Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Гэ Чжу – даос, и никто здесь не разбирается в противостоянии красным и белым фуриям лучше него. Чем темнее становилось небо, тем сильнее нервничал персонал. Перед тем как наступил нужный час, Лу Юй попросил обычных сотрудников вернуться отдыхать. Перед уходом Гэ Чжу с серьёзным видом обратился к ним: – Три важных правила! – Первое – не включать свет. Второе – не оборачиваться, если послышится звук. Третье – не открывать дверь, если кто-то постучит. Просто закройте глаза и спите, и что бы ни случилось – не выходите на улицу. Сотрудники крепко запомнили эти наставления и разошлись по своим комнатам. Поместье горячих источников погрузилось в тишину. Кроме их разговора, в зале не было слышно ни звука. Время постепенно приближалось к полуночи. Они перестали болтать и молча ожидали появления красных и белых злых духов. Неизвестно, сколько времени прошло, но внезапно откуда-то издалека донёсся радостный смех. Послышалась музыка – звуки были высокими, слышались гонги и барабаны, создавая живую, праздничную атмосферу, но казалось, что они доносятся сквозь слой тумана, откуда-то издалека. Гэ Чжу воспользовался моментом и решительно произнёс: – Пошли. Все устремились туда, откуда доносилась музыка. Чем ближе они подходили, тем яснее становились звуки. Весёлая мелодия смешивалась с призрачными стонами, которые казались одновременно и радостными, и скорбными. Гэ Чжу шёл по компасу, ведя спутников вперёд. Когда он смог смутно разглядеть место столкновения красных и белых злых духов, они спрятались среди деревьев. Он повернул голову и прошептал: – Тихо. В этот момент после радостной музыки зазвучала печальная. Цзян Ло присел на корточки за кустами, вглядываясь в сцену впереди. Сквозь густой белый туман он увидел две группы, стоящие друг напротив друга. Группа с южной стороны состояла из женских призраков с бледными, словно присыпанными пудрой лицами. Они были одеты в красные одежды, вокруг кружилось красное конфетти. Посреди них стоял ярко-красный паланкин, и красный шёлк окутывал его, словно цветок. Группа с северной стороны несла чёрный гроб, перед которым и за которым шло больше дюжины белых призраков с такими же бледными лицами. Эти призраки были облачены в траурные одежды из белой ткани, их талии обвивали длинные пеньковые верёвки, а вокруг кружились бумажные деньги. Красные и белые бумажки летали вперемешку. Музыка становилась всё более заунывной, но сама сцена была чрезвычайно тихой. Это было настолько странно и мрачно, что у Лу Юя онемела кожа на голове, а по телу побежали мурашки. Цзян Ло вздохнул – Лу Юй действительно испугался. Тот прошептал: – Цзян Ло, это чертовски страшно. Цзян Ло кивнул и понизил голос: – Спроси Гэ Чжу, что нам делать. Лу Юй передал эту просьбу Е Сюню, сидевшему рядом, а тот – Чжо Чжунцю. Немного погодя Лу Юй снова повернул голову и прошептал: – Гэ Чжу сказал, что сейчас слишком опасно – они сталкиваются. Предлагает не вмешиваться. Сначала запомнить это место, а потом нарисовать формацию на дороге, чтобы призраки больше не встретились. Цзян Ло подумал, что это выполнимо: – Тогда возвращаемся? Лу Юй облегчённо вздохнул: – Да, пошли. Несколько человек, жестикулируя друг другу, уже собрались отступать, но Лу Юй случайно наступил на сухую ветку. Та издала громкий хрустящий звук у него под ногами. Лу Юй замер и виновато улыбнулся Цзян Ло, который был ближе всех: – Клянусь, здесь раньше не было сухих веток. Цзян Ло: «…» Он оглянулся и увидел, что все красные и белые призраки дружно повернули головы в их сторону. Их тёмные глаза устремились на Цзян Ло и Лу Юя. Гэ Чжу выругался про