you can't fool your feelings

Глава 2. Искры на старте Три дня. Три долгих, тягучих дня прошло с тех пор, как две девушки в облезлых куртках свернули свой лагерь у подножия холма и исчезли в лесной чаще. Ксандер старался не думать о них. Он гонял свою команду по пересечённой местности, проверял новые маршруты, чинил скричер, сцепился с соседним отрядом из-за границ — и всё равно каждую свободную минуту его мысли возвращались к ледяным серым глазам и низкому смеху с хрипотцой. Записка всё ещё лежала во внутреннем кармане его куртки. Он несколько раз порывался её выбросить — и каждый раз находил причину отложить. «Забыл», «не до того», «пусть пока полежит». Ринго, который обладал сверхъестественной способностью читать брата, молчал и не лез с расспросами. Но иногда бросал короткие взгляды — внимательные, почти сочувственные. Ксандер злился от этих взглядов, но ничего не мог поделать. На третий день, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, к их базе подъехал гонец — парнишка из соседнего поселения, который зарабатывал на жизнь доставкой новостей между командами скричеров. Он протянул Ксандеру мятый конверт, вытер пот со лба и попросил воды. — От кого? — спросил Ксандер, вертя конверт в руках. — Не знаю, дядя. Мне какая-то девушка сунула, сказала: «Передай командиру Диких». Я и передал. Ксандер вскрыл конверт. Внутри оказался клочок бумаги, на котором было написано всего несколько слов: «Завтра. Старая петля. Рассвет. Приходи один. Если осмелишься. З.» Он перечитал три раза. Потом сунул бумажку в тот же карман, где лежала записка, и посмотрел на Ринго. — Завтра чуть свет выезжаю. Скажешь всем, что я на разведку. — Куда? — На старую петлю. Ринго нахмурился. Старая петля — так называли участок трассы, который был заброшен лет пять назад после серии аварий. Дорога петляла между двумя скалистыми выступами, а в самом узком месте ширина едва позволяла разъехаться двум мотоциклам. Для скричеров — настоящая ловушка. Идеальное место для засады. — Ты с ума сошёл, — сказал Ринго без обиняков. — Это Зора? Она тебя туда вызывает? — Да. — И ты едешь. — Еду. — Один. — Она же написала: «Приходи один». Значит, так надо. Ринго хотел возразить, но остановил себя. Он знал брата — если Ксандер принял решение, спорить бесполезно. Можно только подстраховать, но так, чтобы тот не заметил. — Ладно, — сказал Ринго. — Я останусь здесь. Но если к вечеру тебя не будет, я подниму всех на поиски. — Договорились. --- Выехал Ксандер затемно, когда звёзды ещё не погасли, а в лесу царила та особенная тишина, которая бывает только перед рассветом. Его скричер бесшумно скользил по грунтовке — он заранее смазал цепь и настроил подвеску, чтобы не было лишнего шума. Фару он не включал — глаза привыкли к темноте, а лунный свет достаточно освещал дорогу. Старая петля находилась в часе езды от их базы, если ехать напрямик через лес. Ксандер знал там каждую кочку, каждый корень — они с Ринго когда-то тренировались на этом участке, пока тот не был признан слишком опасным. Дважды Ксандер чуть не слетел в обрыв, а один раз Ринго сломал руку, когда его скричер занесло на гравии. Но сейчас трасса была пуста, и это пугало сильнее, чем любой противник. Он прибыл на место за полчаса до рассвета. Спрятал скричер за большим валуном у въезда на петлю и поднялся на скальный выступ, откуда открывался вид на всю трассу. С этого места можно было увидеть любого, кто попытается подъехать или устроить засаду. Зора уже была там. Она сидела на краю выступа, свесив ноги, и смотрела вниз, в тёмный провал ущелья. Её пепельные волосы развевал ветер, а куртка была расстёгнута, несмотря на утренний холод. Рядом с ней стоял её скричер — лёгкая, манёвренная модель, которую Ксандер разглядел ещё в прошлый раз. Чёрная с серебряными