Глава 10. Старая тетрадь
17 июля 2026 г., 20:51
За пределами Кармы простирались бескрайние холмистые степи. Вдалеке, в клубящейся дымке, угадывались цепи заснеженных гор. Я плёлся позади Се Юйхуа и Сюсю. Сюсю, казалось, о чём-то говорила с ним, то и дело оглядываясь на меня. Я стиснул зубы и, припустив трусцой, рванул вперёд, но высота давала о себе знать — бежать было мучительно. Когда я наконец догнал их, то выдохся как собака и, опершись на колени, жадно хватал ртом воздух.
Мы вышли к ручью. На высокогорье больших рек нет, зато мелких потоков — видимо-невидимо. Этот струился издалека, мелкий и прозрачный, искрясь на солнце.
Я переводил дыхание. Се Юйхуа развалился на камне у воды, вытянув ноги с видом полного блаженства. Сюсю спросила с заботой:
— Брат У Се, ты в порядке?
Сюсю была наследницей семьи Хо — с детства её готовили к этой роли, боевые навыки у неё были отменные. Мне с ней было не сравниться. Но от того, что девушка спрашивает меня об этом, я почувствовал, как лицо заливает жаром.
— Всё... всё нормально, — выпалил я. — Здесь ни души. Пора бы уже объясниться?
Семьи Се и Хо после истории с госпожой Хо [1] официально разорвали отношения. Но эти двое сошлись здесь явно не для туризма. Сюсю замерла, её взгляд скользнул у меня за спину. Я понял и обернулся. Чужак стоял в нескольких шагах позади, скрестив руки на груди, с той же полуулыбкой на губах, наблюдая за нашей тройкой.
Сюсю поманила меня ближе. Когда мы сгрудились, она понизила голос:
— Ты как вообще сюда попал?
Я ткнул пальцем в Се Юйхуа:
— Кое-что нужно у него спросить.
Сюсю нахмурилась, посмотрела на увлечённого телефоном Се Юйхуа, словно ожидая от него объяснений. Тот, не поднимая головы, произнёс:
— О твоём третьем дяде я не знаю. Но раз уж ты предполагаешь, что он ушёл в Куньлунь... я, возможно, знаю, куда именно. Конечно, всего лишь догадка.
— Значит, цель у моего дяди с вашей совпадает? — спросил я.
Се Юйхуа поднял голову и усмехнулся:
— Младший господин У и вправду стал прозорливее. А ну-ка, угадай, куда мы направляемся?
Я закатил глаза:
— Чёрт его знает. Ты, сволочь, вызвал меня в Цинхай не для того, чтобы в загадки играть. Будешь тянуть — я тебе покажу!
Я погрозил кулаком. Сюсю рядом не сдержала смешка. Впервые за долгое время я видел её улыбку. После истории с её бабушкой мне было неловко с ней, но эта улыбка словно вернула время к нашей первой встрече.
— Брат У Се, ты его не побьёшь, — сказала она.
Я тут же парировал:
— В драке важна не только грубая сила, но и голова. Кто полагается только на кулаки — тот бык.
Се Юйхуа щёлкнул, закрывая телефон, и цокнул языком:
— Год не виделись, а ты и вправду...
— Что? — не понял я.
Се Юйхуа скривил губы, глядя на меня с преувеличенным сочувствием:
— ...всё тот же Наивняшка.
Спорить с ним было бесполезно. Я помолчал, пристально глядя на него. Се Юйхуа, видимо, стало скучно.
— Ладно, покажу кое-что, — сказал он.
Но доставать что-то стала Сюсю. В её руках оказалась потрёпанная тетрадь. Она раскрыла её, и оттуда выпал пожелтевший листок.
Бумага явно повидала своё, размером с две ладони, неровно оборванная. Это была самодельная карта — грубые линии, начерченные кистью, с множеством ответвлений. Но основная линия была жирнее и уходила куда-то вдаль, где в конце был нарисован проём.
Я остолбенел, едва увидев его. Врата были изображены условно, но личина демона на них была мгновенно узнаваема. Небесный дворец в облаках. Бронзовые врата.
Сюсю сказала:
— Эту карту я недавно нашла, разбирая вещи бабушки. И кроме неё — вот это.
На старых страницах дневника был аккуратный почерк.
— Это...? — спросил я.
— Дневник моей бабушки, её юности. Я нашла его запертым в деревянном ящике.
Вначале шли записи о походах в гробницы госпожи Хо. Сюсю пробежалась по ним, но где-то после первой трети записи обрывались. Через несколько чистых страниц текст возобновлялся.
Но теперь это были уже не дневниковые записи, а бессвязные заметки: то несколько слов, то короткие фразы.
Я пробежал глазами:
Север.
Чанбайшань.
Где Ван Цзанхай?
Всё спуталось. Проклятый Старый Пёс У. Подставил меня. Ненавижу.
На юге?
Князь Лу, призывающий воинов Инь. Где Демоническая печать?
Сплошная бессмыслица. Но на следующей странице первая же строка поразила меня. Не только содержанием, но и почерком.
Это был не почерк госпожи Хо. Это был почерк моего деда. Дед, скончавшийся уже давно, при жизни увлекался каллиграфией, и у меня сохранилось немало его работ. Его почерк я знал как свой.
