Беда под названием Изуку Мидория

Через белые, не плотно закрытые шторы проступали первые лучи солнца. Робко и почти незаметно врываясь в комнату. Небо еще было покрыты слоем темно синего с проблесками белых точек, но во всю картину как-то даже гармонично сливались первые желтые цвета, залегшие тонким слоем на горизонте, сообщая о прибытии еще толком не показавшегося солнца. Изуку сначала и не понял где он оказался, слишком привыкший к прежнему заброшенному «дому». И понадобилось ему несколько минут в полной тишине, чтобы вспомнить события вчерашнего дня и хотя бы примерно понять где он. Еще полусонный он открыл окно, и подставил свое лицо порыву прохладного, утреннего воздуха. Водные процедуры длились не долго, и после их окончания он вышел на балкон. Солнце уже начало полноправно подниматься вверх, и вот виднелась её верхушка. Постояв в уютной тишине, Изуку пытался привести и свои мысли в порядок. Так и не справившись с этим занятием, он направился вниз. Свет в общей гостиной и кухне не были включены, и комнаты погрязли в приятную темноту, которую Изуку решил нарушить. Пока только он проснулся во всем общежитии, если так можно назвать, ведь вчера полностью переехала сюда лишь небольшая кучка людей. Человек так 4 или даже меньше. Он поставил чайник на плиту, и начал осматривать полки. Заметив чей-то кофе застыл. Воровать не хотелось, хотя можно ли то, что он лишь чуточку возьмет из пакетика и приготовит себе кофе, воровством в чистом виде? С одной стороны да, с другой как будто бы и нет. Пока он решал философский вопрос про кофе его размышления переходящие на бормотание прервал спокойный и уверенный голос. Изуку подпрыгнул, тело вздрогнуло в неосознанном страхе, глаза стали шире, и он медленно перевернул голову. - Это мой кофе, если хочешь можешь взять. Как староста курса, я обязан следить за тем, чтобы каждый студент был сыт! И кофе — это топливо для ума! Хотя давай лучше я приготовлю сам на двоих?- По мере разговора он подходил ближе. Иида Тенья, как помнил из спортивного фестиваля Изуку, подошел к нему и взял пакетик с кофейными зернами. Голос у того был официальным но довольно мягким. - Спасибо…- голос звучал немного слабее обычного, но по кивку со стороны одноклассника, было понятно, что тот услышал. - Ты чего так рано встал? Только-только 6 утра.  - Ну…просто? А ты?  - Я же староста! Я должен быть раньше всех в школе и если потребуется разбудить тех, кто в общежитии!  Изуку это удивило, и тот округлил глаза. - Какой ты…ответственный…- тихо восхитился им. Иида застыл, щеки мгновенно вспыхнули, а руки начали двигаться непроизвольно в стиле робота, пока он пытался сформулировать свои слова. - Спасибо что заметил это! По правде говоря, ты первый это сказал…  - Правда? С таким серьезным подходом, я думал тебе это каждый второй говорит.  Тенья тут почти не выдержал, и просто чтобы скрыть свои эмоции начал заваривать кофе быстрее, включая кофе машину. Запах свежемолотых зерен заполнил комнату, придавая какой-то спокойствию, а тихий звук кофе машины успокаивал.  - Серьезным подходом? Ты правда внимателен. - пытался быть высокомерным он, но Изуку заметил благодарность в его глазах.  - Спасибо…что заботишься и делишься своим кофе…я если что все верну как только получу деньги.. Его остановил поднятая ладонь Теньи. - О чем ты говоришь? Все хорошо. Лучше сядь за стол.  В прошлый раз, когда он брал чужое, пришлось убегать на три квартала дальше.   И Изуку изумленно смотрел на него около минуты. Ему была дика сама мысль о том, что здесь возможно он будет в безопасности.. Когда к нему передвинули чашку с готовым напитком, Изуку больше минуты смотрел на нее словно на большую драгоценность, боясь трогать, вдруг это ему не предназначено? Но после слов старосты все же взял его в руки.  