Их было двое

Питер шёл сквозь ночную чащу, и с каждым шагом ментальная нить между ними натягивалась всё сильнее, вибрируя от её сокрушительной боли. Через этот невидимый канал в его оживающий мозг транслировался каждый хруст ломающихся костей Кристин, каждый разрыв её суставов и крик, переходящий в утробный рык. Он физически чувствовал, как её человеческое тело сейчас буквально выворачивает наизнанку. «Ничего, — холодно и спокойно подумал Питер, даже не замедлив шаг. — Ничего. Привыкнет. Она сильная». В его волчьей вселенной не было места для сопливой человеческой жалости. Рождение оборотня — это всегда инициация через кровь, агонию и крик. Его семья Хейлов веками проходила через это, и Кристин выдержит. Она доказала свою силу, когда выжила после укуса и когда нашла его в больнице. Эта боль — лишь плата за ту безумную, чистую мощь, которую она сейчас обретала. Питер шёл за ней, ведомый древним, неоспоримым инстинктом. Это был его священный долг как Альфы, как вожака и как мужчины, выбравшего свою пару. Дикая волчья природа требовала от него не просто забрать её. Он был обязан удержать её в это первое, самое опасное полнолуние. Обучить контролю. Показать, как подчинить зверя внутри, чтобы тот не сожрал её собственный разум. Без него она просто превратится в безумного монстра, которого рано или поздно пристрелят охотники Арджентов. И Питер не собирался этого допускать. Огромный охотничий дом Уитморов вырос среди сосен темным, молчаливым силуэтом. Питер бесшумно скользнул к стене здания, спускаясь к уровню земли. Его горящие кроваво-красные глаза Альфы заглянули в крошечное подвальное окошко. На мониторе Дэнни в этот момент отобразилась жуткая картина: Кристин, окончательно потерявшая человеческий облик, яростно рвала цепи, покрытая испариной и кровью, а за стеклом окна возникла массивная, пугающая фигура. Питер Хейл пришел за своей волчицей. Он замер у стекла, позволяя своему плотному, тяжелому запаху Альфы — мускусу, пеплу и абсолютной силе вожака — просочиться сквозь щели в душный подвал. Биология стаи должна была сработать мгновенно. Экран монитора в комнате Дэнни продолжал транслировать серо-зеленую картинку из подвала, но атмосфера в комнате парней изменилась. Паника уступила место леденящему, завороженному ступору. Джексон и Дэнни, подавшись вперед, физически не могли оторвать взглядов от экрана. Они смотрели на чистую, жестокую зоологию, которая разворачивалась прямо у них на глазах. На экране было видно, как тяжелая дубовая дверь подвала не выдержала. Питер Хейл не ломал её с грохотом — он просто выбил замок одним мощным, точечным ударом лапы, и массивная тень Альфы скользнула внутрь. Кристин, полностью превратившаяся в дикую, изломанную лунным безумием волчицу, при его появлении яростно оскалилась. Она не узнавала его разумом — её вел чистый адреналин. Она рванулась навстречу, натягивая строительные цепи до пронзительного звона, готовая вцепиться пришельцу в глотку. Она пыталась атаковать его, загрызть, защищая остатки своей территории. — Черт, Джексон, он сейчас её убьет... — Дэнни судорожно схватил друга за предплечье, его пальцы дрожали. — Смотри... Просто смотри, — хрипло выдохнул Джексон, не моргая. Его лицо было бледным, но он интуитивно понимал: то, что происходит на экране, не было убийством. Питер действовал как истинный вожак. Он не отступил ни на шаг. Огромный черный волк с горящими кроваво-красными глазами медленно, подавляя её одной своей колоссальной массой и тяжелым запахом, двинулся вперед. Кристин зарычала, бросаясь на него, но цепи ограничили её радиус. Альфа не стал церемониться. Одним молниеносным, профессиональным движением он уклонился от её клыков и жестко впечатал лапой голову Кристин в бетонный пол. Звук удара через динамики заставил парней вздрогнуть. Волчица заскулила, извиваясь