Попав в книгу, злодей может читать мысли

Услышав вопрос, Гу Шэн и Цзян Юнь невольно переглянулись. «Музыканты?» «Так вот какую «роль» уготовил нам Хозяин мира?» Гу Шэн решил не зацикливаться на деталях. Слегка опустив голову, он вежливо ответил: — Всё верно, госпожа Е. Е Ваньэр без тени сомнения кивнула и направилась к выходу из зала: — В таком случае, следуйте за мной. Пройдя через главный зал, они оказались во внутреннем дворе поместья. Оглядевшись, Гу Шэн заметил неподалеку два музыкальных инструмента. «Кажется, это гучжэны?» Тот ослепительный белый свет, скорее всего, был прихотью Хозяина мира. Стоило вспышке погаснуть, как их с Цзян Юнем просто вышвырнуло в другую временную точку сюжета прямо внутри особняка. — Прошу прощения... А какую мелодию нам нужно исполнить? И когда начинать? — без тени смущения осведомился Гу Шэн. Сам он и близко не знал, с какой стороны подходить к пианино или гучжэну, но зато он точно знал: рядом есть человек, который справится с чем угодно! «Цзян Юнь всемогущ!» — ликовал про себя Гу Шэн. Задав вопрос, он с надеждой уставился на босса. В своей маньхуа он не раз описывал, как Цзян Юнь виртуозно играет на гучжэне. Свадебная мелодия для такого мастера должна быть сущим пустяком! Гу Шэн уже предвкушал триумф, пока Е Ваньэр не произнесла название песни, о которой он слыхом не слыхивал. Е Ваньэр безучастно перевела на них взгляд: — Вы сможете это исполнить? — Что? — Гу Шэн окончательно растерялся. Название было настолько заковыристым, что в голове мгновенно образовалась пустота. Пытаясь вспомнить хоть слово из сказанного, он понял, что память ему отказала. К счастью, стоявший рядом Цзян Юнь сохранял ледяное спокойствие. — Хорошо, — он коротко кивнул и, покосившись на Гу Шэна, добавил: — Но прошу прощения, госпожа Е, мне нужно обсудить пару деталей со своим напарником. Е Ваньэр проявила неожиданную покладистость. Не задавая лишних вопросов, она лишь кивнула: — Договаривайтесь. Казалось, предстоящий брак её совершенно не волновал. Пока Цзян Юнь отводил Гу Шэна в сторону, тот внимательно следил за девушкой. Она отрешенно пинала камешки на дорожке, явно не интересуясь их «репетицией». Складывалось впечатление, что она была бы только рада, если бы музыканты прямо сейчас испарились. Гу Шэн моргнул, решив, что разгадал её мысли, и обернулся к остановившемуся рядом боссу. — Гу Шэн, — Цзян Юнь слегка повернул голову, и в его обычно холодном голосе промелькнула редкая нотка сомнения: — Ты вообще умеешь играть на гучжэне? — Нет, — честно признался Гу Шэн. Он встал на цыпочки, пытаясь встретиться с Цзян Юнем взглядом на одном уровне, и с гордостью добавил: — Но ведь у меня есть вы, босс! — Вы же меня научите? Хотя Гу Шэн был полным профаном в музыке, он свято верил: под руководством такого «большого босса» он освоит инструмент за считанные минуты. Цзян Юнь не сдержал короткого смешка: — Ладно, научу. Хотя я понятия не имею, в какую временную петлю нас забросил Хозяин мира, боюсь, времени на подготовку у нас в обрез. Цзян Юнь и Гу Шэн обменялись взглядами и подошли к инструментам. — Хочешь учиться прямо сейчас? — уточнил босс. — Идем, я покажу. Гу Шэн с энтузиазмом закивал: — Конечно, босс! Не теряя времени на пустую болтовню, они вернулись к Е Ваньэр. Заметив их приближение, девушка не стала проявлять нетерпения, а, напротив, словно намеренно давала им фору. — Закончили обсуждать? Выступление назначено на вторую половину дня, так что времени у вас в обрез. Вы оба выглядите слишком молодо, а мелодия предстоит сложная. Можете порепетировать прямо здесь. Это было