Крылья из серого пепла

Бункер встретил Узи тишиной, не той уютной, домашней тишиной, которая бывает когда отец занят починкой проводки, а по коридорам разносятся запахи перегретого металла. Нет, это была тишина отчуждения. Узи стояла на пороге своей комнаты в которой не появлялась уже четвертые сутки, на столе где когда-то лежали учебники по программированию теперь красовалась пыль. Её шапка — та самая, чёрная — висела на краю монитора, словно ждала хозяйку. — Забери это, — раздался голос Хана. Он стоял в дверях скрестив руки. Его оптика горела привычным инженерным белым, но в ней плескалось что-то более темное. — Или останься. Мне все равно. — Пап, я просто… — Просто? — Хан сделал шаг вперед. — Ты шляешься с ними. С убийцами. Ты знаешь, что говорят внизу? Дочь механика теперь сама стала чудовищем. Узи сжала зубы. Солвер внутри неё отозвался тупой пульсацией в центре черепа. Она уже не просто чувствовала его — она слышала его шёпот. Тонкий, как лезвие. — Эн и Ви не чудовища, — тихо сказала она. — Они пытаются помочь мне контролировать… — Контролировать? — голос Хана сорвался на металлический скрежет. — Этот парень, Эн… Он все время с тобой. Он спит и ест в вашем «штабе». Я видел как он смотрит на тебя, как солдат смотрит на оружие. Он ждет момента когда ты оступишься Узи или когда ты станешь опасной и тогда он тебя прикончит. Это у них в крови. Узи ничего не ответила. Она схватила старый ржавый чип который искала, и выскользнула в вентиляционную шахту, даже не попрощавшись. Хан остался стоять сжимая кулаки так что заскрипели сочленения. — Еще увидим, кто кого предаст, — прошептал он в пустоту. За бронированными дверями бункера, в полукилометре на юго-восток среди обломков некогда великого небоскреба расположился их лагерь. Ржавые контейнеры накрытые маскировочными сетями, внутри несколько лежаков, терминал, карта звёздного неба, нарисованная баллончиком на стене, и бесконечные банки с отработанным маслом. Эн сидел на ящике накручивая провод на палец. Увидев вылезающую из люка Узи, он тут же вскочил. — Четыре дня, — сказал он без улыбки. — Хан опять устроил сцену? — Он ненавидит тебя, — выдохнула Узи падая на лежак. — И Ви. И вообще всех кто умеет летать. Эн хотел что-то сказать, но из тени выступила Ви. — Твой отец — параноик, — отрезала Ви. — Но в одном он прав Узи. Если ты не научишься контролировать солвер ты станешь угрозой. Син была лишь носителем. Теперь — ты. Узи закатила глаза. — Знаю-знаю. «Великая сила, великая ответственность». Ты двадцатый раз это говоришь. — А ты двадцатый раз пропадаешь в бункере когда становится страшно, — парировала Ви. — Узи,Ви прекратите, — устало сказал Эн. — Сегодня мы пробуем кое-что новое. Узи, помнишь я говорил про рефлекторные дуги дрона-убийцы? Они не только в процессоре, они в корпусе. В тебе есть то чего ты ещё не видела. Он вывел её на плато. Ветер гнал по бетонным плитам пепел. Над головой висела бесконечная мгла копоть-неба разрываемая лишь далёкими сполохами гроз. — Раскрой солвер, — приказала Ви. — Не сдерживай. Дай ему течь по сенсорам. Узи зажмурилась. Треугольник в её груди засветился зловещим фиолетовым. Она ощутила, как по позвоночнику, вдоль лопаток, разливается жар. А затем треск. Из её спины вырвались крылья. Они были не такими идеальными как у Ви — хищно заточенные, органично вписанные в корпус. Крылья Узи оказались больше, неуклюжее, с рваными краями и нервно подрагивающими перьями-лезвиями. Они светились изнутри, как вулканическое стекло. — Ого, — выдохнул Эн. — Они… огромные. — Это генетический отпечаток, — прошептала Ви. — Син передала не только солвер. Она передала форму. Узи оглянулась на свои крылья и улыбнулась, дерзко, по-узиному. — А теперь проверим, летают они или только мешают. Она оттолкнулась слишком резко. Взрывная волна от её толчка разметала щебень, и Эн пригнулся. Узи взмыла вверх, как выпущенная из катапульты ракета, перевернулась в воздухе и едва не врезалась в обломок фермы. — Держи баланс! — крикнула Ви, взлетая следом. — Ты не коптер! Ты дрон! Чувствуй потоки! — Я ЧУВСТВУЮ ВСЁ! — заорала Узи в восторге. Она кувыркнулась, пронеслась по спирали вниз, выровнялась в полуметре от земли и снова взмыла вверх. Её крылья работали с неестественной синхронностью будто они росли на ней всю жизнь. Эн с земли смотрел на неё, и в его оптике теплилось нечто, похожее на