полосами, она напоминала хищную рыбу. — Ты пришёл, — сказала Зора, не оборачиваясь. — Ты звала. — Я думала, ты не придёшь. Побоишься. — Я ничего не боюсь, — Ксандер подошёл и встал рядом, тоже глядя вниз. От ущелья тянуло сыростью и запахом гнилой листвы. — Зачем я здесь? — Хочу предложить сделку, — Зора наконец повернулась к нему. Под глазами у неё были тени — она не спала всю ночь, это было заметно. Но взгляд оставался таким же острым, как лезвие ножа. — Ты ищешь старые диски. Мы тоже. Но у нас есть карты, которых нет у тебя, а у тебя — ресурсы и люди, которых нет у нас. Вместе мы найдём больше, чем по отдельности. — Вместе? — Ксандер усмехнулся. — Ты предлагаешь союз? Мы даже не знаем друг друга. — А зачем знать? Деловые отношения не требуют дружбы. Ты даёшь нам топливо и защиту на своей территории. Мы даём координаты складов. И делится найденное — пятьдесят на пятьдесят. — Слишком жирно для вас. Вы — одна команда из двух человек, без базы, без поддержки. Я — лидер отряда из пятнадцати бойцов. Почему я должен делиться поровну? — Потому что без нас ты не найдёшь эти склады, — Зора ни капли не смутилась. — Яши годами собирала карты. У неё есть пометки там, куда даже твои разведчики не заходили. И если ты откажешься, мы просто уйдём к другим. К «Молниям», например. Или «Северному Ветру». Я уверена, они оценят нашу информацию. Ксандер стиснул зубы. Она играла жёстко и знала, что у неё сильная рука. «Молнии» были их главными конкурентами, и если эти двое уйдут к ним, баланс сил может серьёзно измениться. — И поэтому ты назначила встречу здесь? — спросил он, оглядываясь. — Чтобы никто не услышал? — И чтобы проверить, умеешь ли ты держать слово. Ты пришёл один. Значит, тебе можно верить. — Или я просто самоуверенный дурак. — Это тоже, — Зора улыбнулась. — Но я предпочитаю думать, что ты умный самоуверенный дурак. Такие живут дольше. Они смотрели друг на друга несколько секунд, и ветер свистел между скал, подгоняя облака. Ксандер чувствовал, как внутри него всё клокочет — он не привык, чтобы кто-то диктовал ему условия. Но в глубине души он понимал, что она права. Его разведчики уже год не находили ни одного нового склада. Старые диски заканчивались, а ресурсы таяли. Им нужно было что-то менять. — Сорок на шестьдесят, — сказал он. — Сорок вам, шестьдесят нам. И никакой защиты «на своей территории» — вы будете передвигаться с моим отрядом, но отдельно. Как наёмники. — Сорок пять на пятьдесят пять, — парировала Зора. — И мы не наёмники. Мы партнёры. Равные. — Пятьдесят на пятьдесят, — вдруг сказал Ксандер, и сам удивился тому, как легко сдался. — Но с одним условием. Я буду решать, куда и когда мы идём. Не ты. Я. Зора задумалась. Потом кивнула: — Идёт. Но и ты не будешь лезть в наши внутренние дела. Мы — не твои подчинённые. Ясно? — Ясно, — Ксандер протянул руку. — По рукам? Она пожала его ладонь. На этот раз её пальцы не задержались — рукопожатие было деловым, коротким, почти грубым. Но Ксандер всё равно почувствовал тепло, которое разлилось по запястью и пошло выше, к локтю, к плечу. — Чёрт, — тихо сказал он, отводя взгляд. — Что? — Ничего. Считай, я просто ворчу. Когда начинаем? — Сегодня, — Зора поднялась, отряхнула штаны. — Яши уже на подходе. Она поехала другой дорогой, с западной стороны. Встретимся внизу, на въезде в петлю. Там есть площадка, где можно развернуться. — Зачем ты привела её сюда? Я думал, мы одни. — Я сказала «приходи один». Про себя ничего не обещала, — Зора усмехнулась. — Не волнуйся, твоей тайне ничего не угрожает. Яши не болтушка. Ксандер хотел возмутиться, но передумал. Действительно, она не обещала, что будет одна. Формально — чисто. Но внутри всё равно было осадочно, будто его обвели вокруг пальца. — Ладно, — бросил он. — Идём. --- Они спустились к началу