именно то, что им нужно! — Спасибо за доброту, госпожа Е, — отозвался Гу Шэн. Они с Цзян Юнем вместе уселись перед инструментом. Е Ваньэр лишь кивнула, отошла в тень раскидистого дерева, невозмутимо разложила складной стул и устроилась поудобнее. Она не уходила, но и не проявляла к «музыкантам» ни малейшего интереса. Ей было глубоко плевать, чем они там занимаются. Гу Шэн бросил на нее короткий взгляд, после чего всем телом повернулся к Цзян Юню и просиял: — Босс! Я весь во внимании, жду ваших наставлений! Цзян Юнь придвинулся ближе, возложил ладони на струны и жестом велел: — Смотри внимательно. — Понял, босс! — Гу Шэн буквально впился глазами в его руки. Под пальцами Цзян Юня ожил чарующий голос струн. Мелодия лилась легко и чисто, но Гу Шэн очень быстро осознал, что безнадежно очарован вовсе не музыкой, а самими руками босса. Это сочетание изящества и силы было настолько совершенным, что Гу Шэн напрочь забыл, какие ноты только что прозвучали. Всё его внимание было поглощено одной мыслью: «Если бы я использовал этот образ в своей маньхуа, то как бы я это прорисовал...» — Гу Шэн. Голос Цзян Юня внезапно прервал поток его не самых приличных мыслей. Гу Шэн встрепенулся и, встретившись с ним взглядом, на мгновение почувствовал укол совести. — Босс… вы уже закончили? — Да, — Цзян Юнь убрал руки со струн. Он не стал упоминать о том, что Гу Шэн всё это время витал в облаках, и просто указал ему на место перед инструментом. — Попробуй сам. — …Хорошо, босс, — Гу Шэн глубоко вздохнул. Он не рискнул признаться, что не запомнил ни единого движения. Сделав вид, что предельно сосредоточен, он положил пальцы на цитру и украдкой покосился на инструмент. Цзян Юнь пристально наблюдал за ним. Гу Шэн бросил на него еще один короткий взгляд. Цзян Юнь перевел взгляд на его руки и слегка нахмурился. В конце концов их глаза снова встретились. — Ну? — вопросительно приподнял бровь босс. Гу Шэн вздрогнул всем телом и от неожиданности наугад дернул одну из струн. — Неверно. Цзян Юнь покачал головой. Он придвинулся вплотную и накрыл ладонь Гу Шэна своей рукой — его движение было властным и решительным. Дзинь — Хотя положение пальцев почти не изменилось, звук, который извлек Цзян Юнь, был несравнимо чище и глубже того сиплого дребезжания, что выдал сам Гу Шэн. В ушах всё еще стоял звон струны, но Гу Шэну казалось, что его собственное сердцебиение сейчас звучит куда громче любого инструмента. — Спасибо… спасибо, босс, — пробормотал он. С трудом сглотнув слюну и решив еще раз спровоцировать Цзян Юня на подсказку, он намеренно задел не ту струну. Цзян Юнь опустил глаза. Он не стал поправлять его словесно, а лишь о чем-то глубоко задумался. На что только не пойдешь ради своих маленьких капризов! Гу Шэна сейчас меньше всего заботило «дело», ради которого они сюда пришли. Цзян Юнь внезапно отдернул руку. Как он и ожидал, Гу Шэн тут же принял растерянный вид и, притворяясь полным профаном, жалобно переспросил: — Вы уже закончили? Гу Шэн кокетливо качнул головой: — Я всё еще не понимаю... Он вовсю надеялся, что Цзян Юнь снова возьмет его за руку и повторит урок, но идиллию прервала Е Ваньэр. Насладившись прохладой под деревом, она подошла к ним: — Время на исходе, вам пора... Договорить она не успела. — Чем это вы тут занимаетесь?! — раздался неподалеку резкий, почти визгливый голос. Гу Шэн инстинктивно вскинул голову и увидел мужчину, стремительно идущего в их сторону. Но прежде чем он успел разглядеть его лицо, перед глазами снова вспыхнул ослепительный белый свет. Опять этот чертов переход! Когда Гу Шэн снова