Три дня

Утром воскресения Драко проснулся в приподнятом настроении. Сегодня он наконец-то увидит Гермиону. И он поведёт её на свидание. На самое запоминающееся свидание, которое у неё было. Ну, так он надеялся, по крайней мере. Хотя… Она же встречалась с Уизелом – наверняка это будет первое адекватное свидание в её жизни. Или просто… первое. Он уже знал, куда её поведёт. План вечера был составлен и продуман до мелочей. Слава Салазару, у него было на это время. Всё должно было пройти идеально. Грейнджер заслуживает только самого лучшего, самого изысканного и прекрасного. Как она сама. Драко вздохнул: мысли о встрече будоражили его сознание. Он немного нервничал, переживал, чтобы не облажаться. Вдруг он что-то сделает не так, поспешит, всё испортит… «Соберись, Драко. Малфой ты, или нет! Ты не имеешь права облажаться. Только не с ней». С этими мыслями он и спускался к завтраку. Нарцисса и Люциус уже завтракали в столовой, когда он с полуулыбкой присоединился к ним. — Мама, отец, — поприветствовал он, устраиваясь за столом. — Доброе утро, Драко. Нарцисса окинула сына внимательным взглядом. Она заметила его приподнятое настроение, но никак не прокомментировала. В отличии от Люциуса, который заметно насторожился от подозрительно радостного поведения сына. Он отложил «Пророк», который читал до его прихода, отпил чай и беззвучно поставил чашку на блюдце. — Драко, в последнее время ты очень доволен жизнью, — чуть прищурился он, глядя на сына. — Возможно, у тебя имеются для нас хорошие новости? Драко повернулся к отцу: тот смотрел на него с лицом, не выражающим никаких эмоций. — Каких новостей ты ждешь, отец? Люциус отстукивал пальцами одной руки по столу, второй придерживал чашку за ручку. — Ну, например, ты решил всё-таки обрадовать нас новостями о скорой помолвке, — протянул он, растягивая каждое слово. Драко приподнял бровь. — С чего бы? Кажется, мы обсуждали с тобой эту тему, и я сказал тебе своё мнение по этому поводу. Люциус смотрел на него поверх чашки, отпивая чай. Голос, как и весь его вид, был будничным, словно они обсуждали погоду. — Ну, это было раньше. А сейчас… — он снова прищурился глядя на сына. —Ты уже некоторое время ходишь с видом мужчины, у которого появился объект… ухаживаний. И если я прав, и ты действительно обзавёлся девушкой, то, пожалуй, не стоит тянуть и с помолвкой. Драко начал закипать изнутри. Его до скрипа зубов бесило, когда отец лез в его жизнь. Особенно в личную. На секунду он подумал, не рассказать ли Люциусу, кем именно является его «объект ухаживаний». Посмотреть, как округлятся его светлые глаза, а лицо побледнеет от шока. Нет, у Люциуса Малфоя больше не было прежних предвзятых взглядов по отношению к маглорожденным. Он в полной мере признал вину и раскаялся. Но остался верен убеждению, что его род должна продолжать обязательно чистокровная ведьма с внушительной родословной. И желательно из их круга. Поэтому новость о том, что Драко рассматривает на роль своей будущей невесты «героиню войны», если и не внушила бы ему ужас, то заставила бы его светлые волосы стать ещё серебристее. Драко глубоко вдохнул и выдохнул сквозь сжатые зубы. — Отец… — начал он чуть напряженным, но уверенным голосом. — Я уже сказал своё последнее слово. И если вдруг я решу жениться, ты обязательно узнаешь об этом в числе первых. Он перевёл взгляд на мать. Нарцисса сидела, словно натянутая струна, чуть сжав в пальцах салфетку. Она не любила, когда они с Люциусом ссорились, и потому, не вынося этого, каждый раз пыталась вмешаться и разрядить обстановку. Этот раз не стал исключением. — Конечно, милый, — сказала она, глядя на сына умоляющим взглядом. — Я уверена, твой отец не имел ввиду ничего такого. Она посмотрела на мужа, но уже предупреждающе. — На тебя никто не давит, — продолжила она. — Конечно же, ты сам решишь, когда и на ком жениться. Мы просто переживаем и хотим сказать, что всегда поддержим тебя и поможем во всём, что будет необходимо. Она снова взглянула на Люциуса и чуть прищурилась. Тот молчал пару секунд, а потом с натяжкой протянул, выдавливая из себя слова: — Да… полагаю, это можно выразить и так. — Вот и отлично, — тут же среагировал Драко. — Тогда мы можем закончить этот разговор и спокойно позавтракать. Он демонстративно повернулся к своей тарелке и начал накладывать омлет. К этому они вернуться. Но позже. Сейчас его волновал только вечер с Гермионой. Он не хотел отвлекаться ни на что и портить настроение. Ему нужно было сосредоточиться. Родители больше ничего не говорили, но от Драко не ускользнуло, как Нарцисса, внимательно наблюдала за ним. Она умела видеть то, что скрыто за словами – это всегда было её невероятной способностью. Её невозможно было обмануть внешним: она видела глубже, чем остальные. И Драко не сомневался, что и сейчас её светлый ум уже складывал истинную картину. Остаток завтрака прошёл в тишине, после чего он вернулся в своё крыло.

