Гарри Поттер и великий паук

Октябрь в Хогвартсе выдался на удивление теплым. Замок постепенно украшался к Хэллоуину. По коридорам летали зачарованные летучие мыши, в Большом зале уже появились гигантские тыквы, а домовики вовсю готовили праздничный пир. Большинство учеников с нетерпением ждало праздника. А вот Гарри Поттер — нет. Каждый день приближал его к одному из самых страшных воспоминаний прошлой жизни. Тролль. Он прекрасно помнил этот день. Ссору Рона с Гермионой. Ее слезы. Запертый туалет. Квиррелла. И огромную дубину горного тролля. Только теперь все должно было пойти иначе. Или хотя бы он очень на это надеялся. Урок чар проходил совместно с Гриффиндором. Профессор Флитвик объяснял новое заклинание. — Запомните, дети! Правильное движение кистью и четкое произношение — залог успеха! По аудитории раздалось дружное: — Вингардиум Левиоса! У большинства перья лишь слегка подпрыгивали. У Гермионы же они плавно поднялись под потолок. — Великолепно, мисс Грейнджер! — радостно пискнул профессор. Рон недовольно скривился. Очередная попытка закончилась тем, что его перо вспыхнуло маленьким огоньком. — Рон, — спокойно сказала Гермиона, — ты неправильно произносишь. Нужно не «левиОса», а «левиОс-а». Рыжий покраснел. — Конечно… ты же у нас самая умная! Гермиона смутилась. — Я просто хотела помочь… — Никто тебя не просил! Пара закончилась. Ученики начали выходить в коридор. Рон специально говорил громко, чтобы слышали все. — Невыносимая зазнайка! — Думает, что знает всё лучше остальных! — Если честно, я бы с такой даже за одной партой не сел! Гарри уже сделал шаг вперед. Дадли тоже нахмурился. Драко зло сощурился. Но прежде чем кто-либо из них успел открыть рот, вперед вышла староста Хаффлпаффа. — Простите? Рон удивленно обернулся. — Вы сейчас о нашей однокурснице? Следом встали еще несколько барсуков. Потом еще. И еще. Получилось так, что почти весь Хаффлпафф невольно оказался между Роном и Гермионой. — Если человек помогает другим, — спокойно сказала староста, — это не повод его оскорблять. — Она постоянно всех поправляет! — Потому что хочет помочь. — Да кому нужна такая помощь?! — Мне, — неожиданно ответил один из первокурсников. — И мне, — добавила второкурсница. — И мне. — И мне тоже. Рон заметно растерялся. Драко довольно ухмыльнулся. Гарри же с удивлением смотрел на происходящее. В прошлой жизни про Хаффлпафф говорили как о факультете тихонь и трусов. А сейчас… Они единым фронтом встали за свою. Без криков. Без угроз. Просто потому, что считали это правильным. Староста улыбнулась. — Может, вместо того чтобы злиться на чужие успехи, стоит самому немного позаниматься? По коридору прокатились смешки. Рон густо покраснел. — Да ну вас! Он резко развернулся и почти бегом скрылся за поворотом. Гермиона растерянно смотрела вслед. — Спасибо… — За что? — удивилась староста. — Мы же один факультет. После обеда к Гермионе подошла профессор Стебль. — Мисс Грейнджер, можно вас на пару минут? Вместе с Гермионой она пригласила еще нескольких девочек-первокурсниц. Они отсутствовали почти час. Когда Гермиона вернулась, настроение у нее было гораздо лучше. — И что было? — спросил Гарри. — Мы просто поговорили. — Просто? Она кивнула. — Профессор Стебль сказала, что подобное поведение недопустимо. Она собирается поговорить с профессором Макгонагалл, самим мистером Уизли и написать письмо его родителям. Дадли присвистнул. — Ого… — А еще сказала, что если кто-то будет меня обижать, я должна сразу обращаться к ней или старостам. Гарри невольно улыбнулся. Как же сильно отличался этот факультет от Гриффиндора его прошлой жизни… К вечеру он почти успокоился. Может быть… В этот раз ничего не случится. Может, Квиррелл не выпустит тролля. Может… Большой зал сиял тысячами свечей. На столах появились десятки праздничных блюд. Ученики шумели и смеялись. Но Гарри почти сразу