Хороших девочек здесь нет

Ощущение чужих рук на груди сводило с ума. Было почти стыдно за загнанное биение сердца и тяжелое, шумное дыхание, прорывавшееся сквозь ладони, которыми Ген закрывала свой рот. Сухие, огрубевшие ладони Сэнку могли полностью скрыть под собой ее небольшие груди. Вместо этого они, плотно прижатые к телу простым топом, постоянно оглаживали и сжимали нежную плоть, иногда царапая тупыми ногтями кожу. Ген была рада, что уже сидела, потому что чувствовала лишь горячую, влажную пульсацию между ног и внизу живота, но не сами ноги. Лицо, шея, грудь — она вся горела. — Тц, дома никого нет, — недовольно отозвалась Сэнку, прекратив целовать ее шею. — Лучше расстегни рубашку, Менталистка. Ген тихонько всхлипнула от внезапного ощущения холода на истерзанной шее. — Такая жестокая, Сэнку-чан, — откинув голову на чужое плечо, выдохнула Ген, слепо тычась губами в ее шею. Больше просто касаясь и облизывая солоноватую кожу, чем целуя. Запах пота и мыла, исходивший от волос Сэнку, щекотал ноздри. Голос против воли был очень тихим. Она опустила руки, попытавшись расстегнуть пуговицы, но пальцы плохо слушались. — Такая… ах! С губ сорвался вскрик, а спина прогнулась навстречу болезненно-приятному чувству — Сэнку сжала и потянула ее за соски. Прокатившаяся по телу дрожь новой волной пламени стекла вниз живота. Руки безвольно повисли вдоль тела. Так сильно хотелось свести ноги вместе, хотя бы немного облегчить это состояние, но Сэнку, обхватившая ее ногами со спины, не давала этого сделать. Сэнку, заключившая ее в кольцо своих рук и ног, была повсюду. Словно создав вокруг нее ловушку, из которой не хотелось сбегать. — Не ты ли постоянно просишь тянуть тебя за волосы? — с наслаждением в голосе протянула Сэнку, дразняще водя мозолистыми подушечками пальцев вокруг твердых сосков. Потянувшись назад, Ген обхватила ее голову рукой и наклонила к себе в смазанном поцелуе. Сэнку охотно поддалась вперед, скользнув языком в податливый рот. Грязно, слюняво и с большим количеством зубов. Шея немного болела из-за неудобного положения, но про это легко забывалось. Когда дело доходило до поцелуев и секса, Ген могла просто отдать бразды правления в руки Сэнку и расслабиться. — Сэнку, пожалуйста, — прохныкала Ген, стоило Сэнку вытащить руки из-под ее рубашки. Словно этих страданий было недостаточно, Сэнку с тихим ругательством отстранилась от нее, внезапно повалив на спину. Кровать Сэнку не была жесткой, но Ген показалось, что у нее правда выбило дыхание из груди, когда она подняла взгляд. Сэнку, всегда такая ехидная и грубая, сидела между ее ног, уложив бедра себе на колени. Ген знает, что сейчас — с задранной до пояса юбкой, наполовину расстегнутой блузкой, топ под которой сбился в сторону и топорщился, растрепанная — она выглядит бардак. Но Сэнку смотрела на нее с таким восхищением… Ген чувствовала себя желанной и наслаждалась этим. Улыбнувшись, Ген слегка прогнулась в спине, сильнее прижимая Сэнку к себе ногами. Та не отреагировала, завороженно глядя на ее грудь. — Тебе не душно в такой узкой блузке? — негромко спросила Сэнку, бездумно оглаживая бедра ладонями. Это могло быть очень успокаивающим действием, не задевай она каждый раз края чулок, дразняще щелкая ими по коже. — Очень душно, — согласилась Ген, облизав пересохшие губы. Взгляд Сэнку почти хищно следил за этим движением, руки замерли, резко впившись в мягкую плоть. Ген ахнула, зажмурившись от