«Когда это было написано? После женитьбы на бабушке? До? Сколько лет тогда было деду? Почему его записи в дневнике госпожи Хо?»
Там было написано: «Дворец семи звёзд князя Лу — Гробница-шкатулка в Ушане — Небесный саркофаг в пропасти».
Очевидно, это три гробницы. Одна из них — Дворец князя Лу, где я был с третьим дядей. А слова «Гробница-шкатулка в Ушане» были обведены тушью. «Неужели... дед бывал там?»
Гробница-шкатулка в Ушане...
«Что это за место? Я никогда о таком не слышал.»
«Во Дворце князя Лу я был. Если дед бывал в Ушане... то что такое „Небесный саркофаг в пропасти“?»
Я посмотрел на Сюсю. Та кивнула, помахала картой в руке.
— Если бы дело было только в этом, мы бы сюда не приехали. Смотри дальше.
Дальше шёл диалог. С датами, но странный — каждый день только три реплики.
Двадцать первое июля. Какого года — неясно. Диалог такой:
Почерк Бессмертной Хо: Соглашайся.
Почерк деда: Не смею.
Бессмертная Хо: Подумай ещё. Времени нет.
Затем двадцать второе июля:
Бессмертная Хо: «Они» на всё способны.
Дед: Ещё подумаю. Дай срок.
Бессмертная Хо: Не хочу, чтобы ты погиб. Соглашайся скорее.
И так далее. Словно Бессмертная Хо уговаривала деда согласиться работать на неких людей.
«Почему они общались письменно? И если могли обмениваться записями за день, значит, находились недалеко друг от друга, но им дозволялось писать только по три фразы в день.» Я перечитал ещё раз, и в голове зародилась догадка.
— Неужели... моего деда и твою бабушку держали в заточении, не давали видеться и разрешали обмениваться только тремя фразами в день? — высказал я и сам подумал, что звучит бредово.
Но Сюсю нахмурилась и кивнула:
— Мы пришли к тому же. Подумай, кто в те времена мог заточить нашу бабушку и твоего деда?
Меня пронзила догадка. «Неужели люди Великого Будды Чжан? Судя по возрасту блокнота, дело было очень давно, возможно, в первые годы „Девятки“. Может, это самое начало первого плана „Чжан Цилин“, и Великий Будда принуждал „Девятку“ к сотрудничеству?»
Сюсю, видя моё выражение лица, продолжила:
— Я перечитывала этот блокнот раз десять. И заметила одну особенность. Смотри... — она ткнула пальцем под каждую фразу. — Под каждой репликой — пустая строка.
Этот блокнот был не современным, в толстой обложке. В те годы такие были у чиновников. Обычные люди пользовались тонкими тетрадями из грубой бумаги с красной линейкой, похожей на почтовую. Бумага и чернила тогда были роскошью, бедняки едва сводили концы с концами, не то что писали. Поэтому экономили каждый лист. А в этом блокноте под каждой фразой — чистый промежуток. Странно.
Я провёл пальцем по этим пробелам, но ничего не увидел.
— Да, странно. Но «Девятке» было не до экономии бумаги.
Сюсю уставилась на меня широко раскрытыми глазами:
— Ты и вправду внук Старого Пса У?
Я не понял намёка, растерялся. Се Юйхуа наконец оторвался от телефона, оценивающе меня осмотрел и сказал Сюсю:
— Чтобы убедиться, лучше сделать тест ДНК.
Меня охватило бессилие.
— Да что тут происходит? Какая разница!
Сюсю покачала головой и пожала плечами:
— Я тоже долго ломала голову. Два месяца без результата. Потом позвонила ему. — она кивнула на Се Юйхуа. — Он рассказал, как расшифровать.
Се Юйхуа, развалившись и поигрывая телефоном, осклабился:
— Метод расшифровки мне поведал батюшка. А он перенял его у своего второго брата. Второй брат моего отца — это Се Ляньхуань. А уж Се Ляньхуань, само собой, научился этому у У Саньшэна. А У Саньшэн...
Я жестом остановил его:
— ...научился у моего деда, правильно?
Меня обуяла досада. «Выходит, в блокноте и вправду был шифр, семейное мастерство деда. А его родной внук — ни в зуб ногой. Зато Се Юйхуа, через десять рук, всё раскусил.»
Сюсю не сдержала ещё одного смешка:
— Твой дед не хотел втягивать тебя в это ремесло, вот и не научил. Не принимай близко к сердцу.
То, что меня утешает девушка, лишь усилило моё раздражение.
— Всё в порядке, — бросил я. — Продолжай.
Сюсю вдруг расстегнула молнию на пуховике и запустила руку за пазуху.
Я аж подскочил. «Чёрт возьми, и для расшифровки ещё и лапать грудь надо⁈»
Примечания переводчика
[1] Госпожа Хо (霍老太, Huò Lǎotài) — глава семьи Хо, седьмая в «Девяти вратах». Её прозвище — «Бессмертная Хо» (霍仙姑, Huò Xiāngū). Семья Хо — единственная в альянсе, где власть передаётся по женской линии; её члены известны уникальной техникой проникновения в гробницы через потолок. В молодости Хо Сяньгу славилась необычайной красотой, из-за чего и получила это прозвище.
