Не читать

Глава 65: проклятие.  Текст главы Как бы сильно Джеймс Поттер ни любил Сириуса Блэка, он ненавидел Барти Крауча-младшего.  Ладно, возможно, это было немного преувеличением. Честно говоря, при жизни Барти он никогда не испытывал к нему сильных чувств. Был один момент, когда он заметил, что Барти сильно вырос за лето, и Джеймс почувствовал, как его к нему влечет, но в остальном он не думал об этом человеке.  Он так и не понял, насколько близки были Барти и Регулус. На седьмом курсе он был слишком занят тем, что старался не смотреть на Регулуса, чтобы заметить это. И только когда Регулус упомянул, что они с Барти были вместе до его смерти, Джеймс решил, что ненавидит его. Он не знал, что случилось с Барти и где он сейчас, но начал надеяться, что у него выдался ужасный день.  Джеймс даже не подозревал, что Барти должен был погибнуть, до самого дня третьего испытания.  В преддверии задания Регулус был охвачен тревогой. Джеймс, по мере того как он становился все более реальным, чувствовал эмоции Регулуса. Впрочем, в этом не было необходимости: и так было очевидно, что тот нервничает. Он изводил себя, готовясь к заданию, и Джеймс начинал беспокоиться.  Прошлый год выдался странным: Джеймс существовал только в присутствии Регулуса. Иногда он мог найти Сириуса, но это случалось редко. В такие моменты он пропадал на несколько дней, пока приходил в себя. Не говоря уже о том, что это сказывалось на физическом состоянии Регулуса. Он не думал, что Регулус что-то заметил, но жизнь Джеймса была связана с жизнью Регулуса, и всякий раз, когда Джеймс использовал слишком много магии, чтобы найти Сириуса, Регулус выглядел ещё более измотанным, чем накануне.  Джеймс и сам толком не знал, кто он такой, но был уверен, что Регул — причина его появления на свет. У него не было другого выбора, кроме как слоняться поблизости и наблюдать за тем, как Регул идет по жизни, хотя он и появлялся, когда мог. В этом были свои плюсы и минусы. Конечно, ему было приятно видеть Регула живым и окруженным людьми, которым он был небезразличен. Гарри, например, относился к Регулу как к одному из самых важных людей в своей жизни. Сириус, похоже, прилагал все усилия, чтобы наладить отношения с братом, а Ремус, который никогда по-настоящему не знал Регулуса, делал все возможное, чтобы присмотреть за ним.  Были и другие. Их друзья, которые знали, кто такой Регулус на самом деле, но приняли его с распростертыми объятиями. Например, Гермиона, девочка-магглорожденная, которая в том возрасте немного напоминала Джеймсу Лили, хотя Гермиона была гораздо более энергичной. Или Луна, которая почему-то могла видеть Джеймса. Он так и не понял, в чем тут дело. Но Регулус, похоже, не переживал по этому поводу, так что он не стал зацикливаться. Джеймс не думал, что другие девушки, с которыми дружил Регулус, знали, кто он такой, но ему все равно было приятно видеть, как они к нему тянутся.  Минусы были не такими уж ужасными, но все же имелись. Самым крупным из них был Александр, молодой человек из другой школы, который хотел встречаться с Регулусом. Или, по крайней мере, хотел пригласить его на Святочный бал. Джеймсу приходилось смотреть, как они флиртуют и танцуют, и это само по себе было неприятно, но потом ему пришлось смотреть, как они целуются. Он не хотел бы снова пережить этот момент. Он еще не до конца понял, как отвести взгляд, как отпустить ситуацию.  К тому же Джеймсу пришлось наблюдать за тем, как Муди издевался над Регулусом. Джеймс был знаком с Муди, и тот никогда не отличался стабильностью, но теперь с ним явно было что-то не так. От его магии пахло серой, и он явно намеревался изводить своих учеников. День, когда Джеймс увидел, как Муди наложил на Регулуса Империус, стал одним из худших в его посмертной жизни.  Он не знал, как ему это удалось, но точно понимал, что хочет, чтобы это прекратилось, и что Регулус не сможет справиться с проклятием в одиночку. Он надеялся, что сможет просто добавить ему сил, что сможет просто проникнуть в него и сделать его сильнее. Но вместо этого Джеймс сделал что-то такое, от чего Регулус тут же потерял сознание. А еще это означало, что Джеймс каким-то образом оказался внутри него, словно их магические ядра переплелись. Когда он отстранился, чтобы снова поговорить с Регулусом, ему показалось, что каждая частичка его неполноценного тела горит.  