После тебя

Ранним утром, когда небо только серело, Саша наконец добралась до квартиры. Она закрыла за собой дверь, словно захлопнула весь ночной кошмар, и опустилась на пол, облокотившись спиной о холодное дерево. Ноги гудели. Воздуха не хватало. И девушка снова зарыдала - тихо, боясь потревожить тишину. Хотелось спрятаться от всего мира, стереть из памяти ночь, вытравить каждый его мерзкий взгляд, каждую ухмылку. Страшно было даже представить, что он мог с ней сделать. Страшно было думать, что в наше время всё ещё существуют люди, для которых чужая жизнь - просто расходный материал. Что насилие, пытки, смерти - не кадры из фильмов, а чья-то реальность. Голова пульсировала от мыслей. Сердце билось так сильно, что казалось - ещё немного, и выскочит из груди. Перед глазами всплывали обрывки ночи. Она обхватила колени руками, пытаясь собрать себя обратно - по кусочкам. Тишину разрезало шарканье тапочек. Саша даже не успела поднять голову, когда перед ней выросла фигура Людмилы. Домашний халат, поджатые губы, взгляд, в котором не было ни тревоги, ни вопроса - только раздражение. - Ты вообще обалдела шуметь? - прошипела она. - Отец с Костиком спят ещё, а она припёрлась под утро, еще и шумит. Людмила смерила Сашу с головы до ног. Медленно, оценивающе. Как что-то неприятное, оказавшееся не на своём месте. - Посмотри, на кого ты похожа... Саша опустила взгляд. Грязные колени, испачканные шорты - следы кустов, в которых она пряталась. Она усмехнулась - криво, устало. - Ваш Костик - полный мудак, раз спокойно спит под юбкой у мамы, - тихо сказала она, поднимаясь с пола. Звук пощёчины был сухим и резким. Мачеха ударила её по лицу без колебаний, будто давно ждала повода. - Не смей и слова говорить про моего сына, - прошипела она, приблизившись. - Он, в отличие от тебя, давно спит. А вот, где шлялась ты…шаболда. Саша почувствовала, как щёку жжёт, но боли почти не было. Всё, что она могла сказать, застряло где-то глубоко внутри. Слова вдруг показались бессмысленными. Она посмотрела на Людмилу - долго, внимательно - и молча отвернулась. Она прошла в гостиную - свою «спальню». Саша быстро приняла душ, смывая с себя грязь, страх и чужие руки, которые так и не коснулись её, но оставили след. Вода текла по коже, а вместе с ней - усталость, напряжение, ночь. Натянула одежду, собрала волосы, посмотрела на себя в зеркало. Лицо было бледным. Через несколько минут она уже выходила из дома - на работу. Ощущение, что за ней следят, не отпускало Сашу до самого магазина. Оно шло рядом, дышало в спину, заставляло оборачиваться на каждый звук шагов. Тень в витрине, отражение в стекле, слишком долгий взгляд прохожего - всё казалось подозрительным. Это чувство не исчезло ни на следующий день, ни через день. Оно поселилось в ней, как привычка. Она сократила свою жизнь до прямой линии: дом - работа, работа - дом. Никаких лишних остановок, никаких прогулок. Мир сжался. В тот вечер она возвращалась, как обычно. Уставшая, с ноющей спиной, с запахом цветов на руках. Открыв дверь квартиры, она сразу увидела Людмилу. И коробки с пакетами. На секунду в груди что-то дрогнуло. «Неужели…» - мелькнула нелепая, почти радостная мысль. - «Неужели они с Костиком съезжают?» - О-о, пришла, - протянула Людмила без тени эмоций. - Вон твои вещи, можешь забрать. Саша перевела взгляд к двери. Три пакета. Старые, растянутые. И ноутбук - аккуратно поставленный сверху. Тот самый, который она купила для университета, откладывая по копейке. - Мы переезжаем, - добавила женщина, как сообщают прогноз погоды. - Хорошо, - Саша моргнула. - А я при чём здесь? Она попыталась пройти в