себя, поняв, что дело плохо. Не успел он ничего объяснить, как громко крикнул: – Бежим! Цзян Ло схватил Лу Юя и бросился бежать, но не успел сделать и шага – Лу Юй упал на землю и потянул его за собой. Лу Юй закричал: – Мою ногу схватила красная верёвка! Цзян Ло посмотрел вниз. Кусок красной шёлковой ткани обвился вокруг лодыжки Лу Юя, а другой её конец находился среди красных женских призраков. Красный шёлк быстро тащил их к той стороне. Цзян Ло выругался, и в его руке внезапно появился золотой кинжал. Он яростно полоснул по красной ткани. Красный шёлк был успешно перерезан, и они наконец остановились. Но когда Цзян Ло поднял глаза, понял, что их уже затащили между красными и белыми злыми духами. И белые, и красные призраки молча уставились на них. Цзян Ло: «…» Находиться рядом с Лу Юем – сущее наказание. Гэ Чжу и его спутники, ошеломлённые этим неожиданным поворотом, не успели им помочь. Увидев, что друзья оказались в центре скопища злых духов, Гэ Чжу достал из сумки меч из красного дерева: – Они нас заметили. Теперь бежать бесполезно. Вперёд – нужно помочь им! Но когда он уже собирался броситься на выручку, позади раздался лёгкий, словно ветерок, голос: – Гэ Чжу, почему ты всё такой же глупый? Гэ Чжу вздрогнул от неожиданности, а затем его лицо побагровело. Он крепко сжимал в руке меч из красного дерева, и вены на тыльной стороне ладони напряглись. Гэ Чжу всегда был жизнерадостным и беззаботным, никогда не злился по пустякам. Никто прежде не видел у него такого выражения лица – оно было чрезвычайно сложным, словно смешанным с горькой ненавистью. Гэ Чжу стиснул зубы так, что скрежет разнёсся в тишине подобно грому. Чжо Чжунцю с беспокойством окликнула: – Гэ Чжу… Гэ Чжу яростно сжал руку, повернулся и равнодушно посмотрел в темноту деревьев позади: – Гэ Учэнь! Из-за деревьев медленно вышел человек. Он был лысым, виски фигурно выбриты. Его брови напоминали рисунки тушью, белое монашеское одеяние не было запахнуто и струилось за ним, словно у бессмертного. Внешность его была чрезвычайно красива – даже будучи лысым монахом, он словно сиял под луной. Руки Гэ Чжу слегка дрожали. Он посмотрел на стоящего перед ним человека, и голос его был полон противоречивых чувств: – Гэ Учэнь, ты смеешь появляться передо мной? Гэ Учэнь мягко улыбнулся, похожий на небожителя при ясной луне, но в его словах звучала сильная ирония: – Как же так, младший брат Чжу, ты дошёл до того, что тебе приходится использовать даосские методы, чтобы усмирять злых духов? Он, казалось, находил это весьма забавным, перебирая чётки и посмеиваясь: – За эти годы ты, кажется, не сильно вырос – всё такой же слабый и нерешительный. Гэ Чжу, неужели ты хочешь снова наблюдать, как твой друг истекает кровью у тебя на глазах? Гэ Чжу глубоко вздохнул. Гэ Учэнь взглянул на него, затем повернулся и ушёл в темноту. Гэ Чжу инстинктивно бросился за ним: – Гэ Учэнь, стой! Не смей уходить! Вэнь Жэньлянь крикнул: – Гэ Чжу, нет! Не уходи! Но Гэ Чжу уже преследовал Гэ Учэня и скрылся за деревьями. Его друзья попали в беду, и Вэнь Жэньлянь смутно почувствовал, что они угодили в какую-то ловушку. Он серьёзно произнёс: – Чжунцю, Е Сюнь, вы вместе с Ци Е отправляйтесь спасать Цзян Ло и Лу Юя. А Куан Чжэн и Сайрел – со мной, найдём Гэ Чжу. Группа разделилась на две части. Ци Е уже давно волновался, и, услышав эти слова, первым ринулся к красным и белым злым духам. Но не успел он подскочить к ним, как все белые и красные призраки вместе с двумя людьми в середине исчезли в воздухе. Эти призраки пристально смотрели на Цзян Ло и Лу Юя. Как только Ци Е захотел задействовать браслет инь-ян, призраки вместе с