того, насколько приятно это ощущалось. Даже слабая боль от ногтей лишь заставляла сильнее сжимать ноги вокруг талии Сэнку. Приоткрыв глаза, она посмотрела на Сэнку. Светлые волосы растрепались, короткими прядями привлекая внимание к потемневшим глазам и покрасневшим, влажным губам. Пышная грудь маняще вздымалась от тяжелого дыхания; при виде затвердевших сосков, обтянутых тонкой тканью домашнего топа, рот Ген наполнился слюной. — Но руки не слушаются, — хрипло выдохнула Ген, растеряв остатки кокетства. — Вот бы кто-нибудь мне помог. Усмехнувшись, Сэнку одним слитным движением наклонилась вперед, сплетая пальцы их рук между собой. Легкое трение о пах заставило Ген заскулить от вспышки наслаждения внизу живота. — Думаю, я смогу тебе с этим помочь, — шепнула Сэнку, втягивая Ген в жадный поцелуй. Несколько вздохов спустя Сэнку, под протестущий возглас Ген, отстранилась. — Ты такая красивая, — пробормотала Сэнку, прижавшись губами к точке пульса на шее. Вздохнув, она рывком села, и Ген почти сразу начала скучать по тяжести её тела на себе. — Вернись, — потребовала она, протянув к Сэнку преступно свободные руки. Сэнку рассмеялась, запрокинув голову назад. Взяв одно запястье в свою руку, она оставила лёгкий поцелуй на его внутренней стороне и приложила раскрытую ладонь к своему лицу. — Такая требовательная, — улыбнулась Сэнку. Дыхание Ген невольно перехватило, когда Сэнку бросила на нее игривый взгляд из-под полуприкрытых век. Ген не понимала, как она могла в один момент беспощадно оставлять на её теле следы укусов и засосы, а в другой — бережно прикасаться и нежно смотреть. В груди что-то самодовльно трепетало от мысли, что только с ней Сэнку становилась такой. Не бабочки, но что-то близкое к ним. Что-то с более жесткими, прочными крыльями. Оставив последний поцелуй на запястье, Сэнку опустила ее руку на кровать, наклонившись вперед. Перекрывая собой свет, мягко вдавливая в матрас, она вновь скользнула одной рукой под юбку Ген. — Могу я?.. Сэнку могла бы сейчас препарировать ее, вынуть все органы, держать еще бьющееся сердце в своих руках, и Ген сказала бы спасибо за это. И все же она каждый раз спрашивала разрешения, прежде чем сделать нечто большее, чем простые ласки. — Конечно, Сэнку-чан, — певуче протянула Ген. Обхватив ее лицо ладонями, Ген оставила аккуратный, смехотворно целомудренный поцелуй на губах Сэнку. Чтобы Сэнку не просила, ей можно все. Ярко улыбнувшись, Сэнку поцеловала Ген в ответ, снова запустив руки под рубашку. Это было простое прикосновение, но Ген едва не мурлыкала, плавятся под её ладонями. От этого зрелища дыхание перехватывало и что-то внутри гудело от нетерпения. Откинув подол яркой юбки, Сэнку уставилась на чёрный пояс с ремешками, поддерживающими чулки. В них ноги Ген казались невероятно соблазнительными. От того, как края чулок врезались в бёдра, в зубах появилось зудящие желание укусить. Ноги в чёрном кружеве нейлона притягивали взгляд. Опустившись ниже, Сэнку провела носом по внутренней стороне бедра Ген, глубоко вдыхая. Грудь наполнил едва заметный, сладковатый запах какого-то крема, который начинал смешиваться с теплым, островато-мускусным запахом возбуждения и разгоряченной кожи. Сэнку сглотнула. Возможно, в следующий раз она потратит время на то, чтобы просто покрыть все тело Ген поцелуями, медленно сводя ее с ума. Сейчас же у нее не было терпения на этого. Отодвинув край намокшего белья в сторону, Сэнку медленно