Сам их небольшой завтрак прошел нормально. Изуку даже удалось подружится с Иидой. Большую часть их диалога, Изуку сидел грея ладони о чашку, и с некой опаской поглядывая на Тенью. После чего тот ушел в школу. Чуть после его ухода проснулись и остальные трое. Киришима, Каминари и Оджиро. Знания из спортивного фестиваля были довольно полезны для Изуку.  - О Мидо-бро, ты проснулся уже? Доброе утро! - он казался еще сонным, красные волосы растрепались, а голос был довольно хриплым от сна, но громкости от этого меньше не стало. - Доброе утро. - хором отозвались остальные двое.  - Доброе…- кивнул им Изуку.  Они довольно шумно, в отличие от Ииды, собрались. Каминари искал свой галстук, попутно пытаясь что-то прожевать, Оджиро в спешке готовил бутерброды, чтобы они смогли перекусить, а Киришима помогал с поиском утерянного галстука. Закончив с бутербродами, Оджиро по дружески улыбнулся Изуку и предложил одну из них. Это еще больше его удивило. Вообще вся тема еды была для Изуку как священной. За свою жизнь он нормально ел в последний раз лет в семь, когда еще была жива мать. Бутерброд приготовленный одноклассником был вкусный, хоть и ел Ихуку через силу, из-за тошноты. Покинули они общежитие почти в восемь часов утра. Изуку предложил, что те явно опоздают.

***

День проходил как можно скучно. Он бродил по общежитию, бродил по лесу на улице, но далеко не заходил, и лежал в кровати, думая как же скучно, когда нет никаких дел. Но вот его обрадовали. На телефон пришло уведомление. Это было от сайта линчевателей, из которого Изуку так и не вышел, в личный чат с Сотриголовой. Тот писал, чтобы он срочно пришел в академию и в его кабинет. Стало чуть страшно и тревожно. Форму U.A. ему еще не выдали, поэтому он пошел в своей повседневной, не очень красивой одежде. Растянутая, то ли серая то ли бежевая футболка, чьи рукава настолько сильно растянулись, что были как кофта. И в трико, которое еле годилась так называться. Зайдя в помещение школы он не сразу понял, что на знает где кабинет Сотриголовы. Он бродил в поисках, пока не наткнулся на сиреневоволосого парня с спортивного фестиваля, на плечах того была сумка, будто он покидал школу или наоборот только приходил. Изуку удивленно моргнул, а тот застыл, смотря на внешний вид Мидории, осмотрел его вверх вниз, и удивленно вскинул бровь, видимо не лицезрев на юноше форму студента. - Ты выглядишь так, будто украл одежду у бомжей. - начал тот не слишком приветливо. - Ладно, ты ищешь что-то или кого-то? - Да, а где находится кабинет Сотриголовы?  - А. Он в учительской должен быть. Иди за мной, я как раз оттуда шел.  И Изуку поплелся за ним. Новый знакомый не сильно отличался дружелюбностью, но вроде плохим не был? Он особо не размышлял, пытаясь запомнить дорогу. На удивление, Изуку шел совсем в другую сторону, чем нужно было. Через десять минут подобного блуждания, Хитоши указал на огромную дверь учительской. Поблагодарив того, Изуку собрал весь свой дух в кулак. Сначала постучал, и лишь после того, как услышал усталый голос учителя вошел. Нашел он его сразу. Почему-то почти все столы были пусты.  - Учитель Айзава..?  - Подойди.  Изуку послушно подошел, руки чуть подрагивали.  - Ничего лучше не нашлось? - хмуро сказал он, смотря на одежду Изуку.- Ладно. С этим мы разберемся. Первым делом зайдем в торговый центр, иначе Мик откажется подписывать документы, решив, что я держу тебя в заложниках - Ну….оно же не прям плохое… Торговый центр….