you can't fool your feelings

Глава 15. You can’t fool your feelings Эпилог Четыре месяца спустя. Осень пришла в лес неожиданно — как гостья, которую ждали, но всё равно встречаешь с лёгким сердцебиением. Листья пожелтели, воздух стал прозрачным и холодным, по утрам трава серебрилась от инея. Лагерь «Диких скричеров» готовился к зиме: чинили тенты, утепляли палатки, запасали консервы и топливо. Ксандер стоял у стола, разложив карту южного региона, и хмурился. Зора сидела напротив, подперев подбородок кулаком, и смотрела на него с лёгкой насмешкой. — Я говорю, надо идти через болото, — сказал Ксандер, водя пальцем по извилистой линии. — Так короче на два часа. — И утонуть в болоте, — парировала Зора. — Ты забыл, как в прошлый раз Вэл чуть не завяз? Мы полдня его вытаскивали. — Вэл — дурак, — отрезал Ксандер. — Он поехал не по той тропе. — А ты поедешь по той? — Зора приподняла бровь. — Откуда уверенность? — Потому что я командир. — И поэтому ты никогда не ошибаешься? — Никогда, — соврал Ксандер, и Зора рассмеялась — низко, с хрипотцой, тем смехом, который он полюбил ещё в первую их встречу. — Ладно, — сдалась она. — Идём через болото. Но если мы утонем, я скажу всем, что это была твоя идея. — Скажешь, — усмехнулся он. — Ты всегда говоришь, что это мои идеи. — Потому что это правда. Она встала, обошла стол и села на край — прямо на карту, накрыв собой южный регион. Ксандер сделал вид, что возмущается: — Ты мне карту помнёшь. — Купят новую, — отмахнулась Зора. — Отдохни, командир. Ты весь день на ногах. — У меня дел много. — Дел всегда много. А отдыха — мало. Она взяла его за руку и потянула на себя. Он не удержался и сел рядом — прямо на карту, на болота, которых боялся Вэл. — Ты невыносима, — сказал он, но беззлобно. — Знаю, — она улыбнулась. — Поэтому ты меня и любишь. — С чего ты взяла, что я тебя люблю? — С того, что ты каждое утро приносишь мне чай. И поправляешь куртку, когда холодно. И смотришь на меня так, будто я — единственная карта, которая тебе нужна. Ксандер хотел возразить — по привычке, — но передумал. Потому что она была права. — Люблю, — сказал он тихо. — Очень. Она наклонилась и поцеловала его — легко, как в первый раз, но теперь в этом поцелуе была не дуэль, а тихая радость. Ксандер обнял её, прижал к себе, и они сидели так, пока кто-то не закашлял у входа. — Извините, — раздался голос Кирка. — Не вовремя? — Не вовремя, — буркнул Ксандер, не отпуская Зору. — Что случилось? — Да ничего, — Кирк усмехнулся. — Просто Борк сказал, что ужин через час. И чтобы вы не опаздывали. — Не опоздаем, — пообещала Зора. Кирк ушёл, посмеиваясь, а Ксандер вздохнул. — Вечно они лезут. — Это их работа, — философски заметила Зора. — Лезуть не в свои дела. — Ты тоже лезешь. — Я — другое. Я — твоя девушка. — Моя девушка, — повторил Ксандер, и это слово прозвучало так непривычно, так тепло. — А раньше ты была «чужаком». — А раньше ты был дураком, — усмехнулась Зора. — А теперь? — Теперь — почти умным. Она встала, поправила куртку и протянула ему руку. — Пойдём, командир. Ужин ждать не будет. Он взял её за руку и поднялся. Карта осталась лежать на столе — с отпечатками их тел на южных болотах. --- В мастерской Ринго и Яши возились с двигателем — тем самым, который Яши строила три года, а Ринго помог закончить. Сейчас они проверяли систему охлаждения, потому что на прошлой неделе скричер перегрелся на гонке. — Подай ключ на десять, — попросила Яши, не поднимая головы. Ринго протянул нужный инструмент — не глядя, наощупь, потому что знал расположение всех инструментов на верстаке лучше, чем расположение звёзд на небе. — Спасибо, — Яши затянула гайку, проверила. — Теперь насос. — Насос, — повторил Ринго, подавая следующую деталь. Они работали молча, но это молчание было красноречивее любых слов. Каждое движение было отточено, каждый жест — понятен. Ринго знал, что ей нужно, прежде чем она просила. Яши знала, где он хранит запасные