Больше никакого Зандика, для меня он мёртв

Липкий, неестественный покой после вчерашнего препарата Омеги до сих пор тяжёлым грузом лежал на плечах.Феофан сидел на ледяном полу, безвольно прислонившись спиной к стене.Белый кварцевый свет ламп, который Доктор снова включил на полную мощность, казался сплошным размытым маревом.Глаза нещадно слезились, а в ушах стоял непрерывный, сводящий с ума высокочастотный гул.Банкир попытался шевельнуть затёкшей ногой, но кандалы лишь глухо, лениво звякнули в ответ.Время потеряло любой смысл, превратившись в бесконечную, удушающую пытку без начала и конца.Герметичный шлюз внезапно издал тихий щелчок и медленно отъехал в сторону.Феофан рефлекторно сжал зубы, собирая остатки сил, чтобы снова высказать Омеге всё своё презрение.Но в камеру вошёл не Доктор.На пороге стоял самый маленький, худенький сегмент в слишком большом для него лабораторном халате и аккуратной маске.Мальчик испуганно оглянулся назад, проверяя коридор, и стремительно подбежал к прикованному мужчине.Феофан тяжело задышал, с трудом фокусируя взгляд на незваном госте.

— Уходи..

Хрипло, едва слышно выдавил из себя Делец.Мальчишка ничего не ответил.Он торопливо опустился на колени прямо перед Феофаном, путаясь в полах своего огромного халата.Из глубокого кармана ребёнок достал небольшую металлическую флягу с чистой, холодной водой и несколько кубиков колотого сахара.Слабые, дрожащие пальцы сегмента аккуратно коснулись сухих, потрескавшихся губ банкира, предлагая сделать глоток.Феофан недоверчиво сощурился, подозревая новую порцию усыпляющей дряни от Омеги.

— Это просто вода, честно..

Испуганно прошептал мальчик, испуганно оглядываясь на датчики движения.Феофан сделал судорожный глоток, чувствуя, как живительная влага обжигает пересохшее горло.Ребёнок бережно вложил в его окровавленную от кандалов ладонь кусочки сахара.Затем малыш достал из-за пазухи старую, потрёпанную книгу в кожаном переплёте.

— Омега ушёл в дальний сектор проверять сумерские чертежи, его не будет часа два.

тихо заговорил клон, присаживаясь рядом на корточки.Феофан слабо усмехнулся, чувствуя, как сахар медленно тает на языке, возвращая капли сил.

— Зачем ты здесь, маленький шпион?

Хрипло отозвался банкир.Мальчик опустил голову, пряча глаза под маской.

— Мне жалко тебя..

Шёпотом признался ребёнок, открывая первую страницу книги.Феофан замер, не веря собственным ушам.

— Омега говорит, что чинит тебя, но ты ведь просто умираешь здесь..

мальчик аккуратно положил ладошку на стальную цепь.Банкир закрыл глаза, чувствуя, как к горлу подступает ком от этой нелепой, детской искренности посреди кошмара.

— Я почитаю тебе, хорошо?

спросил мелкий дотторик, устраиваясь поудобнее на холодном полу.Феофан лишь слабо, едва заметно кивнул.

— Чтобы ты не забыл, какой мир там, наверху.

Добавил клон, начиная негромко читать вслух какую-то старую сказку про приключения моряков в Ли Юэ.В сырой, удушающей камере изолятора впервые за долгое время зазвучал не гул приборов и не безумный смех Омеги, а тихий, убаюкивающий детский голос.Феофан слушал шёпот мальчика, и в его измученном, засыпающем разуме впервые за эти двое суток расцвела крошечная, но непреклонная искра настоящей надежды.