***

Вечер наступил неожиданно быстро. Драко стоял перед зеркалом, осматривая свой внешний вид. Безупречный, как всегда. На нём был надет серый костюм, белая рубашка, отлично сидящая на подтянутом теле, и идеально завязанный галстук. Причёска казалась безукоризненной, если не считать лёгкой небрежности прядей, мягко падающих на лоб. Он подумывал надеть тот самый «счастливый» синий костюм, но в нём встречи с Грейнджер выдавались случайными. А сегодня у них настоящее свидание. Его «волшебные способности» он ещё испробует позже. Бросив последний взгляд в зеркало и оставшись довольным, он кивнул своим мыслям, захватил пальто и аппарировал к дому Грейнджер. Около её двери он глубоко вдохнул. Кто не знал Драко Малфоя, мог бы подумать, что он набирается храбрости. А может, так оно и было – он и сам не мог понять что чувствует. Смесь эмоций была настолько разной, что сама себе противоречила: уверенность и волнение, предвкушение, лёгкий азарт и в то же время – уязвимость. Драко посмотрел на дверь так внимательно, будто на карту магической Британии, прежде чем постучать. Прошло около минуты, прежде чем он услышал за ней тихое копошение, и Гермиона открыла. Он хотел что-то сказать, просто поздороваться, но не смог выдавить ни слова. Перед ним стояла ведьма невероятной красоты – в платье из невесомой чёрной ткани. Но для Драко это платье перестало быть просто тканью в тот самый момент, как он понял – она надела его для него. Чёрный корсет с полупрозрачными вставками обнимал её талию, выделяя линии, от которых Драко никак не мог отвести взгляд. Он не скрывал – только намекал, и этого было достаточно, чтобы сбилось дыхание. Тонкие бретели из серебряных цепочек мягко ложились на её плечи, притягивая взгляд к открытой коже – слишком мягкой, слишком доверчивой. Юбка спадала вниз лёгкими слоями, словно тень – глубокая, текучая, с едва заметными разрезами по бокам, которые проявлялись только в движении. Драко моргнул и перевёл взгляд к лицу Грейнджер. Он, похоже, простоял какое-то время, откровенно разглядывая её. Кажется, она что-то говорила. Когда взгляд, наконец-то сфокусировался на глазах Гермионы, её щеки приобрели розовый оттенок, а она тихо хихикнула, смутившись. Драко прочистил горло. — Прости, я просто… Ты выглядишь потрясающе, — его голос был низким и чуть хриплым. Гермиона улыбалась ему своей искренней улыбкой. — Драко Малфой теряет дар речи при виде девушки в вечернем платье? — она лукаво приподняла бровь. — Никогда бы не подумала, что ты такой впечатлительный. Он хмыкнул, то ли ей, то ли себе самому, виновато опуская взгляд. «Я тоже, Грейнджер. Я тоже…» — Я спросила, не хочешь ли ты зайти. Я почти готова, но лучше подождать внутри. — Да, конечно, — только и ответил Драко. Они вошли в квартиру, прикрывая дверь, но Гермиона осталась стоять рядом с ним. — Ну… привет? Теперь-то ты со мной поздороваешься? — тихо спросила она. Глаза Драко, смотрящие на неё, блеснули, неведомым ей блеском. — О, где же мои манеры, — сказал он и сделал медленный шаг, оказываясь с ней в одном пространстве. Он положил ладонь ей на талию и медленно склонился, оставляя лёгкий поцелуй на её щеке. — Добрый вечер, Грейнджер, — тихо, почти шёпотом сказал он и уткнулся носом в её волосы у виска. — Салазар… и снова этот невероятный запах, — добавил он так же тихо, но с ноткой хрипотцы. Эта фраза показалась Гермионе почти вымученной, словно ему физически трудно было вдыхать её аромат. Спустя несколько секунд он сделал шаг назад. — Ну что, ты готова? Или предпочтёшь провести этот вечер дома? Насмешливый вопрос, с самодовольной улыбкой. Малфой отметил, как она потерялась в этом моменте, будто забыла, что куда-то собиралась. Гермиона дернулась, вспомнив, что они вообще-то могут опоздать, если она так и продолжит стоять. — О… да, прости, — она