Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Человек, который обнял Цзян Ло, долго не отпускал его. Цзян Ло не ожидал, что это будет Ци Е – тот, кто вечно хотел с ним бороться за первое место. Отпустив его, Ци Е уставился на Цзян Ло во все глаза. Он был очень встревожен, глаза покраснели, а губы искусаны: – Вы что, идиоты? Не знаете, как быть осторожными при встрече с красными и белыми фуриями? Почему ты позволил себя утащить? Цзян Ло не ожидал, что тот снова окажется таким свирепым. Он поднял брови: – Ты так беспокоился обо мне? На лице Ци Е промелькнула неловкость: – Кто беспокоился о тебе… Чжо Чжунцю похлопала Ци Е по плечу: – Ты достаточно наобнимался? Может, дашь и другим обнять Цзян Ло? Лицо Ци Е покраснело, и он сделал два шага назад, чтобы убраться с дороги. Друзья по очереди подходили и обнимали Цзян Ло и Лу Юя. Цзян Ло раньше не понимал, почему друзья постоянно обнимаются, но, испытав это на себе, постепенно понял: объятия передают их беспокойство и радость. Цзян Ло принял их объятия. Это довольно… тёплое чувство. Убедившись, что они двое не пострадали, группа вернулась в поместье горячих источников. Цзян Ло окинул взглядом друзей и спросил: – А где Гэ Чжу и Сайрел? Вэнь Жэньлянь вздохнул: – Гэ Чжу тяжело ранен, и Сайрел просит богов исцелить его. Когда Цзян Ло и Лу Юя утащили фурии, Вэнь Жэньлянь, Куан Чжэн и Сайрел отправились за Гэ Чжу. Они явно не медлили, но когда нашли его, он уже был серьёзно ранен и валялся на земле. Тело Гэ Чжу было покрыто ранами. Он обессиленно лежал на земле, лицо залито кровью. Если бы Вэнь Жэньлянь не заметил его слабого дыхания, они бы подумали, что Гэ Чжу уже мёртв. Когда Куан Чжэн нёс Гэ Чжу обратно в комнату, руки Гэ Чжу безжизненно повисли, лицо уткнулось ему в шею, и кровь окрасила одежду Куан Чжэна в красный цвет. Они никогда не видели Гэ Чжу в таком состоянии. – Когда он хотел вас спасти, появился его брат, – вздохнул Вэнь Жэньлянь. – У них очень сложные отношения. Гэ Чжу погнался за ним и убежал. К счастью, его брат не стал нападать на нас… Вэнь Жэньлянь никогда бы даже не подумал, что там появится Гэ Учэнь. Это слишком случайное совпадение, и оно больше похоже на ловушку, чтобы увести их прочь. Цзян Ло было всё равно, кто спасёт его, а кто нет: – У Сайрела получается просить бога вылечить Гэ Чжу? – Мы тоже были удивлены, – улыбнулся Вэнь Жэньлянь. – Когда он ужасно начал петь, призыв бога прошёл успешно. Это просто ужасно странно! Любопытство Цзян Ло было возбуждено: – Пойдём посмотрим. Гэ Чжу и Сайрел были в комнате Гэ Чжу. Когда Цзян Ло вошёл, церемония призыва бога уже закончилась. Сайрел так устал, что заснул на одеяле в углу, но Гэ Чжу исчез. Им пришлось разбудить Сайрела: – Сайрел, где Гэ Чжу? Сайрел открыл заспанные голубые глаза: – А? Он протёр глаза и сел, посмотрел на кровать и удивился: – Он был в кровати, когда я заснул. Вэнь Жэньлянь нахмурился: – Ты вылечил его? Говоря об этом, Сайрел заулыбался: – Да! Всё прошло успешно! Вэнь Жэньлянь облегчённо вздохнул: – Раз он здоров настолько, что может бегать, пусть спокойно побудет один. Цзян Ло сел рядом и спросил: – Сайрел, как у тебя получилось призвать бога? Сайрел непонимающе покачал головой: – Внезапно получилось. Казалось, он сам не знал, почему ему это удалось. Цзян Ло наклонился ближе, хотел расспросить ещё, но внезапно почувствовал запах собственного тела. Его лицо изменилось, он встал и сказал: – Я сначала вернусь в свою комнату принять душ, а потом поговорим. Кровь призрачных зверей засохла на лице Цзян Ло, превратившись в слой сухой корки. Цзян Ло вернулся в комнату и, едва закрыв дверь, направился в ванную – ему не терпелось вымыться. Подойдя к двери ванной, он раздевался на ходу. Одежда полетела в корзину для грязного белья. Цзян Ло открыл кран и уже хотел встать под душ, как вдруг снова посмотрел на корзину. Он посмотрел на неё мгновение, затем подошёл и забрал грязную одежду, которую только что туда положил. У Цзян Ло есть привычка раздеваться: сначала рубашка, затем брюки и, наконец, нижнее бельё. В таком же порядке он бросает вещи, но сейчас порядок одежды, которую он бросил днём, изменился. Кто-то копался в его грязной одежде. На лбу Цзян Ло выступили голубые вены, он отложил одежду, которую держал в руке. Кто стал бы искать что-то в его корзине для грязного белья? Кроме извращенца Чи Ю, он не мог думать ни о ком другом. Цзян Ло обычно принимал душ около десяти минут. Но из-за крови призрачных зверей ему потребовалось целых полчаса, чтобы вымыться. Внутренняя сторона губ, к которой прикасался Чи Ю, была почищена несколько раз. Чистя зубы, Цзян Ло вспоминал сегодняшнюю стычку с Чи Ю, и чем больше думал об этом, тем больше злился. В конце концов зубная щётка была отброшена в сторону. Странное чувство в сердце Цзян Ло тоже возросло. Чи Ю насильно лапал его и даже дотронулся до его губ. Чи Ю ведь не специально пытался вызвать у него отвращение? Цзян Ло ощутил тонкое и необъяснимое чувство кризиса. Интуиция подсказывала ему, что он должен стараться избегать такой формы конфронтации с Чи Ю. Цзян Ло очень верил в свою интуицию. Даже если она была неточной, он не хотел больше испытывать то странное ощущение, когда Чи Ю касался его. Приняв душ, он вышел из ванной освежённый. Цзян Ло не стал класть свою одежду в корзину для грязного белья. Он просто кинул её в кучу и сжёг. После этого раннее утреннее солнце уже поднялось из-за горизонта. Хотя он не спал всю ночь, Цзян Ло совсем не хотелось спать. Из-за битвы призраков на Боевой Арене даже сейчас его психическое состояние находилось в возбуждении. Хотя он был полон энергии, тело немного устало. Цзян Ло планировал найти немного вина, чтобы выпить и быстрее заснуть. В этот момент в дверь постучали. Цзян Ло подошёл и увидел, что это был Гэ Чжу в даосском одеянии. Он открыл дверь: – Где ты был? Мы с Вэнь Жэньлянем уже хотели отправиться на твои поиски. Гэ Чжу выглядел так, словно с ним не случилось ничего плохого, и слегка улыбнулся: – Да, мне Сайрел сказал, так что я пришёл к тебе. Он улыбнулся и потряс кувшином в руке: – Цзян Ло, давай выпьем? Цзян Ло улыбнулся: – Я как раз собирался найти немного вина. Он позволил Гэ Чжу войти, вынес на балкон две подушки, и они сели там. Напиток, который принёс Гэ Чжу, был слегка мутноватым. Цзян Ло сделал глоток: – …Это оказалось клейкое рисовое вино? Сначала он подумал, что это какой-то крепкий напиток. Клейкое рисовое вино показалось ему сладкой водой. Хотя на вкус оно было приятным, не стоило ждать, что лёгкое опьянение поможет уснуть. Гэ Чжу почесал в затылке и смущённо сказал: – Клейкое рисовое вино было самым дешёвым в ресторане. – … – Цзян Ло. – Ты забыл, что эти три дня мы можем бесплатно есть, пить и веселиться? Гэ Чжу внезапно пожалел: – Я действительно забыл. Персонала там не было, поэтому я положил деньги в кассу по цене, указанной на этикетке. Он выглядел горько сожалеющим и, казалось, хотел вернуться и забрать деньги. Цзян Ло развеселился: – Гэ Чжу, насколько ты беден? Гэ Чжу – даосский священник, вечно нуждающийся в деньгах. Цзян Ло уже давно интересовался этим вопросом. Гэ Чжу криво улыбнулся и вытянул три пальца: – У меня в семье есть трое младших братьев и сестёр, которых нужно содержать. Цзян Ло опешил: – Трое младших братьев и сестёр? Гэ Чжу опустил голову и посмотрел на бокал с вином в своей руке. Вино колыхалось. Его тон всё ещё был таким отстранённым и оптимистичным: – Младшие братья и сёстры ещё молоды, так что я должен хорошо их воспитать. Условия в семье Куан Чжэна тоже не очень хорошие. У него тоже есть младшая сестра. Мне нужно ходить в школу, и у меня нет времени заботиться о них. Поэтому я передал их родителям Куан Чжэна и попросил своих младших братьев и сестёр жить с их семьёй. Эти дядя и тётя – хорошие люди. Они согласились, даже не задумываясь, позаботиться о моих младших братьях и сёстрах… – В этом мире всё ещё много хороших людей, – Гэ Чжу поднял глаза к тусклому предрассветному небу. – Поэтому я все деньги передаю им. Все одноклассники обычно редко говорили о своём происхождении и семье. Цзян Ло сделал глоток вина, посмотрел вдаль и подумал про себя: оказывается, у Гэ Чжу и Куан Чжэна тоже были трудности. Они спокойно пили, и Гэ Чжу внезапно сел, скрестив ноги, и торжественно извинился перед Цзян Ло: – Цзян Ло, мне жаль тебя и Лу Юя. Вы двое оказались в самой гуще призраков. Если бы я не ушёл и действовал быстрее, возможно, вам не пришлось бы через это проходить. Цзян Ло подумал: «Вряд ли…» Чи Ю ждал его в гробу. Мог ли Гэ Чжу справиться с Чи Ю? Он покачал головой, показывая, что ему всё равно: – Я слышал, тебя отвлёк твой брат. Гэ Чжу крепко сжал бокал с вином, глубоко вздохнул и сказал: – Да… его зовут Гэ Учэнь. Он медленно сжал другую руку в кулак: – Он тоже монах… Цзян Ло внезапно вспомнил лысого монаха, стоявшего рядом с Чи Ю на призрачной арене. – Как он выглядит? Красивый монах в белой одежде? Гэ Чжу молча кивнул. Цзян Ло был уверен, что монах рядом с Чи Ю – брат Гэ Чжу. Но почему брат Гэ Чжу связался с Чи Ю? Гэ Чжу сказал: – Хотя он хорош собой, у него змеиное сердце. Цзян Ло, если встретишь Гэ Учэня в будущем, держись от него как можно дальше. Не провоцируй его. Он с сожалением закрыл лицо руками: – Мне так жаль. Как только он появился передо мной, моё здравомыслие было подавлено ненавистью, и я забыл, что самое главное – спасти вас… Цзян Ло поднял бокал и чокнулся с бокалом Гэ Чжу: – Со мной и Лу Юем ничего не случилось, в отличие от тебя. Если бы не успешное обращение Сайрела к богу, ты бы умер. Кстати, мне очень любопытно: это Гэ Учэнь нанёс тебе те раны? – Да, – выражение лица Гэ Чжу стало мрачным. – Он чуть не убил меня. Когда Гэ Чжу догнал Гэ Учэня, тот серьёзно ранил его. Он лежал на земле, меч из красного дерева превратился в щепки, изо рта текла кровь, сломанные конечности причиняли боль. Гэ Учэнь подошёл к Гэ Чжу, опустил голову, и луна освещала его. Выражение лица Гэ Учэня было в тени, но он сказал насмешливо и презрительно: – Гэ Чжу, ты такой слабый! И ты ещё хочешь поймать меня? – Сначала я хотел убить твоих друзей, как и раньше, – небрежно сказал Гэ Учэнь. – Но после драки с тобой я сейчас в хорошем настроении, так что пусть они пока поживут. Он пнул Гэ Чжу, развернулся и уже собирался уходить, как вдруг обернулся и посмотрел на него. Лунный свет наконец осветил его лицо. На прекрасном лице была злобная улыбка, и Гэ Учэнь тихо сказал: – Гэ Чжу, я действительно надеюсь, что ты умрёшь. И ушёл. Но Гэ Чжу внезапно почувствовал чудовищный гнев и ненависть, его жизненные силы увеличились, и тут к нему подбежали Вэнь Жэньлянь и остальные. – Я не знаю, почему он стал таким, – Гэ Чжу опустил голову, его волосы были растрёпаны. – Раньше он был другим… – Я хочу убить его, но больше мне хочется поймать и допросить его, – Гэ Чжу протянул ладонь и посмотрел на линии на своей руке. – Я хочу спросить его, почему он сделал то, что сделал