«щедрое вознаграждение.»

Воздух в Университете «Гелиос» всегда пах иначе, чем снаружи. Снаружи был город — выхлопные газы, асфальт, раскалённый летним солнцем, и приторный аромат кофейни на углу. Внутри же, за кованой оградой с выгравированными солнечными лучами, время текло сквозь вековые дубы и плющ, оплетающий стены. Здесь даже в самый шумный день было слышно, как шелестят страницы в открытых амфитеатрах и как кто-то вдалеке играет на старой гитаре — традиция, которой уже лет под семьдесят, и никто не помнит, с чего она началась. Вообще никто. «Гелиос» был элитным местом. Но не той холодной элитарностью, что давит мрамором и золотом, а той, что возникает сама собой, когда собираются умные, странные и немного одержимые своим делом люди. Здесь можно было ходить в чем душа позволит, спорить с профессорами до призентаций,которые открывают вам еще больше вопросов и споров,даже спать в гамаке между парами — и никто не сказал бы ни слова. Традиции чтили, но свободу любили больше. Именно в таком месте Спраут и Астро чувствовали себя как рыбы в тёплой, чуть солоноватой воде. — Он опять не сдал отчёт, — сказал Спраут, не отрываясь от ноутбука. Его длинные пальцы замерли над клавиатурой, подсвеченные голубоватым светом экрана. — Я специально дал ему дополнительные две недели. Две недели, Астро. Я даже продлил дедлайн в системе, что противоречит всем моим принципам. Астро, сидевший на подоконнике с чашкой чая, лениво повернул голову. Солнце за его спиной делало волосы похожими на жидкое небо — тот самый яркий оттенок голубого, из-за которого первокурсники всегда оглядывались на него в коридоре. — А ты вёл учёт его опозданий на лекции? — поинтересовался Астро. Голос у него был тихий, тягучий,отчасти приятный и сонливый. — Потому что я вёл. Восемь раз за месяц. Восемь, Спраут. Это почти каждое занятие. — Если не считать того, что он вообще не пришёл на три пары, — мрачно добавил Спраут. Они помолчали. За окном преподавательской кто-то громко смеялся, и этот звук показался почти насмешливым. Космо появился в их жизни за полгода до этого — как внезапный вихрь. С домашнего обучения, с инцидентом за плечами, с репутацией, которую он отчаянно отстраивал заново через Instagram Stories и шумные вечеринки, где все хотели с ним сфотографироваться. Чёрствый и одновременно стеснительный, он умудрялся сочетать в себе несочетаемое: он мог за час растопить лёд в любой компании, но если вы заговаривали с ним о дедлайнах, его лицо не выдавало ни капли смущения — только усталая усмешка. «Я помню», — говорил он обычно. И потом ничего не делал. — Может, он просто не способен учиться в обычном формате? — предположил Астро, делая глоток. — Домашнее обучение аукнулось. Ему нужна дисциплина, а мы даём свободу. — Мы даём не свободу, — жёстко поправил Спраут. На его лице с правильными, почти античными чертами застыло выражение человека, который готов читать нотации, но устал это делать. — Мы даём структуру. Он выбирает её не замечать. Спраут был выше Астро почти на полголовы, и когда они стояли рядом, казались двумя башнями разного цвета — болотная зелень и льдистая синева. Двадцать четыре и двадцать шесть, преподаватели на междисциплинарном курсе, который сами когда-то придумали, будучи студентами. «Технарь и гуманитарий», — так их называли в универе. Они работали в паре уже четвёртый год, и за это время успели научиться договариваться без слов. Сейчас без слов они договорились, что Космо — проблема. — Он талантливый, — сказал Астро, будто защищаясь. — Ты видел его эссе про архитектуру памяти? Я такие на третьем курсе не писал. А его проект с нейросетью? — Видел. И поэтому