провела языком по промежности Ген. От солоноватого привкуса смазки рот лишь сильнее наполнился слюной. То, что испытывала Сэнку, больше походило на голод, чем на похоть. Потершись лицом о напрягшиеся под ее руками бедра, Сэнку очертила кончиком языка кожу у самого края чулок, прежде чем оставить быстрый укус в этом месте. Ахнув, Ген откинула голову назад, вцепившись руками в простыни. Она инстинктивно попыталась свести ноги вместе, но остановилась прежде чем сдавила ими голову Сэнку. Было почти жаль, что этого не случилось. — Не играй со мной, Сэнку, — не то прошипела, не то взмолилась Ген. Появившееся было в ее теле напряжение довольно быстро исчезло, и она развела бедра чуть шире, чем до этого, без слов приглашая продолжить. Сэнку слушала ее краем уха, наблюдая за тем, как краснела нежная кожа в месте укуса. Гудящие нечто внутри хотело продолжать кусать её, пока вся молочная кожа не покроется пятнами соблазнительной краски. Тонкие пальцы, слегка царапая кожу головы, зарылись в волосы Сэнку и потянули вверх, отчего вдоль позвоночника пробежали мурашки. Зажмурившись, Сэнку втянула воздух сквозь зубы, машинально сжав собственные бедра — настолько это было приятно. Открыв глаза, Сэнку посмотрела на Ген. Та, прикусив нижнюю губу, смотрела в ответ из-под полуприкрытых век. Находясь так близко, Сэнку прекрасно ощущала мелкую дрожь, охватившую Ген. — Как пожелаешь, — приглушенно сказала Сэнку. Облизнувшись, она скользнув сразу двумя пальцами внутрь Ген. От ожидаемого, сладкого крика нечто в Сэнку замурлыкало. Горячие, бархатные стенки судорожно сжимались вокруг пальцев Сэнку, а смазка стекала по костяшкам, пачкая простыни. Она не спешила толкаться, давая Ген время привыкнуть, но слегка двигала ими, отчего Ген хныкала и извивалась ещё больше. Вечно собранная, улыбчивая Ген, с хирургической точностью разбита её прикосновениями. «Оттянуть или дать ей кончить побыстрее?» Словно прочитав её мысли, Ген открыла глаза. Сэнку невольно задержала дыхание. Кровь вскипела при виде замутненного удовольствием выражения лица и слез в уголках темно-синих, почти черных от похоти глаз. — Сэнку, пожа-а!.. Не дослушав, Сэнку припала губами к её клитору, одновременно начав толкаться пальцами. Влажные глаза со слипшимися от слез ресницами вместе с жалобной мольбой сломали последние капли выдержки Сэнку. Ей хотелось сломать Ген. Трахнуть её. Сожрать. Если бы Сэнку могла, она бы так и сделала. Низ живота почти болезненно свело — она чувствовала, как сильно промокли её собственные бельё и шорты. Хватка в волосах усилилась, отчего Сэнку застонала; уперевшись пятками в кровать, Ген начала толкаться бёдрами в ответ. — Да, да, Сэнку, пожалуйста, пожалуйста, да… — бессвязно шептала Ген, жмурясь. Сладкое хныканье сменилось срывающимся дыханием, и в следующий миг Ген, прогнувшись в пояснице, крепко стиснула ногами голову Сэнку, замерев. Осторожно вытащив мокрые пальцы, Сэнку сняла с плеч ослабшие ноги и села на кровати. Обмякнув, с распластанными по кровати конечностями, Ген представляла собой полный беспорядок. Грудь быстро вздымалась от загнанного дыхания, а язык то и дело облизывал быстро пересыхающие губы. Утерев излишки смазки с лица предплечьем, Сэнку в пару движений избавилась от своей одежды. Усевшись на ее бедро, она нависла над Ген, взяв ее руки в свои. Влажный, с солоноватым привкусом поцелуй и язык, проникший в рот, казались благословением. Ген застонала, хватаясь