Так что не все дни были хорошими, но и не все были плохими. Но день третьего задания — это был плохой день.  Регулус поспешил в кабинет Грозного Глаза, чтобы вернуть Карту Мародёров, которую тот забрал у Гарри в начале года. Сириус не мог спокойно прийти в школу, пока Регулус не вернёт карту, и Регулусу достаточно было одного взгляда на Гарри, чтобы решиться на этот риск. Джеймс не был до конца уверен в успехе плана, но решил, что в худшем случае его поймают и отправят на отработку. Честно говоря, он не понимал, почему Грюму не сказали, что Сириус невиновен. Казалось бы, экс-аврору просто необходимо сообщить об этом.  Джеймс держался рядом с Регулусом, пока тот выходил из класса. На самом деле его там не было, он словно парил в воздухе вокруг Регулуса, словно жил в его ауре.  — Ты вломился в мой кабинет, — сказал Грюм. В его голосе было что-то странное. Джеймсу показалось, что магия в комнате изменилась, но он не думал, что Регулус это почувствовал.  «Фред и Джордж подначивали меня проникнуть внутрь, но я не смог пройти мимо охраны», — сказал Регулус. Это была хорошая ложь, и звучала она убедительно. Для кого-то другого это, возможно, сработало бы, но Джеймс видел, что Грюм уже составил мнение о Регулусе. Судя по тому, как прищурился его единственный здоровый глаз, он составил мнение о нем задолго до этого момента.  Лицо Грюма исказилось. «Умно, но недостаточно». Он так быстро метнул в Регулуса беспалочковое заклинание, что даже Джеймс не успел его заметить. Регулус выхватил палочку, но был бесполезен против Грюма, который был готов к бою.  Регулус врезался в парты позади него. Джеймс почувствовал физическую боль от удара спиной о дерево, на которой уже начали проступать глубокие синяки. Регулус попытался отразить заклинание, но Грюм легко обезоружил его, взмахнув палочкой почти машинально.  «Ты всегда считал себя самым умным в классе», — прорычал Грюм. Он говорил так тихо, что Джеймс почти не расслышал его слов. Регулус попытался подняться на ноги, но Грюм ударил его еще одним заклинанием. Джеймс не понял, что это было, но почувствовал жжение в руке, как будто кто-то ввел ему яд, разъедающий плоть.  — Ах! — вскрикнул Регулус, прижимая руку к груди.  — Редж, вставай, — быстро сказал Джеймс, вырываясь из ауры, чтобы Регулус мог его увидеть. — Тебе нужно убираться отсюда. — Он понял, что его слова бесполезны, лишь через секунду после того, как их произнес. Очевидно, Регулус и сам понимал, что нужно бежать от Грюма.  — А ты знал, что я... — начал было Грюм, но поперхнулся. Он повернул голову так, что стал немного похож на змею. На его лице появился фурункул, который зашевелился, словно насекомое, ползущее под кожей.  — Регулус, вставай скорее, — торопливо сказал Джеймс. Регулус наконец поднялся на ноги, не сводя глаз с Грюма, который, казалось, с трудом держался на ногах и весь дрожал.  Регулус, все еще придерживая руку, обошел Грюма стороной и побежал к двери. — Черт, — прошипел Регулус.  — Что? — спросил Джеймс, появляясь рядом с ним. Он двигался неосознанно, ему приходилось прилагать усилия, чтобы двигаться, вместо того чтобы просто позволить Регулусу тащить себя за собой.  «Дверь — он ее запер. Я не могу выйти без волшебной палочки», — в отчаянии сказал Регулус. Джеймс повернулся и посмотрел на Грюма, который, постанывая от боли, срывал с себя волшебный глаз. Это было жуткое зрелище: его кожа пузырилась и менялась.  — О нет, — тихо сказал Регулус.  — Что с ним происходит? — Это не Грюм. Он пил Оборотное зелье. Черт, какой же я дурак. Снейп упоминал... я должен был догадаться, — сказал Регулус.  Джеймс с трудом понимал, о чем речь, но были и более насущные вопросы, например, кто такой этот Грюм. — Может, через окно? Ты мог бы выбраться так?  «Мы слишком высоко над землей, я не переживу этот прыжок», — прошептал Регулус.  «А что, если сработает твоя магия и спасет тебя?» «Да брось», — отмахнулся Регулус.  — С кем ты разговариваешь? — прорычал Грюм, тяжело опускаясь на стул. Его тело медленно претерпевало последнюю метаморфозу. Джеймс в ужасе наблюдал за происходящим, не зная, что делать. Он не знал, где палочка Регулуса, но был почти уверен, что Грюм — или кто бы это ни был — засунул ее ему в карман.  