Анатомия, латынь и другие катастрофы

      Тридцать минут теоретической части Хёнджин отсидел с лицом великомученика. Левой рукой он виртуозно, с бешеной скоростью вбивал термины про «синергию объёмов» в заметки телефона, то и дело демонстрируя декану свой девственно-белый гипс. Декан лишь сурово хмыкал, проходя мимо его парты.       Но стоило профессору скомандовать: «А теперь открываем коробки с пластилином и приступаем к моделированию капителей!», Хван понял — пора эвакуироваться. Размазывать серую массу одной левой под яростным надзором человека, чью любимую статую он вчера превратил в строительный мусор, в его планы не входило.       Хёнджин драматично вздохнул, поднял левую руку и с самым несчастным видом произнёс:       — Профессор, извините... Из-за гипса нарушился кровоток, мне нужно срочно выйти в туалет, размять пальцы.       Декан посмотрел на него, как на главного вредителя тридцатилетия, но портить карму окончательным отказом травмированному студенту не стал:       — Идите, Хван. Но чтобы через пять минут были здесь.       Разумеется, ни в какой туалет Хёнджин не пошёл. Он бесшумно просочился по коридору, накинул пальто и выскользнул через служебный ход на весеннюю улицу. Свобода! Главное сделано: в электронном журнале декан уже поставил заветную галочку «был», ведь на теории Хван присутствовал и даже отвечал с места. Автомат за посещаемость снова был спасён.       Прогуливаясь по аллее и наслаждаясь тем, как солнце бликует на его свежеосветлённых платиновых волосах, Хёнджин почувствовал дикий голод. Вспомнив, как аппетитно Минхо в чате расписывал свой обед, Хван решительно направился в ближайший круглосуточный супермаркет. Настало время кулинарной мести.       Он подошёл к холодильнику с готовой едой и левой рукой принялся перебирать треугольные упаковки.       — Так, тунец со спайси-соусом... Нет, это Минхо ел, — бормотал Хёнджин под нос. — О, с крабом и майонезом! Отлично. И ещё вот этот, с барбекю.       Схватив два онигири, Хван устроился на скамейке в парке неподалёку от колледжа, зубами помог себе разорвать пластиковую ленту упаковки (с одной рукой это был целый квест) и блаженно зажмурился от первого укуса. Телефон в кармане тут же завибрировал. Хёнджин открыл чат.       Хёнджин: [Фото с онигири на фоне цветущего куста]       Хёнджин: «Система официально взломана! 😎 Теорию отписал, галочку в журнале получил, а на пластилиновой практике пусть декан сам ковыряется. Сижу в парке, ем онигири с крабом. Минхо-хён, твой тунец и рядом не стоял!»       Ответы прилетели моментально.       Джисон: «ХВАН ХЁНДЖИН!!! Ты опять сбежал?! 😂 Ну ты даёшь! А декан там, небось, уже ищет тебя с собаками по всему колледжу. Приятного аппетита, прогульщик! Мы тут с Минхо как раз выписываем Чанбину рецепт на успокаивающие мази»       Минхо: «Хван, у тебя абсолютно отсутствует инстинкт самосохранения. Сначала статуя, теперь побег. Радуйся, что декан добрый. Чанбин тут рядом со своим льдом передаёт, что если ты не принесёшь ему один онигири в больницу, он лично проверит прочность твоего нового гипса на твоей же голове»       Чанбин: «Хван, крыса ты белобрысая!!! 😭 Жрать хочу не могу, а мне Минхо разрешил только воду и обезболивающее! Купи мне с говядиной!!! Я за ширмой умираю-у-у!»       Хёнджин весело рассмеялся, откусывая ещё кусочек. Его идеальный день прогульщика официально начался.