«Apex. Обломки стеклянного дома»

Сеул дышал сыростью и неоновым светом. В закрытых клубах Каннама решались судьбы, которые никогда не попадали в утренние газеты. Криминальный мир города был четко поделен между двумя титанами, чьи имена шепотом произносили даже высокопоставленные чиновники: Ким и Чон. Глава клана Ким всегда был на шаг впереди. Его бизнес процветал, контрабандные маршруты работали как швейцарские часы, а легальные предприятия приносили миллионы. И за каждым этим успехом стоял его старший сын — Ким Сокджин. Джину было двадцать три, и он обладал редким для этого жестокого мира сочетанием: гениальным стратегическим умом и удивительно чистым, добрым сердцем. Он не любил насилие, но преданность отцу, который когда-то усыновил его, вытащив из приюта, была абсолютной. Джин делал всё, чтобы защитить свою семью и младшего брата, пятнадцатилетнего Тэхёна. Тэхён рос в тепличных условиях, окруженный заботой Джина, и даже не догадывался, что в его жилах течет другая кровь, а богатство семьи построено на криминале. Для Тэхёна Джин был целой вселенной. На другом полюсе этой вселенной закипал гнев. Чон-старший терял влияние, власть и территории. Успех Кима лишал его сна, и всю свою ярость он вымещал на сыне — девятнадцатилетнем Чонгуке. Чонгук рос в атмосфере вечных требований, жестоких тренировок и слепого обожания своего отца. Он был готов на всё, чтобы вернуть родителю величие и заслужить его скупую похвалу. — Если мы не уничтожим Ким Сокджина, мы потеряем всё, — холодно произнес Чон-старший, швыряя на стол папку с досье. — Он — мозг их клана. Найди его слабость, Чонгук. Уничтожь его изнутри. Чонгук посмотрел на фотографию Джина — мягкая улыбка, теплый взгляд. Этот человек казался слишком хрупким для мафии. — Я сделаю это, отец, — тихо ответил девятнадцатилетний Чонгук. План родился быстро. Чонгук знал, что Джин тайно покровительствует искусству и часто посещает небольшие, уединенные галереи на окраине города. Парень сменил дорогую одежду на поношенную толстовку, взял в руки испачканный краской блокнот для эскизов и начал играть роль. Роль бедного, талантливого художника, у которого нет ничего, кроме его картин. Их первая встреча произошла дождливым осенним вечером. Джин зашел в полупустую галерею, спасаясь от непогоды, и замер у стены, где сидел Чонгук, увлеченно делая наброски размытых каплями окон. — Красиво, — негромко произнес Джин, боясь спугнуть творческий процесс. — У тебя отличный вкус на детали. Чонгук поднял глаза. В них не было и следа мафиозного наследника — только напускная робость и легкое смущение. — Спасибо, — Чонгук слегка улыбнулся, пряча пальцы, испачканные в угле. — Рисование — единственное, что помогает мне отвлечься от реальности. Джин, чья душа всегда тянулась к прекрасному и светлому в противовес мрачной работе на отца, почувствовал странное тепло. Этот парень казался ему глотком свежего воздуха. Он не знал, что под этой скромной курткой Чонгук прячет холодный расчет, а каждый его шаг просчитан до мелочей. — Я Ким Сокджин, — представился старший, протягивая руку. — Чонгук. Просто Чонгук, — ответил младший, сжимая ладонь человека, которого поклялся уничтожить. Пока Чонгук медленно втирался в доверие к Джину, за кулисами этой драмы формировались другие союзы и противостояния. Отец Чонгука действовал не один. Его правой рукой и главным стратегом был Ким Намджун — расчетливый, высокоинтеллектуальный мужчина, который координировал все шаги Чонгука. Именно Намджун собирал информацию и готовил почву для финального удара. Рядом с ним всегда находился Мин Юнги — гениальный хакер и специалист по теневым структурам. Юнги подчинялся приказам Чон-старшего, но его холодный, проницательный взгляд видел больше, чем хотелось бы остальным. Юнги уже тогда замечал, что Чонгук, сам того не осознавая, начинает слишком долго задерживать взгляд на Джине во время их встреч. С другой стороны, безопасность Джина обеспечивал Чон Хосок. Бывший военный, преданный лично Джину, он всегда держался в тени, контролируя периметр. Хосок с самого начала чувствовал интуитивную тревогу рядом с «бедным художником», но Джин был так счастлив, помогая Чонгуку с организацией его выставок, что Хосок медлил с жесткими мерами. Пятнадцатилетний Тэхён в это время жил своей подростковой жизнью. Его лучшим другом был Пак Чимин — легкий на подъем, эмоциональный парень, с которым они вместе прогуливали уроки и мечтали о будущем. Чимин часто бывал в доме Кимов и искренне уважал Джина, считая его образцовым старшим братом. Тэхён хвастался Чимину, что Джин скоро познакомит его со своим новым другом-художником. Никто из них еще не знал, что паутина лжи уже сплетена. Чонгук умело манипулировал добротой Джина, шаг за шагом узнавая внутреннее устройство легального бизнеса Кимов, доступные коды и графики перемещения грузов. Джин открывал ему душу, делясь мечтами о том, как однажды он оставит дела отца и откроет что-то свое, спокойное и честное. — Ты заслуживаешь лучшего, Хён, — искренне говорил Чонгук, глядя Джину в глаза, пока в его кармане вибрировал телефон с очередным сообщением от Намджуна: «Данные получены. Время пришло. Заманивай его». Чонгук сглотнул вставший в горле ком. Он любил своего отца. Он должен был довести дело до конца. До финала, который навсегда разорвет их жизни на «до» и «после», оставалось всего несколько часов.