Deep Web: Алгоритм хаоса

Всеобщая паника. На улице перед зданием уже собрались люди с плакатами, кричащие свои лозунги. Все они, как один, повторяли «смерть монополисту и убийце». Это было единственным, что возможно разобрать в устах, перебивающих друг друга. Они не давали приехавшим полицейским разобраться в ситуации. Оцепление, что работало с трудом, не помогало сотрудникам компании. Если кому-то и удавалось выйти, то они встречались с давкой и попытками отмщения. «Прекратите сопротивление и разойдитесь, пока не были приняты радикальные меры» Сотрудники правоохранительных органов старались привести граждан в чувства, призывая к разумности через громкоговорители, но механизм уже сработал, а значит ничто не сможет остановить людей, что смогли ненароком узнать о всех грехах Кибера. За час до новости, что проскользнула в Медузе, были взломаны несколько новостных каналов телевидения, в которых в прямом эфире мелькали различные документы, связанные с нелегальным использованием персональных данных пользователей Кибером. Среди этой толпы скользнула одна неприметная фигура. Мужчина в одежде, которая позволяла ему скрывать его личность, пробирался сквозь толпу, пока не появился перед представителями закона. Показав удостоверение личности, подтверждающее его работу в компании, он проникает внутрь. Большинство сотрудников внутри прекратило свою работу, наблюдая из окон за всем происходящим или пытаясь выбраться через запасные входы, из-за чего возникала давка. Всем им не было дела до знакомой фигуры, что без особых усилий поднялась на третий этаж, где в свою очередь и вовсе не осталось никого. Мужчина определённо знал что ему нужно. Он проследовал до двери, что, в отличии от других, имела особый уровень доступа. Изъяв из спортивной кофты второй бейдж, неизвестный прикладывает его к замку. На экране высвечивается «Мэттью Бэкер. Доступ разрешён», пока второе удостоверение личности вновь старательно прячется от камер, дабы те не засекли всё раньше времени. Но внутри кабинета никто и ничто не сможет засечь его действия. Тот предусмотрительно в удалённом доступе отключил их от общей системы, обеспечив себя необходимым временем для совершения самого грандиозного хищения в истории компаний, связанных с киберзащитой.

***

Джеффри находился в своем худшем воплощении после «маньячного», которое бесспорно забирает первое место. Он плохо ориентировался и лишь чудом им с Сайрусом удалось покинуть Кибер, даже с условием того, что погони за ними не было, как и других препятствий. У всего персонала загубленной компании были дела поважнее. Лишь сев за руль служебного транспорта, оставленного кем-то недалеко от выхода, Джеффри начал приходить в себя, но по прежнему не мог понять, кого вместе с ним заставил вывести Дэвид. Джеффри проглатывает очередной вопрос, который точно так же как и прошлый останется без ответа, трясущимися руками заводит автомобиль, скорее покидая злополучный Кибер. Его здание отныне черным пятном позора возвышалось над Лос-Анжелесом. Он не знал, куда именно везти парня, навязанного Дэвидом, от того уже спустя пять минут начал бесцельно уезжать как можно дальше от Кибера, колеся по Даунтауну. Знакомые для Сайруса улицы пролетают одна за другой. Джеффри останавливается на одной из них, поспешно покидая автомобиль. Он без объяснений оставляет попутчика одного, скрываясь в узкой улочке. Он пытается убежать от того, что пугает его, ставит в тупик. Это выводило. Бесило. Толкало на крайне адские эмоции для него самого и окружающих. Джеффри пинает попавшуюся под ноги пустую банку от пива. Отскочив, та бьётся о соседний дом, а затем снова подкатывается к ногам. Парень замирает, чувствуя, что он здесь не один. —…Продолжаешь? Джеффри падает на колени, по щекам моментально начинают течь две дорожки слез. —…Хоть раз ты был властен над собственной волей? Джеффри разворачивает голову, наблюдая, как человек сзади обходит его. Он не видит лица, но слышит в полной тишине голос, что эхом обволакивает разум. В страхе Левис прижимается спиной к стене, от которой тут же исходит зловещий холод, ощущаемый даже сквозь пару слоев одежды. —…Мразь, которой суждено гнить в земле. Протянув трясущиеся руки перед собой, он берет незримое оружие. —…Сдохни. Тяжелый разум получает последний дошедший до него импульс, после чего помутненно замирает. — Я ни разу не был властен над собой, — жалобный вдох и быстрое, неоднократно репетируемое движение. Тьма. Джеффри совершает последний, самый жадный вздох в своей жизни. Лишь в эти короткие мгновения он наконец-то понял, кем был всё это время.

