трехзначный номер

Шейн просыпается первым. Он умывается, чистит зубы и покупает минералку в автомате на первом этаже для его гостя.  На часах уже десять утра, а Джей-Джея до сих пор нет, что крайне удивляет Шейна, потому что обычно сосед всегда ночует здесь. Даже после секса с девушками, он всегда возвращается в общежитие. Холландер пишет ему сообщение, но Буазье не отвечает. Ладно, он разберется с этим позже. Может он просто намертво спился и отключился в комнате Марлоу. — Илья. Илья, вставай. — Что? Кто? Что случилось? Где я? Розанов не узнает комнату Шейна, потому что когда он приходил к нему перед каникулами, кровати были составлены, стол стоял не возле окна, а еще на дворе была ночь. Сейчас же он спит на стороне Холландера, солнце беспощадно слепит в глаза и Илье ужасно хочется пить.  Шейн протягивает ему бутылку с водой и он осушает ее полностью одним глотком. Илья смутно вспоминает вчерашний вечер, но зато ярко помнит разговор с Шейном в комнате Хейдена Пайка. — Как ты себя чувствуешь?, — Илья очень лохматый и сонный. И возможно Шейн находит это милым. Розанов вчера разделся ночью до боксеров и футболки. Шейн смотрит на ее принт, отмечая радужный текст. Ему это нравится. — Как будто меня раздавил танк, но бывало и хуже, спасибо.  Холландер садится напротив Ильи, на кровать соседа, и молча смотрит на Розанова. Шейн думает, что возможно Илья не помнит того, что предлагал. Но Илья помнит про его обещание. Они должны поговорить утром.  Утро уже наступило.  — Ты хотел, чтобы мы поговорили с утра на трезвую голову, Холландер. Но это плохая идея, потому что моя голова раскалывается от похмелья. Шейн усмехается, вспоминая часть уговора про поход в кофейню. — Тебе нужно в душ, а потом я угощу тебя кофе, и мы поговорим. — Ты назначаешь мне свидание? — Думай как хочешь.

х х х

Илье нравится эта идея, поэтому он задерживается, выбирая в чем ему пойти, чтобы произвести впечатление. Шейн паникует из-за этих же мыслей о внешнем виде, перебирая вещи в своем комоде.  В итоге они встречаются в полдень на парковке университета, замотанные в куртки, шапки и шарфы. Но когда они заказывают напитки и раздеваются, занимая столик в углу, то Шейн влюбляется в Илью бесповоротно и окончательно. На нем черная рубашка, расстегнутая на несколько верхниц пуговиц и обтягивающие брюки. Он выглядит дорого для интерьера студенческого «Старбакса». И даже несмотря на то, что его щеки красные от холода, а улыбка нервная, Шейн все равно очарован. Но, кстати и Холландер постарался, надев горчичный джемпер поверх белого поло, воротник которого аккуратно выглядывает из-под горловины. А еще на нем джинсы, которые обтягивают его великолепный накаченный зад. Не зря же он тренировался все эти месяцы. — Я совсем не парился насчет внешнего вида, — замечает Розанов, когда садится за стол. — Да, я тоже. Они оба смеются, понимая, что выглядят, как дураки. И в этот момент Илья берет ладонь Шейна в свою. Как в самой дешевой мелодраме. — Я все еще жду ответ. Несмотря на то, что вчера я был пьян. — Илья. — Что? Почему нет? Пожалуйста, только не говори, что дело в моей шлюшской репутации, потому что я… — Нет, мне плевать на то, кем ты был! Я же знаю, что ты изменился, а на мнение остальных мне все равно. Ты, кстати, думал об этом? О том что скажут, когда узнают о том, что у тебя появился парень? — Я…да, думал. И решил, что я хочу рискнуть и впервые в жизни быть самим собой. Это сложно, но вокруг нас толерантный народ, да? А Трой Баррет, который подбил меня на это, тоже гей, так что один-один.  — Я рад, что ты на это решился. — Только благодаря тебе.  — Это не должно быть благодаря мне. Ты должен сделать это для себ… — Для себя, знаю. И для себя я хочу одного. Быть с тобой. Ты меня, как будто, освободил что ли. Ты мне нравишься, Шейн Холлан… Шейн. Ты мне нравишься. Щеки Холландера рдеют еще больше. Он глупая влюбленная девчонка. И ему очень-очень хочется броситься на шею Ильи, но он должен быть рассудительнее.  — Я не хочу беглых романов и свободных отношений, Илья. Я хочу реального. Я такой человек. Не потому что я в своем юном возрасте уже задумываюсь о семье и внуках, а просто потому что я не хочу, чтобы мне снова разбили сердце. Я тяжело переживал это всё лето, а потом ты свалился на мою сестру и мою голову. Сначала с этим списком, потом с этим пьяным флиртом, потом со своей ориентацией и собой целиком. Все это так быстро и стремительно, а еще твой внезапный игнор на каникулах, и я просто не хочу обжечься. Ты мне тоже очень нравишься и мне ужасно больно от того, что ты меня игнорировал эти две недели, но я… — Но ты не можешь знать заранее! Я не могу обещать тебе, что мы будем любить друг друга до старости, а потом умрем в один день на соседних креслах-качалках. Мы будем часто ссориться из-за наших характеров. Ты можешь бояться этого и сказать мне нет, но ты не узнаешь получится ли у нас, пока не попробуешь. Доверься мне, Шейн, мы уже проделали такой путь. До лета еще пол года, может мы разбежимся до летних каникул и ты сам не захочешь меня видеть! Никто не знает, что будет завтра. Ни ты, ни я.  — Вау, — Шейн впечатлен, возможно Илья опоздал потому что репетировал эту речь, — Передо мной совсем другой человек. Я не знаю, что ты сделал с прежним Ильей Розановым, но хорошо. Ладно.  — Это значит да? — Мы попробуем, Илья. Я хочу попробовать быть твоим парнем. — Это одно и то же, что им и быть. Лицо Ильи расплывается от нежной улыбки, он наклоняется через стол, чтобы поцеловать Шейна, но в этот момент девушка на выдаче называет их имена и просит подойти забрать свой кофе.  Они болтают несколько часов подряд, пробуя напитки друг друга, пару раз выходя покурить. А потом долго гуляют по снежному парку возле кампуса. Шейн запускает свою руку в карман куртки Ильи, переплетая их пальцы в коконе тепла. Впервые за долгое время ощущая тотальное счастье и спокойствие.