понял… Чего-то не хватает. Он быстро осмотрел стол Хаффлпаффа. — Где Гермиона? Дадли оглянулся. — Правда… Драко тоже нахмурился. — Ее нет. Сердце Гарри неприятно сжалось. Нет. Нет-нет-нет… Только не снова. Именно в этот момент двери Большого зала распахнулись. Влетел профессор Квиррелл. — Тролль!.. Он тяжело дышал. — В подземельях… тролль… После чего театрально рухнул без чувств. Зал взорвался паникой. Гарри уже вскочил. — Гермиона! — Мы с тобой! — одновременно сказали Дадли и Драко. Они бросились к выходу. Их никто даже не успел остановить. Почти никто. Потому что старосты Хаффлпаффа сразу заметили отсутствие сразу четырех первокурсников. — Профессор Стебль! Декан мгновенно поняла, что происходит. — За мной! Гарри бежал по знакомым коридорам. Все было почти как тогда… Только теперь он не один. Они свернули к женскому туалету. И услышали грохот. — Гермиона! Они распахнули дверь. Картина оказалась совсем иной. Гермиона вовсе не сидела, забившись в угол. Она отчаянно отбивалась. Все кабинки были перевернуты. Пол залит водой. Тролль размахивал дубиной. А девочка бросала в него все, что попадалось под руку. — Ступефай! Нет… — Левиоса! — Ай! Очередной обломок раковины пролетел мимо головы чудовища. — Гермиона! Она резко обернулась. — Гарри?! — Бежим! Дадли схватил ее за руку. Драко ударил по глазам тролля ослепляющим заклинанием. Чудовище взревело. Все четверо бросились к выходу. Позади послышались тяжелые шаги. Тролль погнался следом. — Быстрее! Они уже почти выбежали в коридор… Как вдруг перед ними выросла профессор Стебль. — Всем за меня! Она даже не повысила голос. Взмах палочки. — Impedimenta! Тролль будто налетел на невидимую стену. Еще одно движение. — Petrificus Totalus! Чудовище рухнуло на пол, словно огромная статуя. Через несколько секунд подоспели остальные преподаватели. Макгонагалл. Снейп. Флитвик. Квиррелл. И мадам Помфри. Пока остальные профессора осматривали тролля, профессор Стебль уже проверяла детей. — Все целы? — Да… — Никто не пострадал? Гермиона только сейчас заметила разбитые колени. — Кажется… — Это ерунда. Стебль облегченно выдохнула. — Теперь рассказывайте. Гарри опустил голову. — Мы увидели, что Гермионы нет на празднике… — И решили сами ее искать. — Не предупредив взрослых? — мягко, но очень строго спросила декан. Все четверо виновато кивнули. — Это было крайне безответственно. Дети молчали. Потом заговорила Гермиона. — Я… я шла из библиотеки на пир. Она нахмурилась. — Потом… Девочка растерянно замолчала. — Потом ничего не помню. — Совсем? — Нет. Помню коридор. Потом словно провал. А очнулась уже в туалете. Передо мной стоял тролль. Профессор Стебль мгновенно насторожилась. — То есть вы не заходили туда сами? — Нет. — Кто-то привел вас? — Не знаю… — Или перенес? Гермиона медленно покачала головой. — Я… правда не помню. Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. В прошлой жизни он никогда не задумывался над этим. А ведь действительно… Почему Гермиона вообще оказалась именно там? В этот момент подошли Макгонагалл и Снейп. — Что здесь происходит?! — О чем вы только думали?! — резко начал Снейп. — Первокурсники против горного тролля?! — Вы… — Достаточно. Спокойный голос профессора Стебль заставил всех замолчать. Она встала между детьми и коллегами. — Северус. — Минерва. — Эти дети — пострадавшие. — Но… — Они уже получили выговор от меня. — Они нарушили… — Они спасали свою подругу. Повисла тишина. Стебль посмотрела прямо на коллег. — Сейчас они отправятся в больничное крыло. — Баллы с моего факультета никто снимать не будет. — А вот почему одна ученица потеряла память о последних минутах перед появлением тролля… мы обсудим отдельно. На этот раз даже Снейп промолчал. Он впервые внимательно посмотрел на Гермиону. А затем перевел взгляд на лежащего тролля. И впервые за весь вечер его лицо стало по-настоящему задумчивым.

