Халеф

Подъем в пять утра — привычное дело. В Подземном городе они частенько просыпались в это время, чтобы успеть к началу торгового дня. Знаешь, где чьи палатки и кто чем сегодня торгует — урвёшь больше наживы. Сейчас всё иначе. Их будит свет. Рассеянный солнечный свет, льющийся из окон казармы. Койки по милости Майлза стоят далеко. Однако для тех, кто никогда в жизни не видел света солнца, и эти редкие лучи — богатство. Кажется, вся казарма слышит восхищенный вздох Изабель. И то, как шикает на неё Фарлан. Леви просыпается и несколько мгновений лежит с закрытыми глазами. Прокручивает в голове события прошедшего дня. Оценивает обстановку. Разведчики просыпаются. Со стуком спускают ноги на пол. Потягиваются. Выстраиваются в очередь к умывальнику. Над Леви нависшей тенью вырастает Майлз. — Не забудьте получить форму, — злобно выплевывает он и отходит, — Я вас ждать не буду. Леви открывает глаза. Майлз уже исчезает в проходе между койками. — Шевелимся! Через десять минут построение! В казарме пахнет деревом. Мылом и зубным порошком. Потом. Средством для чистки оружия. Запах десятков людей. Леви садится на кровати. Изабель уже торчит возле окна. — Оно настоящее, — шепчет она. — Что настоящее? — бурчит Фарлан, который полночи не мог уснуть. — Солнце. Девушка протягивает ладонь в узкую полосу света, падающую на половицы. Будто боится, что если моргнёт, то этот свет исчезнет. Фарлан стоит рядом и делает вид, что ему всё равно. Но взгляд у него такой же. Леви молча наблюдает. В Подземном городе были лампы. Коптящие фонари. Редкие вентиляционные шахты, жить рядом с которыми считалось непосильной роскошью. Но не это. Не золотые лучи, в которых кружится пыль. Слишком много пыли. Надо будет здесь прибраться. — Насмотрелись? — спрашивает Леви, — Пошли. ──── ✦ ──── Склад с формой расположен в соседнем здании. К нему то и дело подходят разведчики. Будто случайно, по своей надобности. Слухи распространяются быстро. — Это они? — Те самые. — Говорят, один офицера чуть не зарезал. — Говорят, двоих. — Четверых. Леви проходит мимо. Старый кладовщик снимает мерки с таким видом, будто делает величайшее одолжение человечеству. Фарлан. Изабель. Леви. Старик долго измеряет его рост. Записывает на бумагу. — Мелкий. — Спасибо, что сообщил. Кладовщик хмыкает. — У нас нет формы для подростков. — Тогда возьми нож и сделай вид, что работаешь, — безразлично отзывается Леви. Изабель хихикает. Фарлан быстро стукает её по затылку. Та мгновенно замолкает. Только плечи продолжают подрагивать. Через полчаса они стоят во дворе. В новой форме. Изабель сияет так, словно получила дворянский титул и право жить внутри Сины. Она неотрывно рассматривает эмблему Разведкорпуса. — Крылья Свободы… — Не начинай, — предупреждает Фарлан. — Красиво же! — Кусок ткани, — хмыкает Аккерман, поправляя ремень. Форма сидит непривычно. Слишком новая. Слишком дорогая. В Подземном городе за такую одежду могли убить. — Новобранцы! Голос разносится над плацем. К ним идет высокий светловолосый офицер. Спокойный. С идеально прямой спиной. Их недавний знакомый. За ним шагает Майлз. Выглядит еще более недовольным — краем глаза отмечает Леви. Изабель неумело вытягивается по стойке смирно. Фарлан следует её примеру. Леви остается стоять как стоял. Эрвин останавливается перед строем. Его взгляд скользит по опытным солдатам и недавним новобранцам, вчерашним выпускникам Кадетского корпуса. Ненадолго задерживается на троице. Всего на мгновение. Но этого достаточно. Леви чувствует. — Добро пожаловать в Разведкорпус, — говорит Смит. Плац затихает. — Сегодня вы начнете обучение. Вы можете считать себя сильными. Вы можете считать себя умными. Можете считать, что одного умения обращаться с УПМ достаточно, чтобы стать разведчиком. Он делает короткую паузу. — Если так, то вы ошибаетесь. В ближайшие месяцы вы узнаете пределы своих возможностей. Несколько человек обмениваются взглядами. Эрвин смотрит на строй. Спокойно. Без угрозы. — Посмотрим, кто сумеет их преодолеть. Изабель расправляет плечи ещё шире. Фарлан вздыхает. Леви не издает ни звука. Посмотрим, Эрвин Смит. Скоро мы встретимся один на один. И тогда я перережу тебе глотку. Первый день в Разведкорпусе официально начинается.