За кадром

Всё рухнуло в семь утра. Джухун понял это в ту секунду, когда его телефон начал вибрировать без остановки. Сообщения, звонки, уведомления. Телефон буквально разрывался.  Он сонно нахмурился, нашарил телефон под подушкой и открыл чат с Сонхёном. И сразу пожалел. «ДЖУХУН БЛЯТЬ» «ПРОСНИСЬ» «ТЫ ВИДЕЛ ЧТО В СЕТИ» «СКАЖИ ЧТО ЭТО НЕ ТЫ» Внутри неприятно похолодело. Очень медленно Джухун открыл прикреплённый скрин, и мир как будто резко стал тише. Фото. Они с Мартином на ночной улице. Размытое, снятое издалека, но достаточно чёткое, чтобы узнать. Мартин в длинном пальто, стоящий слишком близко. Его рука на плече Джухуна. И подпись: «Участник известной айдол-группы встречается с парнем из университета?» Ниже — сотни комментариев. Тысячи. Джухун резко сел на кровати. Сердце колотилось где-то в горле. Блять. Блять. Блять.  Телефон снова завибрировал. Мартин.  Палец завис над экраном. Но прежде чем Джухун успел ответить, звонок сбросился. И почти сразу пришло сообщение: «Не выходи пока из дома.» Второе. «Я разберусь.» Джухун уставился в экран. И впервые за всё это время почувствовал настоящий страх. Не за себя. За Мартина. Потому что одно дело — слухи. Простые, ничего не подтверждающие.  И совсем другое — такие слухи, с фото-доказательствами. 

***

К университету Джухун всё равно поехал. Это было тупо. Очень. Но сидеть дома оказалось ещё хуже. Он натянул капюшон почти до глаз и быстро прошёл через главный вход. Люди уже смотрели, шептались, кто-то явно узнал его по фото. — Это же он?.. — Блять, реально похож. — Скинь пост ещё раз. Джухун ускорил шаг, а в груди неприятно давило. Телефон снова завибрировал. На этот раз — звонил Сонхён. Джухун без всякого удовольствия взял трубку.  — Ты где? — моментально спросил тот. — В аду. — А если серьёзно? — В корпусе. — Стой там. Я сейчас приду. Связь оборвалась. Через несколько минут Сонхён буквально влетел в пустую аудиторию, где спрятался Джухун. — Ну ты и долбоёб, — выдохнул он вместо приветствия. — Спасибо. — Я серьёзно! Ты зачем приехал?! Сонхён выглядел растрёпанным и злым. Темные волосы торчали во все стороны, а худи явно было надето наспех. Джухун молча опустился на стул. Сил спорить не было. — Всё очень плохо? — тихо спросил он. Сонхён помедлил. И этого уже хватило для ответа. — Пост разлетелся быстро, — осторожно сказал он. — Но агентство пока ничего не подтвердило. Джухун закрыл глаза. Да что за блять. Он знал, чем всё это может закончиться. Контракты. Репутация. Фанаты. Для айдола даже обычные отношения — проблема. А тут… Телефон снова засветился. Мартин.  Джухун смотрел на имя несколько секунд. И сбросил. Сонхён медленно выдохнул: — Джухун… — Не сейчас. — Он, наверное, с ума там сходит. — Тем более. Потому что если они продолжат общаться — станет только хуже.

***

Мартин не появился в университете ни на следующий день, ни через два. И это оказалось нежданно больно. Как будто чего то не хватало.  Университет продолжал шуметь. Кто-то строил теории. Кто-то говорил, что это фейк. Кто-то наоборот уже раскопал половину биографии Джухуна. Сонхён буквально жил рядом с ним эти дни, не давая окончательно уйти в себя. — Поешь. — Не хочу. — Джухун, ну пожалуйста. — Отстань. — Я тебе суп принёс. — Ты звучишь как моя  бабушка. — А ты выглядишь как человек при смерти. Джухун слабо фыркнул. Сонхён сел рядом на подоконник и некоторое время молчал. Потом вдруг сказал: — Конхо написал мне. Джухун поднял взгляд: — Чего? Сонхён неожиданно смутился. — Ну… он спрашивал, как ты. — И? — И ещё звал выпить кофе. Повисла пауза. А потом Джухун медленно улыбнулся впервые за несколько дней: — Ооо. — Заткнись. — Сонхён. — Даже не начинай. — ТЫ НРАВИШЬСЯ КОНХО????!!!! — Я НЕ ЗНАЮ! — Блять, это лучшее, что случалось со мной за неделю. Сонхён кинул в него салфеткой, но уши у него уже покраснели. И это действительно немного разрядило атмосферу.