под ним, всё еще пытаясь достать его когтями. Тогда Питер применил самое древнее оружие контроля. Он наклонился и с глухим, предупреждающим рыком глубоко, до крови вонзил клыки в загривок Кристин, заставляя её замереть. Это не был смертельный укус. Это была жесткая, бескомпромиссная фиксация, которой Альфа выбивал из новообращенной самки остатки лунного бреда. Кристин под ним мгновенно обмякла. На экране было видно, как её дикие янтарные глаза начали терять безумный блеск, уступая место осознанию. Её зверь, признав абсолютное превосходство вожака, капитулировал. Она перестала рвать цепи. Её дыхание из рваного и хриплого стало ровным. Парни у монитора синхронно выдохнули. — Он... он не причиняет ей вреда, — прошептал Дэнни, вытирая холодный пот со лба. — Он укрощает её. Подавляет луну. — Да, — тихо отозвался Джексон, и в его глазах промелькнуло странное, сложное чувство — смесь облегчения за Крис и глухого, человеческого бессилия перед этой мистической силой. — Он учит её подчиняться. На экране Питер разжал клыки. Он не ушел. Огромный Альфа уверенно напрыгнул на нее сверху, прижимая своим массивным телом к полу, полностью перекрывая ей любую возможность двигаться, и замер, укрывая её собой от мертвенного света полной луны. Кристин под ним больше не сопротивлялась. Она послушно уткнулась носом в его густую шерсть, принимая защиту своего вожака. Первая, самая страшная фаза трансформации была завершена под полным контролем Питера Хейла. — Боги, скажи, что они не спариваются? Пожалуйста… — Джексон зажмурился на долю секунды, его голос сорвался на сиплый, панический шепот. Пальцы, сжимавшие край стола, побелели от напряжения. Вся эта «волчья биология» Дэнни в одну секунду превратилась в его худший кошмар. Дэнни, не мигая, всматривался в серо-зеленое мерцание экрана. На мониторе массивная темная фигура Альфы продолжала удерживать Кристин, полностью придавив её к бетонному полу подвала. Его клыки все еще были сомкнуты на её загривке, а лапы намертво фиксировали её изломанное тело. — Кажется, нет… — медленно произнес Дэнни, прищуриваясь и вглядываюсь в тепловые контуры на камере. — Нет, Джексон, успокойся. Он просто держит её. Это доминирование. Чистый контроль. Он выбивает из нее лунное безумие. — Слава создателю, — Джексон шумно выдохнул, и по его плечам наконец-то пробежало расслабление. Он вытер ладонью холодный пот со лба. Уж к чему-чему, а к роли свидетеля в передаче «В мире животных» с участием его лучшей подруги он точно не был готов. В динамиках раздался новый, тяжелый и утробный рык Питера. На экране огромный волк слегка сместил центр тяжести. Он перехватил Кристин за холку еще жестче, заставляя её полностью вытянуться под его весом. Его движения стали плавными, тягучими и пугающе ритмичными, а волчица под ним издала тихий, покорный и совершенно не похожий на болезненный скулеж звук. Дэнни замер. Его пальцы, лежавшие на клавиатуре, окоченели. Он приблизил картинку с камеры ночного видения, увеличивая контрастность. — Хотя нет… Я поторопился, — сглотнув, мертвым голосом добавил Дэнни. Джексон резко открыл глаза и впился взглядом в монитор. Животная природа стаи Хейлов плевала на человеческую мораль и рамки приличия. Альфа забирал свою самку. Жестко. Первобытно. Прямо на бетонном полу подвала, под звон строительных цепей, которые теперь казались жалкими ниточками перед лицом этой древней силы. В эту ночь, пока Бейкон Хиллс спал, ментальная нить между ними окончательно превратилась в неразрывные узы крови и инстинктов. — Я не смогу это развидеть, — Джексон медленно опустил голову на руки, упираясь лбом в край стола. Голос его звучал глухо, разбито. Весь его лоск, вся его напускная самоуверенность Уитмора рассыпались в прах. — Боги… ей же и так больно. Куда ещё? Её же ломало только что. Дэнни не ответил. Он просто