смог открыть глаза, Цзян Юня рядом уже не было. Вместо босса судьба подкинула ему Е Ваньэр. Девушка сидела перед туалетным столиком, который показался Гу Шэну смутно знакомым. Алая свадебная вуаль, до этого лежавшая на столе, теперь скрывала её голову. В зеркале смутно отражались две фигуры — его собственная и Е Ваньэр. Как и в прошлый раз, разглядеть черты лица собеседницы было невозможно. Гу Шэн молча сделал шаг назад, стараясь не совершать лишних движений. «Который сейчас час? Это сцена перед самой свадьбой Е Ваньэр и господина Ци?» — Отец сказал, что сегодня я выхожу замуж, — тихо произнесла женщина. Её голос был точь-точь как у той Е Ваньэр, с которой они только что общались во дворе. Гу Шэн не проронил ни слова и продолжил осторожно отступать к выходу. — Сегодня отец устроил для меня тот турнир на арене, но он даже не спросил, чего хочу я, — голос Е Ваньэр оставался тихим, но Гу Шэн отчетливо различил в нем надрывные нотки всхлипываний. — И чего же ты хочешь? — так же тихо спросил он. — В моем сердце уже есть другой человек, но отец упрямо желает выдать меня за этого господина Ци, — Е Ваньэр внезапно разрыдалась. — Я пыталась встретиться с молодым господином Ци, чтобы обсудить наш брак и убедить его отказаться от этой затеи... Но он и слушать меня не стал! Сказал, что мы увидимся только после свадьбы. Гу Шэн сочувственно кивнул, в глубине души проклиная «жениха» за то, что тот оказался форменным мерзавцем. — И что было дальше? — ...Что дальше? — эхом отозвалась она. — Да, что произошло потом? Голос Е Ваньэр становился всё громче и резче, пока в конце концов не начал буквально пронзать барабанные перепонки Гу Шэна. — Чтобы заставить меня согласиться, чтобы прибрать к рукам власть в семье Е... Знаешь, на что они пошли?! Она резко вскочила со стула и обернулась. Её наряд в мгновение ока изменился: теперь на ней было то самое платье, в котором Гу Шэн видел её во время соревнований. — Госпожа Е, что именно вы пытаетесь мне сказать? — максимально спокойно уточнил Гу Шэн. Алая вуаль исчезла. Е Ваньэр подняла на него глаза, полные жгучей ненависти и беспросветной печали. — Я не хочу выходить замуж! Не хочу! — она закричала, срываясь на хрип. — Помоги мне! Прошу тебя, добрый человек... помоги мне! Е Ваньэр рванулась к нему, пытаясь вцепиться в рукав, но Гу Шэн ловко увернулся. — Мужчинам и женщинам не подобает касаться друг друга, госпожа Е, — он вежливо улыбнулся, отклоняя её прикосновение, хотя в голове у него уже царил полный хаос. Признания девушки были сбивчивыми, и Гу Шэн никак не мог сложить этот пазл воедино. — Почему бы тебе просто не сказать, какой именно помощи ты от меня ждешь? — Убей... — в глазах Е Ваньэр промелькнул безумный блеск, но стоило ей начать, как дверь комнаты с грохотом распахнулась, оборвав её на полуслове. — Е Ваньэр! — прогремел из-за двери яростный мужской голос. Это был не Цзян Юнь. Гу Шэн инстинктивно обернулся на звук, и в глаза ему ударил резкий холодный блеск. На этот раз это был не магический переход, а нечто куда более осязаемое. Острие ножа. В голове всё закружилось. Взгляд Гу Шэна на мгновение скрестился с холодным металлом, и он почувствовал, как сознание ускользает, погружая его во тьму. Сквозь вязкий туман до него донесся чей-то далекий зов: — Гу Шэн! Спустя вечность — или мгновение — голос повторился уже четче: — Гу Шэн. Всё еще в полузабытьи, он с трудом открыл глаза. Первое, что он осознал — он лежит в объятиях Цзян Юня. Второе — рука босса была залита кровью. Вид раны подействовал на Гу Шэна лучше любого нашатыря. Он мгновенно