you can't fool your feelings

Глава 9. Секрет, который сближает После стычки с «Северным ветром» в лагере воцарилась напряжённая, но деловитая тишина. Люди чинили оружие, проверяли скричеры, пересчитывали трофеи. Ксандер с утра уехал с Зорой и Кирком на север — проверять ещё один тайник из списка Роджера. Ринго остался на базе за старшего. Он стоял у входа в мастерскую, наблюдая, как Борк колдует над двигателем одного из старых скричеров. Яши сидела рядом, подавая инструменты, и что-то тихо напевала. — Яши, — позвал Ринго. Она подняла голову. — Да? — Ты сегодня свободна? — Вроде да. Борк сказал, что справится сам. А что? — Хочу тебе кое-что показать, — Ринго оглянулся, проверяя, не подслушивает ли кто. — Но это далеко. Поехали? Яши удивилась. Ринго обычно не был инициатором прогулок — он предпочитал работать в мастерской или сидеть у костра. Но в его глазах горел огонь, который она видела всего несколько раз — когда он заводил свой скричер перед опасной гонкой. — Хорошо, — кивнула она, вытирая руки ветошью. — Поехали. Они выехали через южные ворота, чтобы не привлекать внимания. Ринго вёл, Яши держалась позади. Дорога петляла между деревьями, и лес становился всё гуще, всё темнее. Яши не спрашивала, куда они едут — она доверяла ему. Остановились они через час у подножия скалы, поросшей мхом и плющом. Ничего примечательного — обычный лес, обычные камни. — Здесь? — спросила Яши, глуша мотор. — Здесь, — Ринго спешился и подошёл к скале. — Помоги мне. Он нажал на один из камней, и тот сдвинулся с места. За ним открылась узкая расщелина — едва достаточная, чтобы протиснуться человеку. — Что это? — Яши подошла ближе. — Секретное место, — Ринго улыбнулся. — Я нашёл его несколько лет назад. С тех пор храню здесь то, что важно. Он полез в расщелину первым, Яши — за ним. Внутри было темно и сыро, но через несколько шагов они оказались в небольшой пещере. И Яши ахнула. Пещера была превращена в мастерскую. Вдоль стен стояли стеллажи с инструментами, на верстаке — несколько сломанных скричеров разных моделей, в углу — ящики с запчастями. С потолка свисала лампа на батарейках, давая тусклый, но достаточный свет. — Это всё твоё? — спросила Яши, вертя головой. — Моё, — Ринго снял куртку и повесил на крюк у входа. — Здесь я чиню то, что нельзя чинить на базе. Или то, что хочу сохранить в тайне. — Почему ты не сказал мне раньше? — Ждал подходящего момента, — он посмотрел на неё. — Хотел убедиться, что могу тебе доверять. — А теперь убедился? — Теперь — да, — Ринго подошёл к верстаку. — Смотри. Он показал ей один из скричеров — маленький, почти игрушечный, но сделанный с такой любовью, что Яши сразу поняла: это не просто запчасти. — Это мой первый скричер, — сказал Ринго. — Отец собрал его, когда мне было пять. Я гонял на нём по двору, пока не сломал двигатель. Потом пытался починить, но так и не смог. — А сейчас? — Сейчас — не хочу, — он погладил маленький скричер по капоту. — Пусть остаётся как память. Яши прошла вдоль стеллажей, рассматривая инструменты. Здесь было всё — от простых отвёрток до сложных диагностических приборов. Некоторые она узнавала, некоторые видела впервые. — Ты сам это собрал? — спросила она, показывая на какой-то странный механизм, похожий на гибрид двигателя и генератора. — Сам, — Ринго кивнул. — Экспериментировал с альтернативным топливом. Не взлетело, но опыт был полезный. Яши чувствовала себя как ребёнок в кондитерской — ей хотелось потрогать