***

Конхо оказался… неожиданно заботливым. И это раздражало Сонхёна всё сильнее. — Ты всегда такой нервный? — спросил Конхо, протягивая ему стакан кофе. — Только рядом с айдолами. — Тогда тебе не повезло. Сонхён закатил глаза, но кофе всё-таки взял. Они сидели в почти пустом дворике университета. Конхо был в кепке и маске, но даже так привлекал слишком много внимания. — Мартин в ужасном состоянии, — тихо сказал он. Улыбка Сонхёна сразу исчезла. — Он не спит почти. В груди неприятно кольнуло. — А Джухун делает вид, что всё нормально, — пробормотал Сонхён. Конхо тяжело выдохнул: — Оба идиоты. — Согласен. — Но Мартин реально его любит. Сонхён замер. Любит. Не «втюрился». Не «нравится». Любит. И почему-то именно после этого разговора Сонхён окончательно понял: это уже не просто какая-то университетская драма. Для Мартина всё серьёзно. Даже очень.

***

Сам Мартин появился спустя четыре дня. Джухун увидел его вечером возле концертного зала. И сердце моментально предало. Потому что тот выглядел ужасно — бледный, уставший, с тёмными кругами под глазами. Но всё такой же невозможный. Светлые волосы падали на лицо, длинное чёрное пальто делало его ещё выше, и рядом с ним Джухун снова остро почувствовал разницу в росте. И сейчас смотрел сверху вниз, изучая Джухуна. — Ты меня избегаешь, — спокойно сказал он. Джухун опустил взгляд: — Это к лучшему. — Для кого? — Для тебя. — Не решай за меня. Голос впервые ожесточился, Джухун услышал в его тоне холодные нотки. Внутри всё сжалось. — Мартин— — Нет. Объясни мне нормально. Он подошёл ближе.  Но теперь между ними было что-то другое — усталость? Может злость? — Ты правда думаешь, что я позволю тебе просто исчезнуть после всего? Джухун сжал челюсть. — У тебя карьера. — И что? — Ты айдол! — А ты человек, которого я люблю. Тишина.  Джухун резко поднял взгляд. Мартин смотрел прямо на него. Его взгляд прояснился, он смотрел без тени сомнения. — Не надо, — тихо сказал Джухун. — Чего именно? — Делать только хуже. Мартин выдохнул сквозь зубы и провёл рукой по волосам. Впервые за всё время он выглядел не собранным айдолом. А просто парнем, который устал бороться. — Ты реально думаешь, что мне похуй на это всё? — тихо спросил он. — Думаешь, я не боюсь? Джухун молчал. Потому что знал: боится. Конечно боится. — Но я больше не хочу делать вид, что между нами ничего нет, — продолжил Мартин. — Особенно когда ты смотришь на меня так. Сердце болезненно дёрнулось. — Ты делаешь невозможным нормально тебя ненавидеть, — пробормотал Джухун. Мартин неожиданно усмехнулся. Усталой, почти разбитой улыбкой. А потом сделал ещё шаг вперёд. Теперь между ними почти не осталось расстояния. — Тогда не ненавидь. Джухун закрыл глаза. Потому что сопротивляться ему становилось всё сложнее. Особенно когда Мартин осторожно коснулся его щеки. Так, будто Джухун мог исчезнуть. — Я скучал, — тихо признался Мартин. После разговора возле концертного зала ничего не исправилось. Джухун всё ещё избегал Мартина. Ну… пытался. Потому что сам Мартин, кажется, решил, что теперь отступать не собирается вообще. Когда Мартин Эдвардс Пак что-то решал — спорить с ним становилось почти невозможно. Особенно Джухуну.

