Глава 138.
2 июня 2026 г., 16:06
Усадьба была уже перед глазами.
Раз уж он решил вернуться, Цзян Ло должен был изобразить ту же безучастность, что и после вчерашнего купания в водах небесного пруда.
К тому же, после внезапной вспышки вдохновения он решил, что его холодное отношение к злому духу как нельзя лучше позволит ему сохранить роль невозмутимого наблюдателя.
Его же очистили от всех страстей и желаний – как же он мог использовать злого духа, чтобы разжечь собственные позывы?
Значит, злой дух должен был явиться сам, по собственной воле.
Цзян Ло остановился.
Он остановился – остановились и те, кто шёл за ним.
Цзян Ло повернул голову, оглядел своих спутников.
Всю дорогу на его лице не было никакого выражения. Но из-за большой кровопотери лицо его было бледным, и это придавало ему вид болезненной слабости. Семь частей этой слабости были настоящими, три – притворными. Надёжный и сильный человек вдруг стал хрупким – Лу Юй и остальные чуть с ума не сошли от переживаний.
Но, как ни странно, с той самой минуты, как они встретили Цзян Ло, он казался им намного холоднее. Он с ними разговаривал, но не выглядел обрадованным, и паузы в разговоре становились всё длиннее.
И тут Цзян Ло снова заговорил:
– Вы слышали о Фаталисте?
Несколько человек переглянулись:
– …Фаталисте?
Даже Чжо Чжунцю, будущая наследница семьи Чжо, никогда не слышала такого имени. Они посмотрели на самого осведомлённого – Вэнь Жэньляня, но и тот впервые слышал:
– Я никогда не встречал такого обращения. Это человек?
Они не знали, кто такой Фаталист, но у Тэн Би, обычно бесстрастного, внезапно расширились зрачки.
Цзян Ло уловил эту реакцию:
– Да, это человек. Несколько часов назад мы вместе с ним купались в водах небесного пруда.
– После купания я и правда почувствовал себя отдохнувшим, – бесцветным голосом сказал Цзян Ло. – Но почему-то мне совсем не хочется разговаривать.
Он заранее подготавливал почву для своих последующих перемен в характере.
Цзян Ло не хотел рассказывать остальным о том, что с ним случилось. Чем меньше людей будут знать, тем легче ему будет осуществить свой план и обмануть Фаталиста с даосом Вэйхэ, чтобы они не заподозрили, что он вернулся в нормальное состояние.
Никто особенно не задумался:
– У тебя простуда? Или горло болит?
– Кстати, как ты получил травму и так сильно истёк кровью?
Цзян Ло кое-как отделался от них, а затем заговорил о Фаталисте. Его обычно ровный голос вдруг обрёл интонации, а слова зазвучали почтительно.
Тэн Би запоминал каждое слово, и чем больше он слушал, тем сильнее пугался. Рассеянно сделав несколько шагов, он вдруг ощутил мощную силу, устремившуюся к нему. В следующий миг его отбросило на десяток метров защитной формацией у ворот усадьбы.
Тэн Би прижал руку к груди, из уголка губ потекла кровь. Лу Юй вскрикнул:
– Мертвец!
Тэн Би проглотил кровь и быстро принял решение:
– Живые мертвецы не могут войти. Я подожду вас внизу.
Цзян Ло заметил:
– На пути вниз тоже есть формация.
– У меня есть способ, – сказал Тэн Би.
Он развернулся и зашагал прочь, очень быстро – очевидно, спешил к хозяину. На губах Цзян Ло мелькнула усмешка, и он как бы невзначай добавил:
– Мертвец, заодно избавься от снега, на который попала моя кровь. Чтобы другие не нашли.
Глаза Тэн Би блеснули, он кивнул:
– Хорошо.
Здесь была формация, и ни он, ни хозяин не могли проникнуть внутрь. Но с кровью Цзян Ло можно было многое сделать – хотя бы проникнуть в сны.
Увидев, что Тэн Би скрылся, Цзян Ло с удовлетворением отвернулся и, попросив остальных никому не рассказывать о его ранении, вошёл в ворота.
---
Когда Лянь Сюэ узнала, что Чжо Чжунцю и другие пришли, она радостно вышла встречать. Даос Вэйхэ не стал выходить к младшим, но велел ученикам хорошо о них позаботиться.
Будучи хозяйкой, Лянь Сюэ хотела показать гостям усадьбу. Но на вершине горы было не на что смотреть. Она хотела отвести их к малому святому источнику, но обнаружила, что бассейн за внутренним двором огорожен – сегодня туда нельзя.
Лянь Сюэ не знала причины и пошла к даосу Вэйхэ:
– Дядя, почему родниковый бассейн заперли?