бешусь вдвойне, — Спраут захлопнул ноутбук с тем звуком, который обычно обозначает конец терпения. — Потому что он может. Он просто не хочет. — Или боится. — Чего? Астро пожал плечами. В этом жесте было что-то убаюкивающее — то самое,расслабленное, которое студенты замечали, но никогда не могли описать словами. — Понятия не имею. Но проверить границы дозволенного он любит так же, как я. Может, поэтому мы с ним и поладили. — честно выразился он,отводя взгляд и еле видной улыбкой сказал. — он довольно мил и приветлив. Спраут бросил на друга долгий взгляд. С Астро они дружили семь лет — с первого дня в колледже, когда Астро случайно залил кофе в его конспект по античной философии, а потом, ни слова не говоря, переписал всё от руки идеальным почерком. С тех пор Спраут знал, что за ядовитой мягкостью Астро скрывается стальной стержень, и что если уж Астро вбил что-то в голову — от этого не отмахнуться. — Что ты предлагаешь? — спросил Спраут устало. — Снова вызывать его на беседу? Он придёт, улыбнётся ,скажет «да-да, исправлюсь», и через три дня пошлёт нас по новому? Как впечатляет. — Нет, — Астро поставил чашку. — Не беседу. Игру. Спраут поднял бровь. Это движение делало его лицо одновременно строгим и заинтересованным, контраст, из-за которого студентки на первом курсе влюблялись в него пачками, а студенты боялись списывать. — Игру. Ага. В куклы,да? — Спраут закатил глаза. сарказм. — Спор. — Астро слез с подоконника и прошёлся по кабинету. Его походка была неслышной, скользящей. — Придумаем приз. Либо просто скажем ему и поставим условие о адекватных сдачах,ибо другого выхода я не вижу. Не хотелось бы терять такой.. вдохновляющий талант. — Морально сомнительно, — заметил Спраут, но в его голосе не было настоящего протеста. — Подкупать студента призом? — Не подкупать. Мотивировать. Разница в формулировке, — Астро улыбнулся, и в его бледном лице мелькнула хитринка. — К тому же, мы ничего не обещаем конкретного. Говорим "обыкновенный приз". Пусть ломает голову. — А если не закроет? — Спраут уже просчитывал варианты,рассматривая собседеника с тяжким сомнением,выражение придавало не удивленность ситуации. — Тогда мы просто… расстроимся. И он останется без приза. Не конец света. Спраут молчал ровно три секунды. Потом медленно кивнул. — Ладно. Но вести учёт буду я. Ты слишком мягко с ним в системе оценок. — Я не мягок, — обиделся Астро. — Я объективен. Ему не хватает двадцати процентов, чтобы экзамен был сдан, а не пересдан. Это не мягкость, это точность. Спраут только вздохнул. — Ладно, идёт. *** Они назначили встречу в тот же день. Космо пришёл с десятиминутным опозданием — Спраут демонстративно посмотрел на часы, тот виновато улыбнулся и этого даже не заметил. Парень выглядел запыханно,но не так,что можно бы было подумать о том,что он бегал марофон. Скорее пока добирался добился такого выгляда. И при этом — невероятное, сбивающее с толку обаяние. Живой ум, острый язык и какой-то магнетизм, из-за которого даже самый скучный разговор с ним превращался в тягучую рутину. Ну,именно у преподователей так, ведь эта рутина продолжалась многие разы. — Сядь, — сказал Астро, хотя Космо уже без команды плюхнулся на стул у двери, забросив ногу на ногу. — У нас к тебе предложение. — Я не буду писать курсовую заново, — сразу предупредил Космо. Его голос — скорее нежный,но все еще соблюдает обыкновенную нотку насмешки или спокойствия — наполнил кабинет. — У меня уже есть версия, и она прекрасна. — Твоя версия содержит семь фактических ошибок и цитирует источник, которого не существует, — сухо сказал Спраут. — Но дело не в курсовой. Дело во всей сессии. Космо