Мой личный монстр

Тэхён и Хосок вернулись в стаю. Время было уже позднее, и их точно никто не мог хватиться, хотя отец и подозревал, что они шатаются в городе, впрочем, как и все в стае. — Сегодня нас могли поймать, и всё из-за твоего интереса к этому человеку! — возмущался серый, не давая уйти брату наверх, и, схватив его за плечо, развернул к себе. Тэхён вёл себя как подросток, который не любил нравоучения взрослых, но был явно умнее детей, и всё понимал. — Но ведь не поймали, всё обошлось. — Тэхён был серьёзен, его раздражала вся эта ситуация, хотя брат был прав. И это нервировало ещё больше. — Что тебя к нему так тянет? — внезапно спросил он. Ведь должна быть причина. — Его запах, — признался Тэ. Для волков он очень важен. И каждый волк в стае это знал, ведь пару себе выбирали по запаху. И Хосок очень надеялся, что это лишь ошибка. — Мне нравится, как он пахнет. — Это просто интерес к чужому запаху, не более, — пытался вразумить его Хо. Ведь такими словами брат ясно давал понять, что Чонгук ему нравится и он рассматривает его как пару. — Да? Тогда почему тебя тоже тянет к парнишке из бара? А? Просто интерес? — Тэхён всё замечал, но молчал. — Именно. — Хосок готов был отрицать всё, что связывало его с людьми. Он не готов был бежать в бар ради этого парня, как Тэ. — Тогда почему же ты его не отымел ещё? — Хосок сжал губы, у него не было ответа на этот вопрос. Брат был прав. — У тебя тоже есть нечто большее, чем просто интерес… — заверил его Тэ, уходя наверх, в свою комнату. К счастью, они жили вдвоём, и об их ругани никто не узнает. Чонгук проснулся рано утром от криков снаружи, в баре стоял хаос. Все куда-то бегали, а в подвале были слышны дикие рыки. Пока никто не видел, Гук проскользнул внутрь, прячась за ящиками, и наблюдал за ситуацией. Кажется, новость, что они поймали оборотней, всполошила людей в баре. Они тыкали палками в зверя в клетке, который рычал на всех и кидался на людей, стоило им подойти ближе. Это был большой волк, тёмно-серого окраса, а позади него — рыжий волк. Чонгук недолго думал, прежде чем решиться на отчаянный шаг. Пока все бурно обсуждали случившееся, Гук, взяв небольшую коробку, прошёл мимо клетки. Рукой зацепил зажим, открывая её. Волки сразу, толкнув решётку, вырвались на свободу, рыча и кидаясь на всех, кого видели. К счастью, никто не пострадал, волки скрылись, а братья лишь гневно кричали. Чонгук уже собирался уходить, как его схватили за локоть и потянули вниз за ящики. Это был Юнги. — Ты с ума сошёл? А если бы они заметили, что ты сделал? Тебя бы убили, — шёпотом паниковал он, высматривая посторонних. — Не бойся, никто не видел. Юнги не знал всего о Чонгуке, но видел многое и молчал, как самый верный друг. — А если бы те волки разорвали кого-нибудь, нам бы точно… — не успел он договорить, как ящик отодвинулся, и на них упали взгляды. — Что это мы тут делаем? — спросил старший брат Чонгука. — Мы… хотели посмотреть на оборотней, — соврал Юнги, смотря на Чонгука, который неуверенно кивнул. — Ну раз так хотели, то могли бы и помочь поймать их. Он был высок, статен. И очень популярен среди девушек. Не красотой, конечно. Нет. Силой. На его лице имелись шрамы, которые свидетельствовали его смелость, но девушки были ему отнюдь не интересны. —Ты, — обратился он к Юнги. — Иди наверх и подготовь всё к вечеру, — тот кивнул и поплёлся наверх. — А ты, идём со мной. Чонгуку ничего не оставалось, как повиноваться. Он знал, куда они пойдут и что там будет, поэтому медлил, задерживая шаг. Они поднялись наверх, где он встретился взглядом с Юнги, который жалобно на него смотрел. Прошли в комнату для гостей, в которой тот любил отдыхать, и закрыл дверь, стоило Чонгуку зайти внутрь. — Проходи, что ты как в первый раз, — рассмеялся тот, садясь на красный диван и наливая себе вино. — Давай ближе к делу. — Чонгук знал, чего тот желал, но давать ему это он не желал, только хотел быстрее закончить диалог с ним. Тот не спеша отпил напиток и бросил взгляд на Чонгука. — Сядь, — приказал он, и