сидел, уставившись в экран, где серо-зеленые силуэты на камере постепенно сливались в единое, тяжелое и ровное дыхание. В динамиках больше не было криков Крис. Не было хруста костей. Сквозь белый шум трансляции доносился только низкий, вибрирующий рокот удовлетворенного Альфы и тихое, покорное поскуливание волчицы, которая больше не пыталась разорвать металл. Она полностью затихла под его весом. Биология оборотней оказалась темной, эгоистичной и пугающе эффективной штукой. Питер Хейл забирал то, что считал своим по праву крови, но вместе с этим он забирал её боль. Через эту предельную, первобытную близость его мощная, вековая регенерация перетекала в Кристин, заново сшивая её разорванные суставы и успокаивая бушующий в венах лунный пожар. Ей больше не было больно. Ей было… правильно. Так, как требовал древний инстинкт стаи. — Это не просто… то, о чем ты думаешь, Джексон, — тихо, саднящим голосом произнес Дэнни, наконец закрывая ноутбук. Экран погас, погрузив комнату в полную темноту. — Это закрепление связи. Он связал её с собой намертво. Теперь она не просто укушенная девчонка. Она его часть. И если мы завтра приедем туда… мы встретим там уже не того обгоревшего инвалида. Джексон в темноте лишь тяжело, судорожно вздохнул. Рассвет над Бейкон Хиллс неумолимо приближался, а вместе с ним — утро, в котором им всем придется учиться жить по новым, чудовищным законам дикого леса. Кристин заснула полностью опустошенная. Её тело, измотанное первой жуткой трансформацией и диким, первобытным подчинением Альфе, больше не могло сопротивляться. Силы покинули её, оставив лишь ровное, глубокое дыхание зверя, который наконец-то обрёл покой. Питер так и не отпустил её до самого утра. Он лежал на бетонном полу подвала, крепко прижимая к себе обмякшую волчицу. На рассвете природа оборотней завершила свой полный круг. Первые лучи солнца коснулись подвального окошка, и Питер начал медленно возвращать себе прежний человеческий вид. Шрамы, стягивавшие его лицо долгие шесть лет, разглаживались на глазах. Жуткие следы от ожогов бесследно растворялись, уступая место гладкой, здоровой коже. Секс оказался лучшим лекарством — безумный выброс гормонов, адреналина и чистой энергии молодой самки запустил его регенерацию на какую-то космическую скорость. Кровь Кристин, перелившаяся в него этой ночью, сотворила чудо. Сама девушка тоже начала меняться, не приходя в сознание. Прямо во сне её тело впитывало силу Альфы в ответ. Она становилась другой — ещё более совершенной, сильной, истинной парой для своего вожака. Крис отдала ему всё этой ночью, опустошив себя до самого дна, чтобы он смог восстать из пепла. Питер осторожно поднялся на ноги. Изможденный инвалид из третьей палаты остался в прошлом — теперь посреди подвала стоял высокий, сильный, породисто красивый мужчина с хищным блеском в глазах. Он поднялся на первый этаж дома Уитморов, без труда отыскал в шкафах загородную одежду старшего Уитмора и быстро оделся. Вернувшись вниз, он аккуратно, стараясь не тревожить её глубокий сон, одел Кристин в её вещи. Она даже не пошевелилась. Питер легко подхватил её на руки, прижимая к своей груди, и уверенным шагом вышел из подвала, навсегда покидая охотничий домик. На каленых строительных цепях, которые Джексон так тщательно выбирал, остались лишь погнутые замки. Спустя час в своей темной комнате Джексон и Дэнни наконец заставили себя снова включить мониторы. Сердца парней колотились в горле, они безумно надеялись, что это ночное соитие закончилось и они смогут приехать за подругой. Экран моргнул, настраивая ночную камеру на дневной свет. Но подвал был пуст. На полу валялись только разорванные звенья цепей и остатки фланелевой рубашки. Ни Кристин, ни огромного Альфы в доме уже не было. Они исчезли вместе с рассветом, оставив парней наедине с пустым экраном.