Даос Вэйхэ неторопливо ответил:
– Это надо спросить у твоего брата Цзян Ло. Скверна в его теле такая тяжёлая, что пугает. Сегодня он пользовался источником – пусть теперь отдохнёт. Завтра утром продолжим очищать его от грязи.
Цзян Ло подумал про себя: «Как и ожидалось, завтра опять придётся лезть в эту отвратительную воду».
Он заметил взгляд даоса Вэйхэ, но не подал виду – словно разговор его не касался, и выглядел совершенно безучастным.
Это подействовало…
Даос Вэйхэ вздохнул и перестал на него смотреть.
Лянь Сюэ знала об особенности Цзян Ло и, услышав объяснение, больше не расспрашивала. Но кроме родника, у неё был ещё один вопрос.
Было видно, что дядя и племянница хотят поговорить наедине. Остальные вышли из тихой комнаты. Цзян Ло же, выходя, легким движением руки незаметно отправил золотую мышь забиться в угол.
Дверь закрылась. Когда никого не осталось, Лянь Сюэ заговорила:
– Дядя, я никак не пойму одну вещь…
Даос Вэйхэ поставил чашку, слегка вздохнул и, словно ожидая этого, сказал:
– Спрашивай.
– Почему старшие не учат нас ничему, кроме медицинских навыков? У нас даже нет средств для самозащиты. Если мы попадём в опасную ситуацию, сможем ли мы вообще выжить?
После пережитого кризиса со снежной бурей Лянь Сюэ всё время мучилась этим вопросом – она видела, какое будущее может ждать семью Лянь:
– Если так пойдёт дальше, сможет ли наша семья Лянь вообще удержать небесный пруд?
Даос Вэйхэ молчал.
– Лянь Сюэ… – старик смягчил голос. – Подойди ко мне.
Лянь Сюэ сжала губы и подошла.
Даос Вэйхэ погладил её по волосам и с горечью сказал:
– Моё поколение и старшие учились гораздо большему, чем вы сейчас. Мы должны были не только знать врачебное искусство, но и укреплять тело, и владеть магией и талисманами. Было немало тех, кто в совершенстве знал и горы, и медицину, и судьбы, и гадания, и другие искусства. Твой двоюродный дед Лянь Пэн сто лет назад был знаменитостью в метафизическом мире.
– Но времена изменились… – даос Вэйхэ с любовью и жалостью посмотрел на Лянь Сюэ. – Вашему поколению не подходит изучать другие вещи.
Лянь Сюэ нахмурилась:
– Кто это сказал?
Даос Вэйхэ уклонился от прямого ответа и задумчиво проговорил:
– Но не бойтесь. Если действительно наступит кризис жизни и смерти, среди вас найдётся тот, кто сможет вас защитить – и вы не пострадаете… тогда наступит время, когда это станет необходимо.
Лянь Сюэ не поняла:
– Дядя?
– Ступай, – сказал даос Вэйхэ.
Лянь Сюэ нерешительно постояла, затем медленно повернулась и вышла. Золотая мышь скользнула мимо её ног и выбежала за дверь вместе с ней.
---
Цзян Ло дослушал разговор в тихой комнате до конца.
Он награждающе погладил мышь по голове, та прищурилась, превратилась в тайное письмо и вернулась в кольцо инь-ян.
Цзян Ло заметил, что у этих шести семей, оказывается, у каждой есть свои тайны.
В особняке Небесного учителя родители Фэн Ли были под запретом, а под карцером находилась темница с заточённым призраком. В буддийской школе Гэ Учэнь отрёкся от монашества и убил своего учителя и наставника. О семьях Ци и Чи и говорить нечего – они были неразлучны, как воры. Даже у семьи Лянь, казалось бы, чистой и бесстрастной, имелись тайны, недоступные посторонним.
Была ли между всем этим связь?
Цзян Ло рассеянно размышлял, время от времени поглядывая на улицу. Часовая стрелка медленно ползла к семи. Зимой в семь вечера уже было темно хоть глаз выколи.
Наступало время ложиться спать.
В глазах Цзян Ло мелькнуло ожидание (а может, и что-то ещё), он не спеша лёг в кровать. Укрывшись одеялом, он некоторое время смотрел в чёрный потолок, а затем медленно закрыл глаза.
Настало время воспользоваться злым духом.
В темноте уголки губ молодого человека приподнялись на миг, но тут же снова сомкнулись – лицо вновь стало бесстрастным.
---
Когда Цзян Ло пришёл в сознание, он услышал над головой скрип вращающегося вентилятора.
Он не сразу открыл глаза, а продолжал прислушиваться.
Вокруг было шумно – кроме вентилятора, слышался тихий разговор. Голоса Лу Юя, Чжо Чжунцю…
В воздухе смешались запахи пота и еды – знакомая атмосфера юности.