***

— Ты сейчас реально улыбаешься в телефон? — раздалось рядом. Джухун дёрнулся. Сонхён стоял возле него с банкой энергетика и таким лицом, будто только что увидел конец света. — Отъебись. — Нет, подожди. Это момент надо записать в историю великих событий 21 века. — Ты раздражаешь. — Джухун, ты реально выглядишь как человек, которому написали «доброе утро » и сто сердечек. — Я тебя сейчас ударю. Сонхён довольно заржал и пихнул его плечом. За последние дни он стал выглядеть… легче, и Джухун слишком хорошо понимал почему. Потому что Конхо теперь появлялся возле него постоянно. Иногда случайно, иногда очевидно специально. И наблюдать за этим было почти терапией. Особенно потому, что Сонхён каждый раз делал вид, будто его это вообще не волнует. Получалось отвратительно.

***

Конхо нашёл их возле студии спустя минут десять. Влетел в коридор в маске, кепке и огромном сером худи, но даже так выглядел как человек, которого невозможно не заметить. — Сонхён! Тот чуть не выронил энергетик. Джухун медленно перевёл взгляд на друга. Потом на Конхо. И улыбнулся. Очень нехорошо. — Блять, — тихо сказал Сонхён. — О, вы оба здесь, — довольно произнёс Конхо, подходя ближе. — К сожалению, — ответил Джухун. — Ты грубый. — Я реалист. Конхо уже хотел что-то ответить, но вдруг замолчал и внимательно посмотрел на Сонхёна. — Ты спал вообще? — Чего? — У тебя синяки под глазами. Джухун увидел, как Сонхён моментально завис. Ну всё. Приехали. — Это потому что кое-кто шлет мне мемы в четыре утра, — пробормотал Сонхён. Конхо неожиданно улыбнулся: — Но ты же отвечал. Тишина. Джухун медленно отвернулся к стене. Потому что если продолжит смотреть на это — начнёт ржать. — Ты покраснел, — радостно сообщил Конхо. — НЕ ПОКРАСНЕЛ. — Покраснел. — Конхо, заткнись. — Это мило. — Джухун, убей меня. — С удовольствием. Конхо смеялся так громко, что проходящие мимо студенты начали оборачиваться. И Джухун внезапно поймал себя на странной мысли: рядом с Сонхёном Конхо вообще переставал быть «идеальным». Становился просто парнем двадцати лет. Шумным, тактильным и немного придурком. И, кажется, абсолютно очарованным Сонхёном.

***

— Нет, серьёзно, ты ему нравишься, — сказал Джухун позже, пока они сидели в пустой монтажке. Сонхён страдальчески уронил голову на стол. — Почему ты не можешь просто молчать? — Потому что это весело. — Для кого? — Для меня. Сонхён кинул в него маркером. Джухун легко поймал его одной рукой. — Ого, агрессия. Всё так плохо? — Я не понимаю, что делать. — С кем? — С ним. Впервые за долгое время голос Сонхёна звучал серьёзно, без привычного сарказма. Джухун поднял взгляд. — Ты же понимаешь, что он айдол? — тихо спросил Сонхён. — Сегодня он здесь, а завтра исчезнет. И что тогда? Повисла пауза. Слишком знакомая тема. Джухун медленно отвёл взгляд. — Не спрашивай у меня советы по отношениям. — Потому что сам всё проебал? Джухун криво усмехнулся: — Именно. Сонхён некоторое время молчал. Потом вдруг тихо сказал: — Мартин реально тебя любит. И от этих слов внутри неприятно сжалось, потому что Джухун знал - вот в чём трабл.