это смешивало в нем чувство страха и ужасной тоски, ехать туда не хотелось, не хотелось видеть это здание, вспоминать о ней. Но имеет ли он право отказываться? Они же подарили ему безопасность. Разве можно так эгоистично поступать, когда тот просто просил сходить в торговый центр. Денег у него с собой было довольно мало, вряд ли бы хватило на одежду, и Изуку стал судорожно думать, чем же ему отплатить, если ему купят новую одежду? Хоть бы нечего не покупали, хоть бы Изуку просто был там…в качестве мебели идущая как декор. Хотя его внешний вид вряд ли можно было назвать декором. Шота посмотрел на него взглядом «да неужели?» вырывая Изуку из пучин раздумий. Тот в ходу мысли начал нервно теребить края футболки, то сжимая их слишком сильно, то вовсе отпуская на доли секунды. - У меня сейчас перерыв. И я подумал, раз уж усыновили тебя, то нужно тебе познакомиться с моей семьей. - объяснил он суть прежних слов. - Я отпросил своего сына, он сейчас едет домой, а мой муж…он разбирается с документами, там кстати нужна и твоя подпись, ты же все-таки большой.  На слове «сын» Изуку будто внутренне замер, у него перехватило дыхание, но он лишь поплелся за Айзавой молча, снова и снова проводя этот диалог в своей голове.

***

В машине было тихо. Изуку наблюдал за пейзажами уплывающими за окнами. Тишина была напряженной. Изуку долго переваривал мысль, что его реально усыновили…ну или почти. Но сути дело не меняло. У него будет брат, отцы…все почти как в нормальных семьях. От тревоги его пальцы начали дрожать, и без того ледяные руки начали слегка мерзнуть, и Изуку пытался засунуть их в карман, чтобы отогреть. От Айзавы это не укрылось. И он кинул ему свою кофту, чтобы ребенок не мерз. Это удивило Изуку, он смотрел на учителя шокировано и немного испуганно, но потом поблагодарил, согревая мерзнущие от тревоги руки в теплой кофте Айзавы. Спустя минут десять они доехали до торгового центра. Он был довольно большим. Когда Изуку вышел и взглянул на него сердце сжалось, казалось он перестал дышать. Но он поборол себя и на дрожащих ногах поплелся за Шотой, который с подозрением смотрел на реакцию Изуку, но когда тот начал идти перестал. Чтобы тот успел, он специально ходил медленнее, и зашел в первый молодежный бутик мужской одежды. И Изуку застыл, в шоке смотря на цены.  - Выбирай, чего стоишь? - прозвучал голос учителя, когда он стоял уже двадцать минут у входа.  - Э…ну….мне…у меня денег нет….я потом куплю себе одежду…если вам эта не нравится…- он сжимал одежду в районе груди, а другая рука дрожала, и он пытался её спрятать. - Разве я сказал, что нужны деньги? Я просто сказал выбирай. А если ты этого не сделаешь, то я все сделаю на свой вкус. - с некой угрозой сказал он, а Изуку лишь таращил на него удивленные глаза. - Хотя дома меня задавят тем, что я на даю детям самовыражаться. - шепотом добавил он, скорее самому себе чем Изуку. Парень не успел нечего осознать, как Сотриголова пошел и начал скидывать на него одежду. Куча одежды. Большие на несколько размеров футболки, нормальные штаны, джинсы, теплые кофты и даже несколько толстовок. Изуку держал одежду которая даже не помещалась в его руках. Он все еще поверить не мог, что это бесплатно. А что если заставят его платить? Чем он заплатит? Нечего кроме его тела у него нет. Он продумывал план побега, но взгляд упал на оружие захвата Сотриголовы. Да, убежать у него вряд ли выйдет. И Изуку мысленно готовил себя. Но нечего ужасного дальше не последовало. Шота сам оплатил все покупки и бросив на Изуку две пары вещей и новые кроссовки, смотря на большие на его ноги ботинки.  - Иди переоденься.  