Глава 62.
27 мая 2026 г., 06:20
Чжан Чэн говорил бессвязно, но Цзян Ло понял, что он имел в виду.
Когда Чжан Чэн посмотрел на Чжан Фэна вверх ногами, младенец-призрак тоже склонил голову в той же позе и посмотрел на Чжан Чэна снизу вверх.
Цзян Ло оглушил Чжан Чэна, с тревогой поднял глаза и сказал: «Чжан Чэн потерял сознание! Кто-нибудь, помогите мне отнести его в медпункт».
Лу Юй ловко подбежал и, помогая Чжан Чэну, сказал: «Я помогу».
Мертвый призрак, который до этого стоял неподвижно, нахмурился, подошел и взвалил Чжан Чэна себе на спину.
Остальных остановил персонал, и все четверо быстро направились в медпункт. Уложив Чжан Чэна на кровать, Цзян Ло воспользовался возможностью, чтобы встретиться с главным режиссером.
Главный режиссер вежливо пожал им руки, а увидев Мертвого призрака, заколебался: «Этот господин тоже...?»
Цзян Ло кивнул, не собираясь вдаваться в подробности. Главный режиссер, будучи умным человеком, не стал расспрашивать и включил видеозапись этой игры.
В видео было три ракурса, и они внимательно его просмотрели. Наиболее отчетливо было видно на видео с заднего ракурса: темная тень мелькнула у ног Чжан Фэна.
Эта тень действительно не бросалась в глаза, ее можно было принять за тень от движущейся камеры. Режиссер прокрутил видео на медленной скорости, несколько раз просмотрел его взад и вперед, но так и не увидел младенца.
Главный режиссер почувствовал, как мороз пробежал по коже, и не смог удержаться от вопроса: «Может, Чжан Чэн ошибся?»
– Режиссер, вам лучше надеяться, что он не ошибся, – серьезно сказал Лу Юй. – Если его можно обнаружить, это намного безопаснее, чем если бы это было что-то неизвестное.
Главный режиссер, полный мужчина, выслушав эти слова, невольно вытер выступивший на лбу пот: «Мастер прав».
Цзян Ло, просматривая видео, нахмурился. Непонятно почему, но он почувствовал, что в видео есть какая-то несостыковка, но никак не мог понять, в чем именно.
Е Сюнь, тем временем, просмотрел информацию о Чжан Фэне и удивленно сказал: «Среди погибших стажеров есть кто-то, кто был знаком с Чжан Фэном?»
– Да, это стажер, на чьей кровати вы спите, мастер. Его звали Ли Чжэнь, – поспешно сказал главный режиссер. – Когда пришли Ли Чжэнь и Чжан Фэн, они были дуэтом. После первого выступления Ли Чжэнь получил оценку B, а Чжан Фэн – C. На тренировках Ли Чжэнь сблизился с другими стажерами, а именно с Чэнь Ляочжи и Линь Сяо, которые тоже погибли. Из-за Ли Чжэня они вчетвером очень сдружились и часто вместе ели.
Е Сюнь задумчиво сказал: «Неудивительно, что Чжан Фэн так враждебно ко мне относился, говоря, что я занял чужое место... Но я слышал, что у Чжан Фэна и Ли Чжэня были трения».
Стажеры находились в закрытом пространстве, и большая часть происходящего не могла ускользнуть от глаз и ушей съемочной группы. Главный режиссер кивнул: «Да, обычные мелкие ссоры».
Цзян Ло слушал краем уха, просматривая видео, он был немного рассеян: «Разве вы не подозревали Чжан Фэна в причастности к смерти троих стажеров?»
– Конечно, подозревали, – с кривой улыбкой сказал главный режиссер. – Но во время происшествий Чжан Фэн был либо в тренировочном зале, либо спал в общежитии. У него есть алиби.
Сказав это, он на мгновение заколебался: «Говоря о Чжан Фэне, я вспомнил одну вещь. Мы скрыли гибель стажеров и сказали всем, что они просто выбыли из проекта. Другие не сомневались, но лицо Чжан Фэна было очень мрачным. В тот же день он взял отгул и лежал, закутавшись в одеяло, а ночью у него поднялся сильный жар... Мы подумали, что он расстроен из-за того, что Ли Чжэнь тоже ушел».
Неужели ему было плохо только потому, что его сосед по комнате ушел из шоу?
Цзян Ло не думал, что все так просто.
Возможно, когда всем сказали, что трое стажеров выбыли, Чжан Фэн уже знал, что они не выбыли, а погибли.