***

Праздничный пир закончился гораздо раньше, чем рассчитывали преподаватели. Большой зал уже опустел. Испуганных учеников разогнали по гостиным факультетов, старосты пересчитывали своих подопечных, мадам Помфри заканчивала осматривать пострадавших детей. А в директорском кабинете собирался педагогический состав. Альбус Дамблдор сидел во главе стола, привычно сцепив пальцы домиком. По правую руку расположилась Минерва Макгонагалл. Рядом — Северус Снейп. Напротив устроился Филиус Флитвик. Последней вошла профессор Помона Стебль. Тихая. Добродушная. Всегда улыбающаяся полная женщина, которую большинство учеников считало самой спокойной среди деканов. Она молча закрыла дверь. Положила на стол свою широкополую шляпу. Медленно сняла перчатки. Аккуратно сложила их рядом. И только после этого посмотрела на присутствующих. — Кто… — произнесла она удивительно спокойно. — Кто из вас, драконье отродье, объяснит мне, каким образом по школе свободно разгуливает горный тролль?! В кабинете воцарилась тишина. На стенах зашевелились портреты бывших директоров. Директор Блэк заинтересованно подался вперед. — Альбус? — ласково спросила Помона. — Я… — Нет, не перебивайте меня. Она глубоко вдохнула. — Я тридцать лет выращиваю ядовитые растения. — Я ежедневно имею дело с плюющимися кустами, кусающимися лозами и мандрагорами, чьи вопли способны отправить человека на тот свет. — Но даже они ведут себя разумнее некоторых присутствующих! Филиус тихонько кашлянул, пряча улыбку. Северус сделал вид, что чрезвычайно заинтересовался узором на собственном рукаве. Минерва устало прикрыла глаза. А директор Блэк на портрете уже подозрительно дрожал. — Помона… — Нет, Альбус! Она резко стукнула ладонью по столу. — Сегодня четыре одиннадцатилетних ребенка убегали от взрослого горного тролля! — ЧЕТЫРЕ! — Один из них — маглорожденная девочка, которая каким-то образом потеряла память о нескольких последних минутах своей жизни! — И вы хотите сказать мне, что это нормальная ситуация?! Дамблдор попытался сохранить улыбку. — Мы обязательно… — Не “обязательно”! — А немедленно! Она шагнула вперед. — Пока мои барсуки не оказались в смертельной опасности, никто особенно не интересовался тем, почему одна ученица очнулась в запертом туалете! — Зато теперь все резко вспомнили о дисциплине! Портрет директора Блэка закрыл лицо ладонью. Из-за пальцев все равно доносилось приглушенное фырканье. Некоторые выражения профессора Стебль он слышал впервые. И уже мысленно записывал самые удачные. Минерва осторожно вмешалась. — Помона, мы все переживаем за детей… — Правда? — Конечно. — Тогда объясни мне, Минерва, почему твой ученик после уроков публично оскорбляет мою воспитанницу? Макгонагалл вздохнула. — Рональд вспылил… — Вспылил?! Помона возмущенно всплеснула руками. — Да мои мандрагоры воспитаннее этого мальчишки! — Они хотя бы сначала слушают, потом орут! Флитвик не выдержал. Хрюкнул. Тут же сделал серьезное лицо. — Простите… Помона даже не посмотрела на него. — Девочку унизили при всем курсе. — Она ушла расстроенная. — Потом каким-то чудом оказывается рядом с троллем. — А теперь вы предлагаете считать это совпадением? Северус медленно поднял голову. — Вообще-то… Все посмотрели на него. — Помона права. Дамблдор удивленно моргнул. — Северус? — Если мисс Грейнджер действительно не помнит, как оказалась в туалете… — То это уже не дисциплинарный вопрос. — Это вопрос безопасности школы. Флитвик тут же кивнул. — Полностью согласен. — Потеря памяти без применения специализированной магии практически невозможна. — Следовательно… — Следовательно, — закончил Снейп, — кто-то вмешался. Макгонагалл нахмурилась. — Или ребенок просто получил сильный стресс. — Минерва, — спокойно ответил Флитвик. — Я преподавал чары памяти больше двадцати лет. — Девочка описывает классические признаки магического вмешательства. Теперь нахмурился уже Дамблдор. — Давайте не будем делать поспешных выводов… Помона рассмеялась. Очень нехорошо. — Конечно. — Не будем. — Зато будем ждать, пока следующего ребенка найдут уже без сознания. Именно в этот момент вспыхнул директорский