прокладки, хотя он никогда не говорил. — Готово, — сказала она через час, вытирая руки ветошью. — Двигатель как новый. — Лучше, чем новый, — поправил Ринго. — Новые так не делают. — Скромничаешь, — она улыбнулась. — Я всегда скромный. — Ты — нет, — она шагнула к нему, обняла. — Но я тебя за это и люблю. — За скромность? — За всё, — она поцеловала его в щёку. — За руки, за глаза, за то, что ты терпишь меня в мастерской. — Это моя мастерская, между прочим, — напомнил он. — А я — твоя, — она ткнула его пальцем в грудь. — И мастерская теперь наша. — Наша, — согласился он. Они постояли так, обнявшись, среди запаха масла и железа. Свет коптилки падал на их лица, делая их мягче, уютнее. — Ринго, — сказала Яши. — Мм? — А ты помнишь тот день, когда мы встретились? На старом заводе. Ксандер чуть не сбил Зору. — Помню, — усмехнулся он. — Думал, что они подерутся. — А они полюбили друг друга, — Яши покачала головой. — Странно, как жизнь поворачивается. — Не странно. Закономерно, — Ринго взял её за руку. — Ты тогда мне сразу понравилась. — Правда? — Правда. Ты стояла такая спокойная, с картой в руках. Я подумал: «Вот кто умеет видеть дальше своего носа». — А ты мне показался слишком серьёзным, — призналась Яши. — Но потом я поняла, что за серьёзностью скрывается доброта. — Доброта? — Ринго удивился. — Меня никогда не называли добрым. — А зря, — она погладила его по щеке. — Ты самый добрый человек, которого я знаю. Просто прячешь это за железками. Он хотел возразить, но передумал. Потому что она была права. --- Ужин в лагере прошёл шумно. Кирк рассказывал очередную байку — на этот раз о том, как он в одиночку одолел трёх муткритов. Ему не верили, но слушали с удовольствием. Вэл и Мирра сидели, держась за руки, и перешёптывались. Борк ворчал, что суп пересолен, но съел три тарелки. Ксандер и Зора сидели рядом, их плечи касались. Ринго и Яши — напротив, под столом их руки тоже были сплетены. — Слушайте, — сказал Ксандер, когда шум немного стих. — У меня есть новость. Все замолчали. — «Северный ветер» ушёл на юг, — сказал он. — Волк решил, что с нами связываться слишком дорого. Последние их разведчики убрались неделю назад. — То есть... — начал Кирк. — То есть мы в безопасности, — закончила Зора. — По крайней мере, на ближайшее время. Лагерь взорвался радостными криками. Кирк засвистел, Вэл и Мирра обнялись, Борк стукнул кулаком по столу. — Наконец-то! — заорал он. — А то я уже устал воевать! — Не расслабляйтесь, — предупредил Ксандер, но в его голосе не было прежней жёсткости. — Война может вернуться. Но сейчас — да, мы можем вздохнуть. — Предлагаю тост! — поднялся Кирк. — За мир! Хоть и временный! — За мир! — подхватили все. Выпили. Потом ещё. Потом Борк достал гармонь, и начались танцы. --- Ксандер стоял в стороне, глядя на пляшущих. Зора подошла и встала рядом. — Ты грустишь, — сказала она. — Не грущу, — ответил он. — Думаю. — О чём? — О будущем. — Оно светлое, — уверенно сказала Зора. — Мы справились с «Молниями», справились с «Северным ветром», справились с муткритами. Справимся и с остальным. — Ты всегда так уверена в себе? — Только когда рядом с тобой, — она взяла его за руку. — Потанцуем? — Я не умею. — Научишься, — она потянула его в круг. — Ты уже не наступаешь на ноги так часто. — Спасибо, оценила, — буркнул он, но пошёл за ней. Они танцевали — неуклюже, но весело. Кирк свистел, Борк играл, Вэл и Мирра кружились рядом. А Ринго и Яши сидели у костра, глядя на всех и улыбаясь. — Смотри, — сказала Яши. — Как они счастливы. — Мы тоже, — ответил Ринго. — Может, даже больше. — Скромничаешь. — Я всегда скромный. — Ты — нет, — она поцеловала его. — Но я тебя люблю. — И я тебя, — ответил он. --- Позже, когда танцы стихли и все разошлись, Ринго и Яши остались у костра вдвоём. — Помнишь, — сказал Ринго, — я обещал тебе показать озеро? — Помню, — кивнула Яши. — Поехали сейчас. — Сейчас? Ночь на дворе. — Луна светит, — он указал на небо. — Будет