сорвалась с места и побежала в спальню. — Мне нужно буквально две минуты. Драко тихо рассмеялся. «Очаровательна», — подумал он. Гермиона в своей спальне быстро нанесла блеск для губ и поправила прическу, похожую на ту, что делала в клуб. Стоя у зеркала в полный рост – спасибо Джинни, что уговорила его купить – она осмотрела свой образ. Это шикарное великолепие, которое звалось платьем, она мечтала надеть всей душой. Она купила его в прошлом году на ежегодный новогодний приём в Министерстве. Она влюбилась в эти невесомые ткани практически сразу, как увидела, и, примерив, поняла, что оставить его в магазине было бы преступлением. Но, увы, свет оно так и не увидело. Дома Рон, увидев свою девушку в этих одеяниях, заявил, что она выглядит слишком вульгарно. Тогда Гермиона выбрала для мероприятия другой наряд – костюм с юбкой, который они выбрали вместе с Роном. Костюм был хороший, такой, какие она любила. Потом она стала надевать его на работу. А платье-мечта так и осталось висеть в шкафу, не нзная, придёт ли его время. Отдать или выбросить его у Гермионы не поднялась рука. И вот, когда она задумалась над выбором одежды на свидание с Малфоем, почему-то первым – и, что уж говорить единственным – её вариантом стало именно это платье. Ей показалось, что оно идеально подойдет для атмосферы, в которую может повести её Драко. И она не собиралась упускать такую возможность. Как оказалось, она была права. А точнее – Джинни, которая утверждала, что Малфой точно не поведёт её в парк. Потому что они с Драко как раз стояли в каминном зале ресторана. По-видимому, очень дорогого, как подметила Гермиона. Он встречал мягким теплом и приглушённым светом: огонь лениво играл в светлом камине, отбрасывая золотистые отблески на бежевые стены и спокойные, дорогие ткани. Здесь всё казалось нарочно замедленным, почти уединённым. Когда они вошли в основной зал, ощущение лишь усилилось. Пространство было выдержано в светлых, тёплых оттенках – крем, слоновая кость, мягкое золото. Столиков оказалось удивительно мало, и каждый был отделён так, что чужие взгляды друг до друга не доходили. Негромкая музыка скользила по залу, и в стороне, почти в полумраке, плавно кружились пары. Тихо, изысканно… почти слишком лично. Драко помог ей снять пальто и вместе со своим передал его в гардероб. Его ладонь на мгновение коснулась её локтя – достаточно, чтобы задать направление, и она уже шла рядом с ним к столику. Он оказался небольшим, почти уединенным – расположенным так, что между ними оставалось едва ли больше, чем нужно для приличия. Достаточно близко, чтобы случайные касания выглядели естественно. Вечер проходил на удивление легко. Гермиона с сожалением подумала о том, какой глупой была, откладывая предложение Малфоя. Ужин был настоящим великолепием. Он заказал филе миньон с трюфельным соусом, а для неё – лосось в сливочном соусе и белое вино. Гермиона наблюдала как жидкость перекатываться по изящному бокалу, а аромат мог посоревноваться только с тем, который исходил от вина из запасов семьи Блэк, что так нещадно уничтожал Гарри. Они вели легкую беседу, обсуждая новости из Министерства и даже вспоминая школьные годы. Как ни странно, никто из них ни разу не возвращался к моментам, которые тогда дружескими назвать было нельзя Она смеялась над его шутками. Боги, Драко Малфой оказался великолепным собеседником. Она поняла это ещё тогда, во время прогулки по Косому переулку, а сейчас закрепила этот вывод. Когда один начинал тему, другой тут же её подхватывал. Ей казалось, они могли бы говорить так всю ночь – не повторяясь и не наскучивая друг другу. Когда принесли десерт – шоколадный фондан, конечно выбранный Драко – она поняла, что больше не сможет ходить в любимую кофейню. Ничто не могло бы сравнится с тем, что она попробовала