камин. Все обернулись. Из зеленого пламени вышел Люциус Малфой. Следом появилась Амелия Боунс. А за ней — четверо авроров. Наступила полная тишина. Дамблдор медленно поднялся. — Амелия… — Люциус… — Чем обязан столь позднему визиту? Люциус стряхнул с мантии остатки золы. — Официальным расследованием. Амелия достала свиток. — Сегодня вечером в Министерство поступило сообщение о нападении горного тролля на учеников Хогвартса. — Согласно статье семьдесят третьей Устава безопасности образовательных учреждений, Аврорат обязан провести проверку. Дамблдор прищурился. — Кто сообщил? — Я. Все обернулись к Люциусу. Тот спокойно пожал плечами. — Один весьма надежный источник. На стене портрет директора Блэка с самым невинным видом принялся рассматривать потолок. — Кроме того, — продолжила Боунс, — меня заинтересовало заявление профессора Стебль о провале памяти у одной из пострадавших учениц. Она повернулась к декану Хаффлпаффа. — Профессор, повторите, пожалуйста. Помона коротко пересказала слова Гермионы. Амелия тут же посмотрела на авроров. — Зафиксировали. — Есть. — Теперь второй вопрос. Она развернулась к Макгонагалл. — Правда ли, что днем между мисс Грейнджер и мистером Уизли произошел конфликт? Минерва нехотя кивнула. — Да. — Правда ли, что профессор Стебль собиралась официально поговорить с учеником и уведомить родителей? — Да. — Правда ли, что вечером именно мисс Грейнджер исчезла перед нападением тролля? — Да… Боунс сделала пометку. Дамблдор почувствовал, как начинает болеть голова. — Господа, — мягко произнес он. — Мне кажется, мы чрезмерно драматизируем… — Это всего лишь unfortunate coincidence… — Совпадение? Помона снова посмотрела на директора. — Альбус. — За один день происходит следующее. Она начала загибать пальцы. — Моего ребенка публично унижают. — Через несколько часов она исчезает. — Теряет память. — Просыпается рядом с горным троллем. — Ее спасают трое первокурсников. — А вы называете это совпадением? Даже Снейп молча кивнул. Люциус с удовлетворением отметил, что впервые за долгое время деканы Хогвартса выступали единым фронтом. И только Альбус Дамблдор понимал, что ситуация стремительно выходит из-под контроля. Сначала Дадли Дурсль. Потом Сириус Блэк. Теперь нападение тролля. И почему-то все ниточки снова вели к одному мальчику. К Гарри Поттеру. «Нет, — подумал директор, привычно улыбаясь. — Я еще могу это исправить. Главное — выиграть время». Но, глядя на решительное лицо Амелии Боунс, на невозмутимого Люциуса Малфоя и на разъяренную Помону Стебль, он впервые за многие годы почувствовал неприятное ощущение. Кажется, времени у него оставалось все меньше

***

Перед рассветом кабинет директора был погружен в полумрак. Лишь тонкая полоска света от догорающего камина плясала по полу, а сам хозяин кабинета уже больше часа мерил комнату шагами. — Всё идет не по плану… — бормотал Альбус, нервно поглаживая бороду. — Совсем не по плану. Он остановился у окна. За стеклом виднелись башни Хогвартса. Школа спала. А вот директор — нет. Сначала статья этой назойливой Скитер. Потом история с письмом Дурслю. Теперь еще и тролль. И самое неприятное… Поттер. Мальчик должен был броситься спасать девочку один. Как герой. Как символ. Как избранный. Но вместо этого явился вместе с Драко Малфоем, Дадли Дурслем, двумя старостами Хаффлпаффа и собственной деканшей. «Что это вообще было?» Альбус раздраженно ударил ладонью по столу. — Эти барсуки всё испортили… Если бы Поттер спас Гермиону с Роном, уже сегодня по школе ходили бы легенды. Новая дружба. Первый подвиг. Первая ступень великого пути. Но нет. Профессор Стебль всё разрушила. Женщина оказалась гораздо опаснее, чем он предполагал. Добрая. Внимательная. И слишком заботящаяся о своих учениках. «Неудобный человек.» Он снова заходил по кабинету. — Гермиона должна была стать приманкой… Произнес он почти шепотом. — Простая проверка. Увидит ли Гарри опасность? Пойдет ли спасать? Готов ли он жертвовать собой? Результат оказался идеальным. Поттер, не задумываясь, бросился искать девочку. Даже друзей прихватил. Но это тоже оказалось