красиво. Она не стала спорить. Они сели на скричер — на её, тот самый, который она строила три года, а Ринго помог закончить — и выехали за пределы лагеря. Дорога была короткой. Озеро, которое Ринго нашёл ещё в детстве, лежало в низине, окружённое холмами. Вода блестела в лунном свете, и казалось, что на поверхности плавают звёзды. — Красиво, — выдохнула Яши. — Я знал, что тебе понравится, — Ринго остановил скричер. Они сидели на берегу, глядя на воду. Было холодно, но Яши прижалась к нему, и стало теплее. — Ринго, — сказала она. — Мм? — Ты знаешь, что я никогда не была так счастлива, как сейчас? — Знаю, — он обнял её. — Потому что я тоже. — Мы дураки, что не встретились раньше. — Мы встретились тогда, когда должны были, — ответил он. — Не раньше, не позже. — Ты философ, — усмехнулась она. — Я реалист, — поправил он, и она засмеялась — потому что это была любимая фраза Зоры. — Ты крадёшь чужие слова. — Красивые слова хочется красть. Она повернулась к нему, взяла его лицо в ладони. — Я люблю тебя, Ринго. Очень-очень. — И я тебя, — ответил он. — Навсегда. Они поцеловались, и луна отражалась в озере, и звёзды сияли, и где-то в лесу пела птица, которая, наверное, тоже была счастлива. --- А в лагере, у другого костра, Ксандер и Зора сидели на капоте его скричера. — Ты помнишь тот день, когда мы гонялись на старой петле? — спросил он. — Помню, — она усмехнулась. — Ты злился, что я не испугалась. — Я до сих пор злюсь. — Врёшь. — Вру, — признал он. — Ты мне понравилась тогда. Сразу. Я просто не хотел признаваться. — Я знала, — она взяла его за руку. — Я всегда знала. — Откуда? — По глазам, — она посмотрела на него. — Ты смотрел на меня не как на врага. Ты смотрел на меня как на чудо. — Ты и есть чудо, — сказал он. — Самое настоящее. Она наклонилась и поцеловала его — долго, нежно, как в тот раз в амбаре под дождём. Ксандер обнял её, и они сидели, глядя на луну. — Что будет дальше? — спросила Зора. — Жизнь, — ответил он. — Обычная жизнь. С гонками, ссорами, примирениями. С тобой. — А если меня не будет? — Будешь, — твёрдо сказал он. — Я не отпущу. — Ты не можешь это контролировать. — Могу, — он повернулся к ней. — Потому что люблю тебя. А любовь — это контроль. И свобода одновременно. Не спрашивай, как это работает. Это работает. Она рассмеялась — счастливо, беззаботно, как тогда, в первый вечер. — Ты стал мудрее, командир. — Ты меня научила, — он поцеловал её в лоб. — Пойдём спать. Завтра трудный день. — Какой же он трудный? — удивилась она. — Мы поедем через болото. — А, это, — она вздохнула. — Тогда трудный. Они слезли с капота и пошли к палаткам, держась за руки. --- На следующее утро лагерь проснулся поздно. Солнце уже поднялось над лесом, когда Ринго открыл глаза. Яши спала рядом — он принёс её в свою палатку после озера, и она так и не ушла. — Просыпайся, — тихо сказал он, гладя её по плечу. — Ммм, — она потянулась. — Ещё пять минут. — Нельзя. Завтрак. — Завтрак подождёт. — Борк убьёт. — Борк добрый, — она открыла глаза. — Добрее тебя. — Неправда, — обиделся Ринго. — Я очень добрый. — Добрый, — она поцеловала его. — Но Борк добрее. Он засмеялся и вылез из палатки. Утро было морозным, но солнечным — листья искрились от инея, воздух был чистым, как слеза. Борк уже возился у костра, помешивая кашу. — Ну наконец-то, — проворчал он. — А то я думал, вы до обеда проспите. — Мы не проспали, — ответил Ринго. — Мы отдыхали. — Отдыхать надо ночью, — буркнул Борк, но налил ему полную кружку чая. Яши вылезла следом, потягиваясь и зевая. — Доброе утро, — сказала она Борку. — Доброе, доброе, — механик смягчился. — Иди сюда, ешь. Она села рядом с Ринго, и они завтракали, глядя на огонь. --- Ксандер и Зора появились позже — заспанные, но довольные. — Каша есть? — спросил Ксандер. — Есть, — Борк указал на котелок. — Но ты опоздал, она уже остыла. — Пойдёт, — Ксандер наложил себе и Зоре. Они сели рядом с Ринго и Яши — четверо, завтракающих