On the verge of falling

Соленые брызги разбивались о деревянный борт величественного судна, чьи черные паруса с золотой эмблемой черепа наводили ужас на торговые суда во всех известных морях. На палубе стоял привычный шум: скрипели снасти, в небе кричали чайки, а где-то на баке матросы раздраженно переругивались, затягивая узлы. Но в капитанской каюте царила совершенно иная атмосфера. Здесь, за массивным дубовым столом, сидело семеро человек, оживленно обсуждая план по одному из самых масштабных ограблений, которые они совершали. Майки, закинув ноги на край стола, лениво жевал откушенное яблоко, пока что молча слушая обсуждения остальных. — Повторяю для особо буйных, — строго начал Дракен, выразительно посмотрев на Баджи Кейске, который в этот момент уже увлеченно крутил в руках нож бабочку. — Мы не берем с собой даже матросов. План деликатный. Идём только основным составом. Если поднимется шум, то неподготовленные люди будут только мешать. — Опять скрытое ограбление? — разочарованно протянул Баджи, оскалившись в своей привычной манере. — Мне бы просто морду кому-нибудь набить, а вы опять заставляете меня на цыпочках ходить! — Заткнись, Кейске. — с раздражением произнес Такаши, стоя за спиной у Баджи, и рассматривая раны (которые Баджи получил вчера в драке с каким-то пьяницей в таверне) под повязками. — План Дракена разумнее всех твоих ранее предложенных идей. Чем нас меньше, тем проще будет уйти. — Итак, план таков, — Майки наконец дожевал яблоко и подал голос, в каюте мгновенно воцарилась тишина. Капитан обвёл присутствующих тёмными, порой пугающими своей бездонностью, глазами. — Со мной пойдут Дракен, Баджи, Мицуя и Нахоя. Чифую и Соя остаются на «Тосве». Если через три часа после полуночи мы не вернёмся - вы поднимаете паруса, ведёте команду и вытаскиваете наши задницы. Это приказ. — Да ну нет! Почему опять мы?! — Чифую Мацуно возмущённо хлопнул ладонью по столу. Прошло уже два года с тех пор, как Баджи буквально за шкирку притащил этого паренька на корабль. Несмотря на свой вечно жизнерадостный нрав и молодой возраст (ему восемнадцать и Мацуно раздражает, что команда его так излишне опекает), Чифую обладал острым умом и стратегическим мышлением, и роль «сиделки на корабле» его категорически не устраивала. Если так подумать, в случае того, если их схватят, то Чифую все равно придется что-то делать для их спасения, но проблема в том, что команда под руководством Майки еще ни разу не попадала в руки противнику. И Мацуно больше, чем уверен, что в этот раз будет так же. — Расслабься, Чифую, капитан прав! Посторожите наш корабль от чаек, — хмыкнул Нахоя, явно довольный тем, что брат тоже остаётся на корабле. Мацуно уже собирался снова открыть рот, чтобы возмутиться, но заметил каким взглядом на него смотрит Майки, и насупился ещё сильнее, скрестив руки на груди. Ему претила эта чрезмерная опека, но ослушаться приказа своего капитана он не мог. Между Чифую и Нахоей сидел Соя Кавата, чьё лицо, как обычно, выражало крайнюю степень недовольства. Со стороны Соя выглядел так, будто готов был перерезать глотку любому встречному, хотя на самом деле обладал самым ангельским и ранимым сердцем из них всех. Он понимал, что спорить бесполезно, так как у него еще не до конца зажили ранения с прошлого боя и ему идти туда небезопасно. Раны могут открыться. Но все равно обидно. Нахоя, как уже сказали, явно не выглядит расстроенным тем, что его брат не идет с ними. Хоть старший из близнецов и может казаться порой жестоким, к родному брату это не относится от слова