коридор, будто всё это - недоразумение. - Я же сказала, - голос Людмилы стал жёстче. - Вон твои вещи. Мы планируем сдавать квартиру. На днях заедут новые жильцы. Слова упали тяжело, одно за другим. «Сдавать». «Новые жильцы». - И… и куда мне идти? - спросила она тихо. Людмила пожала плечами. - Девочка, это не мои проблемы. Я и так тебя вырастила. У нас нет места для тебя в новой квартире. Саша не закричала. Не заплакала. Просто резко наклонилась, схватила пакеты, прижала ноутбук к груди - и развернулась. Дверь тут же захлопнулась за её спиной. Лестница вела всего лишь со второго этажа. Но Саша бежала так, будто ей нужно было спуститься с небоскрёба. Ступени сливались, воздух рвался в лёгкие, пакеты били по ногам. Казалось, если она остановится - всё рухнет. На улице было уже темно. Город жил своей жизнью: машины ехали, окна светились, люди спешили домой. Она остановилась лишь у подъезда. Поставила сумки на землю. Медленно выпрямилась. Сердце колотилось, но внутри было странно пусто. Не больно - пусто. Как после взрыва, когда всё уже произошло. Саша подняла голову и посмотрела в небо. Оно было таким же, как всегда. Равнодушным. Отец поднимался к подъездной двери медленно, будто каждый шаг давался ему с усилием. Саша заметила его краем глаза ещё издалека, но не повернулась. Она стояла, прижимая к себе ноутбук, как щит. - Дочь… - тихо сказал он, будто только сейчас вспомнил, кем она ему приходится. Саша перевела на него взгляд, всего на долю секунды. Этого хватило, чтобы внутри что-то окончательно оборвалось. - Не смей больше так меня называть, - бросила она. И пошла прочь. Она не знала, куда идти. Этот вопрос бился в голове тупо и настойчиво, как капля о камень. Она вышла во двор, опустилась на лавочку, поставила пакеты у ног. Открыла кошелёк - машинально, без надежды. Денег было мало. Ночь окончательно вступила в свои права. Во дворе горел один фонарь, освещая облупленную лавку и кусок асфальта. Со спортивной площадки доносились крики - ребята играли в футбол - смеялись, ругались. Саша сидела, опустив взгляд, терроризируя себя мыслями о жилье. И вдруг - звук мотора. Во двор медленно заехал внедорожник. Тёмный. Тяжёлый. Сердце Саши ухнуло куда-то вниз, к пяткам. Страх вспыхнул мгновенно, без предупреждения, как удар током. Перед глазами - та ночь. Двери машины открылись. Вышли мужчины. Знакомые лица мелькнули в свете фонаря. Двое направились к подъезду. «К моему бывшему дому», - пронеслось в голове, и от этой мысли стало ещё холоднее. Из машины вышел Стас. Он закурил, прикрывая огонёк ладонью. Постоял, наблюдая за игрой на площадке, словно оказался здесь случайно. Потом медленно повернулся. И увидел Сашу. Она сидела сгорбившись, с заплаканным лицом, прижимая к себе сумку, будто это было последнее, что у неё осталось. Стас не отводил взгляда. Он курил спокойно, внимательно изучающе девушку. В его взгляде не было насмешки - только интерес и что-то ещё, непонятное. Прошло несколько минут. Парни вернулись. - Костяна нет. И, походу, его старики переезжают, - сказал один из них. Тот самый Сивый, чью кличку она запомнила. Стас коротко кивнул. Затушил сигарету о край урны. И направился в сторону Саши. Внутри у девушки все сжалось. Она выпрямилась, приготовившись к худшему, хотя сил сопротивляться уже не было. Стас остановился в паре шагов. Посмотрел сверху вниз. - Ты чего здесь делаешь? - спросил он спокойно. В его голосе не было угрозы. И от этого стало ещё страшнее. - Что тебе нужно? - Саша напряглась всем телом, будто перед прыжком в холодную воду. - Ничего, - буднично ответил Стас. - Увидел тебя заплаканную. Решил узнать, всё ли