у костра. — Сегодня едем через болото, — напомнил Ксандер. — Кто со мной? — Я, — сказал Ринго. — Я, — сказала Зора. — И я, — добавила Яши. — Хорошо, — Ксандер кивнул. — Выступаем через час. Они доели, собрались и выехали. Болото встретило их туманом и сыростью. Ксандер вёл, Зора замыкала, Ринго и Яши — в центре. — Держитесь ближе, — сказал Ксандер. — И не сворачивайте с тропы. Болото было коварным — местами трясина скрывалась под слоем зелёной ряски. Но они шли медленно, осторожно, и через два часа добрались до сухой земли. — Вот и всё, — выдохнул Ксандер. — Никто не утонул. — Не утонул, — подтвердила Зора. — Но Вэлу я расскажу. — Не расскажешь, — Ксандер улыбнулся. — Расскажу. — Не расскажешь. — Спорим? — Спорим, — согласился Ксандер. Они пожали руки, и Ринго покачал головой: — Вы как дети. — А ты — как старик, — парировал Ксандер. — Вечно ворчишь. — Я не ворчу, я замечаю. — Одно и то же. Яши рассмеялась, и все засмеялись вместе с ней. --- Они нашли то, что искали — старый склад, отмеченный на карте. Там были диски, запчасти и даже несколько целых скричеров. — Богато, — заметил Ринго, осматривая помещение. — Богато, — согласился Ксандер. — Забираем всё. Они грузили трофеи, когда зазвонил коммуникатор — старый, едва работающий, который Борк починил на прошлой неделе. — Командир, — голос Борка был взволнованным. — Тут гонец от «Северного ветра». Говорит, Волк хочет встретиться. — Зачем? — насторожился Ксандер. — Говорит, хочет заключить мир. — Мир? — Ксандер не поверил. — Волк и мир? — Я тоже удивился, — сказал Борк. — Но гонец говорит, что Волк устал воевать. И что у него новый враг на юге, и он не хочет иметь двух фронтов. — Где встреча? — На старой метеостанции. Завтра в полдень. — Передай, что я приеду, — сказал Ксандер. — И что если это ловушка, Волк пожалеет. — Передам, — Борк отключился. --- Вечером они вернулись в лагерь. Ксандер собрал совет. — Волк зовёт на переговоры, — сказал он. — Говорит, хочет мира. — Веришь? — спросил Ринго. — Нет. Но поеду. — Я с тобой, — сказала Зора. — И я, — добавил Ринго. — Хорошо, — Ксандер кивнул. — Завтра в полдень. Будем готовы ко всему. --- Ночь прошла тревожно. Ксандер почти не спал — ворочался, думал о завтрашней встрече. Зора лежала рядом, положив голову ему на плечо. — Не бойся, — сказала она. — Справимся. — Я не боюсь, — ответил он. — Просто не люблю неизвестность. — Она и не любит тебя, — усмехнулась Зора. — Но вы оба терпите друг друга. — Ты философ. — Я реалистка. Он обнял её, и они заснули под шум ветра. --- В полдень они были на метеостанции. Ксандер, Зора и Ринго. Яши осталась в лагере — на случай, если что-то пойдёт не так. Волк приехал с двумя телохранителями. Он выглядел уставшим — под глазами залегли тени, движения были медленными. — Ксандер, — сказал он, не здороваясь. — Я предлагаю мир. — Почему? — спросил Ксандер. — Ты проиграл? — Я устал, — честно ответил Волк. — Война — это дорого. Люди умирают, скричеры ломаются. А на юге появилась новая банда — «Чёрные соколы». Они сильнее вас. Мне нужно беречь силы. — И ты хочешь, чтобы мы не лезли к тебе, пока ты воюешь с ними? — Именно, — Волк кивнул. — Вы получаете север, я — юг. Никто никому не мешает. — А если я откажусь? — Тогда я уйду, и вы будете воевать на два фронта — со мной и с «Чёрными соколами», — Волк усмехнулся. — Выбор за тобой. Ксандер посмотрел на Зору. Та чуть заметно кивнула — мол, соглашайся. — Хорошо, — сказал Ксандер. — Мир. Но если ты нарушишь договор... — Не нарушу, — перебил Волк. — Мне нужен мир. Честно. Они пожали руки — крепко, как два врага, которые на миг стали союзниками. Волк уехал, а Ксандер выдохнул. — Вот и всё, — сказал он. — Вот и всё, — повторила Зора. — Мир, — удивился Ринго. — Кто бы мог подумать. — Никто, — ответил Ксандер. — Но это хорошо. --- Они вернулись в лагерь и объявили новость. Люди радовались — обнимались, смеялись, хлопали друг друга по спинам. — Ну вот, — сказал Борк, вытирая