совсем. Нахоя после смерти матери стал слишком опекать Сою. И хоть они одного возраста, Нахоя теперь постоянно чувствует, что должен защищать брата. — Как бы там ни было, мы должны быть максимально осторожны. Никаких лишних шумов, никаких следов. На этот раз это не обычное ограбление, где мы обчищаем неумелых идиотов. Мы планируем разграбить королевскую казну, и шансы на то, что нас могут поймать, значительно возрастают, — произнес Дракен, хмуро посматривая на Баджи. Он явно не был уверен, что черноволосый парень не бросится сражаться с первым встречным стражником. — Баджи, ты меня слушаешь? Кейске подозрительно долго молчал, смотря в пол и сжимая в руках маленький белый рулон бинтов. Когда Дракен обратился к нему, он наконец поднял глаза и, раздраженно ответил: — понял я, понял — все вопросительно на него посмотрели, он какой-то странный сегодня… А затем Манджиро вдруг громко расхохотался, и сквозь смех смог произнести — Мицуя, ты ему не так туго бинты затягивай! Он уже весь уже побелел от попыток сдержать свои болезненные вздохи! — Эй! Я вообще-то тебя слышу! И ничего мне не больно! — Ври больше! Наш Баджи, оказывается, как ребенок готов плакать от небольшой ранки!… — А ну заткнись! Команда, с привычной усталостью, наблюдала за спором капитана и Баджи. У них такое происходит чуть ли не каждый день, и потому к этому уже все привыкли. Если бы Мицуя не придерживал Кейске за плечо, то Баджи наверняка бы уже позвал (позвать подраться в понимании Баджи, это набросится на противника и первым затеять драку) Манджиро с ним подраться для выяснения отношений. Но внезапно Майки встал со своего стула и, потянувшись, осмотрел своим внимательным взглядом каюту и людей, находящихся в ней. — Ладно, достаточно споров на сегодня. Время поджимает, — Майки подошел к тумбочке, стоящей около гамака и взял оттуда новое яблоко, откусывая. — Будем выдвигаться в полночь. Думаю, у этого короля казна ломится от золота, поэтому захватите с собой побольше мешков.

——————

Серый туман полз по тёмной глади воды, окутывая массивный корпус «Тосвы» густой, призрачной дымкой. До запланированного выхода оставался примерно час. На палубе воцарился тот редкий, обманчивый покой, какой бывает лишь перед кровавым налётом. Большинство матросов уже разошлись по каютам и трюмам — капитан приказал команде идти спать, чтобы восстановить силы перед завтрашним днем. Когда они вернутся, им нужно будет как можно скорее отплывать из этого порта, чтобы их не поймала стража. Лишь на носу корабля доносились приглушённые, но эмоциональные голоса. Чифую и Баджи, сидя в углу между бочками, коротали время за картами при свете тающей свечи. — Да ты издеваешься, Кейске! — прошипел Чифую, изо всех сил стараясь не орать на весь корабль, но его голос то и дело срывался от возмущения. — У тебя три туза подряд выпали! Ты опять вытащил их из своего рукава, я же видел, как ты дёрнулся! — Меньше трепись и отдавай мне монеты, Мацуно! Тебе просто не везет, а я играю честно! — в ответ послышался глухой смешок Баджи. — А ну показывай карманы! — Чифую, судя по звукам, не выдержал и набросился на Кейске, желая доказать, что Баджи играет нечестно и издевается над ним. — Отвянь, идиот! — С носа корабля послышались звуки, будто два тела катались по палубе, сражаясь между собой. Майки стоял у самого борта, положив руки на деревянные перила, и мягко улыбнулся краешком губ, слушая их перепалку. Он посмотрел вниз, туда, где тёмная, почти чёрная океанская вода билась о обшивку корабля. В такие минуты «Непобедимый Майки» выглядел