Я вернусь за тобой

‎Хуа Чэна невозможно было убить. ‎ ‎Люди пытались. ‎ ‎Много раз. ‎ ‎В него стреляли — пули застревали в стенах позади него. ‎ ‎Его резали ножами — лезвия ломались. ‎ ‎Однажды какой-то идиот попытался взорвать его машину. ‎ ‎В итоге взорвался склад напротив. ‎ ‎Сам Хуа Чэн вышел из огня с чашкой кофе в руке и раздражённо сказал: ‎ ‎— Это был мой любимый пиджак. ‎ ‎После этого по криминальному миру пошёл слух, что глава синдиката Хуа бессмертен. ‎ ‎Хуа Чэн слухи не опровергал. ‎ ‎Потому что это было правдой. ‎ ‎Он пережил всё. ‎ ‎Пули. ‎ ‎Яд. ‎ ‎Предательства. ‎ ‎Войны между кланами. ‎ ‎Собственных убийц. ‎ ‎Время. ‎ ‎Особенно время. ‎ ‎И вот последнее было хуже всего. ‎ ‎Потому что однажды жизнь просто… закончилась. ‎ ‎Не буквально. ‎ ‎Внутри. ‎ ‎--- ‎ ‎В огромном пентхаусе было тихо. ‎ ‎Слишком тихо. ‎ ‎Город внизу сиял огнями, а Хуа Чэн сидел на полу возле панорамного окна и без интереса смотрел на пистолет в руке. ‎ ‎За последние тридцать пять лет он получил всё. ‎ ‎Деньги. ‎ ‎Власть. ‎ ‎Страх. ‎ ‎Преданность. ‎ ‎Он мог одним словом уничтожить человека. ‎ ‎Одним взглядом начать войну. ‎ ‎Люди дрожали рядом с ним. ‎ ‎Но никто никогда не смотрел на него по-настоящему. ‎ ‎Будто он уже давно не был человеком. ‎ ‎Наверное, так и было. ‎ ‎Телефон снова завибрировал. ‎ ‎«Господин Хуа, в порту проблемы.» ‎ ‎«Господин Хуа, совет ждёт вашего решения.» ‎ ‎«Господин Хуа—» ‎ ‎Он выключил телефон. ‎ ‎Тишина снова накрыла комнату. ‎ ‎Хуа Чэн устало прикрыл глаз. ‎ ‎— Как же мне всё надоело… ‎ ‎Он действительно пытался найти смысл. ‎ ‎Пытался развлекаться. ‎ ‎Пытался чувствовать хоть что-то. ‎ ‎Но мир стал серым. ‎ ‎Пустым. ‎ ‎Слишком маленьким для него. ‎ ‎И впервые за долгие годы Хуа Чэн подумал: ‎ ‎«Может, хватит?» ‎ ‎Не было ни трагедии. ‎ ‎Ни истерики. ‎ ‎Ни слёз. ‎ ‎Только усталость. ‎ ‎Глубокая. ‎ ‎Бесконечная. ‎ ‎Он приставил пистолет к виску. ‎ ‎И усмехнулся. ‎ ‎— Ну давай. Хотя бы ты сработай. ‎ ‎Выстрел. ‎ ‎--- ‎ ‎Темнота. ‎ ‎А потом — ‎ ‎свет. ‎ ‎Мягкий. ‎ ‎Тёплый. ‎ ‎Такой спокойный, что Хуа Чэну захотелось закрыть глаза снова. ‎ ‎Он медленно поднял голову. ‎ ‎И замер. ‎ ‎Перед ним возвышались огромные золотые врата. ‎ ‎Белые облака медленно плыли вокруг мраморных ступеней. ‎ ‎Воздух пах чем-то сладким и прохладным. ‎ ‎И у ворот стоял ангел. ‎ ‎Хуа Чэн сначала подумал, что умер ещё раз. ‎ ‎Потому что никто не может быть настолько красивым. ‎ ‎Длинные