Беда под названием Изуку Мидория

В тот день Кацуки казалось потерял все, остался там на веки вечные. Когда его вернули домой, он сразу ушел в комнату. Родители его не тревожили, понимая, что тот пережил. А Кацуки в тот момент не смог уснуть. Он взрывал свои ладони, скидывал на пол все что видел, плакал и сидел на полу, чуть ли не вырывая клочьями волосы. Все было ужасно… Изуку был жив, и от этого было еще хуже. Конечно некоторая часть его души была рада видеть целого и невредимого Изуку, а другая стыдилась своего прошлого. Он не понимал, что конкретно испытывает, но ясно одно, он наконец-то смог задышать полной грудью, когда узнал, что тот жив. Будто все те месяцы которые он считал, что его Деку мертв, он не мог дышать и жил в постоянной изоляции от людской жизни, хотя все было как всегда, общение с одноклассниками, поступление в любимую школу, но только сейчас он понял, что нет. Не было все как обычно, ведь обычно рядом всегда есть эта раздражающая копна зеленых волос. Рядом всегда есть его Деку. Но теперь все можно исправить верно?  Кацуки не знал как и откуда его искать. О том, что тот оказывается будет учится в их классе он узнал лишь тогда, когда пришел на учебу. Разумеется там самого Мидории не было, но все одноклассники утверждали, что тот очень симпатичный и довольно милый. Первое время он недоумевал, но лишь потом тот понял, что от него этот факт умолчали. И умолчали не именно одноклассники, а учителя. Это его разозлило еще сильнее. Он побыстрее хотел очутиться в этом общежитии. Разумеется к ним домой пришли учителя. Почему-то Кацуки думал, что его надо будет долго убеждать и особенно тревожника отца, но завидев, что они с радостью согласились он успокоился. Да, это его родители. Когда те собирались уходить Кацуки побежал за ними. Когда те остановились, он посмотрел на них сердито. - Учитель, почему я не знал, что Де…Изуку учится теперь в нашем классе? Вы же знали, что он мой друг, почему не рассказали. Всемогущий удрученно посмотрел на него, а Айзава не повел и бровью. - Если бы я это сказал, ты бы взбушевался, и поперся бы к нему игнорируя все и вся. Я ждал когда ты успокоишься, чтобы ты увидел его только когда мы решим проблемы с документами, но похоже ребята не сдержали язык за зубами.  - Я пойду с вами в общежитие, чтобы увидеть его. - Мы не сразу пойдем в общежитие. Нам остался еще один дом.  - Тогда я пойду с вами.  Настоял Кацуки сузив глаза, и Айзава потер переносицу.  - Ладно, идем.  В машине стало на одного человека больше, Кацуки с недовольным видом смотрел на окно, а Всемогущий многозначительно посмотрел в сторону Айзавы. С тех пор как он отдал причуду Изуку, и как он использовал всю мощь Одного За Всех время нахождение в супер форме уменьшилось значительно, поэтому Шота высадил его в малолюдном месте под недоумевающим взглядом Кацуки. Но тот спрашивать нечего не стал. Они двинулись дальше. Он держался хорошо до тех пор, пока не увидел знакомые улицы и многоэтажку. Сердце ушло в пятки. Дом Мидории. Точно, у него же был отец… Кацуки вышел с машины, классный руководитель смерил его холодным взглядом, но упрекать не стал. Поднимались до нужного этажа они в такой же гнетущей тишине. Когда дверь открылась, их встретил не отец Изуку, а шум музыки, запах алкоголя, сигарет, и безумная толпа. Айзава понадобилось наверное вечность, по мнению Кацуки, узнать отца Изуку. Разумеется обошлось не без его помощи. Ему стало противно от этого зрелище. У мужчины вернулся сын, который считался как бы мертвым, а он тут вечеринки устраивал. Ему так и хотелось врезать. Мужчина средних лет, с каштановыми волосами, веснушками и узкими карими глазами. Кацуки конечно знал, что Изуку пошел в мать, но не настолько же. От отца у него были только веснушки и все. От него пахло дешевым алкоголем, и выглядел тот ужасно пьяно, будто пил несколько дней без пауз.  - Вы ведь Хисаши Мидория? - начал Айзава не скрывая своего явного отвращения.  - Даа…а кто ты? Ох, ребенок, помнится у меня тоже был мальчик. Жаль сдох.  Лицо Кацуки перекосило от злости, но Айзава мягко положил руку на плечо ученика.  - Мы как раз пришли по этому поводу, он жив.  Лицо Хисаши посветлело, и Кацуки даже успокоился, но потом лицо мужчины вмиг стало мрачнее тучи.  - Где этого чертово дитя носит?! - Он у нас в академии. В U.A. Можете не беспокоиться о сохр…- Айзава не смог договорить, как Хисаши начал смеяться. - Он и в U.A.? Не смешите меня! Он же беспричудный!  - У него поздно проявилась причуда. И нам нужна ваша подпись, чтобы он приступил к учебе, а так же жил в общежитии. Поздно проявилась причуда? Это удивило Кацуки еще сильнее, сегодня будто день фатального шока. - Нет. Он будет жить у меня, вы что, думали я сына раз потерял и скучать не буду?  Кацуки слабо верилось, что тот скучает, но он молчал. - Мы понимаем вас, господин Мидория, но таковы законы. А так же вам нужно проследовать к самой академии для встречи с нашим директором.  - Что?! Ну нет, веселье в самом разгаре! - Это обязательные меры.  Кацуки попадался спокойствию учителя, пока не увидел сжатую в кулак ладонь, из которой шли струи крови от ран оставленных ногтями на ладони. Теперь то он понял, что поражаться надо не спокойствию, а сдерживанию эмоции учителя. Понадобилось еще немного времени на его убеждение, и вскоре тот ехал на заднем сидении машины, а Кацуки на переднем. Всю машину заполнил запах перегара. От этого Кацуки неприятно сморщился. Они приехали прямо в академию, и вышли из машины. Шота остановил порыв Кацуки двинуться к общежитию, и велел ему пойти с ним. Из далека Кацуки увидел, что все их одноклассники пришли в общежитие, чтобы рассказать Изуку о том, что тот не будет больше жить там один. Некоторые даже приехали с багажами. Интересно. Но времени все разглядывать не было. Он пошел с Айзавой и проводил Хисаши к директору Незу. Затем они оба не спеша направились в сторону общежитии.  Перед зданием общежития находился весь А класс. Бакуго не сразу заметил Изуку, из-за того, что его плотно окружили, но ребята увидев Бакуго открыли ему путь. Они встретились взглядами, и у Кацуки будто случился взрыв в сердце, тело задрожало, а Изуку лишь неловко, натянуто улыбнулся. Он уже видел страх в этих зеленых глазах. Ему стало тошно от себя.  - Каччан..?  - Деку… Кацуки начал подходить к нему на дрожащих ногах, за ним последовал и Сотриголова. Ему хотелось заключить Изуку в объятия, но знал, что тот наверняка испугается такого порыва, ведь услышав свое имя, тот уже начал дрожать. - Каччан я…я оказался тут совсем случайно! Прости, я вовсе не претендовал на статус героя и так далее, я…ой, точно! Я не пытался тебя обмануть, знаешь, так просто вышло… - Заткнись, хватит бормотать Деку.  Голос охрип, тело завибрировало, уголки губ сами полетели наверх, да. Боже, да! Как же он скучал по этому писклявому голосу, по бормотанию, по зеленым кудрям, в которых так и хочется зарыться! По этому глупому лицу, так скучал, до невозможности!  Айзава встал сзади Мидории, чтобы в случае «побега» перехватить его. Бакуго стоял и улыбался как маньяк, а Изуку дрожал перед ним как его жертва. Не нравилось ему это. Вдруг перед всеми, угомонив шум толпы, остановилась темная машина, из которой вышел директор Незу, а рядом с ним шел он…Хисаши Мидория. 