Он был очень напуган. Боялся ли он смерти Ли Чжэня и остальных, боялся правды об этих смертях или же он боялся, что «смерть» придет и за ним?
Цзян Ло очнулся от размышлений и вспомнил, что, помимо троих стажеров, погиб еще один сотрудник.
Погибшая сотрудница была женщиной с обычным лицом, она не планировала дебютировать, была малозаметна в работе, и если бы не этот несчастный случай, режиссер не смог бы даже назвать ее имя. У нее не было ничего общего с тремя стажерами.
Снаружи снова раздался приглушенный раскат грома, видео зависло, и картинка застыла в тот момент, когда Чжан Фэн опустил голову.
– Ну и погодка, – вздохнул режиссер и тихо сказал: «Переменчивая».
Цзян Ло мельком взглянул на экран компьютера: «Да, дождь пошел ни с того ни с сего...» – он медленно замолчал.
Е Сюнь спросил: «В чем дело?»
Цзян Ло посмотрел на экран: «У Чжан Фэна... нет тени?»
Е Сюнь был застигнут врасплох и посмотрел на экран.
Тень в помещении не так заметна, как на улице, но она не может отсутствовать вовсе.
Е Сюнь дюйм за дюймом осмотрел Чжан Фэна и кивнул: «У него нет тени».
Цзян Ло быстро принял решение: «Режиссер, покажите нам видео троих стажеров перед их смертью».
Режиссер поспешно пошел настраивать для них видео.
Это было последнее видео погибших стажеров, сделанное незадолго до их смерти. На видео, при внимательном рассмотрении, можно было увидеть, что у всех троих тоже нет тени.
Режиссер не мог в это поверить, ведь он был обычным человеком из обычного общества. Он несколько раз моргнул, прежде чем рухнуть в кресло и сказать: «Действительно призраки...»
– Это дело связано с Чжан Фэном, – благодаря подсказке настроение Цзян Ло улучшилось. – Это может стать прорывом в расследовании.
После просмотра видео режиссер, сославшись на занятость, ушел отдыхать.
На улице все еще шел сильный дождь. Было пасмурно, темно, как в шесть-семь вечера, хотя было еще светло. Цзян Ло зашагал быстрее, направляясь к общежитию, и думал о том монстре, который появляется в темноте.
Зонт вырывало из рук сильным ветром, ботинки Цзян Ло промокли насквозь. Он убрал зонт, отряхиваясь, и заметил на стене первого этажа мокрый силуэт человека.
Будто кто-то промок до нитки и ударился об стену.
Лу Юй спросил: «Цзян Ло, что нам теперь делать?»
Цзян Ло отвел взгляд: «Чжан Чэн сказал только, что у него за спиной призрак, а Чжан Фэн так бурно отреагировал. Значит, он что-то знает, но не хочет говорить. Давайте попробуем его разговорить».
Не теряя времени, все четверо направились в комнату Чжан Фэна.
Но его в комнате не оказалось.
Цзян Ло, спрятавшись на балконе, позвонил режиссеру. Тот не поверил: «Не может быть. Наши операторы видели, как он заходил в общежитие. Подождите, я проверю записи с камер».
Через пять минут режиссер перезвонил: «Он зашел в общежитие, что-то взял и быстро выбежал. Куда – неизвестно».
Цзян Ло задумался.
Внезапно на другом конце провода раздался голос: «Режиссер, с кем это вы разговариваете?»
Голос был низким, с оттенком насмешки – это был Цинь Фань.
Сердце режиссера екнуло от страха. Он обернулся и с улыбкой сказал: «Учитель Цинь, вчера я был слишком занят, извините, если напугал вас».
Цинь Фань просто спросил из любопытства, не собираясь влезать в чужие дела. Он с улыбкой сел рядом с режиссером: «Я вообще-то трусоват, и после вчерашнего мне как-то не по себе. До сих пор в шоке».
Сказав это, он немного подумал и неторопливо добавил: «До сих пор вздрагиваю».
Режиссер тоже был напуган – теперь, когда он знал, что здесь действительно есть призрак, у него по спине бегали мурашки, и ему казалось, что кто-то тайно за ним наблюдает. Он забеспокоился и сказал: «Учитель Цинь, вам нехорошо? Я сейчас...»
Цзян Ло, слышавший этот разговор, сидел на кровати, закрыв глаза, и тихо слушал.
После того как режиссер перекинулся несколькими словами с Цинь Фанем, он отошел в сторону и тихо сказал Цзян Ло: «Мастер, Учителю Цинь сейчас не по себе. Я боюсь... что к нему мог прицепиться призрак. Вы не могли бы подойти и посмотреть?»