каштановые волосы мягко спадали на белоснежные одежды. ‎ ‎Золотой свет касался его кожи. ‎ ‎За спиной сияли огромные крылья. ‎ ‎А глаза… ‎ ‎Спокойные. ‎ ‎Добрые. ‎ ‎Живые. ‎ ‎Хуа Чэн почувствовал странный удар где-то в груди. ‎ ‎Словно сердце, которое давно не работало, вдруг решило очнуться. ‎ ‎Ангел поднял взгляд. ‎ ‎И мягко улыбнулся. ‎ ‎— Добро пожаловать. ‎ ‎«Я влюбился.» ‎ ‎Мгновенно. ‎ ‎Безнадёжно. ‎ ‎Катастрофически. ‎ ‎Хуа Чэн даже не пытался сопротивляться. ‎ ‎— Ты кто? ‎ ‎— Се Лянь. Я встречаю души у Врат Рая. ‎ ‎«Даже имя красивое. Ясно. Небеса решили добить меня окончательно.» ‎ ‎Се Лянь провёл рукой над свитком. ‎ ‎Потом нахмурился. ‎ ‎Потом ещё сильнее нахмурился. ‎ ‎Потом где-то сверху раздался грохот. ‎ ‎На ступени рухнула гигантская стопка бумаг. ‎ ‎Хуа Чэн прищурился. ‎ ‎— Это что? ‎ ‎Се Лянь виновато кашлянул. ‎ ‎— Список твоих грехов. ‎ ‎— О. Так мало? ‎ ‎— Это только первый том. ‎ ‎С грохотом сверху упал второй. ‎ ‎Потом третий. ‎ ‎Один из них раскрылся. ‎ ‎«Подкуп чиновников — 482 случая.» ‎ ‎«Поджог казино ради эстетики.» ‎ ‎«Незаконное хранение тигра.» ‎ ‎— Это был эмоционально поддерживающий тигр, — автоматически возразил Хуа Чэн. ‎ ‎Се Лянь посмотрел на него с таким искренним потрясением, что Хуа Чэну захотелось немедленно жениться. ‎ ‎— …у тебя был тигр? ‎ ‎— Был. ‎ ‎— Зачем? ‎ ‎— Красивый. ‎ ‎Се Лянь тихо засмеялся. ‎ ‎И всё. ‎ ‎Всё. ‎ ‎Хуа Чэн понял, что теперь точно готов уничтожить мир ради этой улыбки. ‎ ‎Но ангел быстро опомнился и снова стал серьёзным. ‎ ‎— Прости… но тебе нельзя в Рай. ‎ ‎Тишина. ‎ ‎— Чего? ‎ ‎— Твои грехи слишком тяжелы. ‎ ‎— А если я очень вежливо попрошу? ‎ ‎— Нет. ‎ ‎— А если на коленях? ‎ ‎Се Лянь вспыхнул. ‎ ‎— Н-не надо! ‎ ‎«Какой милый.» ‎ ‎— Тогда как попасть сюда? ‎ ‎— Никак. ‎ ‎— Неправда. ‎ ‎— Правда. ‎ ‎— Есть способ. ‎ ‎Се Лянь замялся. ‎ ‎Очень зря. ‎ ‎Потому что Хуа Чэн мгновенно заметил это. ‎ ‎— Ага. Есть. ‎ ‎— Ну… теоретически… ‎ ‎— Я внимательно слушаю. ‎ ‎— Очень могущественный демон может прорваться к Небесам самостоятельно. ‎ ‎Хуа Чэн задумался. ‎ ‎— То есть мне нужно стать Королём Ада? ‎ ‎— Это почти невозможно. ‎ ‎— Уже звучит интереснее моей прошлой жизни. ‎ ‎— Большинство демонов погибают. ‎ ‎— Я буквально пытался умереть последние лет тридцать. ‎ ‎Се Лянь сник. ‎ ‎На секунду в его глазах мелькнула настоящая грусть. ‎ ‎И это почему-то тронуло Хуа Чэна сильнее всего. ‎ ‎Ангел тихо сказал: ‎ ‎— Мне жаль, что тебе было так больно. ‎ ‎…Ох. ‎ ‎Вот это было нечестно. ‎ ‎Хуа Чэн медленно улыбнулся. ‎ ‎Впервые искренне за очень долгое время. ‎ ‎— Тогда подожди меня. ‎ ‎Се Лянь моргнул. ‎ ‎— Что? ‎ ‎— Я вернусь. ‎ ‎— Не вернёшься. ‎ ‎— Вернусь. ‎ ‎— Это Небеса, а не ресторан. ‎ ‎— Отлично. Тогда я устрою захват. ‎ ‎— НЕЛЬЗЯ ЗАХВАТЫВАТЬ РАЙ! ‎ ‎— Посмотрим. ‎ ‎Впервые за тридцать пять лет у него появилась причина жить. ‎ ‎Врата Ада уже начали открываться. ‎ ‎Из трещины в земле тянуло жаром, пеплом и воплями грешников. ‎ ‎Се Лянь стоял напротив Хуа Чэна, всё ещё пытаясь сохранить спокойствие профессионального ангела. ‎ ‎Хотя профессионализм стремительно умирал. ‎ ‎Потому что этот человек смотрел на него так, будто уже решил что-то совершенно ненормальное. ‎ ‎— Ну, — мягко сказал Се Лянь, — тебе пора. ‎ ‎— Ага. ‎ ‎Но Хуа Чэн даже не двинулся. ‎ ‎Вместо этого он подошёл ближе. ‎ ‎Слишком близко. ‎ ‎Се Лянь тут же напрягся. ‎ ‎— Что ты— ‎ ‎Хуа Чэн взял его за подбородок. ‎ ‎Очень бережно. ‎ ‎Будто тот был чем-то драгоценным. ‎ ‎Се Лянь замер. ‎ ‎— Ты невероятно красивый, знаешь? ‎ ‎— Ч-что— ‎ ‎И прежде чем ангел успел договорить, Хуа Чэн поцеловал его. ‎ ‎Прямо у Врат Рая. ‎ ‎Нагло. ‎ ‎Спокойно. ‎ ‎Словно имел на это полное право. ‎ ‎Мир замер. ‎ ‎У Се Ляня буквально отключился мозг. ‎ ‎Он почувствовал тёплые пальцы на своей щеке. ‎ ‎Мягкое прикосновение к губам. ‎ ‎И этот мужчина пах дымом, дорогим парфюмом и чем-то опасным. ‎ ‎Когда Хуа Чэн отстранился, Се Лянь всё ещё стоял абсолютно неподвижно. ‎ ‎А потом Хуа Чэн большим пальцем медленно провёл по его нижней губе и тихо сказал: ‎ ‎— Я обязательно вернусь за тобой. ‎ ‎И шагнул назад. ‎ ‎Прямо в Ад. ‎ ‎Сам. ‎ ‎Без страха. ‎ ‎С ухмылкой. ‎ ‎Се Лянь ещё несколько секунд смотрел в пустоту. ‎ ‎Потом медленно коснулся своих губ. ‎ ‎И очень тихо произнёс: ‎ ‎— …что это сейчас было? ‎ ‎--- ‎ ‎Это стало проблемой. ‎ ‎Очень большой проблемой. ‎ ‎Потому что Се Лянь не мог перестать думать об этом. ‎ ‎Вообще. ‎ ‎Никак. ‎ ‎Он встречал тысячи душ. ‎ ‎Люди плакали. ‎ ‎Кричали. ‎ ‎Молили. ‎ ‎Кто-то злился. ‎ ‎Кто-то спокойно принимал смерть. ‎ ‎Один мужчина однажды попытался дать Се Ляню взятку яблоками. ‎ ‎Но никто. ‎ ‎НИКТО. ‎ ‎Не целовал его у Врат Рая и не обещал вернуться из Ада за ним. ‎ ‎Это было… ‎ ‎Возмутительно. ‎ ‎Неприемлемо. ‎ ‎Немыслимо. ‎ ‎И очень красиво. ‎ ‎Се Лянь закрыл лицо руками. ‎ ‎— Нет-нет-нет. Я