слезу. — Дожили до мирной жизни. — Не расслабляйтесь, — предупредил Ксандер, но сам улыбался. Вечером был пир. Кирк достал свои припасы — консервы, хлеб, даже бутылку самогона. Борк играл на гармони, Вэл и Мирра танцевали. Ксандер и Зора сидели у костра, Ринго и Яши — рядом. — Знаешь, — сказал Ринго, глядя на брата. — Когда мы начинали, я не думал, что доживу до этого дня. — До какого? — спросил Ксандер. — До мирного, — Ринго пожал плечами. — Я думал, что всегда будет война. Гонки, драки, смерть. А теперь — тишина. — Тишина — это хорошо, — заметил Ксандер. — Но скучно. — Привыкнешь, — усмехнулась Зора. — Не уверен, — Ксандер посмотрел на неё. — Но с тобой — даже скучно не скучно. — Это комплимент? — она приподняла бровь. — Это факт. Они поцеловались, и Ринго отвернулся, чтобы не смущать. — Вечно они, — сказал он Яши. — А мы? — спросила она. — А мы — лучше, — он поцеловал её в лоб. — Скромничаешь. — Я всегда скромный. Она засмеялась и прижалась к нему. --- Пир затянулся далеко за полночь. Когда все разошлись, Ксандер и Зора остались у костра. — Ты помнишь, как мы встретились? — спросил он. — На старом заводе, — кивнула она. — Ты чуть не сбил меня. — А ты не испугалась. — Я никогда не пугаюсь, — она улыбнулась. — Это мое оружие. — Твоё оружие — твои глаза, — сказал Ксандер. — Они ледяные, но внутри — огонь. — Ты поэт, командир. — Я командир, который влюбился в девчонку с дороги. — И не жалеешь? — Ни секунды, — он взял её за руку. — Ты — лучшее, что случилось в моей жизни. — Даже лучше, чем «Дикие скричеры»? — Даже лучше, — подтвердил он. — Скричеры — это дело. А ты — жизнь. Она не ответила словами. Вместо этого она поцеловала его — долго, крепко, и в этом поцелуе было обещание навсегда. --- А в мастерской Ринго и Яши сидели на ящиках, глядя на скричеры. — Ринго, — сказала Яши. — А что будет, когда мы состаримся? — Будем сидеть у костра и вспоминать, как были молодыми, — ответил он. — А если война вернётся? — Тогда снова возьмём оружие, — он пожал плечами. — Но я надеюсь, что не вернётся. — Я тоже надеюсь, — она взяла его за руку. — Я хочу жить с тобой долго-долго. — Будем жить, — пообещал он. — Потому что мы сильные. — Вместе, — добавила она. — Вместе, — повторил он. Они поцеловались, и в мастерской стало тихо — только двигатели урчали во сне. --- На рассвете Ксандер проснулся первым. Он вышел из палатки и увидел, как солнце поднимается над лесом. Золотистый свет окрасил верхушки сосен, и где-то запела птица. — Красиво, — сказала Зора, выходя следом. — Очень, — согласился он. — Ты о чём? — О тебе, — он обнял её. — О нас. О том, как всё изменилось. — Изменилось к лучшему, — сказала она. — Да, — кивнул он. — К лучшему. Они стояли, глядя на рассвет, и знали: что бы ни случилось, они справятся. Потому что они вместе. --- Ринго проснулся позже. Яши ещё спала, и он не стал её будить. Он вышел, умылся холодной водой и направился к мастерской. Там было тихо — только запах масла и железа. Он сел на верстак, достал маленький скричер — того самого «Вьюгу», который подарил Яши. Он работал, урчал тихо-тихо, и Ринго улыбнулся. — Ты чего? — спросила Яши, появляясь в дверях. — Ничего, — ответил он. — Просто смотрю. — На что? — На жизнь, — он взял её за руку. — Она прекрасна. — Ты философ. — Я реалист, — он улыбнулся. — Реалист, который понял, что чувства нельзя обмануть. — Кто тебе это сказал? — Брат, — ответил Ринго. — Он был прав. --- Ксандер и Зора стояли на краю лагеря, глядя на уходящее солнце. — Знаешь, — сказал он. — Я никогда не думал, что буду так счастлив. — Я тоже, — ответила она. — Но теперь — счастлив. — И я. — И я. Они поцеловались, и солнце село за горизонт, и звёзды зажглись на небе — яркие, как надежда. А в лагере горел костёр, и люди пели песни, и где-то в лесу выл муткрит — но его вой был далёким и нестрашным. Потому что они были дома. Потому что они были вместе. Потому что чувства нельзя обмануть. Конец фанфика. ---