***

Изуку будто умер, сердце вмиг остановилось стоило увидеть его. Нет, не Каччана, хотя его вид тоже поразил парня, но вид его отца будто добил последний гвоздь в крышку его гроба. Тело задрожало, глаза защипало, дыхание стало не хватать, он бледнел на глазах. Все взгляды покосились на него, пока тот шел с распростертыми объятиями. - Ох, сынок, Изуку! - кричал он, и от его голоса, Изуку казалось рассыпался на глазах.  Директор Незу шел с угрюмым лицом, позади него. Из-за маленького роста и вовсе остался незамеченным.  - Мидория Изуку, он подписал документы на твою учебу в U.A. но согласие на жительство в общежитии дать не может, говорит что будешь жить у него.  И весь мир рухнул, он схватился за волосы, слезы полились из глаз словно рекой, Хисаши подходил, а Изуку отступал, пока не уперся спиной о Айзаву, тот сурово и угрюмо смотрел. Только не это…зря он доверился взрослым, он сново вернется в тот ад, снова окажется там….он готов был сделать всё, что угодно. Но взгляд Сотриголовы его напугал. Они отдадут его ему. Без вариантов.. - Изуку. - неожиданно мягко сказал Айзава, закончив многозначительные гляделки с директором. - Скажи если не хочешь.  - Изуку, сынок, не доставляй взрослым неудобства, от тебя одни беды, лучше пойдем со мной, к папе.  Тот подошел совсем близко и протянул руку, Изуку посмотрел на него заплаканными глазами.  Верно….от меня одни беды, разве может такой человек как я, желать нормальной жизни? Учитель Айзава, директор, одноклассники, все они хорошие люди, разве заслуживают такую проблему как я?  Он было потянулся к его руке, принял свою участь, его уже ничто не спасет, но его окружили одноклассники, они были обозлены на отца Изуку, некоторые таращились на него с осуждением, а другие подходили поближе к новому однокласснику, беря его за руки.  - Мидория! Останься в общежитии! - Мидо-бро, нет необходимости идти домой если не хочешь. - Он прав, Мидория-кун!  Все они кричали на перебой, и Шота улыбнулся. Это его ученики. А Изуку в шоке смотрел на них, отогнал их подальше, положил свою руку ему на плечо, показывая, что тот рядом.  - Изуку, скажи если не хочешь. - повторил он.  И Изуку доверился. Возможно глупо, но он доверился. Все эти люди поддерживали его, хотели чтобы он остался. А Хисаши побледнел, он попытался ухватить сына за плечи но тот дернулся в сторону и встал за спину к Айзаве, крепко схватив его рукав, словно ребенок. Снова захлебываясь в слезах, он отчаянно произнес. - Я сделаю всё, что вы хотите, только прошу, не отдавайте меня ему…- молил он, крепко вцепившись в Шоту и дрожа всем своим телом.  У Айзавы сжалось сердце от слов его ученика, внутри него все перевернулась от ярости к «отцу» и бесконечной жалости к своему ученику, что вцепился в него словно он спасательный круг, и находился на грани истерики, разве можно так сломать ребенка, что один только его вид настолько ломал его?  Его тошнило ужасно, голова кружилась, но он видел как орущего и пинающегося Хисаши увозят на машине, успокоился он не сразу, тревога все еще была по ушам, он еле стоял на шатающихся ногах, когда Сотриголова схватил его, чтобы тот не рухнул, он был благодарен ему, но понимал, что «спасение» бесплатным никогда не бывает. Всех учеников отправили в общежитие, и на улице остались только Сотриголова, Незу и Изуку. Бакуго тоже хотел было остаться с ними, но учитель велел ему обратное. Они стояли, а Изуку всхлипывал, успокаиваясь от очередной истерики. Закончив рыдать он перевел взгляд на взрослых, которые уже что-то решили. - Теперь ты его не увидишь, и будешь жить в общежитии, не волнуйся. - улыбнулся Незу.  - А так можно? А как же…документы?  - Я подпишу.  Изуку это удивило еще больше. - Но вы сказали, что вам подписывать нельзя… - Тогда я не знал, что все настолько плохо. - оправдался Шота. - Я тебя усыновлю. И тут он выпал. Глаза шокировано округлились. Он и представить это не мог, но так даже лучше, верно? - Это скорее как формальность, но так будет лучше, и тебе будет куда возвращаться. У меня сын твоего возраста и муж. Так что свыкнешься.  - Спасибо большое…А что я должен сделать? Я сделаю все, чего вы попросите…- голос звучал хриплым и надломленным.  Айзава и Незу в шоке переглянулись между собой, и Шота тяжело вздохнул. Сейчас ему просто хотелось обнять и успокоить этого ребенка, но он помнил тот вечер, как тогда тот отреагировал на его заботу, и теперь на такие рискованные шаги решится не мог. Он подошел к нему на шаг. - Не надо нечего делать, я просто усыновлю тебя.  Изуку в шоке посмотрел на него, но прежде чем успел возразить его прервал директор Незу.  - Раз решили семейную дилемму, отправляйся ка ты в общежитие! - сказал Незу хлопая в ладоши. Они еще говорили, когда Изуку повернулся и зашагал в здание. Когда он вошел на него сразу же навалились одноклассники с расспросами в порядке ли он. Вид перепуганных лиц новых одноклассников чуть успокоил парня, и в ответ он как всегда начал бормотать. Многие позвали его поговорить, поесть что-то, но среди всего этого хаоса он нашел привычные ему красные глаза, которые не выражали привычной ярости. Когда. От понял, что их взгляды пересеклись, тот молча указал глазами на балкон. Изуку пришлось отказать всем, и с болью в сердце и дрожью в ногах двинуться навстречу к смерти. За что его жизнь так не любит, если он в один день и тот же день встретился с отцом и собирается говорить со своим «другом»?  Бакуго стоял прислонившись к перилам, а Изуку встал у входа, тело знатно потряхивало, прохладный ветер добавлял еще больше причин этому.  - Ты….Деку.  Я….прости меня..- почти не слышно пробормотал он. Но Изуку услышал, и понял, что тот просит прощение не за что-то одно, а за всё десять долгих лет издевательств. За все, что пришлось пережить Изуку от рук Бакуго. Это даже смешно, ведь школьные издевательства всего лишь маленькая часть всего того, что он видел в этом мире.  - Каччан… Все хорошо. Спасибо. - натянутая улыбка получилась слишком грустной, ему не поверят. - Что он с тобой делал? - почти рявкнул Кацуки, мысленно возвращаясь туда. - Ничего. - Не ври.  - Я и не вру. - Врешь. Если бы он нечего не делал, ты бы так не реагировал, тупой ботан! - выпалил он, чуть раздражаясь. - Зачем тебе это знать, Каччан? - Чтобы убить его в следующий раз!  Изуку улыбнулся. Странно, но тепло стало на душе от его слов, он сел на пол, положив руки на колени, взгляд стал пустым, а улыбка была слабой и кривой. Вдохнув побольше воздуха в грудь, его взгляд уперся в пол.  - Мне было семь когда он впервые сделал это со мной. - начал Изуку. - Что сделал?  И в этот момент Кацуки хотел бы вырвать свой язык. Проглотить его. Или сделать себ полностью немым и глухим, чтобы не слышать ответ от него. Он хотел отматать время назад, чтобы никогда больше не звучало такого вопроса с его стороны. - Изнасиловал меня.  У Кацуки будто вырвали почву из под ног, глаза стали круглыми от шока, руки непривычно задрожали. Но Изуку продолжал. - А потом, он продавал меня. Интересно скажи? Сколько всего может выдержать девятилетний человек? - сарказм лился на уровне рефлексов. Изуку стало тошно от самого себя, он не знал куда деть руки и не решался смотреть на Кацуки. А больше рассказать ему не мог, просто не мог.  - Изуку… посмотри на меня. - он дождался пока тот поднимет голову. Все-таки первые называет по имени. - Простым «извини» не окупить все, что случилось. Но ты не должен считать, что заслуживаешь этого. Тот Деку которого я знал, ни за что бы не сдался.  - Каччан…  И в этом слове было всё, что так копил в себе Изуку, глаза заблестели от слез, губы тронула едва заметная улыбка. Кацуки тоже улыбнулся, замученно, словно сам пережил ситуацию Изуку.  Солнце медленно садилось за горизонт, ухватывая с собой этот разговор. Шум класса постепенно стихал, по мере приближения ночи, и все ушли в свои комнаты. Изуку лежал на кровати свернувшись калачиком, и впервые за несколько долгих лет, смог спокойно уснуть без чувства нарастающей паники в теле.