О новых официальных материалах по "Таймлессу"

Этот дневник является собственностью Мэдэлин Барбары Патриции Мэдди Монтроуз.

27 декабря 1999

Гости уехали и, кажется, я старею. Раньше мне не хватало жизни в этом доме, но теперь я не могу нарадоваться вдоволь, что на Бурдон Плейс вновь правит тишина. И святой послерождественский мир. Я думаю, что Лукас и Ариста также выдохнули, как и я. Их дети и их партнёры с утра до ночи ругались до последнего клочка волос. Один спор тянул за собой следующий, хотя темы разговора каждый выбирал самостоятельно. Гленда и Грейс ругались из-за воспитания детей и атомных электростанций, Гарри и Николас из-за смысла или бессмысленности традиционной охоты на рысей, и каждый с каждым о красном вине, тексте рождественских песен и манерах малышей за столом. Гленда заявила, что Шарлотта ещё до своего первого дня рождения обучилась обращаться с ножом и вилкой, ни разу при этом не испачкавшись, в то время как маленький Ник, которому как раз был год, днём ранее вывалил на себя сосиску и пуддинг. Шарлотта и дочь Грейс Гвендодин, обеим по пять лет, взяли пример со своих родителей и также начали ругань, в течении которой Шарлотта спрятала игрушку Гвендолин в виде кролика и решительно отказывалась сообщать, куда именно. Даже тогда, когда Гвендолин толкнула Шарлотту под рождественскую ель, что спровоцировало только больше разговоров о воспитании детей. Лукас, Ариста и я выжили только благодаря прекрасной бутылке коньяка, который мы заливали сразу в утренний кофе. Лишь ужасный муж Гленды Чарльз в этот раз воздержался от ругани, часто покидая общую компанию, чтобы поговорить по телефону. С кем-то, по имени "Милашка", как я удачно подслушала. Кажется, если ему повезёт, на следующее рождество его тут уже не будет. Хотя бы так. Только что пришёл мистер Бернхард с плюшевым зайцем, который был спрятан в лифте для еды. Выпьем за это!

***

5 октября 2004

Я так надеялась, что больше никогда не увижу эти невыносимые видения, с каждым разом интервал между ними становился всё больше, последний был аж восемь лет тому назад. К сожалению, радость была преждевременной. Я сразу поняла, что что-то не так. Лукас объявил о болезни, что за все года его работы случалось лишь дважды. Один раз четыре года назад, когда из-за рыбного супа миссис Лэнгли мы все оказались на три дня в больнице, другой раз в 1949 году, когда он заразился корью. Вчера он совершенно не выглядел больным, лишь его лоб был больше обычного покрыт морщинами. Весь день он провёл в библиотеке, и когда Вайолетт позвала меня на бранч и я проходила мимо, я услышала как он разговаривал с кем-то, вероятно, по телефону. Он говорил: "Он не должен ни в коем случае быть найден раньше времени. Мне нужен абсолютно безопасный тайник, на тот случай, если меня не станет." И именно в этот момент это случилось. Вайолетт говорит, она до чёртиков перепугалась, когда я резко остановилась и начала говорить не своим голосом. Чего я совершенно не помню. Но я отлично помню, что я видела, и это было ужасно: Я видела своего брата, как он лежал под деревом и мирно спал, резко стало очень темно, и вдруг чёрная пантера с горящими красными глазами вышла из тени. "Никто не смеет срывать его планы" прорычала она, особенно подчеркнув при этом "его". Потом пантера запрыгнула мирно спящему Лукасу на грудь и одним резким движением разорвала его в клочья. Когда я пришла в себя, я слышала свой собственный крик в ушах, меня всю трясло. Вайолетт и Лукасу, который сразу выскочил из библиотеки, пришлось очень долго успокаивать меня. Но ни картошка, ни конфеты с коньяком, не смогли им в этом помочь. Конечно я рассказала Лукасу обо всём, как только Вайолетт ушла, и спросила о том, что мне удалось подслушать в библиотеке ранее, но он лишь посмеялся и процитировал Шекспира. Опять. И сегодня утром, до того, как он покинул дом, он обнял меня и сказал: "Не нужно переживать лишний раз, сестрёнка. Умные люди принимают то, что не могут изменить." Не сказать, что меня это успокоило. Что-то плохое обязательно случится.

***

12 мая 1953

      Прости, дорогой дневник, что я так злостно бросила тебя на пол, но я должна была на чём-то вымесить свою злость! Внизу в бальном зале всё ещё играет музыка - а меня выгнали в свою комнату, словно маленького ребёнка, словно не была я сестрой жениха, а ведь мне почти 15! Если ты думаешь, что я вела себя как-то непозволительно, потому что считаю, что Лукас мог найти себе женщину получше, а не эту высокомерную Аристу, то ты неправ. То есть, я хочу сказать, да, я не считаю, что они очень хорошо друг другу подходят, но я клянусь, весь день я вела себя чинно и благородно, даже смеялась. И это несмотря на то, что мне пришлось сидеть за одним столом с этим пренеприятнейшем кузеном Аристы, Энтони Балабол-с-запашком. Я с ним даже станцевала, если можно было это так назвать.       Тогда это и случилось. Я думала о том, как мне жаль мои пальцы ног, а через секунду у меня случилось видение, пятое за этот год. И, к сожалению, во время него я не только впала в ступор и огромными глазами уставилась в пустоту, но ещё и громко рассказывала, что же я видела. Или, "галлюцинировала", как выражается Ариста. Когда оно закончилось, оркестр перестал играть и все уставились на меня. Мама быстро вывела меня из зала. Н-да, похоже на свадьбах нельзя говорить, что невеста набухнет и отложит голубое яйцо, из которого вылупится рысь, которая будет танцевать в реке крови с волком. Тсс. Как будто я специально это планировала, испортить им свадьбу! Я не просила об этих чёртовых видениях, если бы могла, я бы с удовольствием от них отказалась. Ещё и мама сказала, что мои "приступы", как она это называет, ответственны за её мигрень.       Я должна закончить, кто-то стучит в дверь и мне лучше открыть. Возможно кто-то принёс мне тарелочку клубники в шоколаде. Но я всё ещё зла.

Вклеенная вырезка:

Любви не удержать; ей не страшны преграды, Она сквозь всё пройдет; Она была всегда, взмахнув крылом в награду, Век будет свой полет.

Маттиас Клаудиус(1740 - 1815).

Свадебная клятва Лукаса и Аристы.

Заметка Мэдди: Хорошо звучит, но редко случается в реальности.

И как-то пугающе! Кажется, стоит обойти любовь стороной.

Особенно стоит избегать таких юношей, как Энтони Балабол-с-запашком.

***

12 мая 1994

      Всё ещё никаких следов Люси и Пола. Я разрываюсь между желанием поскорее найти их и страхом, какие последствия их в этом случае ожидают. Я охотно верю Хранителям, которые клянутся навсегда запереть их в Ложе в этом случае. Даже учитывая, что Лукас меня убеждает в том, что всё не так плохо. Как раньше, дом всё чаще посещают "гости" - и очень много ругаются. Фальк де Виллер выдвинул предположение, что Люси соблазнила его младшего брата и убедила украсть хронограф. Старая история со времён Евы и этого несчастного яблока - конечно женщина ВСЕГДА виновата. Я же вижу эту историю как раз наоборот - ещё тогда виной был этот глупый Адам! Но Люси и Пола вместе я встретила всего пару недель назад и пришла к выводу, что они идеально друг другу подходят. Сложно понять, кто кого там больше любит, но, без всякого сомнения, две души нашли друг друга. Только вот, зачем, ради всего святого, они украли хронограф и сбежали? Я виню себя в том, что не восприняла своё видение всерьёз, о том, как рысь вместе с волком исчезли в огромной раковине улитки. Позавчера вечером, перед сном, Люси крепко обняла меня и сказала, что она меня любит и что я самая лучшая двоюродная бабушка, которую только можно было себе представить. Ещё тогда стоило заволноваться!       Ариста тоже весьма молчалива от тревоги, она даже не защищалась, когда Гарри и Джейн пришли выдвигать к ней обвинения за то, что та недостаточно следила за их дочерью. Она, как и я, снова и снова перечитывает прощальное письмо Люси, которое лежало под моей коробочкой с конфетами в музыкальной комнате, и ничего не понимает. Я имею ввиду, что бы не случилось, Люси всегда могла обратиться к нам, мы бы от всех и вся её защитили. 12 мая, вечер. Ариста не обратила внимание на это, но мне кажется подозрительным, что в этом письме не упоминается Лукас. Они с Люси были очень близки. Когда я его об этом спросила, он приобнял меня и прошептал в ухо: "У них всё хорошо, поверь мне!" и с тех пор я уверена, что он как-то связан с их исчезновением. Возможно, он даже знает, где они.

"Дорогая бабушка, дорогая тётя Мэдди,

поверьте мне пожалуйста, это разбивает сердце, думать о том, что я, вероятно, никогда вас больше не увижу. Это самое ужасное, что я когда-либо должна была совершить, но по-другому не выйдет. Иногда ты действительно стоишь на Родосе и ты должен прыгать. Мне очень жаль, приносить вам столько волнений, но я надеюсь, что однажды вы поймёте, почему Полу и мне не оставалось другого выбора. Заботьтесь друг о друге!

Я вас очень люблю.

Ваша Люси"

***

      Такой вот краткий экскурс в отрывки историй от тёти Мэдди. Особо интересного тут и нет, во многом тётю Мэдди жалко, ведь она, действительно, страдает от своих видений, но не всегда может их интерпретировать.       Лукас, ведущий двойную игру и Мэдди, которая это считывает благодаря тому, что ей удаётся подслушать и, видимо, всегда задаёт ему вопросы об этом напрямую. А Лукас, будучи заботливым старшим братом, не хочет, чтобы Мэдди, которая и так переживает из-за своих видений, волновалась ещё больше. Очень приятное у них взаимодействие.       Шарлотта и Гвендолин, которые с детства друг друга не выносят, но, явно больше из-за Гленды (и Грейс) и рыцарь мистер Бернхард, спасающий плюшевых зайчиков из лифта для еды.       Письмо Люси показалось мне довольно трогательным и милым. Честно говоря, хотелось бы знать, какая в итоге была реакция у Аристы и тёти Мэдди на то, чьей дочерью является Гвендолин и почему на самом деле Люси и Пол сбежали.