И Изуку пошел. С тревогой в сердце и дрожью в руках. Одежда оказалась хорошей. Большое трико и футболка, такого же размера как та, что на нем сейчас, но в отличие от этого она не была растянута и выглядела свежей. Оттенки были более нейтральными. Изуку смутило и одновременно понравилось то, что Айзава определил его «вкус» по своему, и старался придерживаться этого, выбирал ту одежду которая бы скрывала шрамы Изуку. Одежда висела на нем словно на вешалке. Даже если Изуку около года тренировал свое тело и пытался нарастить мышцы, без правильного питания это было бы невозможно сделать. Так и случилось. Он остался все тем же худым как спичка, и даже довольно красивая одежда смотрелась на нем не очень. Было довольно забавно и непривычно. Он вышел из раздевалки крепко держа свою старую одежду, и Айзава осмотрел его оценивающим взглядом. По телу прошли мурашки, от этого взгляда. Он ненавидел когда его оценивали, но терпел. Наконец Айзава хмыкнул. - Ну хоть как человек выглядишь, еще бы волосы подстричь, но это потом, а эту одежду выкинь.  Они так и сделали, пусть Изуку и было жалко расставаться со своей старой одеждой. Шота положил все покупки в багажник, и те снова сели в машину. Тишина в этот раз не была напряженной или тяжелой, а какой-то спокойной и приятной. «Домой» они прибыли спустя недолгое время. Это был частный дом, довольно большой для троих жителей. Изуку в изумлении смотрел на дом, широко распахивая глаза. Он всю свою жизнь жил в квартире, а в последний год вообще в заброшенном доме. Конечно Изуку не будет там прямо жить, ведь есть же общежитие, но он до сих пор не верил своим глазам. Айзава там временем припарковался в гараже. Они вышли из гаража во двор, а затем к самому дому. Дом был устроен по современному, Айзава снял обувь и сразу пошел по коридору, а Изуку остался на пороге, неловко вжавшись в дверной косяк, испуганно смотря вглубь дома. От предположительно кухни исходил запах теплой домашней еды, тихие разговоры, и наконец показалась сиреневая макушка. Заметив Изуку тот удивленно раскрыл глаза, потом в его глазах читалось понимание. От его вида, Изуку вжался в дверной косяк сильнее, мямля слова благодарности и приветствия. Шинсо лишь вздохнул, узнавая в Изуку себя из прошлого. Когда-то, когда он только вошел в этот дом, он стоял так же как и сам Изуку, тогда ему на помощь пришел Шота. И он понял насколько эти люди хороши. Хитоши невольно сравнил его с собой. Открыл шкафчик для обуви, и достал домашние тапочки. Большие, но теплые. Мягкие, серого цвета с принтом кота.  - Здесь пол холодный, простудишься. И….не волнуйся, здесь не бьют…- более тише добавил он, но с такой уверенностью, что Изуку поверил ему.  На кухне колдовал Хизаши Ямада, Сущий Мик. Изуку поприветствовал его, а тот сразу ринулся к нему, но его остановил холодный взгляд Шоты. Тот качнул головой за спиной Изуку, показывая Ямаде, что тот пока не готов. Тот понял.  Изуку не знал как они угадали. Может использовали экзорцизм? А может наняли за ним слежку? Но на ужин, Хизаши приготовил кацудон. Который так любил Изуку. Ему готовила его мама, и нормального кацудона он не ел лет десять так точно. Глаза полные восхищение обратились на Ямаду, а тот лишь улыбнулся. Ужин проходил очень гладко и уютно. Изуку впервые за несколько лет позволил себе слабую, но искреннюю улыбку, и после этого, казалось пропала самая последняя нотка напряжения за столом. Скоро к ним присоединились два кота, один рыжий другой белый. Коты очень понравились Изуку, да и не было человека в их новой «семье» кому они не нравились. Этот дом запомнится ему одним из самых светлых мест. В общежитие он в тот вечер не вернулся, и уснул в их доме, в «своей» новой комнате.