***

Скотт оказался намного слабее своей сестры — строительные цепи в его комнате выдержали ночной напор на сто процентов. Он так и не смог их порвать, всю ночь промучившись в безумной лунной панике. Под утро, когда первые лучи солнца едва пробились сквозь шторы, в комнату бесшумно вошел Дерек Хейл. Он пришел проверить своего непутевого бету. Скотт выглядел ужасно: измученный, бледный, с разорванной в клочья футболкой и сорванным от криков голосом. Едва завидев Хейла, Скотт рванулся вперед, насколько позволяло железо: — Где... где Крис? — хрипло выдохнул он, упрямо глядя на рожденного волка. — Ты обещал её найти. Ты ведь нашел её, Дерек?! Дерек остановился в паре шагов. Его лицо было мрачнее грозовой тучи. Всю ночь он метался по северной части заповедника, сбивая ноги в кровь и яростно втягивая носом воздух, но так и не уловил ни одной молекулы её запаха — нейтрализатор Дэнни сработал идеально. — Я не нашел её, — тихо признался Дерек, и в его ледяном голосе впервые проступило глухое, тяжелое бессилие. — Что?! — Скотт дернул руками так, что металл зазвенел на всю комнату. — Хотя искал, — добавил Дерек, опуская взгляд. Это он тоже признал. Его волчий инстинкт собственника всю ночь требовал отыскать сильную, свободную волчицу, но она словно сквозь землю провалилась. В этот момент Скотту до безумия захотелось убить этого парня. Внутри Макколла закипела глухая, яростная злость: этот высокомерный Хейл, который строил из себя всеведущего хозяина леса, облажался в самую важную ночь. Он бросил Скотта на цепях, ушел искать Кристин ради своих волчьих инстинктов и в итоге вернулся ни с чем. Скотт тяжело задышал, пытаясь унять подступающую человеческую истерику. Мозг, очистившийся от лунного бреда, наконец-то начал соображать. Если Дерек со своим супер-нюхом не смог найти Крис в лесу, значит, её там и близко не было. Кристин была слишком умной, чтобы доверять мистическим волкам. У неё была своя банда. Своя стая. — Стайлз! — хрипло крикнул Скотт в сторону коридора, где на коврике спал Стилински. — Стайлз, тащи ключи и снимай с меня эти чертовы цепи! — Чувак, ты уверен, что луна отпустила?.. — заспанный Стайлз влетел в комнату с ключами в руках. — Быстро снимай! — рявкнул Скотт, бешено глядя на Дерека. — Хейл ничего не знает. Нам нужно искать Джексона. Уитмор увёз её. Только этот нарцисс знает, в какую канаву он запрятал мою сестру!

***

Скотт, Дерек и Стайлз ворвались в дом Джексона Уитмора ближе к полудню. Они буквально зажали его в углу просторной гостиной, прижав к массивной стене. Скотт тяжело дышал, его глаза опасно поблёскивали, а Дерек нависал сверху всей своей хмурой, пугающей массой. На лакроссного капитана это не произвело никакого впечатления. Джексон стоял, тяжело привалившись к стене, с растрёпанными волосами и тёмными кругами под глазами. В его взгляде не было страха. Там была глухая, выжженная пустота. — Где она, Уитмор?! Говори, блять! — Скотт схватил его за грудки, встряхивая. — Дерек обыскал весь лес, её там нет! Куда ты её спрятал?! Джексон лениво опустил взгляд на чужие руки на своей куртке, затем медленно поднял голову. На его безупречном лице проступила леденящая, презрительная ухмылка. Он молча поднял правую руку и демонстративно, прямо перед носом Скотта, выставил жирный, чёткий фак. — Пошёл ты на хрен, Макколл, — сухо выплюнул Джексон. — И ты, и твой хвостатый придурок, и этот твой кожаный аниматор. Вы её бросили в лесу, а теперь прибежали права качать? Ищите в другом месте. — Джексон, ты не понимаешь, она в опасности! — запричитал сзади Стайлз, размахивая руками. — Полнолуние! Там в лесу бродит гигантский Альфа, он убьёт её! Джексон даже не моргнул. Он нихрена им не собирался рассказывать. Он пообещал Крис покрывать её — и он будет молчать до конца. Но Дерек Хейл не был обычным подростком. Он стоял чуть поодаль, жадно втягивая носом воздух. От Уитмора не пахло страхом лжеца. От него пахло запредельным, липким ужасом, шоком и… бессилием. Джексон выглядел как человек, который лично заглянул в ад и до сих пор не может вернуться обратно. Рождённый волк мгновенно понял: этот человеческий мальчишка