насторожился. Сразу,как зверь, который почуял запах ловушки — и всё равно не может удержаться, чтобы не подойти ближе. — Мы предлагаем тебе спор, — пояснил Астро. — Ты закрываешь сессию без долгов и хвостов. Все зачёты, все экзамены, все отчёты в срок. Никаких «я забыл», никаких «можно завтра». Чисто. Идеально. Как примерный студент из рекламного буклета. — Космо явно заинтересован,но вот только не видит точно цели,на которую опирается вопрос - а зачем? Он сузил взгляд, задумчиво спрашивая далее. — А если я откажусь? — Ты не откажешься, — сказал Спраут спокойно. — Потому что мы готовы пообещать тебе вознаграждение. Щедрое вознаграждение. Космо прищурился,явно не находя эту идею нужной,но в голове брыкается отклик,что это может быть забавно,и поэтому он без сомнений отвечает. Но с подвохом. — Хорошо, — сказал он медленно. — Я согласен. Но при одном условии. — Это мы ставим условия, — начал Спраут, но Астро легонько коснулся его локтя,якобы "не перебивай". — Слушаем. — ответил Астро,кидая на Спраута злой взгляд. — Вы не будете относиться ко мне как к студенту, — сказал Космо, явно с ноткой недовольности. — Я серьёзно. В прошлый раз, когда я сдавал зачёт по вашему междисциплинарному курсу, вы оба смотрели на меня так, будто я труп. Это демотивирует. — Мы смотрели на тебя как на человека, который не сдал три модуля из пяти, — парировал Спраут. — Адекватная реакция. — Вот именно. А нужно — как на того, кто эти три модуля всё-таки сдал. С разницей в подходе, — Космо встал и подался вперед,настораживая преподователей светом из золотых глаз. — Договорились? Я стараюсь, вы не давите. Спраут и Астро переглянулись. Это был странный договор. Типа, реально сомнительный. — Договорились, — сказал Астро за двоих. Космо расплылся в улыбке. И в этой улыбке было что-то такое, от чего у обоих преподавателей одновременно кольнуло под рёбрами — не больно, но отчётливо. — тогда славно. Спасибо, — спокойно выдохнул шатен,убираясь прочь с кабинета. — первое время преподователи просто молчали,провожая студента взглядом. У Астро читалось томное выражение,а Спраут с каким-то не нужным подозрением осозновал. — ...мы не подписали себе смертный договор,случаем? — хмыкнул Спраут. Спраут всё ещё смотрел на закрывшуюся дверь, когда Астро тихо хмыкнул и потянулся за своей чашкой — чай давно остыл, но он сделал вид, что не заметил. — Смертный договор? — переспросил Астро,отходя и позволяя себе откинуться на спинку стула. Голубые волосы рассыпались по плечам, и он машинально убрал их привычным жестом. — Ну что ты. Скорее, договор о дружбе и взаимопомощи. С элементами самоуничтожения. — Ты издеваешься, а я серьёзно, — Спраут наконец оторвал взгляд от двери и уставился на друга. В его глазах застыло выражение человека, который только что подписал документ, не прочитав мелкий шрифт. — «Не относиться как к студенту». Что это вообще значит? — Понятия не имею, — честно признался Астро,пожав плечами. — Но звучит интригующе. Спраут хотел сказать что-то резкое — он даже рот открыл, — но вместо этого он просто замолчал,измученно вздыхая. — Ладно, — Спраут выдохнул и потёр переносицу. — Что сделано, то сделано. Теперь нужно придумать, как мы будем вести учёт и не сойти с ума. — Я предлагаю начать с ужина, — Астро поднялся, поправляя длинный кардиган. — Моя голова сейчас варит только в направлении еды. А твоя? — В том же направлении, — признался Спраут. — Идём в Ботанику? А то я не выдержу куда-то с тобой ехать,пока ты выберешь "подходящее заведение для времяпровождения". Ботаникой студенты и преподаватели «Гелиоса» называли небольшую кофейню-бар на территории кампуса, зажатую между оранжереей и