тогда. Я действительно хочу знать правду. Хм… Хотя, может быть, это просто моё субъективное желание. И на самом деле, так называемой истины вообще не существует – он просто родился таким плохим. Он гений семьи Гэ, но он не более чем собака с волчьим сердцем. Цзян Ло стало ещё более любопытно: – Что сделал твой брат? Гэ Чжу поднял голову и посмотрел на него с кривой улыбкой, но эта улыбка была похожа на смех сквозь слёзы. – Он убил нашего учителя, дядю и нашего приёмного отца. Он также убил моих хороших братьев и сестёр по секте… – Гэ Учэнь… Он восстал против буддийской секты и сжёг наш павильон Священных Писаний. Именно из-за Гэ Учэня Гэ Чжу со своими тремя младшими братьями и сёстрами решительно покинул буддийскую секту и отвернулся от Будды. У него больше не было смысла оставаться в буддийской секте. Та грозовая ночь была страшным кошмаром для Гэ Чжу; когда она снилась ему, он просыпался в холодном поту. Каждый раз, просыпаясь, он не мог ни есть, ни пить, постоянно спрашивая себя: «Гэ Учэнь, зачем ты это сделал?» Это мучило его несколько лет, и поэтому, как только он увидел Гэ Учэня сейчас, его рассудок исчез. Выпив кувшин клейкого рисового вина, Цзян Ло не чувствовал себя пьяным, но Гэ Чжу уже заснул, прислонив кувшин к стене. Цзян Ло потащил его к кровати. К счастью, кровать была достаточно большой, и они легли и заснули. Цзян Ло думал, что не сможет заснуть, но бессознательно заснул, почувствовав винный запах на кровати. Когда он снова проснулся, то был в некотором оцепенении. Он посмотрел в сторону – Гэ Чжу раскинулся по всей кровати. Цзян Ло зевнул, поднял телефон и взглянул на время: – Шикарно, уже четыре часа дня. Он разбудил Гэ Чжу, и они оба были сонными. Когда они вышли посмотреть, остальные ещё не проснулись. Все переживали всю ночь и до сих пор отсыпались. Они прошлись по комнатам, будя остальных, и спустились вниз, чтобы вместе поесть. Девять человек с энтузиазмом покончили с едой, и персонал подошёл расспросить о вчерашнем вечере. Лу Юй махнул рукой и с большой гордостью сказал: – Всё отлично, в будущем всё будет хорошо. Персонал засмеялся от радости и быстро организовал для них ещё одно послеобеденное занятие – рыбалку. Рядом с усадьбой горячих источников было озеро. Персонал приготовил для них рыболовные принадлежности, подготовил место и закуски, и они неторопливо отправились ловить рыбу. В озере было много крупной рыбы, и не требовалось особых усилий, чтобы поймать её. Цзян Ло безжалостно усмехнулся: – Глупая рыба. Он положил рыбу в ведро и наживил крючок, но тут мельком увидел, что человек рядом с ним падает. Цзян Ло быстро отбросил удочку и подхватил Сайрела, который чуть не упал в озеро. Сайрел, казалось, спал. Через некоторое время его глаза резко открылись. Он испуганно похлопал себя по груди и с чувством поблагодарил: – Спасибо тебе, Цзян Ло. Цзян Ло отпустил его и задумчиво посмотрел. Было видно, что Сайрел чувствует себя неловко. Цзян Ло мягко улыбнулся и тихо спросил: – Сайрел, ты хочешь спать? Столкнувшись с таким тихим шёпотом, блондин покраснел. Он кивнул и тут же зевнул: – Я ужасно хочу спать. – Во сколько ты лёг спать прошлой ночью? – тоже спросила Чжо Чжунцю. Сайрел на некоторое время задумался: – Я не помню. – В четыре утра, – нахмурился Вэнь Жэньлянь. – Я проводил Сайрела обратно в его комнату, и он выключил свет и лёг спать. Самое большее – половина пятого. Лечь спать в 4:30 утра и встать в 16 часов – целых одиннадцать с половиной часов сна. Как бы ни хотелось спать, не должны же быть такими сонными. Сайрел устало откинулся на спинку стула, его глаза почти закрывались. Он действительно хотел спать.