трассы. Солнце уже показалось из-за горизонта, и первые лучи растопили утренний туман, который клубился над дорогой. Площадка, о которой говорила Зора, оказалась ровным бетонным пятачком — остатком старой заправочной станции, заброшенной ещё до того, как Ксандер родился. Яши уже была там. Она сидела на капоте своего скричера — бежевого, с нанесёнными от руки узорами — и пила из термоса что-то горячее. Увидев Ксандера, она кивнула сдержанно, без враждебности, но и без особого дружелюбия. — Привет, командир, — сказала она. — Ринго с тобой? — Нет. Он остался на базе. — Жаль. Я хотела спросить, у него получилось найти тот калибр для прокладок, о котором мы говорили. — Не знаю, — отрезал Ксандер. Он не хотел обсуждать Ринго с этой девушкой. Не хотел, чтобы они вообще много общались. В прошлый раз, когда он увидел брата и Яши вместе, что-то внутри него неприятно кольнуло. Ревность? Защитная реакция? Он не мог разобраться. Зора подошла к Яши и что-то тихо сказала ей на ухо. Та кивнула, спрятала термос в сумку и завела мотор. — Итак, — громко произнесла Зора, поворачиваясь к Ксандеру. — Чтобы проверить, насколько мы можем доверять друг другу, я предлагаю небольшую разминку. Прогонимся по старой петле. Я — на своём скричере, ты — на своём. Первый, кто проскочит самый узкий участок без остановки, получает право настаивать на своих условиях при первой серьёзной находке. — Что? — Ксандер не поверил ушам. — Ты хочешь гоняться на самом опасном участке в округе? — Ты боишься? — Зора оседлала свой скричер, надела шлем и подняла защитное стекло. Её глаза смеялись. — Командир «Диких скричеров» боится старой дороги? Как же ты тогда будешь рисковать ради дисков? — Я не боюсь, — Ксандер завёл свой скричер, проверяя обороты. Мотор заурчал ровно и мощно. — Просто не хочу, чтобы ты разбилась в первый же день сотрудничества. — Трогательная забота, — Зора опустила стекло. — Но не нужна. Поехали, командир. Покажи, на что способен. Она сорвалась с места резко, оставляя за собой облако пыли. Ксандер выругался и рванул следом, забыв и про Яши, и про осторожность. В нём проснулся азарт — тот самый, дикий, который гнал его в гонки с самого детства. Он не мог позволить какой-то девчонке обогнать себя на его же земле. Старая петля начиналась с пологого подъёма, который резко переходил в крутой спуск. Ксандер знал эту трассу как свои пять пальцев. Он прижался к левому краю, выбирая лучшую траекторию, и начал сокращать разрыв. Зора вела машину агрессивно, но не грубо — каждое её движение было выверенным, точным. Она не боялась рисковать, но и не лезла на рожон. Первый поворот — резкий, почти под прямым углом. Ксандер вошёл в него на пределе сцепления колёс с грунтом, чувствуя, как заднюю ось начинает заносить. Он добавил газу, выровнял машину — и понял, что почти поравнялся с Зорой. Она взглянула на него через плечо — даже сквозь затемнённый шлем было видно, как она улыбается. — Давай, командир! — крикнула она, и её голос прорвался сквозь шум ветра и двигателей. Второй поворот — ещё круче. Здесь начиналось самое узкое место. Дорога сужалась до ширины одного скричера, а с обеих сторон нависали скалы. Если войти в поворот слишком быстро — гарантированный снос и встреча с камнем. Если медленно — можно потерять скорость и проиграть. Ксандер знал хитрость. Надо было не тормозить перед сужением, а наоборот — чуть разогнаться, чтобы инерция протащила тебя через опасный участок, а потом резко сбросить скорость, войдя в контролируемый занос. Он делал так сотни раз. Но сейчас Зора шла рядом, блокируя ему манёвр. — Ты с ума сошла? — крикнул он. — На узком участке нельзя идти рядом! Мы столкнёмся! — Доверяешь мне? — спросила она. — Нет! — А зря! Она резко ушла влево, вплотную к скале, оставляя ему ровно столько места, чтобы