всё, разобрать, понять. Но она сдерживалась, чтобы не показаться назойливой. — Можно, я посмотрю вон тот ящик? — спросила она, показывая на деревянный сундук в углу. — Можно, — разрешил Ринго. Яши открыла крышку. Внутри лежали чертежи — старые, пожелтевшие, с пометками на полях. Многие были подписаны рукой Ринго, некоторые — другим почерком, более взрослым и уверенным. — Это отца? — догадалась она. — Да, — Ринго подошёл, сел рядом на корточки. — Он был гениальным механиком. Жаль, что не успел многому меня научить. — Научил самому главному — любить своё дело, — Яши осторожно перелистнула несколько листов. — А это что? Она показала на чертёж странного устройства — круглого, с множеством шестерёнок и непонятными символами. — Это старый активатор, — тихо сказал Ринго. — Не тот, что мы нашли. Другой. Отец говорил, что таких было всего несколько штук. Они открывают доступ к закрытым уровням карт. — Он работал с активаторами? — Пытался, — Ринго вздохнул. — Но не успел. После его смерти я спрятал чертежи здесь. Не хотел, чтобы они попали в чужие руки. — Теперь они в надёжном месте, — Яши закрыла сундук. — Спасибо, что показал. — Спасибо, что не спрашиваешь лишнего, — Ринго улыбнулся. — Многие бы начали допытываться: зачем прячешь, что скрываешь, почему не рассказываешь Ксандеру? — А почему ты не рассказываешь? — осторожно спросила Яши. — Потому что Ксандер — командир, — Ринго встал, прошёлся по пещере. — Он привык решать всё быстро, эффективно, без сантиментов. Если он узнает про чертежи, он захочет их использовать — немедленно, любой ценой. А я не готов рисковать. Это память об отце. Это не инструмент для войны. — Я понимаю, — Яши подошла и взяла его за руку. — У каждого есть то, что он хранит в тайне. — И у тебя? — он посмотрел на неё. — У тебя есть такие тайны? Яши замялась. Потом сказала: — Есть. Одна. Но я боюсь её рассказывать. — Из-за чего? — Ринго сел на верстак, приглашая её сесть рядом. — Из-за того, что ты можешь посмотреть на меня по-другому. — Яши, — он мягко сжал её пальцы. — Я видел тебя в бою, видел, как ты ухаживаешь за ранеными, как ты улыбаешься, когда никто не видит. Я знаю тебя достаточно, чтобы не судить по одной тайне. Яши помолчала, собираясь с духом. — Хорошо, — сказала она. — Пойдём. Я покажу тебе свою мастерскую. — Твою? — Ринго удивился. — Она здесь, в лесу? — Нет, — Яши покачала головой. — В другом месте. Но тоже недалеко. Они вылезли из расщелины, сели на скричеры и поехали. Теперь Яши вела, а Ринго следовал за ней. Дорога была ещё более узкой и извилистой, и Ринго понял, что без проводника он ни за что не нашёл бы это место. Через полчаса они остановились у старого дуба — такого огромного, что его ствол в обхвате был не меньше трёх метров. — Здесь? — спросил Ринго. — Здесь, — Яши подошла к дереву и нажала на кору в одном месте. Часть ствола отъехала в сторону, открывая проход. — Это же... это целый бункер, — выдохнул Ринго, заглядывая внутрь. — Укрытие старых механиков, — Яши шагнула в темноту и включила свет. — Я нашла его два года назад. С тех пор привела в порядок. Внутри было просторно — гораздо просторнее, чем пещера Ринго. Ровные стены, бетонный пол, несколько столов. И скричеры. Много скричеров — целых, сломанных, разобранных на части. — Это всё твоё? — спросил Ринго, оглядываясь. — Моё, — Яши сняла куртку и накинула рабочий фартук. — Я подбираю сломанные машины, чини, а потом... ну, продаю или обмениваю на нужные детали. — Ты никогда