Он снова сказал: «Сегодня дождь слишком сильный. Мы подготовили для Учителя Циня комнату. Если мастер придет, ему не нужно будет возвращаться в общежитие стажеров. У Учителя Циня есть комната по соседству, и обстановка там лучше, чем в общежитии».
Цзян Ло молчал, терпеливо ожидая.
Режиснер осторожно, неуверенно сказал: «Мастер, я доплачу?»
Цзян Ло приоткрыл глаза и усмехнулся: «Хорошо, я приду».
Под ветром и дождем, к тому времени как Цзян Ло добрался до двери Цинь Фаня, его одежда уже наполовину промокла. Цинь Фань открыл ему дверь, выглядя вялым и слабым: «Входи».
Цзян Ло бесцеремонно вошел, его мокрые подошвы оставляли следы на чистом полу.
Цинь Фань не обратил на это внимания и с хорошим настроением подал ему тапочки: «Ты весь промок, хочешь принять душ?»
Такая большая звезда, и только Цзян Ло мог спокойно наблюдать, как она суетится. Он переобулся в тапочки – мокрая одежда действительно доставляла неудобства – и, не став отказываться, сказал: «Извините за беспокойство».
Цинь Фань нашел для него одежду, и Цзян Ло направился в ванную.
Это была не его комната, поэтому Цзян Ло ограничился быстрым горячим душем и переоделся за пять минут. Одежда была того же размера, что и у Цинь Фаня, на ней еще висели бирки.
Он закатал рукава и, окутанный паром и влагой, вышел.
Цинь Фань налил ему чашку кофе, сел на диван и стал ждать. Он выглядел очень дружелюбным: «Я слышал, как режиссер назвал тебя «мастером», – он улыбнулся, находя это забавным. – «Ты собираешься меня лечить?»
– Все просто, – Цзян Ло не тронул кофе, он приподнял бровь и спросил: «У тебя есть пиво?»
Цинь Фань принес ему холодное пиво. Цзян Ло сделал глоток и удобно откинулся на диване: «Учитель Цинь, ты должен дать мне белую фарфоровую чашу и сигарету».
Все это было легко найти, и вскоре предметы оказались на столе.
Цзян Ло зажег талисман и бросил его в чашу. Когда талисман полностью сгорел, он налил воды.
Прозрачная вода стала мутной. Цзян Ло закурил сигарету, его губы обхватили мундштук, он глубоко затянулся, и с его еще влажных волос закапала вода. Он мельком взглянул на Цинь Фаня и извинился: «Учитель Цинь, извините, сейчас нет сандаловых палочек, приходится использовать сигареты».
С этими словами он стряхнул пепел в чашу и, пока Цинь Фань не отреагировал, размешал воду сигаретой.
– Выпей это, и с Учителем Цинем все будет в порядке, – Цзян Ло достал намокшую сигарету и отложил ее в сторону, улыбнувшись. – Ночью не будут сниться кошмары.
Цинь Фань посмотрел на эту чашу воды и, поморщившись, спросил: «Ты серьезно хочешь, чтобы я это выпил?»
Цзян Ло сказал: «Разве ты не говорил, что тебе страшно?»
Цинь Фань вздохнул и выпил воду с талисманом.
Цзян Ло пристально смотрел на него. Кадык Цинь Фаня дернулся, но он выпил все залпом.
Это был не успокаивающий талисман, а давящий – первоклассная руна, которую Цзян Ло писал все лучше и лучше.
Выпить такую воду было гораздо полезнее, чем просто приклеить талисман. Если бы Цинь Фань был марионеткой злого духа, это лишило бы злого духа контроля. Если бы в него вселился злой дух, это было бы еще хуже. Если бы злой дух выпил давящий талисман, он был бы как минимум серьезно ранен.
Но Цинь Фань просто поставил чашу, скривившись от горечи, и, смеясь, сказал Цзян Ло: «Ну и вкус!»
Никаких изменений – все было естественно. «Может, это психосоматика, но я действительно чувствую себя намного спокойнее. Даже сонным стало».
Цзян Ло ничего не заметил. Неужели Цинь Фань – не Чи Ю?
Он слегка вздохнул, встал и сказал: «Учитель Цинь, отдохните. Когда проснетесь, все пройдет».
Цинь Фань, все еще чувствуя во рту неприятный привкус, бросился в ванную прополоскать рот и сказал на ходу: «Ладно, и ты отдохни. Извини, что побеспокоил».
Дверь за Цзян Ло закрылась.
В ванной Цинь Фань поднял лицо от раковины. Его влажное лицо, и без того симпатичное, приобрело оттенок порочной сексуальности.