Пальцы Цзян Ло пошевелились. Столешница была гладкой, пальцы наткнулись на книгу.
Они были в классе.
Цзян Ло наконец открыл глаза.
Он медленно поднял голову из-за парты с безучастным выражением лица. Перед ним мелькали знакомые лица – да, это были Е Сюнь и остальные.
Но они смотрели на Цзян Ло с отвращением, собирались в кучки и как будто изолировались от него. Лу Юй даже несколько раз сердито на него покосился – ровно такое же отношение было у них к прежнему Цзян Ло.
Для призрака пугать людей во сне – базовый навык. Злой дух затягивал человека в сон, и сцена во сне от Цзян Ло не зависела.
Значит, он вернулся в класс годичной давности?
– Студенты, – раздался спереди знакомый низкий голос. – Учитель проверит, как вы усвоили прошлый урок.
Этот голос…
Цзян Ло перевёл взгляд.
И встретился с парой липких, змеиных глаз.
Чи Ю был в безупречном костюме. Брошь-роза, которую Цзян Ло когда-то выбросил в озеро, снова красовалась на лацкане. Кроме того, на нём были золотые очки, в руке он держал указку, а на руках – новенькие белые перчатки. Он выглядел как образцовый учитель.
За стёклами очков взгляд, устремлённый на Цзян Ло, казалось, слегка волновался.
Это было точь-в-точь как тогда, когда Чи Ю работал ассистентом преподавателя в университете Байхуа.
Цзян Ло внимательно осмотрел его и едва не рассмеялся.
Впрочем, он лишь спокойно посмотрел на Чи Ю – как будто тот не мог вызвать у него ни малейшего интереса.
Красивый учитель легким движением пальцев повёл указкой, она качнулась в воздухе. Он тихо улыбнулся – в улыбке таилась опасность:
– Студент Цзян, ответь, чему я вас учил на прошлом занятии?
Все в классе повернулись и уставились на Цзян Ло, сидящего в центре. Они ждали, когда он встанет и ответит.
Цзян Ло медленно поднялся, опустил глаза и сказал ровным, безучастным голосом:
– Я не знаю.
– Как это – не знаешь? – голос учителя понизился, в нём зазвучала холодная угроза. – Выйди к доске.
Цзян Ло направился к учительскому столу.
В душе он хохотал. Наблюдать за тем, как Чи Ю меняет лицо – одно из величайших удовольствий в его жизни. А притворяться равнодушным и дурачить злого духа оказалось даже веселее, чем он ожидал.
Чи Ю смотрел, как Цзян Ло подходит всё ближе.
Глаза черноволосого юноши утратили прежний блеск, стали холодными и бесстрастными. Он делал всё, что ему велели, и не проявлял никаких чувств.
Но когда его взгляд скользнул по Чи Ю, это было похоже на невидимый крючок – он не только заставлял злого духа обращать на него ещё больше внимания, но и пробуждал в нём дикое желание.
Тэн Би через Хуа Ли передал, что Цзян Ло купался в святом источнике вместе с Фаталистом.
Святая вода чуть не превратила врага в другого человека.
Улыбка злого духа становилась всё более зловещей, уголки губ поднимались всё выше. Тонкими пальцами он провёл по указке снизу вверх – в этом движении было нечто таинственное и мрачное. Он указал на доску и слегка наставительным тоном произнёс:
– Раз ты не знаешь прошлого урока, напиши на доске ответ на этот вопрос.
– Если и сейчас не сможешь – учителю придётся применить меры, чтобы ты наконец начал учиться.
Цзян Ло посмотрел на доску.
На доске неизвестно когда появилась надпись: «Когда учитель забрал тебя из зеркального мира, какое условие ты ему пообещал?»
Ниже шла прямая линия, которую нужно было заполнить.
Ученики зашептались, кто-то прочитал вопрос вслух:
– …какое условие он пообещал учителю?
– О, мне интересно! О чём же они договорились?
Позор публичного разоблачения не даст человеку спрятаться.
Цзян Ло знал: злой дух хотел вывести его из состояния безразличия, заставить его эмоции всколыхнуться. Но чем больше Чи Ю старался, тем больше Цзян Ло хотел притворяться мёртвым озером.
– В конце концов, этот сон только начался, – подумал Цзян Ло. – Торопиться некуда. Можно вдоволь насладиться своим злорадством.
Он некоторое время смотрел на доску, а когда Чи Ю уже подумал, что тот не напишет, Цзян Ло взял мел.
Скрип мела по доске раздался отчётливо и сильно.
Ученики продолжали читать вслух:
– Учитель потребовал, чтобы я переспал с ним.
Цзян Ло положил мел, повернулся к Чи Ю и бесстрастно произнёс:
– Это то, что ты потребовал.