х х х

Этим вечером Шейн приходит в общежитие, провожая своего парня до двери 404. Они коротко целуются на пороге, обещая, что встретятся завтра для совместного ужина. Это будут бургеры в ближайшей кафешке, но какая разница? Холландер решает, что прежде чем он потеряет голову от любви, ему нужно об этом сообщить своей сестре и ее соседке. На мнение Светланы, ему на самом деле плевать, потому что он уверен, что она, скорее всего, будет этому рада. Возможно она уже в курсе. Но вот Джейн может отнестись к этому совсем негативно.  — Я еще не готова, но заходи! Шейн входит в комнату сестры. Она здесь одна. Стоит в нарядном платье и высоких сапогах на каблуке. Блестки на глазах, темные волосы спадают волнистыми локонами на плечи. — Ого, куда собралась? — Шейн? — Ждешь кого-то другого?, — она резко теряется, смотря на время. 18:37. — В семь за мной придут друзья. Эм, мы идем ужинать.  — Для нашей бургерной слишком шикарно, не думаешь?  — Мог бы просто сделать мне комплимент! Ты сам-то чего разоделся в поло и горчичный свитер для свиданий?  Она заметила. Ну хорошо, Шейн собирается с духом и садится на ее кровать. — Мне нужно тебе кое-что сказать, и я очень волнуюсь, — Шейн ерзает под внимательным взглядом сестры. Та сразу же откладывает помаду и зеркальце на стол, где раскидана куча косметики. Дженни садится на кровать и смотрит с явным волнением. — Все-таки что-то случилось. Это то, почему ты так грустил на каникулах, и на этой неделе? — Ну, да. Отчасти. Но уже не грущу. В общем, — боже, у Шейна пересохло в горле, как будто он живет в пустыне, где иссяк последний оазис, — У меня появился парень. Вот. — Серьезно?! О, вау! И кт… — Это Илья Розанов. Шейн выстреливает его имя, перебивая сестру. Он ждет ее реакции молча, с колотящимся от страха сердцем. Джейн пару раз хлопает накладными ресницами, а потом ее губы медленно расползаются в хитрой ухмылке. — Ну, теперь-то все ясно, — она хихикает, стукаясь своим лбом о плечо брата, — Твой день рождения! Я все голову ломала, почему он вызвался помогать нам с организацией. Решила, что от скуки, а тут вот оно что.  — Ага, он даже мне подарил подарок, — Шейн улыбается, выдыхая. Ему нравится, что сестра смеется, а не хочет отказаться от родственных связей с ним, например.  — И что он тебе подарил? — Украденную из библиотеки первую часть «Сумерек». — Вы друг друга стоите, идиоты! — Так значит ты не злишься? — Почему ты все время думаешь, что я буду на тебя злиться? Это твоя жизнь, Шейн! Да, этот говнюк подпортил мне учебу в начале, но сейчас у меня все наладилось, и меня он не тревожит. Главное, чтобы ты был счастлив. Потому что если счастлив ты, то и я тоже. Ты же мой родной брат. — Люблю тебя, моя мудрая не по годам мини-Джен! Он так счастлив и ему так легко, он словно мыльный пузырь, который еще чуть-чуть и лопнет. Джейн обнимает брата и немного