело усмехнулся и всё же сел. Потому что сил спорить с этой женщиной у него уже не было. — Твой брат хороший, — сказала Зора, наливая суп в алюминиевую миску и протягивая Ксандеру. — Он сегодня целый час помогал Яши настраивать двигатель. У неё искрило в третьем цилиндре. — Ринго разбирается в моторах, — Ксандер взял миску. — Лучше меня. — И ты это признаёшь? — А что тут признавать? Факт. Я — стратег, он — технарь. Вместе мы сила. По отдельности... ну, по отдельности я могу накосячить с ремонтом, а он — с атакой. Поэтому мы всегда вместе. — Мило, — Зора подперла подбородок кулаком. — Братья, которые не разлей вода. Яши, слышишь? Как в книжках. Яши улыбнулась, но ничего не сказала. Ксандер ел молча. Суп оказался на удивление вкусным — с овощами и мясом, густой и горячий. Он не заметил, как опустошил миску. Зора, не спрашивая, положила добавки. — Спасибо, — буркнул он, пряча глаза. — Пожалуйста. Видишь, мы не такие страшные, как тебе показалось вчера. — Вы другие. Я не говорил, что страшные. — А что тогда говорил? «Убирайтесь с моей земли» — это не страшно? — Зора рассмеялась. Низко, с хрипотцой. Смех у неё был заразный, и Ксандер почувствовал, как уголки его губ сами собой тянутся вверх. — Я погорячился, — признал он. — Место это для нас важное, но не святое. Просто нужно было установить границы. Вы новички здесь, а новички часто... ну, ведут себя так, будто вокруг пустыня. — А мы так и ведём себя, — Зора пожала плечами. — Потому что вокруг чаще всего пустыня. Мы с Яши уже год путешествуем. Ни базы, ни команды. Только мы, наши скричеры и дорога. — И зачем вам это? — Ксандер не понял. — Такая жизнь — риск. Постоянный. — А твоя — не риск? — парировала Зора. — Вы — «Дикие скричеры» — каждый день выходите на трассу, зная, что можете разбиться или быть атакованными конкурентами. Почему ты это делаешь? — Потому что это моё, — Ксандер ответил не задумываясь. — Я родился в этом мире. Мой отец был скричером. Моя мать — тоже. Это кровь. — Вот и у нас кровь, — тихо сказала Яши. — Только у нас нет отца, который передал бы команду. И матери, которая научила бы держать руль. Мы учились сами. И дорога — наш дом. В её голосе не было жалости к себе. Просто констатация факта. Но Ксандер вдруг остро почувствовал, как им повезло — ему и Ринго. У них есть база, есть команда, есть крыша над головой. И есть друг у друга. — Утром вы уходите, — сказал он, нарушая тишину. — Я не отменял приказа. — Знаю, — Зора не спорила. — Но этот вечер мы проведём здесь. И спасибо тебе, что разрешил. Ты мог бы прогнать нас силой, но не стал. — Вы не сделали ничего плохого. — Пока, — Зора усмехнулась. — А завтра мы уйдём, и ты будешь сидеть и думать: что же это были за девушки, которые не испугались твоего скричера и накормили тебя супом? — Вряд ли я буду о вас думать, — соврал Ксандер. Зора посмотрела на него с таким видом, будто знала, что он врёт. Но ничего не сказала. Они ещё посидели молча. Горелка потрескивала, где-то в лесу ухал филин. Ночь накрывала лес своим чёрным одеялом, звёзды высыпали на небе, как блестящие гвозди. — Мне пора, — Ксандер поднялся. — Спокойной ночи. — И тебе, командир, — Зора кивнула. Он ушёл в темноту, не оглядываясь. Но по дороге обратно на базу он вдруг понял, что улыбается. Просто так, без причины. От вкусного супа, от низкого смеха, от того, как её глаза сверкали в свете горелки. "Дурак, — сказал он себе. — Влюбиться в первую встречную, которая к тому же враг? Нет, ты не настолько глуп." Но сердце стучало быстрее, чем нужно для простой прогулки по лесу. --- А на следующее утро, когда первые лучи солнца позолотили верхушки сосен, Ксандер проснулся от громкого выкрика Борка: — Командир! Они ушли! Он вылез из спальника, на ходу натягивая куртку. Подошёл к краю лагеря, откуда открывался вид на подножие холма. Тент был свёрнут, костёр залит, брезент снят. Ни одного чужого скричера. Только следы от колёс на мягкой земле — и те уже почти исчезли, затянутые утренней росой. Ксандер стоял и смотрел на пустое место. — Они оставили записку, — Ринго подошёл сбоку и протянул брату смятый листок. — Яши передала через Вэла, когда тот ходил за водой. Ксандер развернул бумагу. Неровный, торопливый почерк: "Спасибо за ночлег, командир. Ты не такой противный, как кажешься. Береги брата. И тормоза. Зора." Он прочитал дважды. Потом аккуратно сложил листок и сунул во внутренний карман куртки. — Что там? — спросил Ринго. — Ничего важного, — буркнул Ксандер. — Прощаются. Он направился к своему скричеру, но на полпути остановился и обернулся. — Ринго, ты говорил, у Яши есть карта с метками старых складов? — Да. Она обещала оставить координаты, если мы им поможем с топливом. Но мы же прогнали их, так что... — Ринго развёл руками. — Найди их, — приказал Ксандер. — Не сегодня. Но в ближайшие дни. Скажи, что я хочу обменяться информацией. Договор есть договор. Ринго посмотрел на брата долгим, понимающим взглядом. И вдруг улыбнулся — широко, открыто, как в детстве. — Конечно, командир, — сказал он. — Найду. Ксандер нахлобучил шлем и завёл мотор. И, выезжая на трассу, подумал: "Ты не можешь обмануть свои чувства". И тут же мысленно добавил: "Но пока что я даже не знаю, какие они, эти чувства. Может, и вовсе никакие". Но бумажка в кармане ощутимо грела грудь. Конец первой главы. ---