Воспоминания

Воспоминания. Они, как стая птиц, врываются в сознание, проносясь мимо быстрым потоком. Кибер. Артур. Он был единственным, кто видел нём что-то большее, чем уродливый незаметный работник. День рождение начальника одного из отделов компании. Джеффри подавлен, ведь его не пригласили на корпоратив Он решается проявить инициативу и купить подарок имениннику. Он не видел ничего плохого в подарке, который выбрал. Нож для самообороны — улицы Даунтауна не были спокойны в последнее время из-за наполнивших их бездомных и буйных наркоманов. Именинник не оценил. Джеффри сломлен отказом принять подарок. Он срывает корпоратив, но не из-за желания отомстить. Джеффри ненавидел то, как общество упорно отталкивает его. Ненавидел то, как в моменты злости ко всему миру, начинает терять рассудок, как перед глазами вновь появляется отец с ремнём и мать, с полным разочарованием взглядом. Артур Бердвистл вызывает к себе. Джеффри, запинаясь, рассказывает, как всё было. Начальник того отдела однажды повстречался Джеффри в больнице, где он подрабатывал санитаром. Кидал колкости в сторону Джеффри. Нарушив ряд правил он проник в архив и вычитал, что тот начальник болеет ВИЧ. С этой информацией, на дне рождения, Джеффри, после того как его публично унизили, посоветовал начальнику избегать нежелательны половых связей, в том числе среди компании, раз уж материальные подарки тот не принимает. Ожидаемо, начальнику того отдела это не понравилось, учитывая, что сказанное услышал весь корпоратив. Артур же, выслушав полную историю, громко рассмеялся. — Ты чрезмерно милосердный и наблюдательный, — сказал он ему тогда. А после предложил заняться куда более интересной работой, нежели до этого. Научный отдел. Работа с биоматериалом… У Джеффри горели глаза. Артур поощрял то, что Джеффри так долго пытался утопить в себе. То, чего боялись его родители, то, что может вырваться наружу.

***

Кожа на ногах Сайруса саднит, и парень хромает после продолжительного скитания по улицам Лос-Анджелеса без обуви. Опустившаяся ночь делает его похожим на одного из бездомных бедолаг, расположившийся на бордюрах. Он не обращает внимания ни на них, ни на проезжающие мимо машины, ни на собственную боль. Он не знал, куда идти. Ноги же вели его сами в направлении квартир, где его похитили, а Игоря ударили. Сайрус не был уверен, что тот вообще остался в живых. Возвращаться в то место было по истине страшно, страх пробирал его до костей, когда он проходил мимо знакомых потрёпанных вывесок магазинов, когда поднимался на X этаж. Спустя неполный час парень покидает квартиры, чтобы никогда не вернуться в них назад. Шум города затихает к ночи. Протесты и беспорядки остаются заброшенными в прошлом дне. Однако очередное предательство колупает старую рану. Тори рассказывает всё, что выносят на суд СМИ. Игорь оказался российским агентом, у которого была всего одна задача… — Где он? — Саймон холодно смотрит на парня перед ним, а в голосе слышна лишь черствость. Тот, кого он мечтал увидеть больше всего на свете… — Ушел, — Тори моргает, открывая и прищуривая в очередной раз красные от усталости и слез глаза, с усилием смотрит на Сайруса. На то, что от него осталось. — Ясно, — быстро проговаривает парень в ответ, крепче сжимая единственную ношу в правой руке, — зря вы меня спасли. Тори слышит то, чего больше всего боялся. Прямо сейчас Сайрус собирается разрушить то, что от него осталось, чувством вины. — Нет, Сайрус, послушай, ты всегда… — Забей, — отрезает Сайрус, разворачиваясь и натягивая капюшон на голову как можно ниже. Тори со слезами на глазах наблюдает за удаляющейся фигурой. Кажется, в тот день что-то разрушилось. Доверие, надежда, вдохновение и интерес к жизни безвозвратно угасли в человеке, исчезающем вдалеке. Он избит и наказан за собственную гениальность. Оставшись в живых после всего, он в полной мере ощущает вину. Несколько месяцев после произошедшего в Кибере, после злополучного для них поста в канале Тори, общественность всё никак не могла успокоиться. Парой митингов это не закончилось, компания попала в черный список не только большинства пользователей интернета, но и практически всех стран. Медуза не оставалась в стороне ради того, чтобы отомстить за Сайруса, впрочем, корпорации и так хватило того, чтобы развалится окончательно. Гигабайты слитых неизвестным данных отныне были в общем доступе. С трудом, но удалось найти способ предъявить в мировом суде претензии Киберу. Однако, к тому моменту, от компании не осталось ничего живого. Лишь заброшенное здание, всё ещё черневшее своим силуэтом на фоне Лос-Анджелеса и остатки следов в сети. Медуза же обрела ту свободу, за которую боролся Сайрус, Акул, Тори и тысячи пользователей. Борьба полиции с преступной частью сети продолжается и по сей день, но ни один из политиков не пытается лезть в эту бездну так, как прежде. Совершившиеся выборы в пространстве избрали единого управляющего. Дефендер становится неоспоримым кандидатом благодаря Тори и его каналу. В то же время и исчезает аккаунт Сайруса с просторов Медузы. Бесследно, будто бы сам создатель взял и вырезал важную делать в коде приложения. Аккаунт Акула становится мемориалом двух важнейших в истории даркнета людей, когда становятся всеобщим достоянием подробности об атаке на Кибер и последующей борьбе. «Аккаунт не найден» — а существовал ли Сайрус вообще?» «Сайрус и есть создатель Медузы?» «Кто и как проник в Кибер во время митинга?» «В этой игре нет положительных персонажей?» «Кибер и внедрение термометрии — как далеко всё могло зайти?» Тори листает тысячи вопросов, приходящих на его канал, но всё никак не может понять одного — почему эта история завернулась так? Есть ли будущее у Медузы? Есть ли будущее у тех, кто поломал свои жизни из-за неё?