непривычно хрупким, с него спадала вся та пугающая аура, которую он носил при команде. В подобной тишине его всегда настигали мысли, от которых он так усердно бежал при свете дня. Он думал о Шиничиро. О своём старшем брате, который когда-то и научил его любить океан. О брате, который когда-то был легендой этих морей, основателем первого и самого справедливого пиратского флота. Шин не отличался невероятной физической силой, но его уважали все — от богатых купцов до пьяниц в таверне. Его смерть оставила на душе Майки глубокий шрам, который не зажил до сих пор. Без Шиничиро море казалось осиротевшим. Майки отчаянно, до боли в груди скучал по его доброму смеху и запаху табака от его рубахи. После смерти Шина всё пошло наперекосяк. Их семья раскололась. Изана. Его приёмный старший брат, чьё имя теперь заставляло трепетать южные моря. Опасный, непредсказуемый, жестокий капитан. После гибели Шиничиро они с Изаной не произнесли друг другу ни слова. Общая боль не объединила их, а наоборот — развела по разным полюсам океана. Смерть брата, которая должна была сплотить их, возвела между ними глухую стену из гордости и обид. Манджиро часто думал о том, что не так он сделал в тот момент. Мог ли он чем то обидеть Изану? Майки хотел бы быть ему настоящим братом, как было с Шиничиро, но Изана явно был против. Единственным хрупким мостиком между ними оставалась Эмма — их младшая семнадцатилетняя сестра, которая вместе с их дедушкой ждала на берегу, в тихой портовой гавани. Майки старался приходить туда при первой же возможности, когда их корабль швартовался в его родных землях, привозя редкие ракушки, сладости и золото, чтобы обеспечить им спокойную жизнь. Дедушка был слишком стар для работы, а Манджиро был против того, чтобы Эмма работала. И он знал — Изана делает то же самое. Дедушка иногда вскользь упоминал, что Изана швартует свой корабль в той же бухте, привозит подарки Эмме, но всегда выбирает время так, чтобы их пути с Майки не пересеклись. Они словно играли в кошки-мышки на просторах океана, упорно игнорируя существование друг друга, но продолжая оберегать одну и ту же семью. Со спины раздались тяжёлые, размеренные шаги. Скрипнула половица палубы. Высокая тень перекрыла свет от редких фонарей. Дракен остановился рядом, тоже всматриваясь в ночную гладь, и после недолгого молчания негромко спросил: — Всё хорошо, Майки? — Всё в порядке, Кенчик, — негромко ответил Манджиро. Голос его звучал непривычно мягко, без той вечной капризности или стальной уверенности, которую он обычно демонстрировал на людях. — Я просто подумал о том, как странно устроена жизнь, — продолжил Манджиро, переводя взгляд на приближающийся порт, они почти приплыли. — Мы идём грабить какого-то зажравшегося царя, рискуем головами, делим золото… А ведь когда-то всё, чего я хотел — это просто плыть на одном корабле с Шином. И чтобы Изана был на корме, а Эмма ждала нас на берегу, зная, что мы всегда вернёмся домой вместе. Дракен хмыкнул и выпрямился, скрестив руки на груди. Его взгляд потеплел, теряя привычную суровость. — Шин определенно гордился бы тобой, Майки. И тем, кем ты стал, а особенно тем, как ты бережёшь Эмму. А что касается Изаны... океан большой, но не бесконечный. Рано или поздно вам придётся бросить якорь в одной гавани и поговорить; я-то знаю, уж поверь мне. Майки вздохнул, будто собирался что-то сказать, но в последний момент передумал. Он оттолкнулся от борта, развернулся лицом к Дракену и поправил на плечах свой плащ. Грусть в его глазах мгновенно растворилась, уступая место привычному