что-то видел. Что-то абсолютно из ряда вон. Что-то, что сломало его эгоцентричный мир. Дерек резко рванулся вперёд, одним движением отпихивая Скотта в сторону. Он мёртвой хваткой вцепился Джексону в горло, перекрывая воздух, и с силой впечатал его затылком в стену. Глаза Хейла вспыхнули леденящим синим светом, а изо рта вырвался жуткий, вибрирующий рык. — Слушай меня, смертный, — процедил Дерек, и его когти слегка вонзились в кожу на шее Джексона, пуская тонкую струйку крови. — Ты видел её ночью. Ты пахнешь её адреналином. Говори, что произошло, или я выпущу тебе кишки прямо на этот дорогой ковёр. Применив откровенное насилие и жесткое психологическое давление, Дерек начал буквально выбивать из Джексона крупицы правды. Хейл давил профессионально, ломая волю Уитмора, перекрывая дыхание и заставляя его паниковать. Джексон хрипел, его эго дало трещину под напором сверхъестественной твари. Наконец, задыхаясь, Уитмор сквозь зубы выдавил часть того ночного кошмара, который до сих пор стоял у него перед глазами: — Её… её нет там! — прохрипел Джексон, пытаясь оторвать пальцы Дерека от своего горла. — Цепи… порваны! Подвал пуст! Туда… туда пришёл огромный волк с красными глазами! Он… он напрыгнул на неё! Он укротил её лунное безумие, выбил из неё зверя и… и забрал её! Утром там никого не было! Я не знаю, где она, клянусь богом! Этот монстр унёс её на руках! Дерек резко разжал пальцы, и Джексон мешком повалился на пол, судорожно хватая ртом воздух и кашляя. Хейл отступил на шаг, его лицо окончательно побелело. Скотт и Стайлз замерли в полном ступоре. Дерек так и не узнал, КТО именно скрывается под личиной Альфы. Он до сих пор думал, что это какой-то беглый дикий монстр. Но теперь рождённый волк знал главное: Альфа забрал Кристин. Он подчинил свободную волчицу, сделал её своей частью и увёл в неизвестном направлении. И Дерек опоздал. — Что значит «напрыгнул сверху»? — спросил фальцетом Стайлз, и его голос в тишине гостиной прозвучал по-идиотски тонко, почти уходя в ультразвук. Он судорожно взмахнул руками, переводя дикий взгляд с кашляющего на полу Джексона на застывшего Дерека. — Это… это то, что я думаю? Уитмор, блять, не молчи! В каком смысле «укротил»?! Джексон сидел на паркете, тяжело опираясь спиной о стену и бережно прижимая ладонь к исцарапанной когтями шее. Он поднял на Стайлза взгляд, в котором человеческая гордость сейчас вела яростную войну с пережитым ночным шоком. Воспоминание о серо-зеленой картинке на мониторе — о том, как огромный Альфа впечатал Крис в пол, как вонзил клыки в её загривок и как… подчинил — до сих пор жгло его изнутри. — Да, Стилински, — хрипло, со злостью выплюнул Джексон, утирая пальцем каплю крови со своей разбитой губы. — Именно то, что ты думаешь. Этот ... зафиксировал её, выбил из нее лунный бред, а потом… забрал всё, что хотел. Она даже не дергалась под ним в конце. Она подчинилась. Скотт от этих слов глухо зарычал. В его венах снова закипела дикая, защитная ярость брата. Он сделал шаг к Джексону, готовый добить его за такие откровения, но Дерек Хейл резко выставил руку, останавливая Макколла на месте. Дерек молчал. Его лицо казалось каменной маской, но внутри рожденного волка сейчас бушевал настоящий пожар. Догадка Стайлза, высказанная еще вечером в гостиной, подтвердилась самым худшим образом. Альфа не просто нашел свободную волчицу. Он завязал узел. Он совершил древний, первобытный ритуал, намертво привязав Кристин к себе и сделав её своей законной парой по праву крови и инстинктов. Дерек чувствовал, как внутри него ворочается глухая, собственническая ревность — он опоздал к сильной, гордой самке, которая так сильно зацепила его дикую суть. Её забрали. — Заткнитесь оба, — ледяным тоном оборвал парней Дерек, разворачиваясь к выходу. — Кристин больше не просто укушенная девчонка. Она часть Альфы. И если мы не найдем его логово в ближайшие дни, она изменится навсегда. Он стремительно вышел из дома, оставив Скотта и Стайлза в полном шоке. Парни наконец осознали масштаб катастрофы: Крис не просто пропала — она теперь принадлежала существу, которое держало в страхе весь город.