Ночная мастерская

      Спокойную тишину в комнате внезапно нарушила серия неистовых, приглашенных ударов. Погруженная в сон, где она летела на гигантском пушистом источнике, Коко с энтузиазмом начала рассекать воздух ногами. Она сделала последний, мощный «толчок» в сторону воображаемых облаков, и по инерции все ее тело полетела к краю матраса. С тихим ударом упала вниз. Агота резко выпрямилась, сердце бешено колотилось в груди. "Коко?!" Она наклонилась над краем кровати, ожидая увидеть испуганную, плачущую девочку. Вместо этого она увидела картину, которая была одновременно нелепой и непонятной. Коко лежала, раскинувшись на холодном полу, уткнувшись лицом в ковёр и все еще сжимая подушку до побеления костяшек пальцев. Ее правая нога, однако, все еще свисала с края кровати, опасно болтаясь. И она по-прежнему — невероятно — крепко спала. "Ззз... такая... злая", — пробормотала Коко в ковер, ее голос звучал приглушенно. "Агата... она как... колючая изгородь... но с нежными цветами внутри... хе-хе..." Агата замерла, ее рука была на полпути к лампе. По ее шее пробежал румянец, никак не связанный с температурой в комнате. Колючая изгородь? Она не понимала, задели ее эти слова или, наоборот, смутили. "До смешного красивая... живая изгородь", - добавила Коко с сонным, кривым выражения лица, прижимаясь к подушке, словно это была самая удобная вещь на свете. «Я же здесь, помнишь?» — прошептала Агата, хотя и понимала, что ее слова останутся без внимания. Поняв, что не может просто оставить свою соседку в комнате полулежащей на полу, Агата выскользнула из постели. Ее ноги бесшумно коснулись пола. Она подошла к Коко, удивляясь тому, как можно проспать буквально падение с высоты. Агата наклонилась, подсунув руки под туловище и ноги Коко. Она приготовилась и подняла её. Коко была словно мёртвым грузом и от сонливости и от хлопчатобумажной ткани, но Агата сумела поднять её обратно, осторожно опустив в центр кровати. Даже когда её переместили, Коко даже глазом не пошевелила; она просто поправила хватку на подушке и вздохнула. "Агата... лучшая колдунья..." — прошептала Коко, ее голос затих, переходя в глубокий и размеренный ритм дыхания. "...только не говори ей... она станет... ворчливой..." Агата долго стояла над ней, переводя дыхание и откидывая спутанные светлые волосы с лица Коко. Она почувствовала странное, трепетающее тепло в груди, которое казалось сильнее любой руны, которую она когда-либо рисовала. «Слишком поздно», — пробормотала Агата, ее голос был мягким и тяжелым от скрытой нежности. — «Я уже слышала». Она забралась обратно в постель, на этот раз гораздо осторожнее, и накрыла их обоих одеялом. Засыпая, она решила, что не против быть «колючей изгородью» — лишь бы Коко искала цветы.