не говорила. — Ты тоже не говорил, — она усмехнулась. — Вот и встретились два секретчика. Ринго прошёл вдоль стеллажей. Здесь было всё — от мелких винтиков до целых двигателей. Аккуратно разложено, подписано, отсортировано. — У тебя талант, — сказал он, беря в руки какой-то сложный механизм. — Я таких деталей даже не видел. — Это от старых военных скричеров, — Яши подошла ближе. — Их списывали, когда я была маленькой, и мой отец приносил обломки домой. Я училась на них. — Твой отец тоже был механиком? — Был, — Яши потупилась. — Он погиб, когда я была подростком. Авария на трассе. Нелепая, дурацкая. Он просто... не справился с управлением. — Мне жаль, — Ринго положил руку ей на плечо. — Всё в порядке, — она подняла голову, и в её глазах стояли слёзы, но она не плакала. — Он оставил мне свои инструменты и чертежи. И это место. Сказал, что однажды оно пригодится. Он был прав. Они стояли посреди мастерской, и Ринго чувствовал, как его сердце наполняется теплом. Он смотрел на Яши — на её руки в масле, на сосредоточенное лицо, на аккуратные стеллажи, которые она создала своими руками, — и понимал, что влюблён. Не в образ, не в мечту, а в реальную девушку, которая чинит старые скричеры и прячет свои слёзы за улыбкой. — Ты — невероятная, — сказал он. — Яши, ты просто невероятная. — Да ладно, — она смущённо отмахнулась. — Обычный механик. — Не обычный, — Ринго взял её за руки. — Ты — лучший механик из всех, кого я знаю. И не потому, что у тебя много инструментов. А потому, что ты вкладываешь душу в каждую деталь. Яши покраснела, опустила глаза. — Перестань, — прошептала она. — Я не привыкла к комплиментам. — Привыкай, — Ринго поднял её лицо за подбородок. — Потому что я буду говорить их часто. Он наклонился и поцеловал её. Нежно, медленно, как в прошлый раз, но теперь в этом поцелуе было что-то ещё — глубина, понимание, доверие. Они целовались в её мастерской, среди старых скричеров и запаха масла, и это было правильно. --- Когда они отстранились, Яши вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Пойдём, я покажу тебе кое-что, — сказала она, взяв его за руку. Она подвела его к дальнему углу, где стоял скричер, накрытый брезентом. Сдёрнула ткань, и Ринго замер. Это был не просто скричер. Это был шедевр. Лёгкий, обтекаемый, с двигателем, который Ринго не мог идентифицировать. И весь — сделанный вручную. — Это что? — спросил он, подходя ближе. — Мой проект, — Яши погладила капот. — Я строила его три года. С нуля. Каждая деталь — моя. — Он работает? — Должен, — она пожала плечами. — Но я не пробовала запускать. Боюсь, что взорвётся. — Можно я посмотрю? — Ринго уже тянулся к инструментам. — Конечно, — Яши улыбнулась. — Для того я тебя и привела. Ринго провозился с двигателем около часа. Яши подавала инструменты, подсказывала, объясняла свои решения. Они работали в полном молчании, но это молчание было красноречивее слов. — Вот здесь, — сказал Ринго, показывая на соединение топливной магистрали. — Если подтянуть, должно работать. Он затянул гайку, проверил. Двигатель чихнул, заурчал — неуверенно, но ровно. — Получилось! — воскликнула Яши, и её лицо осветилось радостью. — Получилось, — Ринго вытер руки ветошью. — Ты молодец. Это лучший двигатель, который я видел. — Спасибо тебе, — Яши обняла его порывисто, прижалась всем телом. — Без тебя я бы не решилась. — Решилась бы, — Ринго обнял её в ответ. — Ты сильная. Просто нужна была поддержка. — Ты — моя поддержка, — прошептала