Через несколько секунд из уголка его губ потекла струйка ярко-красной крови.
Он вытер кровь, окрасившую губы, и на его лице расплылась странная улыбка.
---
Цзян Ло вернулся в комнату, которую ему предоставили.
Весь день дождь на улице становился все сильнее, а Чжан Фэн так и не появился в общежитии.
Цзян Ло поспал, а проснувшись, пошел в туалет. Планировка этой комнаты была такой же, как и у Цинь Фаня по соседству, и в ванной была большая соблазнительная ванна.
В прошлый раз у Цинь Фаня он помылся слишком быстро, и это ему не понравилось. Он налил в ванну горячей воды.
Длинноволосый молодой человек разделся, обнажив красивую спину, его лопатки взметнулись, как крылья бабочки. Цзян Ло положил руки на пояс брюк и уже собрался их снять, как вдруг поднял глаза и посмотрел в сторону.
Маленькое окошко в ванной выходило в темную ночь, по стеклу стекали капли дождя – но это ощущение чьего-то взгляда вернулось.
Цзян Ло подошел и бесстрастно задернул занавеску.
Это чувство преследовало его как тень, а неизвестность всегда пугает. Цзян Ло наконец понял, почему Чи Ю выбрал именно такой способ игры.
Потому что злой дух прекрасно знал: когда он не появляется, Цзян Ло постоянно напряжен, постоянно думает о том, кем же тот может быть и что делает, и в этой неизвестности он невольно приписывает ему чудовищную силу.
По крайней мере сейчас, половина мыслей Цзян Ло были заняты тем, чтобы выяснить, кто же такой Чи Ю.
Разве не этого и добивался злой дух?
Цзян Ло стиснул зубы и усилием воли заставил себя успокоиться, погружаясь в ванну.
Температура воды была высокой, и это было очень приятно.
Полчаса спустя Цзян Ло лениво открыл глаза и взял отложенный в сторону телефон.
На телефоне было непрочитанное сообщение, отправленное десять минут назад.
[Сегодняшняя игра начинается.]
[Мой дорогой возлюбленный, ты уже понял, кто я?]
Цзян Ло посмотрел на время – было всего девять часов вечера.
В прошлый раз злой дух начал его преследовать после полуночи, а сегодня – на три часа раньше.
Его возбуждение было заметно невооруженным глазом.
Цзян Ло проигнорировал сообщение, и через две минуты раздался звонок.
Цзян Ло снова не ответил, но злой дух, похоже, знал, о чем он думает, – телефон подключился сам.
– Почему ты не отвечаешь? – в голосе собеседника слышалась наигранная беспомощность, будто Цзян Ло совершил что-то ужасное, отказавшись от звонка.
– Если у тебя есть глаза или мозги, – голос Цзян Ло был таким же ленивым, он лениво играл с водой, – Ты должен знать, почему.
Злой дух, казалось, обиделся: «Разве я не тот, кого ты любишь?»
– По твоим словам, я тоже тот, кого ты любишь. Ты долго тайно меня любил, долго добивался, а после смерти и вовсе не можешь оставить меня в покое – вот даже звонишь мне из загробного мира, – Цзян Ло усмехнулся. – Твоя «любовь» ко мне действительно уникальна.
Злой дух тихо рассмеялся, его смех становился все громче и громче, как у сумасшедшего: «Тебе разве не нравится?»
Он думал, что черноволосый молодой человек скажет «нет», но на том конце провода раздался лишь плеск воды. Молодой человек, казалось, встал из воды, послышался звук стекающей по груди и ногам воды, а затем – шлепанье босых ног по плитке.
Шелест одежды был очень отчетлив, так что невольно возникал вопрос: этот звонок – угроза убийством или... подслушивание?
И без того хорошее настроение Чи Ю вдруг стало немного странным.
Это чувство было похоже на опавший лист, плывущий в бескрайнем океане – всего лишь маленький лист, который никак не влияет на океан. Океан по-прежнему глубок, тяжел и непостижим.
Но злой дух был немного рассеян.
Его пальцы время от времени небрежно постукивали по столу.
Злой дух любил интересные вещи, а ожидание, пока черноволосый молодой человек оденется, было, несомненно, утомительным занятием. Следовало бы издать какой-нибудь звук, сделать дружеское напоминание или нетерпеливо перейти к делу.
Но почему-то в этот момент злой дух молчал.
Наконец, шорох прекратился.
Снова раздался голос черноволосого молодого человека.
Он слегка усмехнулся: «Нет, мне это очень нравится».