Гук, сжав зубы, сел напротив. Не прошло и пары секунд, как тот подорвался, схватив Гука за шиворот, опрокинул на пол, нависая сверху. — Жалкий щенок, почему бы тебе не послушать меня хотя бы раз. Отец потратил столько сил и времени на твоё воспитание, а тебе впадлу сделать приятное своему брату. Неужели нравится получать каждый раз от отца? Подумай хорошо, я ведь мог бы и защищать тебя, — прошептал на ухо ему Дэхён. Чонгук попытался вырваться, но из его хватки выбраться не мог, лишь злобно смотрел в ответ. Это было не впервые, когда он домогался до него, но каждый раз Гук отказывал ему, чем и злил. — Уж лучше пускай меня изобьют, чем лечь под тебя, — прошипел ему в лицо Чонгук, на что тот лишь усмехнулся и, оттолкнувшись от него, встал. — Раз тебе нравится грубая сила, то пускай и работа будет сложная. Я об этом позабочусь. А как устанешь, скажи только одно слово, и все твои мучения закончатся, — с улыбкой на лице сказал тот, но Гук лишь молча ушёл. Ему было плевать, пусть хоть забьют, но с таким подонком он не будет. Как и сказал Дэхён, работу ему усложнили. Утром он работал на складе, таская товары и разгружая машины, колол дрова и убирался в баре, а вечером стоял за стойкой. Он так загрузился, что даже забыл про их встречу с Тэхёном. Тэхён же поздно ночью пробрался в лес. Он прождал около часа, но человек так и не появился. Даже запаха близко его не было. Что могло его так задержать, Тэ не знал, но начал волноваться. Чонгук проснулся утром от криков Юнги, который тормошил его, что-то бубня. Чонгук не сразу понял, о чём он. — Что случилось? — растирая глаза, он бегло глянул на часы. Было всего семь утра. И он ещё час мог бы поспать, ведь вчера сильно вымотался. — Они поймали ещё одного. Чёрного, большого. — Что? — Гук задумался, ведь это описание подходило Тэхёну. Конечно, было глупо предполагать, что это он. Ведь тот всегда был осторожен, но всё же. Гук попросил Юнги отвлечь людей, охраняющих подвал, а сам спустился вниз. В клетке, в углу, и впрямь метался чёрный волк, который, завидев человека, сел и наклонил голову набок. В этих янтарных глазах охотник узнал Тэхёна, который в один миг обернулся человеком. — Большой чёрный волк попал в клетку. Как так? — Тебя хотел увидеть, — зачарованно прошептал он, держась за железные прутья, пока Гук искал ключи. — Ты вчера не пришёл, вот я и подумал, что что-то произошло. — Я… Совсем забыл, — Гук почувствовал вину: волк ради него попался. Наверняка попёрся в облике волка в их деревню и попал в ловушку. Когда ему удалось открыть клетку, Тэхён поцеловал его, но Гук остановил его. — Перестань, они скоро вернутся, ты должен идти и больше не делай так, пожалуйста, — попросил он, пока Тэхён вглядывался в его глаза, трогая его скулы, будто мог найти там что-то новое. — Когда мы увидимся? — Тэхён не желал его оставлять, вообще хотел остаться с ним, но нельзя. Гук немного подумал, прежде чем ответить. — Завтра они уедут, и я приду, — сообщил он, делая себе заметку в голове. — А сейчас уходи. — Он толкнул того в грудь, но Тэ успел урвать поцелуй, прежде чем уйти. Сбежать из подвала было проще простого, если ты спокоен. Конечно, Чонгуку потом за это попадёт, но Тэ об этом не узнает. А в лесу тем временем было жарко, солнце стояло высоко, и воздух сильно нагрелся. Хосок рубил дрова, когда заметил, что брата опять нет в поселении. Отец вновь его искал. — Привет, Хосок, не знаешь, куда Тэхён подевался? — Не знаю, утром был здесь, — соврал он, ведь ещё вчера заметил, как тот ушёл и пока не вернулся, но надеялся, что с ним всё в порядке. Наверное, опять зависает с человеком. — Вот поганец, сейчас такие времена, а он вечно пропадает. — О чём ты? — Хосок отложил топор и обратил внимание на старика. — Охотники сейчас рыскают повсюду, оставляя свои ловушки. Нужно что-то с этим делать, в конце концов это наш лес. И если не мы, то другие волки точно начнут защищать наши земли, — произнёс он, а Хосок уже увидел, что Тэхён вернулся. Тот неторопливо шёл к себе домой, и альфа поспешил указать