проскочить с правой стороны. Ксандер понял её план — она хотела, чтобы они прошли узкий участок одновременно, плечом к плечу. Это было безумие. Это был трюк, который требовал абсолютной синхронизации и идеального знания трассы. — Безумная! — заорал Ксандер, но всё же принял вызов. Он подстроился под её скорость, чувствуя, как между ними — буквально в ладони — свистит ветер. Скала справа была так близко, что он мог бы дотронуться до неё рукой. Слева — её скричер, чёрный с серебром, идущий на миллиметр от борта его машины. Узкий участок длился всего несколько секунд. Но эти секунды показались Ксандеру вечностью. Он слышал не только свой мотор, но и её — ровный, уверенный ритм. Он чувствовал её присутствие — не как врага, а как... часть гонки. Часть воздуха. Часть самой трассы. Они вылетели из сужения одновременно, как две пули из одного ствола. Ксандер первым понял, что впереди — крутой обрыв, и ударил по тормозам. Зора сделала то же самое, но чуть позже, и её скричер занесло — она потеряла контроль на какую-то долю секунды. — Тормози! — крикнул Ксандер, выскакивая из своей машины и бросаясь к ней. Но она справилась сама. Вывернула руль, надавила на педаль — и выровняла скричер за метр до обрыва. Замерла, тяжело дыша, и медленно сняла шлем. — Ничья, — сказала она, глядя на Ксандера. — Ты идиотка, — ответил он, чувствуя, как дрожат колени. — Ты могла разбиться. — Но не разбилась же, — Зора спрыгнула с сиденья, и только тогда он заметил, как бледно её лицо. Она тоже испугалась. Просто не хотела показывать. — Больше так не делай, — сказал Ксандер, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал. — Никогда. — Договорились, — Зора протянула руку. — Ничья, значит, никто не получает права настаивать. Условия остаются прежними. — Условия остаются прежними, — повторил он, пожимая её ладонь. На этот раз он не отпустил её руку сразу. Задержал на секунду, чувствуя, как её пальцы дрожат — то ли от холода, то ли от адреналина. Потом отпустил и отвернулся. --- Яши догнала их через несколько минут. Она ехала медленно и осторожно, явно не собираясь рисковать на этом участке. Её скричер слегка чихал — искрила свеча зажигания, но в целом машина была в порядке. — Вы живы? — спросила она, останавливаясь рядом. — Я видела, как вы прошли сужение. Вы что, с ума сошли оба? — Это был тест, — ответила Зора, заправляя выбившуюся прядь под шлем. — Мы прошли. — Ты прошла на грани фола, — проворчал Ксандер. — Но ладно. Считай, что я оценил твоё мастерство. Но в следующий раз предупреждай, когда собираешься делать такие глупости. — В следующий раз ты сам будешь предлагать глупости, — усмехнулась Зора. — Я тебя раскусила, командир. Ты любишь риск не меньше моего. Просто не любишь, когда кто-то другой рискует за тебя. Ксандер не нашёлся, что ответить. Потому что это была правда. Они вернулись на площадку, где оставили свои вещи. Ксандер достал флягу с водой, сделал несколько глотков, передал Зоре. Та выпила половину и вернула. — Так что теперь? — спросила Яши, глядя на Ксандера. — Едем на твою базу или покажем карты здесь? — Сначала база, — решил Ксандер. — Ринго должен всё знать. И мои люди должны привыкнуть, что вы — теперь часть нашего временного союза. Без моего приказа их не трогать. — А они будут слушать? — спросила Зора. — Я командир. Они будут слушать, — в голосе Ксандера не было сомнений. --- Дорога обратно заняла около часа. Ксандер ехал первым, указывая путь, но часто поглядывал в зеркала — не отстали ли девушки, не случилось ли чего. Зора держалась позади ровно, на безопасной дистанции, а Яши замыкала колонну. Когда они въехали на базу «Диких скричеров», там уже кипела жизнь. Кто-то чистил оружие, кто-то возился с двигателями, кто-то просто сидел у костра и завтракал. Увидев незнакомые