ангел. Мне нельзя думать, что демон красивый. ‎ ‎Пауза. ‎ ‎— Но он был очень красивый… ‎ ‎--- ‎ ‎Тем временем в Аду. ‎ ‎— КАК ПОПАСТЬ В РАЙ?! ‎ ‎Хуа Чэн тряс за шиворот какого-то демона. ‎ ‎— Я НЕ ЗНАЮ!! ‎ ‎— ВРЁШЬ. ‎ ‎— КЛЯНУСЬ!!! ‎ ‎Через три дня весь Ад уже знал: ‎ ‎Появился новый псих. ‎ ‎Красивый. ‎ ‎Опасный. ‎ ‎И абсолютно помешанный на каком-то ангеле. ‎ ‎Хуа Чэн допрашивал всех. ‎ ‎Мучил чиновников. ‎ ‎Подкупал стражей. ‎ ‎Угрожал древним демонам. ‎ ‎— Как подняться в Рай? ‎ ‎— Никак! ‎ ‎— Плохой ответ. ‎ ‎БАМ. ‎ ‎Ещё один дворец демонов взорвался. ‎ ‎--- ‎ ‎Через несколько лет Ад начал паниковать. ‎ ‎Потому что Хуа Чэн оказался чудовищем. ‎ ‎Он был невозможен. ‎ ‎Чем сильнее были демоны — тем сильнее становился он. ‎ ‎Он захватывал территории играючи. ‎ ‎Побеждал древних монстров. ‎ ‎Однажды он настолько избил Повелителя Бездны, что тот ушёл в монастырь. ‎ ‎Другой демон после встречи с Хуа Чэном просто переехал в другой круг Ада. ‎ ‎— Он сумасшедший… ‎ ‎— Он опять спрашивал дорогу в Рай… ‎ ‎— Он убил трёх князей демонов потому что они назвали ангела “симпатичным”… ‎ ‎— Я всего лишь сказал “милый”, ПОЧЕМУ ОН СЛОМАЛ МНЕ ТРОН?! ‎ ‎--- ‎ ‎А потом случилось страшное. ‎ ‎Хуа Чэн нашёл способ связаться с Небесами. ‎ ‎--- ‎ ‎В Небесном дворце раздался сигнал тревоги. ‎ ‎Архангел Цзюнь У устало поднял взгляд. ‎ ‎— Что ещё? ‎ ‎— Ваше Превосходительство… демон требует переговоров. ‎ ‎— Какой демон? ‎ ‎— …тот самый. ‎ ‎— Какой “тот самый”? ‎ ‎— Который терроризирует Ад последние двадцать лет. ‎ ‎Цзюнь У уже выглядел уставшим. ‎ ‎— Ладно. Соединяйте. ‎ ‎В воздухе вспыхнуло пламя. ‎ ‎Появился Хуа Чэн. ‎ ‎Развалившийся на троне. ‎ ‎Красивый. ‎ ‎Опасный. ‎ ‎С абсолютно невозмутимым лицом. ‎ ‎— Добрый вечер. ‎ ‎— Чего ты хочешь? ‎ ‎— Се Ляня в жёны. ‎ ‎Тишина. ‎ ‎Небеса онемели. ‎ ‎У одного ангела выпал свиток. ‎ ‎Цзюнь У медленно переспросил: ‎ ‎— …что? ‎ ‎— Я перестану кошмарить Ад, если вы отдадите мне Се Ляня. ‎ ‎— Нет. ‎ ‎— Жаль. ‎ ‎Связь оборвалась. ‎ ‎И где-то в Аду что-то взорвалось. ‎ ‎--- ‎ ‎На следующий день в Раю был экстренный сбор. ‎ ‎— Он безумен! ‎ ‎— Он угрожал Небесам! ‎ ‎— Он назвал Се Ляня “своим будущим мужем”! ‎ ‎Се Лянь сидел красный как закат. ‎ ‎— Он ЧТО?! ‎ ‎— А ещё прислал сто восемьдесят семь подарков. ‎ ‎— ЧТО?! ‎ ‎— И стихотворение. ‎ ‎— ЧТО?! ‎ ‎Цзюнь У потёр переносицу. ‎ ‎— Се Лянь. ‎ ‎— Д-да?.. ‎ ‎— Что ты сделал с этим демоном? ‎ ‎— НИЧЕГО! ‎