Регулус осторожно обходил комнату, выискивая что-нибудь, что можно было бы использовать как оружие. Джеймс держался рядом с ним, потому что больше ничего не мог сделать. Джеймс услышал, как деревянная нога Грюма с грохотом упала на пол, и наступила тишина. Наконец Грюм перестал метаться, и Джеймс смог на него посмотреть. Он не сразу узнал его, но Регулус узнал.  — Барти? — выдохнул Регулус, выронил то, что держал в руках, и сделал два длинных шага вперед.  — Редж, остановись, — в панике сказал Джеймс, не сводя глаз с лица мужчины. Барти. Барти Крауч-младший. Тот, к кому ушел Регулус, когда они с Джеймсом расстались. От этой мысли ему стало дурно. Он всегда был собственником, хотя изо всех сил старался не проявлять это качество, но иногда оно его просто переполняло.  «Я думал... Пророк ... я думал, ты умер», — сказал Регулус, делая еще один шаг к Барти, как будто тот не напал на него и не швырнул через всю комнату.  — Похоже, я был не единственным, — прорычал Барти, вскакивая на ноги и направляя палочку прямо в лицо Регулусу. Регулус вздрогнул.  — Что? — выдохнул он.  — Мне потребовалось время, чтобы понять, — сказал Барти. — Но ты недостаточно старался это скрыть. Лицо Регулуса побледнело, и он отступил на шаг. — Зачем ты здесь? - тихо спросил он.  «Я искал тебя. Ты знала об этом? Я искал тебя несколько месяцев. Даже после того, как мне сказали, что ты мертва. Я думал, что ты никак не могла предать Темного Лорда». “ Барти, ” тихо сказал Регулус.  “ Не слабый маленький Регулус. Регулус снова вздрогнул. “Он никак не мог этого сделать. Он никак не мог оставить меня там. Один. —Я не... - Но ты сделал это, не так ли? Ты даже не умер. “Я действительно умер”, - сказал Регулус, его голос стал резче. Он выглядел злым, но Джеймс чувствовал, как внутри него нарастают страх и тревога.  «И посмотри, во что ты превратился. Что это было? Средство от старения? Я читал о таких, но не думал, что они существуют на самом деле».  «Барти!» — закричал Регулус. — «Зачем ты здесь?»  «Меня послал Тёмный Лорд», — ответил Барти с жестокой усмешкой. Регулус отступил ещё на шаг.  — Нет, — сказал Регулус. — Это невозможно.  — Он хотел твоего мальчика, — сказал Барти. Джеймс почувствовал, как Регулус напрягся, хотя явно пытался держать себя в руках.  — Моего? — Гарри, — рявкнул Барти. Казалось, Регулусу потребовалась целая минута, чтобы осознать сказанное Барти. Джеймс и сам с трудом понимал, что происходит. Барти пришел за Гарри. Он несколько месяцев притворялся Грюмом, чтобы подобраться к Гарри. Регулус был прав: кто-то записал его на турнир, чтобы навредить.  «Если ты к нему прикоснешься...» — начал Регулус.  «Немного поздновато для этого, тебе не кажется?» — сказал Барти, закатывая рукав, чтобы показать свою Темную метку. — Разве ты его не чувствуешь?» Регулус зарычал и, воспользовавшись тем, что Барти не направлял на него палочку, бросился вперед. Здоровой рукой он попытался выхватить палочку у Барти. Джеймс беспомощно стоял в стороне, не зная, как помочь и что делать. Регулусу почти удалось завладеть палочкой, но Барти был крупнее, сильнее и быстрее.  Он метнул в Регулуса заклинание, от которого тот пошатнулся. «Предатель!» — заорал он, слегка дрожащей рукой поднимая палочку.  «Я не...» — начал Регулус, пытаясь устоять на ногах, но было уже слишком поздно.  « Круцио », — прошептал Барти, словно ему было больно это произносить, и даже не выглядел злым. Он выглядел обиженным.  Джеймс не сразу почувствовал боль. Ему казалось, что он в замедленной съемке наблюдает за тем, как Регулус падает на землю, истошно крича. Боль пришла не сразу, как будто он прикоснулся к чему-то настолько горячему, что сначала ощутил холод. Боль пришла секундой позже.  Это было невыносимо, но он понимал, что чувствует лишь малую часть того, что испытывает Регулус. Все ощущения, которые он получал от Регулуса, доходили до него как звук под водой, искаженные и замедленные. Но Джеймс был совершенно беспомощен перед этой болью. Он даже представить себе не мог, что чувствует Регулус.  