проблемой. «Дурсль.» «Малфой.» «Грейнджер.» Они слишком сплотились. Слишком доверяют друг другу. Если так продолжится, мои советы мальчику окажутся попросту не нужны. А этого допустить нельзя. Альбус тяжело опустился в кресло. Некоторое время он просто сидел, сцепив пальцы. Затем в его глазах вновь появился привычный блеск. — Значит… придется менять план. Он задумчиво кивнул сам себе. — Если невозможно убрать друзей, нужно направить их. Самым слабым звеном оставался Рон Уизли. Завистливый. Циничный. Доверчивый. И бездарный. А главное — из правильной семьи. Пусть не Гарри станет его лучшим другом сразу… Но Джиневра уже подрастает. Через год она поступит в школу. Время еще есть. Главное — сохранить влияние семьи Уизли на Избранного. И тогда всё еще можно исправить. Но сначала… Нужно решить сегодняшнюю проблему. Авроры. Проверка памяти. Допросы. Если Гермиона вспомнит заклинание… Нет. Этого нельзя допустить. Он медленно поднялся. — Придется пожертвовать фигурой. Шестой сын. Да… Неприятно. Но семья Уизли всегда служила общему благу. Артур поймет. Молли… позже тоже. Зато их дочь еще сможет исполнить предназначение. Альбус уверенно подошел к камину. — Тинки. Раздался хлопок. Перед ним появился маленький домовик школы. — Да, директор? — Приведи ко мне мистера Рональда Уизли. — Немедленно, хозяин. Домовик исчез. Через несколько минут в кабинете вновь хлопнуло. Рон выглядел сонным. Рыжие волосы торчали в разные стороны. — Профессор Дамблдор? — Простите, что разбудил тебя, мой мальчик. — Ничего… — Присядь. Рон осторожно сел. Директор тепло улыбнулся. — Ты ведь хороший человек? — Наверное… — Конечно хороший. Именно поэтому я прошу тебя помочь. Мальчик сразу оживился. — Правда? — Иногда взрослым приходится принимать тяжелые решения. Сегодня произошло несчастье. Очень неприятное. И если правда всплывет… Может пострадать невиновный человек. Рон нахмурился. — Кто? — Один преподаватель. Очень достойный человек. Он спасает Британию уже много лет. Но люди могут неправильно понять его поступок. Поэтому сейчас очень важно, чтобы виновным оказался тот, кто действительно хотел лишь пошутить. Директор внимательно посмотрел мальчику в глаза. Его голос стал спокойным, мягким, почти убаюкивающим. — Ты ведь сегодня сильно разозлился на мисс Грейнджер? — Да… — Она выставила тебя глупцом? — Да… — Ты обиделся? — Да… — Поэтому после занятий решил ее проучить. Рон моргнул. — Наверное… — Ты случайно применил оглушающее заклинание. Совсем легкое. Не хотел причинять вред. Лишь хотел, чтобы она немного успокоилась. Мальчик задумался. Его взгляд стал рассеянным. — Потом… — Потом ты испугался. И отнес ее в пустой туалет. Чтобы никто не увидел. Ты не знал о тролле. Верно? — Не… знал… — Конечно не знал. Когда услышал тревогу — испугался еще сильнее. Ты ведь хороший мальчик. Просто сделал глупость. Рон медленно кивнул. — Да… — Именно так всё и было. Директор улыбнулся. — Завтра расскажи эту историю профессору Макгонагалл. А затем аврорам. Они поймут. Все совершают ошибки. Главное — честно признаться. — Хорошо… — Молодец. Альбус ласково похлопал мальчика по плечу. — Теперь иди отдыхать. Домовик снова перенес Рона в башню Гриффиндора. Когда кабинет опустел, директор облегченно выдохнул. — Вот и замечательно… Он налил себе чашку чая. — Иногда ради общего блага приходится принимать тяжелые решения. Он искренне верил в сказанное. Ведь, по его мнению, если один мальчик возьмет на себя вину, зато удастся сохранить будущее Избранного и всей магической Британии, — цена была невелика. Он не заметил лишь одного. На дальней стене висел старый портрет. Портрет молчал. Но его нарисованный хозяин больше не спал. Финеас Найджелус Блэк внимательно наблюдал за происходящим. И впервые за многие десятилетия в глазах бывшего директора не было ни капли привычного сарказма. Только холод. — Как низко ты пал, Альбус… — едва слышно произнес он, когда дверь закрылась. — Ради своих планов ты уже обвиняешь в преступлении ребенка. Портрет медленно отвернулся к стене. Но прежде чем исчезнуть в соседней раме, он тихо добавил: — Об этом обязательно узнают мои потомки