Dispute

      Дженни была примерной работницей: всегда всё выполняла в срок – документы, отчёты, прочую работу. Но она дружила с Джису – девушкой, которая была синонимом азарта. Они постоянно спорили даже на самые мелкие вещи, например, чей мыльный пузырь будет больше.       В один день Джису увидела, как младшая краснеет и не может отвести взгляд от начальницы, когда та в строгом брючном костюме. Но при этом Дженни, встречаясь с Джису в их привычном кафе, всегда отрицательно отзывалась о Лисе:       — Эта Манобан просто неудовлетворённая сучка, которая ничего не может, кроме как командовать людьми, — и закатывала глаза. В один из таких дней Джису выдала: — Давай посмотрим? Дженни подняла глаза от чашки кофе: — По поводу?       — Подкати к Лисе. Если так пытаешься доказать, что она «неудовлетворённая сучка», сама и удовлетвори. — Джису подмигнула Дженни.       — Ты рехнулась? Я не буду этого делать, — младшая Ким явно была в негодовании от происходящего. — Она меня уволит сразу же.       — Слабо? — после таких слов Джису Дженни уже не могла отказать.       — С тебя сто баксов, если я выиграю.       В офисе уже прошла молва о предстоящем корпоративе, который Дженни не любила и на который никогда не ходила, но в этот раз что-то поменялось. На удивление всем, она согласилась и даже одна из первых, что странно.       Лиса столкнулась с ней случайно в лифте.       — Я слышала, вы идёте на корпоратив? — Лиса посмотрела на Ким.       — Да, решила сходить.       — Интересно.

***

      Корпоратив был в самом разгаре. Ким не любила громкую музыку и спряталась в первой попавшейся комнате. Там была Лиса, которая смотрела на подоконник с бокалом красного вина. Дженни хотела уже выйти, но не остановилась.       — Можете остаться, если хотите, — голос Лисы был немного ниже, чем обычно, что Ким списала на алкоголь.       Дженни села на диван и просто смотрела в потолок. Тишина между ними была тягучей, как то самое вино в бокале Лисы. Сердце колотилось где-то в горле. «Слабо?» — всплыли в голове слова Джису. Сто долларов, дурацкий спор… но дело уже давно было не в деньгах.       — Вы никогда не ходите на корпоративы, — нарушила молчание Лиса, не оборачиваясь. Её голос действительно звучал ниже, но не пьяно скорее устало.       — А вы за мной следите? — вырвалось у Дженни прежде, чем она подумала. Она тут же прикусила язык, но Лиса тихо усмехнулась.       — В моём отделе все на всех пишут доклады. Это моя работа – замечать детали.       Лиса наконец повернулась. В тусклом свете комнаты её строгий брючный костюм потерял свою жёсткость, и Дженни с ужасом осознала, что краснеет снова. Как тогда.       — Я слышала, вы называете меня неудовлетворённой сучкой, — спокойно сказала Лиса, делая глоток. — Джису очень болтлива, когда выпивает.       У Дженни похолодели кончики пальцев. Телефон с записью спора остался в кармане пиджака, и сейчас это казалось самой плохой идеей.       — Я… — начала она, но Лиса шагнула ближе.       Каблуки начальницы мягко стучали по паркету, и каждый шаг отзывался где-то в груди глухим паническим стуком. Дженни инстинктивно вжалась в спинку дивана.       — Не нужно оправданий, — голос Лисы звучал ровно, почти безразлично, но глаза в полумраке блестели каким-то опасным любопытством. — Я просто хочу понять, что стоит за такими словами.       — Я не имела в виду… — Дженни сглотнула. — Это было просто так, мы спорили, Джису вечно провоцирует, и я…       — Спорили? — Лиса остановилась в двух шагах, склонила голову набок. — О чём же?       Дженни чувствовала запах её духов – что-то горьковатое, дорогое, с нотами кожи и табака. Совсем не то, что она ожидала от Манобан.       — О том, что я не смогу к вам… подкатить, — выпалила Дженни и тут же закрыла лицо ладонями. — Боже, это так глупо.       Тишина длилась несколько секунд. А потом Лиса тихо рассмеялась, с хрипотцой, и в этом смехе не было насмешки.       — Подкатить? — переспросила она. — Ко мне? — Лиса медленно поставила бокал на подоконник. — И какова ставка?       Дженни убрала ладони от лица. Сердце всё ещё колотилось, но в голосе начальницы не было злости – только любопытство, и это пугало даже сильнее.       — Сто долларов, — прошептала Дженни. — Джису сказала, что у мне слабо.       — Сто долларов, — повторила Лиса, и уголок её губ дёрнулся в усмешке. — А я, значит, просто приз? Инструмент для доказательства?       — Нет! Я не это…       — Тсс. — Лиса приставила палец к       своим губам, и Дженни замолчала на полуслове. — Знаешь, в чём проблема, Дженни? — она впервые назвала её по имени, и это прозвучало как-то слишком интимно для рабочего разговора. — Ты так боишься, что я тебя уволю. Но ты ни разу не подумала о том, что я могу согласиться.       Дженни замерла. В голове повисла звенящая пустота.       — Что?       — Спор так спор, — Лиса пожала плечами и сделала ещё шаг. Теперь между ними оставалось меньше вытянутой руки. — Ты должна была ко мне подкатить, верно? Ну давай. Я слушаю.       Дженни смотрела в её тёмные глаза и не могла вымолвить ни слова. В горле пересохло. Щёки горели. Все те колкие фразы, которые она так легко бросала за кофе с Джису, куда-то испарились.       — Я… вы очень… — начала она и запнулась.       — Очень что? — Лиса не сводила с неё взгляда.       — Очень красивая сегодня, — выдохнула Дженни и тут же зажмурилась, потому что это прозвучало жалко.       А Лиса вдруг наклонилась ближе, почти касаясь губами её уха. От вина и духов у Дженни закружилась голова.       — Скажи мне что-то, чего я не знаю, — прошептала начальница. — Или сто долларов Джису.       Дженни открыла глаза. Глупый и отчаянный импульс ударил в голову. Она схватила Лису за галстук – тот самый, строгий, чёрный – и рывком притянула к себе.       Поцелуй вышел неловким, почти агрессивным, но Лиса не отстранилась. Наоборот её ладонь легла на затылок Дженни, пальцы запутались в волосах, и поцелуй из неуклюжего стал медленным, глубоким и таким неправильно-правильным, что у Дженни подкосились колени.       Когда они оторвались друг от друга, Лиа Лиса. — Теперь ты должна мне ужин.       Дженни моргнула.       — Я должна?.. То есть… вы не злитесь?       Лиса усмехнулась и провела большим пальцем по её нижней губе.       — Дженни, я ждала, когда ты перестанешь говорить обо мне гадости и сделаешь хоть что-то. Три месяца. Это было мучительно.       Дженни открыла рот, закрыла. Потом снова открыла.       — Три… вы знали? Вы всё это время знали?       — Я замечаю детали, помнишь? — Лиса взяла её за руку и переплела пальцы. — А теперь идём отсюда. Я ненавижу корпоративы. В дверях Дженни вдруг остановилась. — Джису мне должна сто баксов. Лиса оглянулась через плечо.       — Скажи ей, что я забираю их себе. В качестве моральной компенсации.       Дженни глупо улыбнулась и позволила увести себя в ночь, даже не вспомнив про пиджак, оставленный на спинке дивана. В кармане всё так же лежал телефон с так и не включённой записью. Но сейчас её это восе не волновало.