надежду. — Она летает, — сказал он себе под нос. — Она действительно дрон-убийца теперь. Ви приземлилась рядом, скептически скрестив руки. — Скажем так: техника хромает, но природный талант… пугает. Син так не умела в первый день. — Узи не Син, — твёрдо сказал Эн. — Пока что нет, — тихо ответила Ви. Узи приземлилась в облаке пыли широко раскинув крылья. Её глаза горели лиловым. — Это было… легко, — выдохнула она. — Слишком легко. Я будто всегда умела летать. Просто ждала разрешения. Она запрокинула голову и засмеялась. Эн улыбнулся. Ви отвела взгляд. Никто из них не заметил, как на мгновение зрачки Узи сузились до вертикальных щелей. Как треугольник солвера мигнул не фиолетовым, а жёлтым. И как по губам Узи скользнула тень, совсем не её, улыбка, полная ледяного восторга. Следующие две недели стали тренировочным адом. Узи осваивала телекинез: она могла поднять и швырнуть грузовик, остановить роторные пули в миллиметре от лица и восстановить сломанную конечность за секунды. Но с каждым днем она возвращалась в лагерь все более уставшей. Не физически, а морально. — Она теряет себя, — сказала Ви Эну, когда Узи в очередной раз уснула прямо на полу, свернувшись клубком, а её крылья нервно подрагивали во сне. — Я видела такое. Сначала это похоже на сверхспособности, а Потом на одержимость. А потом… — Я не дам ей стать Син, — перебил Эн. — Ты не сможешь её защитить, — Ви приблизилась к нему, и её голос понизился до шёпота. — Потому что Син уже внутри неё. Не как враг. Как голос. Как искушение. Я видела, как Узи разговаривает сама с собой когда думает, что её никто не слышит. Эн замолчал. Он знал. Однажды ночью когда они дежурили втроём, Узи села на лежаке и застыла. Её глаза открылись, но они были пусты. А затем она улыбнулась — широко, неестественно, растянув рот до уголков глаз. — Вижу, вы меня боитесь, — произнесла она чужим, переливчатым голосом. — Правильно делаете. Эн схватил её за плечи. — Узи! Очнись! — Её здесь нет, — ответила она, моргнув, и взгляд снова стал нормальным. — Я… что? Что случилось? — Ты опять отключалась, — холодно сказала Ви. — На три секунды. Узи посмотрела на свои руки. Они дрожали. — Она… говорит со мной. Син. Она не злится. Она… уговаривает. Говорит, что сила это свобода. Что я могу всё. Что я могу защитить вас. — От кого? — спросил Эн. — От всех, — прошептала Узи. — От всего. И даже от себя. На пятнадцатый день к лагерю вышла делегация. Впереди, сжимая бейсбольную биту (почему-то с гвоздями), шагал Тэд. За ним, нервно оглядываясь, плелась Лиззи. — О! Смотрите-ка! — воскликнула Лиззи, увидев крылья Узи. — А она у нас теперь птичка! Очень… зловещая птичка. — Заткнись, Лиззи, — бросил Тэд. Он смотрел на Эна и Ви с неприкрытой ненавистью. — Вы двое. Вы сделали из неё монстра. Хан прав. Эн встал между Тэдом и Узи. — Мы учим её выживать. Чего не скажешь о вашем бункере где даже дыру в стене заделать не могут. Ви закатила глаза. — А вот и Рэбэка, — пробормотал Тэд. Рэбэка вылезла из люка последней, с планшетом в руках. — Я зафиксировала аномальные энерговсплески. В радиусе километра. Они идут из… — она подняла голову и уставилась на Узи. — О боже. Из тебя. Узи почувствовала, как солвер внутри затянуло тугим узлом. — Уходите, — сказала она тихо. — Пожалуйста. — Мы не уйдём, пока Хан не убедится, — Тэд шагнул вперёд отодвигая Эна плечом. — Пока ты не вернёшься домой. Ты — дрон-работник. Ты не из этих. — Я ни то, ни другое, — выдохнула Узи. — Ты просто напуганная девчонка, которую завербовали убийцы, — Тэд повысил голос. — Эн использует тебя! Ви использует тебя! А когда ты станешь опасной, они тебя вышвырнут! — Не смей! — зарычал Эн, и его собственный солвер полыхнул жёлтым. И в этот момент мир треснул. Узи согнулась пополам, схватившись за голову. Её рот раскрылся в беззвучном крике. Крылья вырвались наружу сами — не фиолетовые, а чёрные, как разлитая нефть. И когда она выпрямилась, улыбка на её лице была не её. — Здравствуй, Ви. Привет, Эн. — Голос метался от детского до механического, накладываясь сам на себя. — Не ждали? Это была Син. Не копия. Не отголосок. Она вселилась в Узи полностью, подчинив солвер и превратив тело подруги в свой идеальный сосуд. Её глаза стали жёлтыми, треугольник на груди раскрутился до ослепительного сияния. — Ты… — прошептала Ви. — Я обещала вернуться, — голос Син-Узи звучал монотонно, с пугающей ласковой