нормально. Его спокойствие бесило сильнее, чем если бы он говорил грубо. Он не оправдывался, не давил, не повышал голос - словно происходящее было самой обычной сценой из жизни. Саша вскинула подбородок. Откуда-то нашлись силы держаться прямо, не показать, как внутри всё дрожит. Не перед ним. И не перед его «бугаями», стоявшими у внедорожника. Парни курили, лениво переговаривались, смеялись - будто рядом не сидела девчонка, которой несколько дней назад чудом удалось сбежать. - Не твоё дело, - отрезала она. Стас посмотрел на неё внимательно, но без раздражения. Потом неожиданно сел рядом на лавку - слишком близко. Саша почувствовала запах табака и приятного одеколона. - Где твой сводный брат? - спросил он, словно, между прочим. Он наклонился и аккуратно заглянул в пакет, стоявший у её ног. - Куда переезжаешь? В этом жесте не было наглости - скорее любопытство. Саша резко захлопнула пакет ладонью и подтянула его к себе, как будто защищая не вещи, а остатки своей жизни. - Это не твоё дело, - повторила она жёстко. - И я не знаю, где он. И даже, если бы и знала, то никогда бы не сказала, - заявила Саша, повернув свое лицо к нему. Она вскочила на ноги слишком резко. Сердце колотилось, дыхание сбилось, но она не позволила себе замешкаться. Схватила всё сразу, не разбирая - и пошла прочь. Не побежала. Именно пошла. Каждый шаг давался со страхом, но она старалась идти ровно, чувствуя спиной его взгляд. За спиной не раздалось ни крика, ни шагов. Только смех парней у машины и глухой звук закрывающейся дверцы джипа. Саша свернула за угол и только тогда позволила себе остановиться. Опёрлась о стену дома, вдохнула глубоко, до боли в груди. Руки дрожали. Саша пошла в магазин почти на автомате. Ноги сами несли ее. Она знала одно: Руслан её точно не выгонит. По крайней мере – не сегодня и не ночью. А дальше… дальше она что-нибудь придумает. Она всегда придумывала. Идей, правда, не оказалось. Общежитие универа было закрыто на ремонт. Старое здание давно требовало восстановление: облупленные стены, протекающая крыша. Поэтому, так она и осталась жить в подсобке цветочного магазина - маленьком, узком помещении с запахом картона, цветов. Там едва помещалась старая раскладушка, коробки с упаковкой и вешалка с фартуками. Ночами было тихо, только холодильник гудел, как живой, и где-то за стеной щёлкали таймеры света. Это было не жильё - временная пауза между «некуда» и «как-нибудь». Но Саша была благодарна и за это. - Привет, Казанцева, - сказал Руслан, заходя в магазин ранним утром. Он всегда говорил её фамилию с лёгкой усмешкой, без издёвки - скорее по-дружески. Высокий, чуть неуклюжий, в простой футболке и с вечной усталостью в глазах человека, который отвечает за все. - Будешь кофе? - спросила она, не оборачиваясь, наливая кипяток в кружку. - Давай, - он помолчал пару секунд, наблюдая за ней. - Сань… давай я тебе квартиру сниму. Сколько можно жить в коморке? Мы же договаривались на одну ночь. Он поднял руки, словно заранее защищаясь. - Нет, ты мне не мешаешь. Правда. Но это не дело. Саша молча поставила перед ним кружку. - Твой кофе, - сказала она ровно. Она не хотела брать от него денег. Он знал её историю, знал про родителей, и всегда относился к ней по-доброму - без лишних вопросов. Руслан вздохнул, но настаивать не стал. - Слушай, - сказал он после паузы. - У нас оформление зала на благотворительный вечер. Большой заказ. Поможешь? Саша подняла на него взгляд. - Оплата двойная. Нужно проследить за поставкой букетов, цветов для оформления зала, - он запнулся. - В общем, работы много. Она сделала глоток кофе. - Конечно, я в деле, - сказала Саша.