сегодня. — Драко, это какое-то невероятное место, — сказала она покончив со сладким искушением. — Повара в этом заведении не просто волшебники, они настоящие кудесники. Он улыбнулся, глядя на довольную гриффиндорку. — Ты так считаешь? — О, ещё как, — с энтузиазмом ответила она, запивая десерт вином. — А лосось был просто волшебным. Откуда ты знал, что я люблю рыбу? Вопрос был риторическим, но она заметила, как Драко на мгновение напрягся и странно посмотрел на неё. Это длилось не дольше секунды – потом он снова принял безмятежный вид и отпил из бокала. Но она заметила. — Что такое? — спросила она, чуть насупив брови. Он, в каком то нервном порыве начал поправлять запонки, часы, даже перстень, будто тот сидел не так, и наконец потянулся к галстуку, ослабляя его. — Нет, ничего, — прокашлялся он, наконец глядя ей в глаза. — Подумал, тебе понравится их кухня. Да и в школе я часто замечал тебя с рыбой за обедом. — Ты… замечал? — переспросила она, будто ответ мог измениться. Драко на секунду побледнел, но быстро взял себя в руки. Его глаза снова стали спокойными. — Это просто наблюдательность, Грейнджер, — мягко сказал он и улыбнулся. — Конечно… — Потанцуем? Не дожидаясь ответа, он поднялся и сдала шаг к ней, подавая руку. Она вложила свою ладонь, и он помог ей подняться. Пока они шли к центру зала, Драко снова отметил, как Гермиона сегодня прекрасна. С каждым шагом ткань платья мягко скользила по полу, и в этом было что-то завораживающее – настолько, что его взгляд невольно следовал за её движением. Они остановись почти в центре. Помимо них была ещё одна танцующая пара, но, казалось, им было совершенно не до окружающих. Драко без лишних слов повернулся к ней и мягко притянул ближе. Его ладонь легла на её талию уверенно, но без нажима, притягивая ближе ровно настолько, чтобы между ними осталось лишь дыхание. Её пальцы легли в его руку, почти осторожно, а другой она едва коснулась его плеча. Они начали двигаться сразу в такт музыке – без суеты, без спешки. Лишь лёгкое напряжение между ними всё ещё ощущалось в каждом касании, в этой слишком явной близости, уже привычной, но всё ещё волнующей. Танец отличался от того, что был в клубе. Тогда он был похож на пламя – желание, страсть, почти хаос. Сейчас же – нечто более… интимное, трепетное, нежное. Драко не касался её так, как тогда. Его движения были медленными, осторожными, почти невесомыми. Будто она была хрустальным сосудом в его руках. От этого в её груди что-то трепетало. Это не было просто желанием. Это было нечто глубже. На протяжении всего танца он не сводил с неё глаз, удерживая зрительный контакт. Иногда её дыхание сбивалось, и это не имело отношения к движению. Просто эти штормовые глаза… Она не могла понять, что в них было, но это не оставляло её равнодушной. Драко же, в свою очередь, читал её как открытую книгу. Её шоколадный взгляд топил его изнутри, как лава. Он видел в нём волнение, видел желание понять… узнать его лучше. Она могла не спрашивать, но он безошибочно знал, что она хотела задать вопрос. А ещё он видел… доверие. Она доверяла ему, и этот факт решал многое. «Я никогда не окажусь недостойным твоего доверия, Грейнджер. Я никогда не заставлю тебя пожалеть. Обещаю.» Он не сказал этого вслух, но постарался передать взглядом. Он был решителен в своём обещании. — Я хотел бы показать тебе ещё кое-что, — сказал он, когда музыка стала стихать, сменяясь другой мелодией. В глазах Гермионы вспыхнул интерес. — Там закрыта каминная сеть, но я мог бы аппарировать нас туда. Если ты не против, — голос был тихим, вопросительным. Она улыбнулась и покачала головой. — Не против. Они забрали пальто и её сумочку, когда Драко подошёл ближе. — Готова? Она кивнула. Драко положил руку ей на талию, мягко притянув к себе, и они закружились в вихре аппарации.