Анатомия, латынь и другие катастрофы

      Звонок в дверь раздался ровно через двадцать минут. На пороге показался Чан: в одной руке он держал огромный рюкзак с игрушками и сменной одеждой, а на другой у него восседал четырёхлетний сын — виновник экстренного визита. Малыша звали Шиу. Это было круглощёкое чудо с большими любопытными глазами, в тёплом комбинезоне с ушками медвежонка.       — Принимайте пополнение! — устало, но счастливо улыбнулся Чан, проходя в прихожую. — Сдаю парня в надёжные руки будущих и настоящих коллег.       Стоило Шиу оказаться на полу, он мгновенно засек Суни, который лениво вышагивал по коридору. Малыш с восторженным писком «Котя!» рванул в гостиную, где Хёнджин тут же выставил свой новенький белый гипс как заградительный барьер.       — Так, стоп, маленький Чан, полегче на поворотах! — запричитал Хван, спасая Суни. — Твой папа вчера испортил мой прошлый гипс надписью «ДУРАК», давай ты хотя бы этот не сломаешь.       Пока Чанбин с дивана осторожно махал мелкому рукой, стараясь лишний раз не двигаться на своей лечебной подушке, Джисон на кухне спешно наливал яблочный сок. Для Хана приезд Шиу стал настоящим подарком судьбы. Практика! Живой, настоящий ребёнок с молочными зубами!       — Шиу-я, привет! Смотри, что у меня есть, — Джисон присел перед мальчиком на корточки, протягивая ему коробочку сока и кусочек шоколадного брауни, который Феликс передал специально для посиделок.       Глаза ребёнка вспыхнули маниакальным блеском, какой бывает только у детей, учуявших сахар. Шиу мгновенно закивал, протягивая маленькие ручки к сладкому.       — Так, доктор Хан, отставить портить ребёнку прикус и эмаль до начала осмотра! — шутливо крикнул из кухни Минхо, заваривая Чану крепкий кофе после тяжёлой смены.       — Спокойно, доктор Ли, всё под контролем, это часть психологического контакта с пациентом! — профессионально отозвался Джисон. Он усадил Шиу на диван рядом с Чанбином (качок тут же замер, боясь пошевелиться) и ласково заглянул мальчику в лицо. — Шиу, а хён слышал, что ты очень любишь конфеты. А покажи хёну, какими зубками ты их жуёшь?       Малыш, уплетая брауни, послушно открыл рот:       — А-а-ам!       Джисон, включив фонарик на телефоне, аккуратно заглянул внутрь. Профессор Пак на вчерашней дистанционной лекции как раз объяснял особенности прорезывания молочных моляров у четырёхлеток. Хан заворожённо рассматривал маленькие, ровные белые зубки.       — Так... верхние резцы в норме... — забормотал Джисон под нос, аккуратно придерживая пальцем подбородок Шиу. — Слушай, Чан-хён, а у него на нижнем левом моляре, кажется, фиссурный кариес начинается. Ты ему зубы после сладкого чистить вообще даёшь? Или ты только кости вправлять умеешь?       Чан, отпивая кофе, виновато потёр шею:       — Ну... мы пытаемся. Но он дерётся с зубной щёткой так, будто это световой меч Дарта Вейдера.       — Шиу, — Джисон перевёл строгий, но добрый взгляд на ребёнка. — Если не будешь хорошо чистить зубки, в них заведутся маленькие злые червячки. Они съедят весь твой шоколад. Хочешь, хён научит тебя правильно их прогонять?       Мальчик испуганно округлил глаза, замотал головой и крепко вцепился левой рукой в гипс Хёнджина:       — Нет! Не хочу червячков! Хён, помоги!       — Вот видишь! — Джисон победно посмотрел на Минхо, который подошёл со спины и привычно приобнял своего парня за талию, утыкаясь подбородком в его плечо. — Настоящий педагогический подход. Я буду великим детским стоматологом.       — Ты уже лучший, Хани, — нежно прошептал Минхо ему в ухо, отчего Джисон смущённо заулыбался. — А теперь давай забирай своего маленького пациента, пока Хёнджин левой рукой не научил его рисовать на новом гипсе всякие непристойности, подсмотренные в моих медицинских картах.       Вечер в квартире окончательно превратился в весёлый семейный балаган. Хёнджин левой рукой пытался рисовать с Шиу машинки прямо на своём гипсе, Чанбин давал Чану советы по детскому фитнесу, Сынмин всё ещё пытался скормить пластилин Суни, а Минхо и Джисон сидели в обнимку, радуясь, что вся их сумасшедшая банда наконец-то собралась вместе.