на него. Может, удастся вбить ему в голову, что всё это опасно. Вроде бы не маленький волчонок, а такое творит. Однако Хо сам виноват, что упустил его ещё в детстве. Ведь давно заметил, что тот шатается за пределами стаи, и думал, что это лишь интерес. Он и сам был таким, однако всё вышло за рамки. И сейчас это могло обернуться бедой для всех. И вот уже около часа отец, собрав сыновей и стаю, рассказывал, что происходит. Как понял Тэхён, люди подбираются к их территории всё ближе, и надо было показать им, кто здесь хозяин, напугать их, а если получится, то и убить тех, кто вступит на их земли. Ни один волк не позволит подойти так близко к своей стае. Слушая всё это, Тэхён нервничал: если волки станут бродить по лесу, то он не сможет спокойно видеться с Чонгуком. Мало того, ему будет грозить опасность. Тревогу в его глазах заметил и Хосок, который поймал взгляд брата, давая понять, что это всё необходимо заканчивать. Ведь могут пострадать не только эти двое, но и вся стая. На следующий день Тэхён не мог не встретиться с охотником. Он ждал его с семи утра, и ближе к обеду тот пришёл. Как всегда, альфа принюхался, проверяя территорию на чужие запахи. Конечно, он ему доверял, но мало ли, кто за ним мог последовать. Не учуяв никого, он подошёл ближе к человеку, который довольно улыбался, закидывая руки ему на плечи. Так они недолго миловались, когда альфа внезапно обернулся волком, фыркая и петляя вокруг человека. — Что такое? Ты хочешь, чтобы я почесал тебе живот? — засмеялся Гук, когда волк лёг перед ним на землю, но лишь для того, чтобы он на него забрался. Хотя охотник и не сразу сообразил. Оказавшись сверху на спине, запустил руку в густую шерсть и вскрикнул от неожиданности, когда волк резко поднялся и помчался куда-то в лес. — Куда мы? — Чонгук не разобрал его фырканья и лишь прижался к мохнатой спине, полностью отдаваясь ему. Волк ловко перепрыгивал через поваленные деревья, лужи, словно рысь, петлял, ускоряя темп. Он нёс самое дорогое для себя в укромное место. Когда они стали подниматься выше, Гук немного приподнялся. Ему всё же было интересно, куда его везут. Когда они оказались на вершине, охотник, спустившись, подошёл ближе к обрыву и замер. Такой красоты он давно не видел. Это была самая высокая точка в лесу. Было видно всё, даже их поселение и стены города, который казался так далеко. На его плечи легли тёплые руки. Тэхён обратился и прижался сзади, обнимая. — Так красиво, — восторженно прошептал он, накрывая чужую руку своей: так комфортно от тепла Тэхёна. — Нравится? Здесь сердце леса. Отсюда видно всё. — Тэхён обнимал и медленно целовал его в шею. Возле утёса росло дерево, которому, наверное, было лет сто. Такое огромное и старое. На его коре были вырезаны первые буквы имён Чонгука и Тэхёна. По-детски, но так мило. Чонгук расплылся в улыбке. Любовь оборотня и охотника — разве такое возможно… Запретная любовь. Тэхён показал ему на домик, находящийся неподалёку. Старая избушка, о которой знал только он и Хосок, теперь стала их тайным местом, где спокойно можно было отдохнуть и насладиться друг другом. Что они и делали. Чонгук уснул от уюта в доме и тепла Тэхёна. На старой кровати он лежал возле волка и тихо дремал. Тэхён изучал его, целуя каждый шрамик, который бросался ему в глаза. Человек перед ним сейчас так беспомощен. Его можно было убить одним махом, но он доверял ему так, что даже свой спрятанный нож вытащил из ботинка и бросил на стол. Поглаживая его скулы, волк наблюдал за его реакцией. Тот изредка вздрагивал во сне, хмуря брови, и волку было интересно, что же ему снилось, почему он так дрожал. Волк лишь сильнее прижимал его к себе. И, чувствуя тепло, человек жался ближе, утыкаясь носом ему в шею. Альфа терял голову, горячее дыхание на его теле сводило с сума. Он внюхивался в его шею, не понимая, чем от него пахнет. И этим разбудил Чонгука. Тот недовольно промычал и лёг на спину, открывая свои усталые, но блестящие глаза. — Ты как собака. — Мне так нравится твой запах. — Тэхён снова