старым корпусом физики. Место было негласным центром притяжения для всех, кто хотел съесть нормальный ужин, не уезжая за пределы зелёной ограды. Там пахло корицей и эспрессо, а столики из необработанного дерева веяли уютом. Они вышли из кабинета около восьми вечера. Солнце уже садилось, и кампус тонул в мягком золотистом свете, который делал старые стены похожими на декорации к античной драме. Студентов почти не осталось — только редкие фигуры, спешащие из библиотеки в общежитие, да парочка влюблённых на скамейке. — Атмосфера, — протянул Астро, вдыхая вечерний воздух. — Знаешь, иногда я думаю, что остался здесь преподавать только ради этого запаха. — Ты остался здесь, потому что боишься реальной работы, — беззлобно парировал Спраут. — И поэтому тоже. Они свернули на аллею, ведущую к «Ботанике», и уже видели вывеску с неоновой веткой плюща, когда Астро вдруг остановился. Так резко, что Спраут чуть не врезался ему в спину. — Что? — Смотри, — тихо сказал Астро, кивая вперёд. Спраут послушался,вдруг из-за чего меняя свой взгляд с томного - на удивленный. За столиком на летней веранде «Ботаники», прямо под открытым небом, сидел Космо. Не один — с двумя парнями и девушкой, таких же молодых, шумных, с планшетами и кофе. Все они смеялись над чем-то, что только что сказал Космо, а сам Космо откинулся на спинку стула с видом человека, который прекрасно знает, как хорош в этот момент. Он переоделся. На нём была простая чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами, открывающая смуглые предплечья и тонкое запястье с плетёным браслетом. Волосы теперь казались почти чёрными в сумерках,на альбиносные пряди заставляли вспомнить оттенок волос, одна прядь падала на лоб, когда он наклонялся к планшету, чтобы что-то показать друзьям. — Вот чёрт, — выдохнул Спраут. — Не «чёрт», а наш студент, — поправил Астро с кривой усмешкой. — Который должен сидеть над учебниками, а не развлекаться с компанией. Они замерли на краю веранды, решая, что делать. Уйти в другую кофейню? В «Гелиосе» их было три, но «Ботаника» была лучшей, и отступать перед студентом казалось унизительным. Значит, сесть где-то рядом, делать вид, что они его не заметили, и чувствовать себя неловко весь вечер. — Мы его преподаватели, — напомнил себе вслух Спраут. — Мы имеем право здесь ужинать. — Имеем, — согласился Астро. — Вопрос в том, хочешь ли ты объяснять, почему пялишься на него каждые две секунды. — Я не пялюсь! — Спраут, ты смотришь на него так, будто пытаешься прожечь дыру взглядом. Спраут резко повернулся к другу, но Астро уже шагнул вперёд, и спорить было поздно. Они прошли мимо столика Космо — или почти мимо. Потому что на полпути один из парней, сидевших с ним, воскликнул: — О, преподаватели! Космо, это твои? Космо поднял голову. Увидел их. И на его лице расцвела та самая улыбка — медленная, тёплая, с оттенком «а вот и вы», от которой у Спраута внутри всё переворачивалось. — Привет, — сказал Космо, и голос его звучал так, будто они встретили старого друга, а не строгих преподователей. — Вы тоже сюда ужинать? Место свободное есть, если хотите присоединиться. Его друзья закивали, потеснились. Высокая яркая девушка,с разным оттенком волос — кажется, преподователи уведали ее имя пока заходили - Ятта. — улыбнулась им так радушно, что отказаться было бы преступлением. — Мы не хотим меша.. — начал Спраут, но Астро уже опускался на свободный стул. — Спасибо, — сказал Астро, и в его голосе снова появилась та кошачья нотка интрижки.