подскочил, перехватил руку Цзян Юня и вскричал: — Босс! Откуда эта рана?! Какая же сволочь посмела поднять руку на Цзян Юня прямо у него на глазах?! Цзян Юнь, глядя на внезапно ощетинившегося Гу Шэна, молча отстранился. Он не стал говорить, что получил этот удар, когда закрыл собой Гу Шэна от ножа. — Всё в порядке, — сухо бросил он. — Обычная царапина. Он и сам не понимал, какое безумие толкнуло его броситься под удар, забыв о собственной безопасности. Цзян Юнь опустил взгляд на ключицу парня, где под воротником одежды скрывалось едва заметное родимое пятно. Зная, что этот человек прибыл из другого мира, он понимал: это не может быть тот самый «Гу Шэн», которого он знал раньше. Так почему же он повел себя так импульсивно? Цзян Юнь мысленно посмеялся над собой. Может, он слишком долго находился рядом с этим парнем, и его мозг попросту «отключился»? — Какая еще «царапина»! — возмутился Гу Шэн. Игнорируя всё остальное, он снова перехватил руку Цзян Юня, оторвал полоски ткани от своей одежды и принялся перевязывать рану. — Босс, что с вами случилось? Как вы вообще умудрились пораниться?.. Гу Шэн с нескрываемой грустью накладывал повязку, стараясь действовать как можно осторожнее, чтобы не причинить лишней боли. — Это не похоже на след от меча... Скорее, на порез ножом. Он замер. Порез ножом? В ту же секунду в памяти всплыл тот самый холодный блеск, который он видел перед тем, как потерять сознание. Это действительно был нож. Гу Шэн моргнул, и его взгляд мгновенно изменился. Он бесшумно пододвинулся ближе, пытаясь сопоставить факты. На нем самом не было ни царапины. А ведь он отчетливо помнил: перед тем как мир померк, лезвие ножа уже летело ему прямо в лицо. Неужели?.. Глаза Гу Шэна медленно расширились от внезапной догадки. «Цзян Юнь... Он закрыл меня собой? Принял удар на себя?!» Гу Шэн был так тронут, что едва не расплакался. «Босс так добр ко мне! Всё, решено: буду верен ему до гроба!» Цзян Юнь: — … Наученный опытом, Цзян Юнь на этот раз намеренно прислушался к мыслям парня, надеясь получить хоть какое-то логичное подтверждение своим догадкам. Но он никак не ожидал, что внутренний монолог Гу Шэна снова окажется настолько «не по делу». Цзян Юнь даже начал сомневаться в точности своего дара чтения мыслей. А может, Гу Шэн в этой жизни просто потерял память и искренне верит, что он «попаданец»? Цзян Юнь подозрительно сощурился, не сводя взгляда с парня. Если уж его собственное перерождение стало реальностью, то почему бы не допустить у Гу Шэна амнезию? Иначе как объяснить, что этот «чужак» — абсолютная копия того Гу Шэна, которого он знал? Внешность, характер и даже эти едва уловимые мимические привычки... Отрицать очевидное было всё труднее: перед ним был тот же самый человек. — Босс, готово! Смотрите, как ловко я всё перевязал! Закончив с повязкой, Гу Шэн еще долго любовался своим «шедевром». Мысленно поставив себе высший балл, он задрал голову, ожидая от Цзян Юня заслуженной похвалы. Цзян Юнь опустил взгляд на свою руку. Рана была плотно обмотана кусками ткани, а на конце Гу Шэн — видимо, для красоты — соорудил пышный бант. Крови видно не было. Цзян Юнь хотел было что-то возразить, но в итоге лишь неопределенно хмыкнул: — …Да уж. И, чуть помедлив, добавил: — Но старайся двигаться аккуратнее, чтобы рана снова не открылась. Словно в насмешку над словами Гу Шэна, не успел Цзян Юнь даже шевельнуться, как алая кровь мгновенно пропитала свежую повязку, расползаясь по ткани грязным пятном. Цзян Юнь: — … Гу Шэн: — … В этот момент в комнате воцарилась оглушительная, почти осязаемая тишина.