азарту. — Ладно, поверю тебе на слово. И, кстати, время пришло, — Майки быстро взглянул на карманные часы. — Собери всех на палубе, Кенчик. Казна этого короля сама себя не опустошит. Их разговор бесцеремонно нарушил топот быстро приближающихся шагов. Дракен не успел сделать и пару шагов к лестнице на нос корабля, как ему навстречу пулей выскочил Чифую. Взъерошенный, с горящими глазами, он промчался мимо Дракена и затормозил прямо перед Майки, едва не сбив капитана с ног. Майки заметил, что у Мацуно синяк на лбу, точно, они с Баджи уже успели подраться во время игры в карты… — Майки! Капитан! — задыхаясь, выпалил Чифую, хватая Сано за рукав камзола. — Ты должен изменить приказ! Возьми меня на ограбление вместо Баджи-сана! Он не может идти, у него рана! Он скрывает это, но он даже саблей махнуть нормально не сможет, честное слово! Дракен удивлённо приподнял бровь, а Майки даже не шелохнулся, лишь лениво перевёл взгляд на запыхавшегося Баджи. — Мацуно, паршивец, рот закрой! — В ту же секунду на палубу выскочил сам Баджи. Вид у него был по-настоящему свирепый: длинные чёрные волосы спутались, рубаха была расстегнула, обнажая накачанный торс, а в руке он всё ещё сжимал коробочку с картами. Кейске тяжело дышал, и при каждом резком движении его правая рука непроизвольно дёргалась к боку, словно пытаясь прикрыть уязвимое место, хотя сам он изо всех сил старался держаться прямо и грозно. — А ну иди сюда, мелкий стукач! Я тебе язык отрежу и скормлю портовым крысам! — Баджи бросился вперёд, но Чифую ловко юркнул за широкую спину Дракена, используя его как надёжный щит от гнева Кейске. — Я не стукач, Баджи-сан! Я о твоей шкуре пекусь! Ты же драться нормально не сможешь! — огрызнулся из-за спины Дракена Чифую, смело выставив подбородок. — Я?! Драться не смогу?! — Кейске от возмущения чуть не подавился воздухом, его клыкастая улыбка превратилась в опасный оскал. — Да я этой раны даже не заметил! Я могу уложить хоть тридцать королевских гвардейцев одной левой, пока ты будешь потеть, пытаясь справиться с одним! Майки, не слушай этого идиота, он просто завидует, что его оставляют сторожить корабль! Манджиро наблюдал за этой сценой с луковым прищуром глаз и легкой улыбкой. На самом деле он, как капитан, прекрасно знал обо всех ранениях на своём корабле. Мицуя доложил ему о ранении Баджи ещё вчера, как только обработал её. Рана от осколка была чисто поверхностной, Такаши уже обработал её, зашил идеальным стежком и наложил чистую повязку. Никакой опасности для жизни Кейске она не представляла, и уж точно не могла помешать ему махать саблей. Баджи был крепок, как всегда. Но вид взбешённого, тяжело дышащего Кейске и донельзя серьёзного, полного надежды Чифую пробудил в Майки его любимое, чисто мальчишеское желание устроить мелкую пакость. Лукавая улыбка медленно поползла по его губам. Он картинно приложил палец к подбородку, наклонил голову набок и демонстративно погрузился в глубокие раздумья. — Хм-м-м… — протянул Майки, специально делая долгую паузу. — А ведь Чифую дело говорит, Баджи. Раненый боец — это обуза для отряда. Если ты замешкаешься хотя бы на секунду, нас всех окружат гвардейцы… Баджи замер на месте, его глаза округлились от шока и предательства. — Майки, ты сейчас серьёзно?! Из-за какой-то царапины?! — Кейске сделал шаг вперёд, готовый, кажется, схватить своего капитана за грудки и хорошенько встрясти. — Капитан, ты как всегда прав! — победоносно выкрикнул Чифую, сияя от радости, и уже готов был бежать за своей саблей. — Да, пожалуй, я изменю приказ, — продолжал