— Мы как раз искали компанию. Спраут, оставшийся стоять, чувствовал себя последним дураком. Но отступать было некуда. Он сел рядом с Астро, оказавшись напротив Космо — и это было ошибкой, потому что теперь студент находился прямо перед ним, и Спраут видел каждое движение его лица: как он смеётся, как поправляет браслет на запястье, как берёт свой стакан с матчей и делает глоток, глядя поверх края прямо на Спраута. — Вы сегодня допоздна, — заметил Космо. — Работали над чем-то важным? — Обсуждали одного проблемного студента, — сказал Астро с невозмутимым лицом. Космо усмехнулся в стакан. — И как, нашли решение? — Пока нет, — вмешался Спраут. Голос вышел слишком сухим, даже для него. — Но мы в процессе. Тут в разговор вклинились друзья Космо. Парень в очках представился Бокстеном, сказал, что учится на третьем курсе биофака, и спросил. — О..У меня есть один вопрос,если вы не против. Правда ли, что вы сами придумали свой междисциплинарный курс? — немного неуверенно произнес парень,пока его не подтолкнула девушка, что бы тот взбодрился. — Правда, — ответил Спраут, и тепло, с которым он говорил о своей работе, немного растопило ледяную корку. — На третьем курсе мы поняли, что гуманитарные науки и технологии говорят на разных языках, хотя должны говорить об одном. И решили построить мост. — Романтик, — прокомментировал Астро. — Он романтик, я практик. Идеальное сочетание. — Или катастрофа, — прокомментировала девушка. Как друзья заметили,они с Космо имели более близкую связь,словно целыми днями то и делают,что докапываются друг до друга — по крайней мере, так казалось обоим. Спраут заметил этот взгляд,и то ,как они перешептываются даже во время их диалогов с другими собеседниками, поверхностно хихикая. И почувствовал то, что меньше всего ожидал - какое-то больное раздражение от этой Ятты, хотя она казалась очень даже красивой и весёлой. Он перевёл взгляд на Космо, и в тот же момент Космо посмотрел на него. Их глаза встретились, и всё остальное — голоса друзей, музыка из динамиков, звон посуды — отступило на второй план. — Вы сегодня странные, — тихо сказал Космо, так, чтобы слышали только преподаватели,сужая взгляд в замешательстве и поиске подвоха, складывая руки на груди. — Оба. Словно что-то задумали. — Может, и задумали, — ответил Астро, наклоняясь ближе. — Но тебе придётся подождать до конца сессии, чтобы узнать что. — Интрига, — Космо притворно вздохнул. — Обожаю интриги. Бокстен и Ятта переглянулись с каким-то своим пониманием — тем, что обычно называют «мы здесь лишние, но не уйдём, потому что интересно». Разговор,наконец , свернул на безопасные темы. Предстоящие экзамены,странный профессор с философского, который ходит в сандалиях на носки, гадание на кофейной гуще, которое каждый год проводят в «Гелиосе» перед зимней сессией. Спраут рассказывал забавные истории из своей бытности студентом, Астро подкалывал его там, где тот приукрашивал, и постепенно атмосфера стала почти домашней. Но Спраут не мог перестать замечать, как двигаются руки Космо, когда тот жестикулирует. Как смех вырывается из его горла — такой приторно сладкий, настоящий. Как он заправляет кудрявую прядь за ухо, хотя она всё равно падает обратно. И это замечал не только гуманитарий. Когда заказали еду, Космо подвинул к Спрауту тарелку с айс-латтк — просто так, без слов, будто предлагая попробовать. Астро перехватил этот жест и поджал губы, но ничего не сказал. А потом, когда Бокстен отвлеклся на телефонный звонок, а Ятта поклонилась,словно исполнила песню и крепко обнялась с шатеном,ушла,Космо вдруг тихо заговорил, облакачиваясь лицом о тыльную сторону руки. — Знаете, что я понял сегодня после нашего разговора? — Что? — спросил Астро, приподнимая бровь. — Что вы оба слишком серьёзно к этому относитесь, — Космо усмехнулся, и в