за плечи Сэнку. Она все еще была очень чувствительна, и Сэнку правда старалась помнить об этом. Но, гонясь за собственным удовольствием, почти яростно двигая тазом по скользкому от смазки бедру Ген, было сложно не задевать ее пах коленом. Ген то и дело вздрагивала от этого, но лишь продолжала целовать Сэнку. Пока Ген кончала, откинув голову и изящного прогнувшись в спине, оргазм Сэнку походил на удар шокером. Все её тело сжалось, напряжённые мышцы будто свело судорогой, после чего наступило резкое облегчение. Скатившись с Ген, Сэнку притянула ее к себе в коротком объятии. Пока Ген пыталась прийти в себя, Сэнку была полна энергии. Она не чувствовала потребности перевести дух, но почему-то ей всегда хотелось немного пообниматься сразу после секса. Словно это было некой точкой, и только после этого секс официально закончился. Поцеловав полусонную Ген, Сэнку встала с кровати. Если оставить сейчас все как есть, Ген начнет капризничать и станет невыносимой. Сменив простыни, сняв, наконец, с Ген одежду (за исключением пояса с чулками) и протерев их обеих влажными полотенцами, Сэнку с чистой совестью плюхнулась на кровать. Приноровившись, все это не занимало у нее много времени. Если бы не постоянные перерывы на поцелуи с Ген, то эти вещи не заняли бы и десяти минут. Но без поцелуев Ген, даже в чистой кровати, становилась капризной и невыносимой. — Готова ко второму раунду? Ген привычно пристроилась у неё под боком, обнимая поперёк талии и зарываясь лицом в грудь. Она выглядела бы спящей, не будь у нее каждый раз настолько довольное выражение лица. Ген клялась, что просто любит слушать звук ее сердцебиения. Это ложь была настолько слабой, что Сэнку даже не делала вид, что верит. Ген слишком часто пялилась на ее грудь, сглатывая, чтобы это можно было не заметить. Сейчас глаза Ген мгновенно распахнулись, стоило ей услышать вопрос Сэнку. — Что. Поудобнее схватившись, Сэнку переложила Ген на себя. Ген не сопротивлялась. Наоборот, она устраивалась поудобнее (дольше всего пытаясь подобрать самую лучшую хватку на груди Сэнку), но при этом продолжая бросать настороженные взгляды. Посмеиваясь про себя, Сэнку просто наслаждалась. Одно только ощущение кожи к коже начинало медленно распалять ее. Снова. — Я не видела тебя месяц из-за гастролей — напомнила Сэнку, сминая пальцами ягодицы Ген. — Мы даже поговорить нормально не могли из-за разных часовых поясов. Думаешь, сможешь так легко от меня отделаться? С возмущенным видом Ген открыла было рот, чтобы возразить, но промолчала. Она явно была не согласна со словом «легко». — Меня будут искать, — напомнила она. — Ксено и Стэнли тоже, знаешь ли, соскучились по мне. — Именно поэтому я выгнала Бьякую из дома, — кивнула Сэнку. — Поверь, он будет отвлекать их ценой своей жизни. Время с Ген стоило всех тех унизительных, «понимающих» подмигиваний Бьякуи, когда Сэнку попросила его встретиться с Ксено и Стэнли. И каким бы болваном не был ее старик, на него можно было положиться в вопросах забалтывания людей. -… Пощады? — пискнула Ген. При этом она выглядела скорее нетерпеливой, чем напуганной. Сэнку широко улыбнулась. — Пощада достается только хорошим девочкам, — протянула она, резко ударив Ген по ягодицам. Вскрикнув, Ген сильнее вжалась в тело Сэнку и прикусила губу. — Но я не вижу здесь ни одной такой. Застонав, Ген жадно поцеловала ее, начав оживленно наминать грудь Сэнку. Из кровати они выберуться еще далеко не скоро.