ноткой. — Вы убили моё тело, но не меня. Солвер — это не оружие. Это дверь. А Узи… она так хотела быть сильной. Так хотела защищать. Я просто помогла ей открыть замок. Син-Узи взмахнула рукой и телекинетическая волна смела Тэда в сторону. Он врезался в контейнер, выронив биту. — МЕЛКИЕ МУРАВЬИ, — её голос исказился в басовитый рык. — Я уничтожу сначала их. Потом бункер. Потом эту планету. А потом и звёзды. Эн прыгнул первым. Его когти вонзились в плечи Син-Узи, но она даже не пошевелилась. Она посмотрела на него — и от этого взгляда у него заклинило сервоприводы. — Эн, — сказала она голосом Узи. — Ты был так нежен. Так заботлив. Она любила тебя, знаешь? А теперь смотри. Она отшвырнула его, как тряпичную куклу. Эн проломил стену ангара и затих в груде арматуры. Ви атаковала в ту же секунду — серия ударов, каждый из которых мог разрезать сталь. Но Син-Узи блокировала их полем и каждое попадание отдавалось фиолетовыми искрами. — Ви, старая подруга, — усмехнулась Син. — Ты всегда была второй. Всегда в тени. Даже сейчас. Она схватила Ви за горло и подняла в воздух. — Если ты убьёшь меня — убьёшь Узи. — Сказала Син. — Ты знаешь. Я знаю. И поэтому ты проиграла. Она швырнула Ви в Лиззи и Рэбэку — те с визгом разбежались. — ВСЕХ ВАС РАЗДАВЛЮ! — заорала Син-Узи, и вокруг неё закружились обломки, превращаясь в гигантскую воронку телекинеза. Эн выполз из-под обломков. Одна рука не двигалась, оптика треснула. Он увидел, как Син-Узи идёт к лежащему без сознания Тэду. Как заносит руку для смертельного удара. — Нет… — прошептал Эн. Он знал правду. Единственный способ остановить Син — убить её, но убить Син — убить Узи. И он не мог. Не мог даже если весь мир рухнет. Но Тэд не знал. Тэд очнулся как раз в тот момент когда Син-Узи нависла над ним. И чисто на рефлексах, на том животном ужасе который делает героев из трусов, он схватил свою бейсбольную биту ту самую с гвоздями и со всей силы запустил её в голову Син-Узи. Бита просвистела в воздухе и попала точно в висок. Удар был не смертельным. Для дрона с солвером — это как щелчок по носу. Но он был точным. И неожиданным. Син-Узи пошатнулась. Её глаза на миг моргнули — жёлтый сменился фиолетовым, потом снова жёлтым. Она сделала шаг назад, схватившись за голову. — Что… — её голос сломался, превратившись в детский всхлип Узи. — Что со мной? Эн? Где я? — УЗИ! — закричал Эн, вскакивая на ноги. — Борись с ней! Ты сильнее! — Она… она слишком громкая… — Узи рухнула на колени, её крылья конвульсивно дёргались. — Она говорит, что… что я тоже хочу этого. Что я хочу видеть, как вы горите. И я… боже, Эн, я не знаю, правда ли это! Ви подлетела сзади и обхватила Узи за плечи, прижимая к себе, словно пытаясь согреть. — Ты не она, — прошептала Ви. — Ты Узи. Та, которая плюёт на правила. Та, которая плюёт на школу. Та, которую я… которую мы не бросим. Син внутри Узи завыла. Но в этот раз — не от злобы. От страха. Потому что впервые за долгое время она поняла: тело сопротивляется. Девочка с фиолетовой шапкой не хотела становиться чудовищем. — Убирайся из моей головы, — прохрипела Узи. — Ты не моя сила. Ты моя ошибка. А ошибки… мы исправляем. И она сама своей волей, заставила солвер свернуться в точку. Крылья опали оставив на спине два тонких шрама. Глаза погасли. И Узи упала в руки Ви, без сознания, но живая. Хан узнал обо всём от Тэда. Он пришёл в лагерь на следующее утро. Узи спала на лежаке, укрытая плащом Эна. Рядом сидел сам Эн держа её за руку. Хан долго смотрел на них. Потом перевёл взгляд на Ви которая молча точила когти в углу. — Она… победила? — спросил Хан. — Она выбрала, кем быть, — ответил Эн, не оборачиваясь. — Не я. Не вы. Она. Хан хотел сказать что-то едкое про «доверие к убийцам», но осекся. Узи в полусне улыбнулась — той самой улыбкой, которую он помнил с тех пор как она собрала первого робота-паука из мусора. Он развернулся и ушёл. Через три дня Узи, уже сидела на крыше, балансируя с едва раскрывшимися крыльями, крикнула вниз Эну и Ви: — Эй! кто хочет посмотреть, как я врежусь в ту вышку? — Только не сегодня, — вздохнул Эн. — Сегодня — отдых. — Скукота, — фыркнула Узи, но спустилась, приземлившись прямо на Эна, повалив его в песок. Над разрушенным миром, над бункером, где их боялись, и над лагерем, где их принимали такими, какие они есть, впервые за долгое время повисла тишина. Не враждебная. Не пустая. Живая.