теряется, аккуратно отодвигаясь и приземляя Шейна. Удерживая ладони на его плечах. — На самом деле, мне тоже нужно кое в чем признаться. Только не кричи, пожалуйста! Потому что у меня тоже кое-кто есть, и, если честно уже довольно давно. Я хотела рассказать с самого начала, но после твоих истерик в сторону Ильи, что кстати не беспричинно, но все же, зная, как ты реагируешь, я боялась и… Их диалог и признание нарушает стук в дверь. Джейн вздрагивает и встает, не сводя глаз с брата. — Иду! — Так ты идешь свидание, да?, — Шейн улыбается, когда Джейн кивает, — Круто! Я рад! И кто он? Но этот вопрос остается без ответа, потому что внезапно младшая Холландер заметно начинает нервничать. Шейн не понимает в чем дело, когда она на дрожащих ногах идет в сторону двери.  — Привет, мышонок. Мышонок? Шейну с порога не нравится то, каким прозвищем этот парень называет его сестру. Голос кажется очень знакомым, хоть Холландер и плоховато его расслышал из-за шума в коридоре. — Шейн здесь. Дженни предупреждает своего кавалера, а Холландер по-прежнему сидит на кровати, ожидая пока тот войдет. Сестра возвращается в комнату первая, с букетом роз в руках. А следом за ней входит...  Джей-Джей. — Какого хера?! Джейн стоит рядом с Буазье, пока тот держит ее за талию.  — Бля, Холлзи, не устраивай сцен, — Джей-Джей закатывает глаза, снимая шапку. Он в костюме и пальто. Шейну кажется, что события сегодняшнего дня, начиная с того, как он проснулся в обнимку с Ильей, и заканчивая тем, что его сестра встречается с его лучшим другом — просто сценарий из другой вселенной. А еще он никогда не видел Джей-Джея в костюме.  — Когда?! Почему вы не…? Как я мог не…? Это какой-то розыгрыш? Джейн бормочет что-то типа: «Ну началось», и отходит от парня, чтобы достать вазу и поставить туда цветы. Когда она успела купить вазу? Неужели Буазье так часто дарит ей букеты? Почему Шейн никогда не обращал на них внимания, когда заходил в гости к сестре в комнату? — Боже мой, бля, Холлзи. Мы вместе где-то с середины октября. На черной-черной вечеринке мы с Дженни тебя не нашли, сам помнишь по какой причине, и я тогда проводил ее. Мы разговорились, и как-то что-то. Ладно, ты пиздел за Розанова, но это же я, мать твою! Ты меня знаешь почти три года! Мы все эти годы живем под одной крышей, неужели ты думаешь, что есть кандидатура лучше чем я? Шейн думает что есть. Это чтобы Джейн была ни с кем, и никто не смог причинить ей боль. Но Джей-Джей прав, и до Шейна доходит. Буазье, хоть и распиздяй в плане алкоголя и учебы, но человек он действительно верный, заботливый и надежный. Внутри находится мысль, что он за них искренне рад. — Ты сукин сын, Буазье, ты знаешь?! Если ты ее обидишь, — Шейн грозит ему пальцем, а потом обнимает, похлопывая по плечу. — Я знаю. Ты отрежешь мне член и все в таком духе. Выучил все твои угрозы наизусть, бро.