этой усмешке не было насмешки — только тепло. — Ваш спор. Ваше вознаграждение. Вы говорите о нём так, словно это что-то огромное. Словно боитесь, что я откажусь, когда узнаю. — А ты не откажешься? — спросил Спраут. Голос сорвался на шёпот,просто потому, что расстояние между ними было слишком маленьким для нормальной громкости. Космо посмотрел на него. Долго. И в этом взгляде было обещание — не словами, не жестами, а чем-то более глубоким,а после перевел тот же самый взгляд и на астро. — Не откажусь, — сказал Космо,усмехаясь. — Вы не представляете, как мне интересно, что это будет. — А может, ты просто хочешь получить приз, — вклинился Астро, и его голос прозвучал чуть более резко, чем он намеревался. Космо перевёл взгляд на него. Улыбнулся — но теперь улыбка была другой. Мягче. — Может, и хочу, — согласился он,томно вздыхая с блаженной усмешкой на лицу.— А может, мне просто нравится дразнить обоих вас. Либо просто рвать ваши нервы в клочья. По-моему, я довольно успешен. — По-твоему? Быть честно,не убедительно. — переспросил Спраут, чувствуя, как раздражение занимает место какому-то станному интересу. — А разве нет? — заканчивая предложение Космо сделал глоток матча, прикрывая глаза. А после,облезнувшись, приоткрыл один из них — Вы оба покраснели кстати. — Космо, — начал Астро, но в этот момент Бокстен вернулся к столу уже с другой девушкой,все такой же язвительной как Ятта. Бокстен представил её как Поппи,работающую в ночном клубе неподалёку,а Космо радостно принял ее объятиями,пока оба препода недовольно переглядываются. Разговор рассыпался, как карточный домик от сквозняка. Когда пробило десять, «Ботаника» начала закрываться, и все потянулись к выходу. Воздух на улице был свежим, с запахом влажной листвы и отдалённого дождя. Студенты попрощались — Бокстен пожал руку Спрауту, Поппи обняла Астро так внезапно, что тот замер на секунду, а потом неловко похлопал её по плечу,ощущая дискомфорт. Космо задержался на ступеньке. Повернулся к преподавателям, странно рассматривая то,как они остаются стоятт на месте,пока все расходятся. — Проводите меня до общежития? — спросил он. — Там темно, а фонари на аллее перегорели. Спраут отлично знал, что на аллее всё в порядке с освещением. Точнее,припоминал. Но он всё равно кивнул. — Идём. — согласился Астро,утягивая спраута за кончик шарфа,затягивая его до удушения,после которого он точно понимал,что тот попятиться за ним. Они пошли втроём по главной аллее университета, и тишина между ними была не пустой, а наполненной. Тем,что не сказано. Тем,что только начинает прорастать, как трава сквозь асфальт. Астро шёл слева, Спраут справа, и Космо между ними чувствовал себя в центре чего-то, что ещё не получило названия. — Слушайте, — сказал Космо, когда показались огни общежития. — Я правда постараюсь. Закрыть сессию без долгов. Не ради приза даже. Точнее,постораюсь. — А ради чего? — спросил Астро, и в его голосе не было обычной лени — только любопытство. Космо остановился. Повернулся к ним лицом. — Ради вас, — сказал он просто. — Вы единственные, кому не всё равно, справлюсь я или нет. Настоящие преподаватели... они либо давят, либо плюют. А вы — вы придумываете споры, потому что не хотите меня терять. Я прав? Спраут и Астро переглянулись. Сказать было нечего — потому что он попал в точку. — Ладно, — Космо развернулся и пошёл ко входу, махнув на прощание рукой. — Спокойной ночи, мальчики. Не скучайте без меня. Он скрылся за дверью, а Спраут и Астро остались стоять на аллее, как два памятника самим себе. Астро и Спраут переглядываются,решая вызвать такси и разъехаться по своим домам, заказывая на ближайшей остановке.