***

В тот вечер Конхо потащил Сонхёна «просто прогуляться». На деле это оказалось часом блуждания по вечернему Сеулу, трёмя заходами в круглосуточные магазины, и спором о том, какой рамен хуже. — Этот просто отвратно пахнет химией, — возмутился Сонхён. — Зато вкусно. — Ты ненормальный. — А ты всё равно ешь. Сонхён фыркнул, но палочки из рук не выпустил. Они сидели возле реки Хан на бетонном парапете, ели лапшу из стаканчиков и смотрели на отражения огней в воде. С Конхо оказалось удивительно легко. Никакого напряжения. Он постоянно болтал, перебивал сам себя, смеялся слишком громко и периодически касался Сонхёна — то локтем, то плечом, будто даже не замечал этого. А Сонхён замечал. Каждое касание. — Ты сегодня тихий, — вдруг заметил Конхо. — Неправда. — Правда. Сонхён пожал плечами, Конхо некоторое время смотрел на него. Потом вдруг спокойно спросил: — Ты боишься меня? — Чего?! — Ну, не меня конкретно. Скорее… всей этой ситуации. Сонхён замолчал. Потому что да. Немного. Конхо был айдолом. Красивым, популярным, постоянно окружённым людьми. А Сонхён — просто студентом, который случайно начал слишком сильно улыбаться рядом с ним. — Не знаю, — честно ответил он. Конхо медленно кивнул. А потом вдруг протянул руку и поправил воротник его куртки.  У Сонхёна моментально сбилось дыхание. — Ты опять весь замёрз, — пробормотал Конхо. — Это потому что ты таскаешь меня ночью по улице в мороз.  — Но ты же пошёл. И вот это прозвучало настолько мягко, что тот забыл на секунду, где он находится.  Сонхён отвёл взгляд. Потому что если продолжит смотреть — это закончится плохо.

***

У Джухуна, конечно, всё было наоборот. Он всё ещё пытался держаться отдельно от Мартина: не отвечал сразу на сообщения, избегал оставаться наедине, уходил раньше. Но Мартин будто научился чувствовать его настроение ещё до того, как Джухун сам его понимал. И вместо давления — просто оставался рядом. В тот вечер Джухун снова задержался в корпусе дольше всех. Хотелось тишины. Хотелось хоть немного не думать. Он вышел через задний двор около десяти вечера, засунув руки в карманы худи. Холодный ветер неприятно бил в лицо. Телефон вибрировал — Мартин опять писал. Джухун не открыл сообщение. Потому что именно из-за телефона он слишком поздно заметил чужие шаги. — О, смотрите кто идёт. Внутри всё упало. Трое. Те же самые придурки, которых он видел раньше возле корпуса. — Чего вам надо? — Да просто интересно посмотреть на местную знаменитость. Один из них ухмыльнулся: — Ну как там твой айдол? Уже бросил тебя? Джухун молча пошёл дальше. Кто-то резко схватил его за плечо. — Я с тобой разговариваю. — А я не хочу с тобой разговаривать. Но когда он дёрнул рукой, сбрасывая хватку, следующий толчок оказался сильнее. А потом кто-то сказал: — Слышал, такие как ты обычно любят на коленях стоять. И Джухун сорвался, ударил первым. Резко, и со всей накопившейся злостью. Неумело, но попал точно в нос. Парень выругался, хватаясь за него. Но их было трое. Джухун успел врезать ещё раз, прежде чем его толкнули в стену. Удар под рёбра выбил воздух. Перед глазами потемнело. — Совсем ахуел?!!! Кто-то ударил ещё раз, потом ещё. Джухун попытался вывернуться, но чужие руки держали слишком крепко. — Пидор ебаный— А потом внезапно раздался звук удара. Тяжёлого и резкого. Хватка исчезла. — Отойдите от него. Мартин. Джухун поднял голову. И впервые увидел его по-настоящему злым. Не раздражённым, не ревнивым. Злым.  Светлые волосы растрепались от быстрого шага, дыхание было сбитым, а взгляд — ледяным. Один из парней нервно усмехнулся: — А, вот и бойфренд пришёл— Мартин ударил его раньше, чем тот договорил. Повисла тишина. Даже Джухун просто стоял молча. Потому что Мартин выглядел страшно. По-настоящему. — Ещё слово, — тихо сказал он, — и я забуду, что камеры стоят по всему кампусу. И вот тогда они отступили. Не сразу, но отступили. Через минуту двор опустел, остались только они вдвоём. Джухун тяжело дышал, прислонившись к стене. Мартин повернулся к нему — и выражение его лица изменилось мгновенно. — Твою мать… Он подошёл ближе. Очень осторожно взял Джухуна за подбородок, осматривая разбитую губу. И Джухун вдруг заметил: у него дрожат руки. — Они тебя ударили в живот? — тихо спросил Мартин. — Несильно. — Джухун? — Ну я живой же. Мартин закрыл глаза на секунду.  А потом внезапно прижал Джухуна к себе. Крепко и сильно. Будто действительно испугался. И Джухун впервые за последние недели не стал отталкивать его.