тянуть кота за хвост Манджиро, едва сдерживая смех от того, как у Баджи от ярости начинает дёргаться глаз. — Чифую, ты идёшь со мной на ограбление. А Баджи… Ну, Баджи посидит на корабле вместе с Соей. Попьёт рома, отдохнёт, подошьёт паруса, Мицуе как раз была нужна помощь. Тебе полезно побыть в тишине, Кейске. Стареешь же уже, сдаёшь позиции… — Что-о-о?! Да я тебя самого сейчас за борт выкину, идиота кусок! — взревел Баджи, окончательно потеряв самообладание. Он швырнул колоду карт под ноги Дракену и ринулся бы прямо на Майки, если бы Кен вовремя не выставил свою мощную руку, поймав Кейске за шиворот, как разбушевавшегося кота. Дракен, едва сдерживая тяжёлый вздох, посмотрел на Майки, который уже тихо прыскал в кулак, невероятно довольный своей маленькой местью за прерванные ночные разговоры. — Спасибо за доверие, Майки! — Чифую преданно приложил руку к сердцу. — Я не подведу! Я буду следить за каждым шорохом, пока Баджи-сан будет… ну, заниматься рукоделием. Поняв, что момент достиг пика своего абсурда, Майки больше не мог сдерживаться. Тихий смешок вырвался из его груди, а затем капитан и вовсе откровенно рассмеялся, запрокинув голову. Он опёрся спиной о борт судна, вытирая выступившую от смеха слезу. — Ой, не могу… Баджи, тебе надо было видеть своё лицо! — сквозь смех выдавил Манджиро, качая головой. — Подошьешь паруса! Ты же иголку в руках три секунды не удержишь, сразу пальцы в кровь проколешь! Баджи резко перестал брыкаться. Дракен, вздохнув, наконец отпустил его воротник, и Кейске, наконец ровно встав, подозрительно прищурил свои карие глаза. — В смысле?… — переспросил Баджи, переводя взгляд с хохочущего Майки на замершего Чифую. — В прямом, — Майки наконец перестал смеяться, хотя лукавые искорки всё ещё плясали в его глазах. Он поправил накинутый на плечи плащ и заговорил своим обычным, спокойным тоном: — Твоя рана — обычная царапина, Кейске. Мицуя мне ещё вчера доложил, что зашил тебя идеально. Так что никуда ты не денешься, идёшь с нами, как и планировалось. А то если оставить тебя здесь, ты от скуки весь корабль разнесёшь. А Сою нам придется спасать от тебя. Улыбка на лице Чифую мгновенно погасла. Его плечи как-то преданно опустились, а глаза округлились от горького, глубокого разочарования. Весь его боевой настрой испарился, оставив после себя лишь звенящую обиду. Он медленно повернул голову к Майки, глядя на него так, словно капитан только что лично убил всю его семью. — То есть… это была шутка? — тихим голосом переспросил Чифую. — Ты просто… издевался надо мной? — Ну конечно, Чифую! — Баджи с размаху влепил своему первому помощнику увесистый, но дружеский подзатыльник, громко и победно расхохотавшись. — А ты раскатал губу! Рано тебе ещё вместо меня на вылазки ходить, мелочь! Слышал капитана? Я в полном порядке! Майки, заметив, как погрустнел его юный друг, подошёл ближе и с более спокойной улыбкой обратился к нему. — Не обижайся, Чифую, — уже совершенно серьёзно произнёс Майки, и в его голосе прозвучала неподдельная теплота. — То, что ты прикрываешь спину Баджи, даже когда он ведёт себя как полный придурок — я ценю. Именно поэтому ты остаёшься на корабле. Если план пойдёт к чертям, только ты сможешь трезво оценить ситуацию и вытащить нас. Понимаешь? — Понял, капитан, — буркнул Чифую, поправляя сбившийся воротник. — Но в следующий раз в карты я с вами играть не буду. Ни с кем из вас. — Как скажешь, Чиф, — улыбнулся Майки и повернулся к Дракену. — Ну всё, Кенчик. Время вышло. Объявляй общий сбор. Пора растрясти карманы этого богатея.