она. — Ты и Зора. Но Зора... она не понимает в двигателях. А ты понимаешь. — Я понимаю, — подтвердил он. — И я всегда рядом. Они посидели на ящиках, глядя на новый скричер. Тот урчал, и это урчание было похоже на сердцебиение — живое, надёжное. — Ринго, — сказала Яши. — А ты мечтал быть кем-то другим? Не механиком, не гонщиком? — Мечтал, — он задумался. — В детстве хотел стать капитаном корабля. Представлял, как мы с Ксандером плаваем по морям, открываем новые земли. — А что случилось? — Отец разбился, — просто ответил Ринго. — Пришлось взрослеть. Ксандер взял команду на себя, а я — технику. О море пришлось забыть. — Никогда не поздно, — тихо сказала Яши. — Когда-нибудь, когда всё закончится, мы можем уехать к морю. Наймёмся на корабль. Или купим свой. — Мы? — Ринго повернулся к ней. — Мы, — кивнула она. — Если ты хочешь. — Хочу, — он взял её за руку. — Очень хочу. Они сидели, смотрели на работающий двигатель, и Ринго чувствовал, как внутри него расправляются крылья. Всю жизнь он был тенью брата. А теперь — теперь он был кем-то значимым для этой девушки. Для Яши, которая чинила старых скричеров и строила новые. Для Яши, которая улыбалась так, что таяло сердце. — Яши, — сказал он. — Я люблю тебя. Она посмотрела на него — удивлённо, радостно, со слезами. — Я тоже тебя люблю, — ответила она. — Давно. Просто не говорила. — Теперь говори, — Ринго обнял её. — Говори всегда. Я хочу это слышать. — Люблю тебя, — прошептала она. — Люблю, люблю, люблю. Они целовались под звук двигателя, и мир за пределами бункера перестал существовать. --- Тем временем Ксандер и Зора вернулись с севера. Удачно — нашли ещё один склад с дисками и даже несколько рабочих активаторов. Но Ксандер был мрачен — в разведке они столкнулись с остатками «Молний», и пришлось уходить с боем. — Ринго где? — спросил он, осматривая лагерь. — Уехал с Яши, — ответил Борк. — Часа три назад. Сказал, что скоро вернутся. — Куда? — Не сказал, — Борк пожал плечами. — Они взрослые люди, командир. Им нужно побыть вдвоём. Ксандер хотел возразить — по привычке, — но передумал. Он сам только что провёл полдня с Зорой в лесу, и ему никто не задавал лишних вопросов. — Ладно, — сказал он. — Пусть гуляют. Зора усмехнулась. — Растёшь надо мной, командир, — сказала она. — Расту, — кивнул Ксандер. — Тяжело, но стараюсь. --- Ринго и Яши вернулись к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату. Они были растрёпанные, счастливые и пахли машинным маслом. — Где вы были? — спросил Ксандер, хотя ответ уже знал. — Гуляли, — ответил Ринго, глядя на брата с вызовом. — Понятно, — Ксандер кивнул. — Завтра разбор трофеев. Не опаздывайте. — Не опоздаем, — пообещал Ринго. Он взял Яши за руку и повёл её к костру. Ксандер смотрел им вслед и чувствовал, как в груди разливается тепло. Ринго больше не был его тенью. Он был самим собой. И это было правильно. --- Вечером у костра собрались все. Кто-то играл на гитаре, кто-то рассказывал истории. Ринго и Яши сидели в тени, держась за руки, и молчали. Им не нужны были слова. — Ринго, — тихо сказала Яши. — Мм? — А ты покажешь Ксандеру свою пещеру? — Когда-нибудь, — ответил он. — Когда буду готов. — Я тоже покажу ему свою мастерскую, — сказала она. — Но не сейчас. Сейчас — это только наше. — Наше, — повторил Ринго. — Навсегда. Он поцеловал её, и костёр осветил их лица — счастливые, умиротворённые. А где-то над лесом зажглась первая звезда, обещая новую надежду. Конец девятой главы.