скричеры, все напряглись. Некоторые схватились за рычаги, другие переглянулись с тревогой. Ксандер заглушил мотор и поднялся. — Всем стоять! — рявкнул он. — Это наши временные союзники. Их зовут Зора и Яши. Они будут работать с нами по обмену информацией о старых складах. Обращаться с ними, как с гостями. Никакой агрессии, никаких глупостей. Вопросы? Вопросы были. Первым поднялся Кирк — тот самый буйный гонщик, который накануне хотел вышвырнуть чужаков силой. — Командир, ты серьёзно? Они же чужие. Мы не знаем их, они могут быть шпионами «Молний». — Если они шпионы, я разберусь с ними лично, — Ксандер посмотрел на Кирка тяжело, не мигая. — А пока — моё слово закон. Ты понял? Кирк скрежетнул зубами, но кивнул и отошёл в сторону. Остальные тоже разбрелись, хотя насторожённость не исчезла. Ринго вышел из своего тента, когда шум уже утих. Увидев Яши, он остановился на мгновение, потом улыбнулся — той самой открытой улыбкой, которую Ксандер редко видел в последнее время. — Ты нашла калибр? — спросил он, подходя. — Нет, — Яши виновато развела руками. — Но у меня есть кое-что получше. Карта старых выработок в восточном секторе. Там, возможно, есть детали для двигателей четвёртого поколения. — Покажешь? — С удовольствием. Они отошли в сторону, и Ксандер заметил, как Ринго чуть наклонил голову, слушая Яши — внимательно, с интересом, который не имел ничего общего с деловыми отношениями. И что-то опять кольнуло внутри. — Твой брат симпатизирует моей подруге, — заметила Зора, стоя рядом с Ксандером и тоже наблюдая за этой сценой. — Твоя подруга симпатизирует моему брату, — ответил Ксандер. — И мне это не нравится. — Почему? Они оба взрослые люди. Если им хорошо вместе — какая тебе разница? — Потому что я не знаю вас. Потому что Ринго — единственный, кто у меня есть. И я не позволю какой-то... — он не договорил, потому что сам не знал, какое слово подобрать. — Какой-то девчонке разбить ему сердце? — Зора усмехнулась. — Ты слишком мало знаешь Яши. Она не разбивает сердца. Она их собирает. — Что это значит? — Это значит, что она тоже одна, — тихо сказала Зора. — И она так же, как твой брат, ищет кого-то, кто будет рядом не из-за выгоды. И если вы, мужики, вечно строите из себя крутых и не умеете говорить о чувствах, то не удивляйтесь, что женщины уходят. Ксандер замолчал. Зора ударила в точку — и это было неприятно. — Ты всегда говоришь то, что думаешь? — спросил он. — Всегда. Иначе зачем вообще рот открывать? — она повернулась к нему лицом. — Послушай, командир. Мы не враги. Мы даже не соперники. Мы — люди, которым просто нужно выжить в этом мире. Если твой брат и моя подруга найдут друг в друге что-то хорошее — может, это сделает их сильнее. А сильные союзники нужны нам всем. — Ты философ, — буркнул Ксандер. — Я реалист, — поправила Зора. — Ладно, хватит болтать. Показывай, где мы можем поставить наши палатки. И, если не трудно, дай нам немного топлива — у Яши почти кончилось. Ксандер кивнул и жестом подозвал Вэла. — Отведи их в северный сектор. Там есть место для двух палаток. И выдай им десять литров горючего из резерва. — Десять? — Вэл удивился. — Командир, у нас самих... — Десять, — твёрдо повторил Ксандер. — Вопросы? — Никак нет, — Вэл пожал плечами и повернулся к Зоре. — Идёмте. Я покажу. Зора сделала шаг следом, но на мгновение задержалась, встретившись взглядом с Ксандером. — Спасибо, — сказала она тихо, чтобы никто не услышал. — За то, что дал шанс. — Не благодари, — ответил Ксандер. — Докажите делом, что вы чего-то стоите. Тогда и скажешь спасибо. Она кивнула и ушла за Вэлом, а Ксандер остался стоять посреди лагеря, чувствуя, как внутри разгорается странное, противоречивое пламя. Он злился на себя за то, что уступил, что согласился на союз, что позволил этим двоим войти в их