прильнул к шее, делая глубокий вдох. — О чём ты? Чем я пахну? — заинтересовался он, наклонив голову вбок. — Росой, фритюрным маслом. Смелостью. — Тэ точно не знал, но ему нравился его запах. — А чем пахну я? Чонгук рассмеялся и, даже не понюхав, сообщил: — Мокрой псиной, — рассмеялся он, вздрагивая всем телом. Ведь Тэхён навалился на него. А когда успокоился, то стал перебирать пряди волка. — Я ведь не такой, как ты, я не чувствую запахов. — Ему всегда было интересно, что чувствует Тэ, хотелось иметь прекрасный слух, но знал, что ему это недоступно. — У нас ты был бы омегой, — признался Тэ. Чонгук был слабее, меньше весил и слишком ласковым. Альфы же были намного сильнее, крупнее. — Омегой? Почему это? — Потому что ты хрупкий, — усмехнулся он. — Я хрупкий? — Чонгук отстранился и посмотрел в глаза, что врали. — Хочешь проверить это на моей стреле? — Нет уж, — рассмеялся Тэхён, когда Чонгук накинулся на него и стал щекотать. Пытаясь доказать, что он не слабак. Конечно, он не такой, как все. Возможно, в нём нет той силы, как в других, но есть храбрость. И это видно, ведь только он мог смотреть в глаза зверя, не боясь ничего. Перед ним — огромный волк, который одним укусом мог оттяпать полноги, но нет. В его глазах он всего лишь большой чёрный волк, который так и льнёт к нему каждый раз за лаской. Тэхён рассказал ему всё, о чём они говорили в стае. И теперь им опасно видеться в лесу, а ходить поодиночке тем более. — Не ходи в лес один, я сам буду к тебе приходить. — Тэхён старался подбодрить человека, который расстроился, ведь знал, что в баре не менее опасно. — Значит, мы теперь не сможем видеться здесь? — В городе полно мест, где можно встречаться, — сказал Тэ, целуя его в щёку. — Сейчас лес — это минное поле, и тебе лучше не заходить сюда одному. Волки будут прогонять всех, кого увидят. Я не хочу, чтобы они тебе навредили. — Ты ведь не будешь никого убивать? — В его глазах была надежда на лучшее, но он знал правду: Тэхён — волк. Сын вожака. А значит, ему придётся. — Я хотел бы, чтобы всё было по-другому, но не все такие, как мы, Чонгук. Люди жаждут власти, им плевать, кого убивать, они прирождённые убийцы. — Ты сейчас говоришь о них так, словно только они способны убивать, — обиженно пробубнил он, садясь на край кровати. Разве не их считают монстрами из глуши? — Да, но я не это имел в виду, просто люди первые же начали войну. — Они просто боятся: вы огромные существа, монстры из сказки. Как ещё им реагировать на вас? — Ну знаешь ли, это не мы первые начали войну, — повысил он голос. Но у каждого своя правда: для волков люди — убийцы, а для людей они — монстры. — Люди — сущее зло: они считают, что это им решать, кому жить, а кому нет. Убивают из-за своего страха. Мои волки имеют гордость. Они не нападают первыми, ими не движет корысть, а значит, только люди способны на такое. — Тэхён понял, что перегнул, ведь Гук притих, потирая свою метку охотника. В чём-то волк был прав. — Гук, я… не это хотел сказать. — Знаешь, моих родителей убили волки. Не думаю, что они могли навредить кому-то, но их убили. И после этого ты мне будешь говорить, что волки не могут просто так убивать? — Чонгук развернулся к Тэхёну, смотря в глаза. Он был прав, но везде есть подводные камни. — Можешь ли ты взять ответственность за них, поклясться, что волки не нападают без причины? — Нет, не могу. — Тэхён понимал, о чём говорил Гук, и в чём-то он был прав. — Вот видишь, не всё так просто. — Да, но главное, что ты меня понимаешь. И мне больше ничего не нужно. — Тэхён обнял охотника со спины, чувствуя лёгкую дрожь. Мать Тэхёна тоже убили охотники, а родителей Чонгука — волки, и они должны сейчас друг друга ненавидеть. Но нет. Всё по-другому. — И тебе всё равно, что на мне метка охотника? — Это, конечно, против правил, но я готов нарушить их ради тебя. И когда-нибудь всё будет по-другому, — сказал он, поцеловав охотника. Они оба шли на жертвы ради встреч друг с другом. Рисковал каждый, но Чонгук — больше всего. Когда-нибудь всё изменится.