паланкином и гробом врезались в них. Цзян Ло поднял руку, прикрываясь, но в следующее мгновение оказался в замкнутом пространстве – плотно закрытом сверху и снизу, без света и с нулевой видимостью. Он действительно оказался в гробу, который несли белые призраки. Гроб затрясся. Снаружи завывал ветер, и снова заиграла музыка. Раз он в гробу, значит Лу Юй должен быть в паланкине. Цзян Ло пошевелился и дотронулся до холодного трупа, лежащего под ним. Пространство было небольшим – он почти полностью прижимался к мертвецу. Цзян Ло прошептал: – Дружище, прости. Мне очень жаль. Я сейчас же уберусь. Но в этой позе было неудобно двигаться. Цзян Ло перевернулся, выругался, лёг на тело и попытался выбить крышку гроба. Стук был глухим и тяжёлым, и Цзян Ло сразу понял, насколько прочной была доска. Толщина – примерно в два кирпича. Цзян Ло коснулся кольца инь-ян. Его не беспокоило, поможет ли браслет открыть крышку. Важнее было то, как он спасёт Лу Юя, когда выберется наружу. Цзян Ло с трудом перевернулся снова и дотронулся до тела, пытаясь выяснить, нет ли у мертвеца чего-нибудь полезного. – Непросто так лежать на трупе и не думать о нём, – пробормотал он себе под нос. – Дружище, прости, не двигайся. Просто здесь так мало места – ничего не поделаешь, придётся тебя потревожить. Тело было тихим и безмолвным – ни малейшего признака реакции. Цзян Ло медленно ощупал тело. Его рука оказалась как раз на уровне талии трупа, и он коснулся ткани одежды превосходной текстуры – шёлковистой, как вода, без единой складки. Цзян Ло провёл руками в стороны и нащупал кисти трупа. Ладони были широкими, пальцы – длинными. Цзян Ло перебрал их один за другим, но ничего не нашёл. Зато его правое веко непроизвольно дёрнулось. Его ноги были прижаты к ногам трупа, но пальцев ног он не касался. Труп, должно быть, принадлежал высокому мужчине. Цзян Ло опёрся на локти, убрал руки с талии и потянулся к шее. Осторожно коснулся лица. Тонкие губы, высокий нос. Он прикоснулся к губам, и те медленно приподнялись в улыбке. Цзян Ло замер от неожиданности, и в следующее мгновение всё закружилось – его с силой придавил труп, навалившийся сверху. Цзян Ло приглушённо фыркнул. Золотой свет на кольце инь-ян вспыхнул, но в следующий миг погас. Труп ловко перехватил его руку, издав слабый низкий смешок. Вспыхнувший золотистый свет на мгновение осветил лицо трупа. Элегантное и красивое – это был Чи Ю. Брови Цзян Ло яростно дёрнулись. Вот за что?! В тесном гробу двое лежали друг на друге, вынужденные тесно прижиматься. Воздух постепенно становился всё более разреженным. Гроб всё ещё трясся, и при каждом толчке Цзян Ло чувствовал себя словно в лодке на волнах. Музыка была полна радости и печали – видимо, призраки счастья и скорби шли вместе. Чи Ю ущипнул его за подбородок. Злой дух опустил голову – теперь настала его очередь гладить Цзян Ло. – Позволишь поискать моё сердце? Руки и ноги Цзян Ло были прижаты к рукам и ногам Чи Ю. Злой дух нависал над ним. – Ну, явно не на шее, – улыбнулся он. Холодные кончики пальцев скользнули вниз и коснулись груди Цзян Ло. Ладонь Чи Ю прижалась к сердцу, и он почувствовал биение под своей рукой. – Здесь? – внезапно спросил он. Сердце Цзян Ло забилось немного чаще. Он непонимающе посмотрел на него. Пальцы, сжимавшие его подбородок, снова нежно погладили. – Похоже, что нет, – сказал Чи Ю. Рука злого духа медленно переместилась на талию Цзян Ло. Линия талии резко сужалась – узкая и гибкая, она всегда была признаком мужского обаяния. Злой дух двигался намеренно медленно, задержав ладонь на талии. Чи Ю вздохнул, словно разочарованный: – Ах, здесь тоже нет. Ладонь начала скользить