жизнь. Но в то же время где-то глубоко, в самом потаённом уголке души, он понимал — это правильное решение. --- День прошёл в хлопотах. Ксандер раздавал указания, проверял скричеры, спорил с Ринго по поводу маршрута (тот настаивал, чтобы первая вылазка была на восток, к карте Яши), и всё равно краем глаза следил за Зорой. Она не мешала, не лезла в распорядок, не пыталась командовать. Помогала, где могла — подала инструмент механику, подержала бак, пока сливали старое масло, принесла воды. Ничего лишнего, без жеманства. Просто делала то, что нужно. К вечеру Ксандер заметил, как Ринго и Яши снова разговаривают — на этот раз у её палатки. Они сидели на земле, разложив между собой карту, и что-то чертили. Ринго смеялся — громко, открыто, как мальчишка. Ксандер не слышал такого его смеха уже... наверное, с тех пор, как они потеряли отца. Он подошёл, не скрывая шагов. — Ринго. Брат поднял голову. Улыбка с его лица исчезла — он будто вспомнил, что находится при исполнении. — Да, Ксандер? — Ужин через час. Не опаздывайте. — Не опоздаем, — ответил Ринго. Ксандер хотел уже уйти, но Яши окликнула его: — Командир, можно вопрос? — Валяй. — Почему ты так не любишь, когда твой брат с кем-то разговаривает? Ты его ревнуешь или боишься, что он расскажет наши секреты? Прямой вопрос в лоб. Ксандер не ожидал такой смелости от этой тихой девушки с косичкой. — И то, и другое, — честно ответил он. — Ринго — моя семья. Я не хочу, чтобы ему причинили боль. — А если ему, наоборот, станет хорошо? — спросила Яши мягко. — Ты об этом думал? Ксандер не нашёл, что ответить. Повернулся и ушёл, оставив их втроём — Ринго, Яши и карту. Зора ждала его у его собственного тента. — Ты груб со своей командой, — сказала она, опираясь на борт его скричера. — И особенно с братом. — Я знаю, — Ксандер сел на бревно и устало потёр лицо. — Но по-другому нельзя. Если я покажу слабость, они сожрут меня заживо. — А Ринго? Он не сожрёт. — Ринго — не они. Но он может пострадать, если я ошибусь. Зора села рядом, на расстоянии вытянутой руки. — Знаешь, в чём твоя проблема, командир? — сказала она, глядя на костёр, который разжигали в центре лагеря. — Ты думаешь, что ты один за всех отвечаешь. Что если ты расслабишься — всё рухнет. Но это не так. Твои люди сильны. Твой брат силён. И если ты дашь им чуть больше свободы, они не предадут. Наоборот — станут вернее. — Ты откуда знаешь? Ты не была лидером. — Была, — тихо сказала Зора. — Небольшой группы. В другом месте, в другое время. Они все погибли. Потому что я не дала им свободы. Я решила, что лучше знаю, как им выжить, и... они не выжили. Ксандер повернулся к ней. В её глазах, которые всегда казались ему ледяными, теперь мерцала боль. Глубокая, старая, незажившая. — Извини, — сказал он. — Я не знал. — Никто не знает, — Зора пожала плечами. — Я не рассказываю. Но тебе сказала, потому что... не знаю. Ты похож на меня. Такой же упрямый, такой же недоверчивый. И я не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку. — Спасибо, — Ксандер тихо выдохнул. — За предупреждение. — Не за что, — она встала. — Пойду к Яши. Ужин через час, ты сказал. Мы будем. Она ушла, а Ксандер остался сидеть, глядя на догорающие угли и чувствуя, как где-то в груди оттаивает крошечный, почти незаметный кусочек льда, который он носил в себе годами. --- Ужин прошёл на удивление спокойно. Ксандер приказал не трогать гостей, и его приказ выполнили — хотя Кирк пару раз зыркал в сторону Зоры с неприязнью, а ещё двое парней перешёптывались, косясь на Яши. Но никто не лез. Ринго сидел рядом с Яши, и Ксандер заметил, как брат пододвинул ей лучший кусок мяса — незаметно, будто невзначай. Яши покраснела и поблагодарила. Ксандер сделал вид, что не видит. Зора сидела напротив него, через костёр. Ела аккуратно, но быстро — как человек, привыкший к тому, что еду могут отнять в любую минуту. Ксандер поймал себя на том, что смотрит на неё чаще, чем нужно, и отвёл взгляд. После ужина, когда большинство разошлось по палаткам, Ксандер подошёл к Ринго. — Завтра с утра выезжаем на разведку, — сказал он. — Ты, я, Зора и Яши. Остальные остаются на базе. — Хорошо, — Ринго кивнул. — Яши говорит, что место недалеко. Часа два езды. — Посмотрим. И... Ринго. — Да? — Будь осторожен. Я не хочу, чтобы ты... — Чтобы я влюбился? — Ринго усмехнулся. — Поздно, брат. Кажется, это уже случилось. Он сказал это без вызова, просто — как факт. И Ксандер вдруг понял, что не может злиться. Потому что в глазах Ринго горел тот самый свет, который когда-то горел в глазах их отца, когда он смотрел на их мать. — Тогда пусть она будет достойна тебя, — только и сказал Ксандер. — Будет, — уверенно ответил Ринго. — Яши — лучшая. Он ушёл, оставив Ксандера одного у догорающего костра. Ночь опускалась на лагерь, и где-то в темноте пела птица — ту же самую песню, что Ксандер слышал в ту ночь, когда впервые увидел Зору. Он достал из кармана её записку — старую, смятую, с торопливыми строчками. Прочитал ещё раз: «Ты не такой противный, как кажешься». И улыбнулся — впервые за сегодняшний день искренне, без принуждения. — Посмотрим, — прошептал он в темноту. — Посмотрим, кто ты на самом деле, Зора. --- На следующее утро они выехали до рассвета. Четверо скричеров — Ксандер, Ринго, Зора и Яши — скользили по лесной дороге, как тени. Фары не включали, чтобы не привлекать внимание. Карта, которую Яши передала Ринго, вела их на восток, вглубь леса, где по слухам была заброшенная шахта. Ехали молча. Ксандер сосредоточенно вёл группу, Ринго сверялся с картой, девушки держались чуть позади. Только когда дорога стала совсем узкой и начала петлять между валунами, Зора поравнялась с Ксандером. — Чувствуешь? — спросила она. — Что? — Запах. Машинное масло. Кто-то был здесь недавно. Ксандер принюхался. И правда — сквозь аромат сосен и прелой листвы пробивался резкий запах смазки. Свежий. Не прошло и пары часов. — Засада, — тихо сказал он. — Ринго, стоп. Все замерли. Ксандер спешился и прошёл вперёд пешком, прячась за деревьями. Метров через пятьдесят тропа выходила на поляну, и там... — Чёрт, — выдохнул он. На поляне стояли три скричера. Незнакомые, но с опознавательными знаками — череп и молнии. «Молнии». Их главные конкуренты. А рядом с ними, размахивая картой, ходил долговязый парень в чёрной бандане. И он показывал ровно в ту сторону, куда они направлялись — к шахте. — Перехватили, — прошептал Ксандер, возвращаясь к остальным. — «Молнии» знают про склад. Они здесь уже. Если мы полезем сейчас — нарвёмся на бой. — У нас есть преимущество, — сказала Зора, неожиданно спокойно. — Мы знаем проход с южной стороны. Яши, помнишь? — Помню, — кивнула та. — Там есть расщелина. Если пробраться по ней, можно выйти прямо в шахту с чёрного хода. — Рискованно, — заметил Ринго. — Расщелина узкая, скричер не пройдёт. Придётся идти пешком. — Тогда пошли пешком, — Ксандер принял решение. — Скричеры оставим здесь, прикроем ветками. Зора, ты идёшь со мной. Ринго и Яши — прикрываете с тыла. Никаких выстрелов без команды. Всё тихо, всё быстро. Задача — опередить «Молний» и забрать самое ценное. Вопросы? — Один, — Зора усмехнулась, надевая рюкзак. — Ты всегда такой командный, или только когда рядом враги? — Всегда, — ответил Ксандер. — Пошли. Они скрылись в лесу, оставив скричеры под маскировочными сетками. Солнце только начинало подниматься, и лучи пробивались сквозь кроны, освещая путь. Впереди их ждала не только старая шахта, но и встреча с конкурентами — та самая искра, которая разожжёт пламя их нового, опасного и захватывающего противостояния. Конец второй главы. ---