Несмотря на ощущение, что кожа вот-вот порвется, хуже всего было то, как кричал Регулус. Казалось, этот крик пронзил Джеймса насквозь. Он стоял на четвереньках, но его облик угасал. Регулус слабел, и вместе с ним угасала способность Джеймса к трансфигурации.  Он оглянулся на Барти, который выглядел как сумасшедший, не замечающий боли, которую причинял. Единственным признаком ненависти была легкая усмешка на его верхней губе — презрительный взгляд, который Джеймс никогда не забудет. Он должен был его остановить. Он должен был что-то сделать. Барти не собирался снимать заклятие.  Джеймсу пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы подойти к Регулусу. Глаза Регулуса были открыты, но он не видел Джеймса. Джеймс не знал, было ли это из-за заклинания или из-за того, что Джеймс перестал появляться перед ним. Сначала Джеймс надеялся, что сможет помочь Регулусу так же, как с проклятием Империус. Конечно, это означало, что Регулус будет просто лежать без сознания и полностью зависеть от Барти.  Ему нужно было придумать что-то еще, но он не знал, что именно. От боли он едва мог ясно мыслить. Он провел пальцами по лицу Регулуса, надеясь хоть как-то утешить его. Когда Регулус почувствовал прикосновение, его взгляд на секунду сфокусировался на Гарри — словно грозовые тучи перед грозой, — а потом снова закатился.  И тогда Джеймс почувствовал это. Магию. Раньше он просто находился в потоке магии, но теперь понял, что это была магия Регулуса. Он существовал только потому, что существовал Регулус. Он просто вращался вокруг него. Но когда Регулус страдал, когда его разрывало на части от разрушительного Непростительного проклятия, его магия, казалось, вырывалась наружу и окутывала Джеймса, словно щит. Словно оружие.  Он почувствовал, как Регулус потерял сознание — проклятие оказалось слишком сильным для его юного тела. Боль Джеймса почти утихла, но Барти не снял проклятие. Он просто удерживал его на неподвижном теле Регулуса, атакуя его и, без сомнения, нанося ему серьезные увечья. Казалось, что на самого Барти проклятие не действовало. Джеймс понятия не имел, как такое возможно. Он никогда не использовал непростительные заклятия, но не мог представить, что это так просто.  Серьезно, он думал, что Барти заботится о Регулусе. Как он мог так с ним поступить? И Гарри. Где Гарри? Неужели он у Волан-де-Морта? Джеймс был бесполезен. Он ничем не мог им помочь. И что еще хуже, если Регулус выживет, он будет винить себя. Если он выживет, подумал он снова. Джеймс не мог этого допустить, он не мог позволить ему умереть.  Магия, магия Регулуса, он чувствовал ее, и теперь, когда боль прошла, он мог ею управлять.  Джеймс никогда не использовал непростительные заклятия. В этом не было необходимости. Но он и так слишком долго тянул, и без его помощи Регулус не выживет. Он задумался, сможет ли применить заклятие сейчас, в момент отчаяния.  К счастью или к несчастью, решение было принято за него. Он не мог колдовать даже с помощью этой магии, но чувствовал, что она откликнется на его призыв, сделает то, что он попросит, чего он захочет. Джеймс стоял на месте или парил в воздухе, он не был уверен. Он знал только, что стоит лицом к лицу с Барти.  Он хотел использовать магию, чтобы остановить его, вырубить, отвлечь, но в тот момент, когда он протянул руку, Регулус пришел в себя. Он очнулся, и боль от проклятия Круциатус снова пронзила его тело. Она передалась Джеймсу и магии, которая существовала между ними. Он был уверен, что вся эта боль и страх усилили эффект. Это было единственным объяснением того, как магия отреагировала на его желание остановить Барти.  Барти в ужасе закричал, выронил палочку и схватился за грудь. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что что-то не так, и всего секунда, чтобы осознать, что он вот-вот умрёт. Джеймс хотел его остановить, и ему это удалось. Регулус застонал от боли, когда его магия разорвала грудь Барти, забрызгав кровью столы и стулья. Если бы Джеймс был настоящим, кровь залила бы всё его лицо.  Сила, стоявшая за этим заклинанием, — тот урон, который оно нанесло, — лишила Регулуса последних сил. Его тело было сильно ослаблено проклятием, а теперь его магия была вырвана из него, чтобы убить кого-то. Голова Регулуса тяжело упала на землю, и Джеймс успел лишь мельком взглянуть на него, прежде чем магия окончательно иссякла и он исчез.