ниже… Цзян Ло поднял колено, пытаясь пнуть его в живот. Злой дух легко подавил атаку, крепко прижал его к себе и кончиками пальцев дотянулся до бедра, словно играя на инструменте. – Встречаясь с тобой, я всегда должен быть осторожен, – вздохнул Чи Ю. – В конце концов, у студента Цзян всегда полно дурных идей. Цзян Ло смотрел прямо на Чи Ю в темноте и усмехнулся: – Почему бы тебе не сдохнуть? – Я уже мёртв, – ответил Чи Ю. Злой дух силой подавил все попытки сопротивления черноволосого юноши. Его ладони прошлись по всему телу – от волос до пальцев ног. Цзян Ло покрылся испариной, а лицо покраснело от гнева. – И здесь нет, – произнёс злой дух словно бы про себя. Он медленно наклонился и обдал ухо Цзян Ло холодным дыханием: – Студент Цзян, скажи учителю, где ты спрятал моё сердце? Влажные волосы Цзян Ло прилипли к ушам, дыхание стало тяжелее, и воздух в гробу постепенно заканчивался, заставляя грудь сжиматься и гореть. Он вздохнул и спокойно ответил: – Откуда мне знать, где твоё сердце? Учитель, одумайся – ты уже мертвец, зачем тебе сердце? – Какие острые зубки, – усмехнулся Чи Ю. Он посмотрел вниз на черноволосого юношу. В отличие от ленивого и небрежного вида в ванной, сейчас Цзян Ло был полностью одет – открыты оставались только часть шеи, запястья и лодыжки. Его лицо раскраснелось от недостатка кислорода и гнева, а губы были прекрасны. Хотя выражение лица оставалось бесстрастным, из-за духоты и жара он вспотел, и волосы его стали влажными – словно он только что вышел из горячего источника. Или только что проснулся. Но такая красота была ядовитой – стоит ему хоть на мгновение расслабиться, и его загрызут насмерть. Злой дух протянул руку и начал поглаживать нижнюю губу Цзян Ло. Ему не нравился этот невозмутимый вид. Он до сих пор помнил выражение лица Цзян Ло в ресторане, когда тот под действием талисмана Гармонии опрокинул его на стеклянный стол. Тот взгляд доставил ему удовольствие. Он хотел увидеть его снова. – В общении со студентом Цзян нужно всегда следить, чтобы не укусил в ответ, – сказал злой дух. – С такими острыми зубами мне любопытно, как это выглядит… Ах да, я обыскал всё твоё тело, но не рот. Неужели моё сердце спрятано там? Он говорил медленно и рассудительно, его пальцы с силой разжали губы Цзян Ло. Цзян Ло яростно сжал зубы, но это было всё равно что укусить камень – под мягкой поверхностью скрывалась твёрдая текстура, а рука Чи Ю оставалась неподвижной. Чи Ю снова коснулся зубов Цзян Ло. – Снова ничего нет, – вздохнул злой дух со слабой улыбкой, скрывавшейся за притворным сожалением. – Где же ты его спрятал? Он убрал руку. Цзян Ло уже более-менее пришёл в себя. С ледяным выражением лица он холодно посмотрел на Чи Ю: – Ты ещё не обыскал одно место. Чи Ю поднял брови: – И какое же? – Ты слишком близко – мне неудобно, – сказал Цзян Ло. Чи Ю медленно приподнялся. – Отодвинься дальше, – с отвращением нахмурился Цзян Ло. Создавалось впечатление, что он просто ищет предлог, чтобы отогнать злого духа. Чи Ю снова улыбнулся, но немного отступил. Выражение лица черноволосого юноши чуть расслабилось. Но когда злой дух собрался снова приблизиться, он внезапно замер и обернулся: – Что? На крышке гроба оказались два жёлтых талисмана, намертво приклеенные к его спине. Изначально, чтобы предотвратить возможные проделки трупа в гробу, Цзян Ло на всякий случай прилепил их к крышке. Против Чи Ю они долго не продержались бы, но хотя бы несколько свободных секунд подарить могли. Этого достаточно. Цзян Ло энергично вырвал свои руки из хватки Чи Ю. Первое, что он сделал – это не выбрался из гроба, а со всей силы врезал по красивому лицу злого духа.